Это просто мы

– За встречу! Дзынь! – Ноа просунулся между Ликом и Майлзом, чтобы чокнуться стаканчиками с цветастым мороженным. – Ура! – поддержали все и тоже сымитировали звук ударяющихся бокалов. Вечер на Арденции всегда выдавался приятным, особенно, если метеослужба не косячила. Они выбрали довольно шумный квартал без засилья баров, но с большим количеством кафе, магазинов, внезапных ярмарок и уличных представлений. Уже успели пофотографироваться возле стенда с уличной рекламой кибер-питомцев, и, конечно же, потискали их, кроме Натана. Инженер с профессиональным взглядом крутил урчащую кибер-кошку, ощупывал, что-то прикидывал, даже бормотал про видимость швов, пока Ноа не оттащил его, угрожая ревностью со стороны овечек или Альфреда. А после Майлз затащил их в кафе за мороженным, которым они сейчас лакомились. К тому же сегодня ещё и повод был радостный, мало того, что собрались все вместе, так ещё и девушка Лика перестала стесняться и вышла вместе с ним. Но и это ещё не всё! – Так! – Майлз ощупывал инфокарту Лика. – Совсем не чувствуется, не больно хоть? – Там быстро, не успел в медкапсулу лечь, как уже обратно вылезать. Больше нервов сейчас из-за каждого действия, – Лик тяжело вздохнул. – Зато пото-о-о-ом, – протянул Ноа и подмигнул Миле, та смущенно улыбнулась. – Я уверен, всё будет в порядке! Из-за первых звоночков перенаселения в Человеческой Федерации уже больше двух сотен лет ужесточился контроль над рождаемостью, он и до этого тысячу лет был строгим, но сейчас стал просто запредельным. Целый год паре нужно проходить со вживленными в инфокарту датчиками, где обрабатывается почти вся личная информация от количества сна и качества еды до личных переписок. Иметь детей стало роскошью. Даже если спустя год пару одобрят, то только для перехода на следующий этап – экзамена по детскому воспитанию и беседы с отрядом психологов, а уж потом финансовые расходы просто невероятные. – Вы прошли на установку датчиков, дальше будет проще – они же берут измором: психологическим, физическим и финансовым. А уж вы-то двое выстоите! – подключился Натан. – Эй! Кыш! – он еле увернулся от ложки Ноа – тот уже съел своё и тянулся к лакомству Натана. – Жадина Натан, – весело подхватил Майлз. – Хочешь моё? – он протянул Ноа стаканчик. – Нет, спасибо, это спортивный интерес! Ребята рассмеялись над тем, как Натан и Ноа скрестили ложки, будто в фехтовальном поединке. – А чего это всё о нас, да о нас, – тихий голос Милы разбавил общий смех. – Поговаривают, у Майлза появился кое-кто?.. – О-о-о! – Ноа схватился за голову. – Этого рыжего уже пытать надо! Он не колется! – Наверно, какая-то знаменитость, – высказал своё давнее предположение Лик, и его девушка кивнула и перевела горящие от любопытства глаза на виновника. – Э… Это не… Нету никого! – Майлз от резкого напора сделал вид, что жуть как сосредоточен на поедании мороженного, да только оно от такого внимания быстро закончилось. – Это тот милый певец, плакат которого в твоем профиле? – Или актер, с которым ты здоровался на недавнем фуршете? – А может тот продюсер? – О! Рошнер Фох’Тьер, ты у него интервью брал как раз в то время, когда начал пропадать! Майлз упорно молчал под натиском вопросов, лишь делая загадочное лицо, только больше распаляя интерес. Нескончаемые предположения длились уже полтора месяца, ведь Майлз пообещал, что если кто-то угадает, то он сознается. Но пока ещё никто не отга… То есть, у него никого нет. Абсолютно точно! Майлз развел руками и довольно улыбнулся: – Увы! Итак, мы пойдем до площадки? Начало-то уже вот-вот. – Наша сто восьмая, – Натан сверился с инфокартой, которая тут же вывела всем маршрут. – Нам в ту сторону. – Кстати, – Лик приобнял Милу и повернулся к остальным, – поговаривают, вы бассейн сделали, богатеи? – Ага! Пару дней назад, и шезлонги, – Ноа хихикнул, глядя на Натана, – поставили. – Как бассейн? С водой? – с последним вопросом Майлз понизил голос и заозирался, будто через секунду бы их скрутили и повезли в ПРЦ. – Там желе такое специальное, мы ещё не пробовали… Страшное оно. – Мы думали вас позвать и вместе опробовать, – добавил Натан. – Ага, чтоб было кому тела вытаскивать, – Майлз остановился перед входом на парящую на антигравах платформу, и приложил руку с инфокартой к панели, та загорелась зеленым и опустила полупрозрачный барьер. – Поспешим. На платформе уже стояли или сидели люди, ожидая начала. Судя по всему, ребята пришли последними – как только они поднялись и отошