Благословение магии

— Что за шпионские тайны? Твой патронус… Ого! — Сириус, выхватив из рук Джеймса полупустой стакан, грациозно опустился в кресло напротив и, приложившись к божественному напитку двадцатилетней выдержки, вопросительно уставился на друга. — За что или кого мы внезапно пьём посреди недели? Попойки у нас обычно по согласованным заранее датам и по пятницам. Джеймс взъерошил и без того непослушные волосы, почесал в затылке и с тоской посмотрел на лежащую перед ним тоненькую синюю папку, которая должна была навсегда разделить жизнь Сириуса на две части. С чего начать, он так и не определился, решив действовать по обстоятельствам.  — Пьём мы в честь окончания одного очень интересного расследования. Сириус тут же поставил виски на стол и подался вперёд, изобразил на лице живейший интерес. Джеймс, ухмыльнувшись всплывшему в голове образу виляющего хвостом и выпрашивающего вкусности пса, призвал из бара второй стакан и открытую бутылку. Домовиков в мастерской он не терпел, потому здесь всё приходилось делать самому.  — Сейчас расскажу, затем и позвал. Лечу нервы, больно уж результаты невероятные. Ты, кстати, от камина до мастерской шёл полчаса, опять в детской завис по дороге?  — А то. Знаешь, чем занимаются сейчас Альт и Гарри? — Сириус расплылся в улыбке.  — И чем же?  — Пытаются воссоздать рецепт зелья, которым пропитан подаренный тобой на Рождество защитный амулет. К тебе обращаться не хотят из спортивного интереса. Вчера я им помог с книгами, и сегодня у юных артефакторов в два раза больше вопросов.  — Так это нормально. Обычный рабочий процесс. Это значит, что мальчики умеют думать. И почему артефакторы, если речь идёт о зельях? Может, зельевары?  — Ой, не поминай всуе папашу Альта, а? — Сириус театрально скривился. — Как подумаю, что у такого чудесного мальчишки такой отец, так зло берёт. Хотя ты прав, Альт, может, и зельевар. Но Гарри — точно артефактор. Все лорды Поттеры были артефакторами, никуда ему от родовой магии не деться.  — Почему зло берёт? — оторопел Джеймс.  — Жалко его. Нюнчик в школе был таким занудой, не приведи Мерлин. Все разговоры о зельях. Дисциплинированный до зубовного скрежета, всё по плану, всё по полочкам. Сдохнуть от тоски можно. И сам неухоженный, растрепанный, с ним стоять рядом стыдно было — что другие подумают? — Джеймс вздохнул и отхлебнул виски, слушая заводившегося Сириуса. — А Альт — такое солнышко. Будто освещает всё, к чему прикасается. Такой умница, и не скажешь, что ему пять. Ладный, красивый, добрый, с чертями в глазах, согласный на любую авантюру. Эх… В голосе откинувшегося в кресле Сириуса ясно прозвучала тоска.  — Такое ощущение, что ты просто завидуешь тому, что у него есть сын. Тебе так нравится Альт? — забросил пробный шар Джеймс, внимательно следя за реакцией.  — А если и так, что тогда? — огрызнулся Сириус и тут же сам потянулся к виски. — Да, завидую. Сказать кому — не поверят. Сириус Блэк завидует Северусу Снейпу! Самому тошно.  — Так нравится Альт, или просто хочешь сына?  — И то, и другое. Да, я хочу сына. Отчаянно хочу. Знаешь, у меня на днях развалилась уже четвёртая помолвка — по заключению ритуалистов брак был бы бесплодным. Я не понимаю! Я абсолютно здоров, магически силен, баснословно богат. И не могу найти женщину, удовлетворяющую кодекс рода и способную зачать от меня ребёнка. Мне уже всё равно, понравится ли она мне — никто не запрещает иметь любовниц. Я уже даже думал о бастарде — почти перестал предохраняться, в конце концов, любую дурную кровь можно выжечь, а потом ввести ребёнка в род, если он окажется удачным, в дальнейшем он всё равно не подвинет в правах рожденного в законном браке наследника. И — ничего. Не твердили бы мне хором колдомедики, что я здоров, заподозрил бы, что бесплоден. «Просто магия уже выбрала за тебя. И других детей не даёт, чтобы сохранить статус первенца в качестве наследника». Но озвучивать свои мысли вслух Джеймс пока не стал.  — А хотел бы, чтобы Альт был твоим? Сириус замер с поднесенным к губам стаканом, просверлил взглядом Джеймса и горько усмехнулся.  — Не смешно, Джей. Да, хотел бы. Я очень люблю Гарри, ты знаешь, но Альт… Я его как увидел, внутри что-то екнуло. Я бы многое отдал за то, чтобы он был моим, а не Снейпа. Но какое это имеет значение? У него уже есть отец. Джеймс глубоко вздохнул, как перед прыжком в холодную воду.  — Читай. Это отчёт нанятого мной детектива. После задашь вопросы. Только держи себя в руках, хорошо? Сириус, почувствовавший настрой друга, подобрался и осторожно, будто ядовитую тварь, взял скользнувшую в его сторону папку, обтянутую синей кожей.

***

Вся жизнь Северуса Снейпа, полукровки из захудалого тёмного рода, уместившаяся на десяти плотных листах дорогой бумаги. Плюс воспоминания знакомых и несколько копий с относящихся к делу документов. Мать, Эйлин Принц, отрекшаяся от своей семьи ради безродного магла (краткая биография до свадьбы, краткая история рода, копия свидетельства о браке). Поначалу счастливая, хоть и бедная жизнь молодожёнов в старом полуразвалившемся доме. Дата рождения Северуса Снейпа (копия свидетельства о рождении, копия отчёта принимавшего роды колдомедика). Первый магический выброс. Первый скандал и запой его отца, Тобиаса Снейпа (краткая характеристика, краткая история ничем не примечательной магловской семьи). Дружба с Лили. Запои отца, побои, ужасающая бедность, болезнь матери. Письмо из Хогвартса. Распределение на Слизерин. Копия отчёта мадам Помфри. Краткая характеристика Северуса как ученика, краткая история семи курсов обучения. С кем дружил, с кем враждовал, в чем был силён, в чём слаб. Война с мародерами (краткие характеристики, краткие истории родов и семей). Слухи, сплетни, копии отчётов из медицинского крыла, воспоминания однокурсников. Читая о противостоянии двух избалованных вседозволенностью богатых наследников и примкнувших к ним двух бедных мальчишек против такого же бедного мальчишки, но с другого факультета, Сириус ощущал, как у него горят уши. Личное отношение детектива к ситуации «четверо на одного» проступало сквозь выверенные сухие строчки так явно, что невольно становилось стыдно. Он и раньше понимал, что они тогда были не совсем правы, но поданная так сухо и сжато, одними фактами, ситуация выглядела и вовсе неприглядно, особенно на фоне умершей от побоев к концу шестого курса матери Северуса. Зачем Джеймс ему это дал? Зачем полез в прошлое Снейпа? Седьмой курс. Роман с Сириусом Блэком. Пари, расставание. Воспоминания Питера Петтигрю. Отказ Ремуса Люпина от разговора, за любые деньги (Джеймс на финансирование расследования не поскупился). У Сириуса засосало под ложечкой. После Хогвартса их дороги с Питером и Ремусом разошлись, и если Ремус остался редко появляющимся другом, большую часть времени занятым своими волчьими делами, отношения с Питером постепенно сошли на нет. Читать его воспоминания, за которые он к тому же получил хорошее вознаграждение, было откровенно гадко. Хорошо всё же, что их дружба осталась в прошлом. И что детектив за дополнительную плату взял с Питера обет ни с кем и никогда больше не делиться этой информацией. Возвращение домой из Хогвартса. Смерть отца, вроде бы налаживающаяся жизнь, переговоры с двумя европейскими мастерами зелий… И вдруг Северус обрывает все контакты и запирается дома. Воспоминания возмущенных зельеваров — он закончил переписку длинными извинениями, сославшись на личные обстоятельства. Воспоминания аптекаря, принимавшего на реализацию дешёвые зелья и находящего клиентов на зелья подороже и знавшего Снейпа с детства. Полтора месяца после Хогвартса Северус исправно делал ему тройную выручку, потом ещё пару недель приносил только простые зелья и выглядел всё хуже. После, извинившись и сославшись на проблемы со здоровьем, приходить перестал. Воспоминания соседей. Северус серьёзно заболел, заперся дома и спустя пару месяцев (точная дата неизвестна) бесследно исчез. В свой дом он больше никогда не возвращался. И полтора года — ничего. Спустя полтора года он появляется как Северус Малфой и идёт в ученики к магистру гильдии зельеваров, получая под его руководством мастерство. С тех пор всё снова подробно — ступени обучения, враги-друзья, научные достижения. Спустя ещё три года впервые на приёме в Малфой-мэноре был замечен Альтаир Малфой, о котором не удалось собрать никакой информации, кроме слухов о том, что он крестник Лорда Малфоя. Альтаир не покидает Малфой-мэнор без сопровождения, и наблюдает его, как и Северуса, личный колдомедик Люциуса и Нарциссы. Не удалось найти никакой информации о том, что Северус вступал в брак. Никаких следов якобы бросившей его жены. Ни частные колдомедики, ни служащие Мунго не дают на сторону никакой информации, но слухами Земля полнится, а люди любят звонкую монету. В Мунго никогда не обращался пациент по имени Северус Снейп или Северус Малфой. Но ровно в то время, когда, по словам аптекаря и несостоявшихся наставников, Северус сильно заболел, в Мунго появляется мистер Смит, заключивший с больницей договор о бесплатном ведении мужской беременности и поддержании жизни минимумом необходимых зелий в обмен на оставшуюся в распоряжении больницы историю болезни. Спустя два месяца от заключения договора пункт о зельях был исключён с пометкой, что пациент получает на стороне весь рекомендуемый курс зелий полностью. А также, что пациент вошёл в древний сильный род младшей ветвью, и его самочувствию и жизни, как и жизни его ребёнка, больше ничего не угрожает. Спустя неделю после родов, на которых присутствовал частный колдомедик, Мистер Смит навсегда исчезает из Мунго и никогда более туда не обращается. Родился мальчик. Рост, вес, необыкновенно сильное магическое ядро. Дата родов. Сириус допивает залпом свой виски и молча вцепляется себе в волосы. Потому что дата, когда у таинственного мистера Смита родился сын, составляет ровно девять месяцев с того момента, как он выиграл злополучное пари и переспал с Северусом Снейпом. Джеймс всё это время молчит, держа наготове палочку, готовый в случае необходимости обездвижить друга, но Сириус не двигается. Сириус Блэк всю жизнь был раздолбаем, но дураком никогда не был. И пусть в истории есть белые пятна и допуски, но поведение Джеймса доказывает, что сам он уверен в отцовстве Сириуса. Значит, Сириус — действительно отец Альтаира. А доказательства Джеймс ему сейчас предоставит.

***

 — Сири? Скажи что-нибудь? Ты меня пугаешь. Джеймса хватило на пятнадцать минут созерцания скорчившегося в кресле Сириуса. Тот вздрогнул от звука голоса и поднял на друга больные сухие глаза. Ему очень хотелось зареветь, как в далёком детстве, но он, кажется, забыл, как это делается.  — Ты ведь уверен, да? Иначе просто не завёл бы этот разговор, — вопреки внешнему виду, голос лорда Блэка звучал спокойно и ровно. Джеймса окатило жалостью и виной.  — Да, я на сто процентов уверен в том, что Северус родил тебе сына. Что Альтаир твой. И думаю, что именно поэтому…  — Магия наказала меня, — закончил Сириус, криво улыбаясь и протягивая пустой стакан, в который Джеймс тут же долил виски. — А я-то вопрошал, за что она так меня не любит. Слава Мерлину, они оба выжили. Не думаю, что я пережил бы их смерть. Но благословение магии… Как, Джеймс, как это стало возможно? Как это недоразумение могло от меня понести? Случайно понести!  — Идеальная магическая совместимость. Повеление магии. И капля крови, — и пояснил удивлённому Сириусу: — Помнишь, при последней встрече он цапнул тебя за палец? Ранка тогда ещё долго кровила, её никакие заклинания не брали, а ты ругался, что он и вправду ядовит, как гадюка. Я консультировался с разными колдомедиками. Капли достаточно. Чаша для антуража. И обряд по большей части тоже. В обоих случаях или есть согласие магии, или нет его.  — Идеальная магическая совместимость… — с сомнением протянул Сириус. — Меня же тогда должно было тянуть к нему со страшной силой.  — А тебя и тянуло, почему я так бесился, по-твоему? — буркнул Джеймс, отводя глаза. — Тебе просто признаться в этом было стыдно. Ты не понимал, что вообще можно было найти в том заморыше, каким тогда был Нюнчик. И поэтому руками и ногами отрицал влечение к нему. Посмотри в думосборе, если забыл. Я смотрел. Память с годами поправляет воспоминания в нужную нам сторону, а ты очень хотел, чтобы Нюнчик был для тебя просто игрушкой.  — Не называй его так, пожалуйста, — Сириус поморщился. — У него есть имя. В крайнем случае фамилия. А Нюнчик… Это как-то теперь совсем неправильно. Я и так кругом виноват, так что начну хоть с элементарного уважения. А что дальше делать… Смутившийся Джеймс разлил по стаканам оставшийся виски и призвал из бара новую бутылку. Какое-то время они молча пили, размышляя про себя о превратностях судьбы и непонятных решениях магии. К концу второй бутылки Сириус, пивший виски как воду и потому совершенно трезвый, уточнил:  — Так какие у тебя ещё есть доказательства того, что я отец Альтаира? Кроме отчёта нанятого тобой детектива, в котором напрямую это не утверждается. И почему ты, кстати, это расследование вообще затеял? Боявшийся этого вопроса Джеймс, уже хорошо пьяный, в отличие от Сириуса, внимательно наблюдавшего за лучшим другом, закусил губу и на автомате расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Сириус нахмурился. Наблюдая эти два жеста вместе не раз и не два за их студенческие годы, он прекрасно знал, что они означают. Джеймс мучительно соображал, как лучше и безопаснее соврать. А соврать ему в такой ситуации он мог, только если…  — Стой! — Джеймс, уже открывший рот, послушно замер. — Не надо ничего придумывать. Не хочешь говорить — не надо. Значит, ответ связан либо с обетом, либо с родовыми тайнами Поттеров. Мне ни то, ни другое ни к чему. Скажи только, ты можешь поклясться своей магией в том, что Альтаир мой сын?  — Да, — Джеймс облегчённо выдохнул. — Да, могу. Клянусь своей магией в том, что Альтаир Малфой является сыном Сириуса Блэка и Северуса Снейпа. Это не подлежащий сомнению факт, доказательства которого у меня есть, но я не могу их привести. Люмос, нокс. Мрачно посмотрев на зажегшийся и погасший огонёк в чужой ладони, Сириус кивнул. Этого было достаточно.  — Я только не понимаю, почему его не узнал Кричер, — добавил Джеймс. — Я водил Альта на Гриммо, но эльф никак не отреагировал на его появление. Мне неизвестен способ скрыть наследника от родовой магии.  — Зато мне известен, — отмахнулся Сириус. — Это уже родовая тайна Блэков, которую я знаю в общих чертах как глава рода. Понадобился такой способ однажды в прошлом. Была там долгая и некрасивая история о том, как младший брат решил стать лордом в обход трех старших и их детей.  — Кровная магия? — невинно уточнил Джеймс. На этот счёт его грызло профессиональное любопытство и уязвленное самолюбие.  — Леди Дорея сказала? Да, она самая. Я потом, возможно, расскажу тебе, это не особо ценная тайна, так, маленький секрет. И у Цисси явно не было выбора, раз она пошла против рода. Сириус снова опустошил свой стакан и задумался. На этот раз надолго. Расслабившийся Джеймс ему не мешал. Главное он сделал — сказал Сириусу правду, не выдав источника информации. Если Сири сразу не бросился всё крушить и восстанавливать справедливость, значит, десять раз всё обдумает перед любым своим телодвижением. Это, в конце концов, его ребёнок, и решения принимать тоже ему. А он, Джеймс, может только дать совет, если его попросят.

***

 — Лили, ты здесь? — Сириус нашёл хозяйку менора в оранжерее. Та, забравшись с ногами в подвесное, похожее на гнездо кресло, увлечённо читала какой-то очередной толстый трактат, к которым всю жизнь питала горячий интерес. Услышав гостя, она отложила книгу.  — Вы уже закончили? Джеймс просил не беспокоить вас, даже если просидите до вечера. Опять изобретения? Или дела рода?  — Скорее, расследования и интриги, — Сириус приложился к руке леди Поттер и ослепительно улыбнулся. — Боюсь, я нечаянно напоил твоего благоверного и что с ним теперь делать, не знаю. Вот, пришёл к тебе сдаваться и уповать на твоё понимание и доброту.  — Сегодня вроде не пятница. Это было так необходимо? Джеймс тяжело переносит протрезвляющее, — Лили со вздохом встала и легко, скорее обозначая, чем делая, дала подзатыльник блистательному лорду Блэку. — Ты засранец, Сири. Почему ты трезв как стеклышко, а?  — Ты же знаешь, что я не пьянею от виски, — тот послушно подставился и виновато развёл руками. Лили хихикнула. О маленьком секрете Сириуса, который предпочитал подыгрывать и друзьям, и врагам, она узнала случайно на шестом курсе, и та весёлая, но неловкая история помогла им сблизиться. — Я тебе потом всё объясню, Лилс, когда будет можно. Но поверь, что повод был очень серьезный, и не сердись на нас. Мне нужно идти. Только зайду, попрощаюсь с мальчиками.  — У тебя всё в порядке? — Лили обеспокоенно коснулась щеки друга и тревожно заглянула в глаза.  — Ещё не понял. Но скорее да, чем нет, думаю. Не волнуйся, такие, как я всегда выкручиваются из любых передряг. Я расскажу, но не сегодня. Мне действительно пора. Джеймс спит в мастерской.  — Хорошо. Беги. Мальчики в библиотеке. Лили слегка сжала руку Сириуса в знак поддержки и направилась к мужу.

***

 — Как думаешь, если добавить вот это зелье, эффект будет более стойким? — Гарри увлечённо ползал по разложенным на полу листочкам с упрощенными формулами и схемами.  — Я думаю, что это плохая идея, потому что тогда действие пестрянки болотной будет полностью уничтожено, — Альтаир, сидевший неподвижно в окружении нескольких книг, сосредоточенно листал одну их них и хмурился.  — С чего ты взял?  — Папа объяснял, что… Сириус застыл в дверях библиотеки, жадно, будто заново, до мельчайшей черточки рассматривая своего сына. Высокий рост — выше Гарри на голову, — вьющиеся кольцами чёрные волосы, постоянно меняющие цвет серые глаза — это от него. Бледная, будто прозрачная кожа, нервные, но отточенные движения, не такой выдающийся, но с лёгкой горбинкой нос — от Северуса. Характер и острый ум, безусловно, тоже от Северуса, а вот авантюрность и любопытство — от него. И красота мальчика, вызывающая, яркая — идеальная завершенность, черт, скульптурно вылепленные губы, высокие скулы — пусть и не такая, как у Сириуса, но тоже, без всяких сомнений, досталась Альтаиру от Блэков. Сын. Наследник. Про которого он ничего не знал. И не узнал бы, если бы не Джеймс. Сириус безжалостно подавил всколыхнувшуюся было злость и обозначил своё присутствие, нарочито громко шагнув в библиотеку. Две сосредоточенные мордашки поднялись от своих схем к нему.  — Крестный! — Гарри радостно вскочил и бросился обниматься. — А мы всё ещё спорим насчёт сочетания зелий в формуле. Ты же нам поможешь?  — Лорд Блэк, — Альтаир поднялся с пола и вежливо поклонился. — Присоединяюсь к просьбе о помощи. Ваши замечания бывают очень интересны. Сириус скривился про себя от официального тона. Несмотря на то, что его допустили в ближний круг, Альт продолжал держать дистанцию, ни на минуту не позволяя себе забыть о разнице в их положении. Это с Гарри он не подбирал слова, заливисто смеялся и шутил. С лордом Блэком он безукоризненно соблюдал все светские условности, не отходя от них ни на йоту. За что наверняка спасибо нужно было сказать снобу Люциусу, такому же безупречно вежливому и холодному за пределами семейного круга. Ничего. Теперь, когда Сириус не боялся привязаться ещё сильнее самому и привязать к себе мальчика, он сломает стену, за которой прячется сын. Альтаир Сириус Блэк. Наследник Блэк. Совсем скоро. Сириус потискал Гарри, приветливо кивнул Альтаиру и сел на пол между ними, зарывшись в разбросанные по полу записи. Что бы ни думали о нём некоторые, но он неплохо разбирался в зельях. В Блэк-Хаус он вернулся к традиционному чаепитию, наскоро перекусил, пропустив мимо ушей рассуждения матери о прошедшем дне и визите в Семью Регулуса, а после заперся в кабинете с парой особо тёмных фолиантов из закрытой части библиотеки, куда настырный Кричер принёс ему ужин, причитая о глупости непутевого хозяина, решившего ко всему прочему уморить себя голодом.  — Помолчи, а? Просто заработался. Давай сюда свою говядину. Сириус потёр лицо, отодвинул в сторону книгу, за одно владение которой полагалось пять лет Азкабана, и принялся за жаркое с овощами. Кричер налил вина в хрустальный бокал и замер рядом, готовый немедленно исполнить малейшее повеление. Он не был в восторге от нынешнего лорда Блэка, но родовая магия заставляла повиноваться и заботиться, а Кричер был хорошим эльфом и слушался магию. Наконец Сириус запил мясо вином, промокнул губы салфеткой и приказал:  — Убери здесь и отнеси в библиотеку книги. У нас ведь ничего больше нет о законах крови и обмане родовой магии?  — Нет, хозяин. Есть ещё книги в открытой части, но там не содержится ничего, чего не было бы в трудах обласканного магией благородного Шедара Блэка. Хозяину нет смысла читать их, если он уже ознакомился с трудами своего предка.  — Хорошо. Можешь идти. Нет, постой… Джеймс приходил сюда недавно с мальчиком, крестником лорда Малфоя. Что можешь о нём сказать?  — Недостойный любитель грязнокровок…  — Кричер!  — Уважаемый друг главы древнего, благословенного магией, благородного рода Блэк приходил в последний раз с крестником хозяина и ещё одним мальчиком, наследником, носящим герб и цвета Малфоев. Кричер знает наследника Малфоев, сына хозяюшки Цисси, в котором течёт кровь благородного рода Блэк. Кричер не знает, какому роду наследует мальчик, с которым пришёл недостойный…  — Кричер, ты нарываешься!  — Друг хозяина. Но Кричеру понравился молодой наследник. Он силён, чистокровен и хорошо воспитан. Кричеру было приятно его присутствие в древнем, благородном доме.  — Кричер, в последний раз предупреждаю! Относись к Джеймсу с уважением и слушайся его, как члена семьи!  — Кричер слушается. Кричер хороший эльф. Но Кричер не может переступить через законы, по которым живёт древний, благородный…  — Всё, ты достал меня, — Сириус запустил в непреклонного домовика древней и баснословно дорогой книгой, которую тот поймал и осторожно прижал к себе. — Если я ещё раз услышу такие высказывания о Джеймсе…  — Кричер себя накажет, — домовик с достоинством поклонился и преданно уставился на хозяина.  — Исчезни уже, — огрызнулся Сириус. И крикнул вслед после хлопка: — И со стола убери! Поднос исчез вместе с книгами, а Сириус со стоном откинулся на спинку кресла.  — Он меня доконает когда-нибудь, — пожаловался он потолку. — Где это видано, что лорд не может справиться с собственным эльфом? Ладно, фестралы с ним, с Кричером. Нарси. И с адвокатом нужно поговорить. Экспекто Патронум! Серебристый лохматый пёс послушно замер посреди кабинета.  — Цисси, милая, спасай, вопрос жизни и смерти. К кому ещё идти за советом в сердечных делах, как не к тебе? Валяюсь в ногах и умоляю разделить со мной завтрак в кабинете главы рода в нашем с тобой родовом гнезде. Только ты можешь сохранить мне жизнь и рассудок. Пёс растворился в воздухе, а спустя минуту серебристая лисица ответила голосом Нарциссы:  — Я приду, Сири. Не нужно так меня пугать. Никакие сердечные дела того не стоят.  — О нет, Цисси, стоят, — прошептал Сириус, когда растаяла и она. — А ещё ты забыла, что у тебя передо мной тоже долг жизни. Никогда не собирался об этом вспоминать, но на войне все средства хороши, и чего не сделаешь ради своего ребенка, правда? Так. Что ещё? Адвокат. Сириус достал пергамент и перо и склонился над столом, обдумывая список вопросов.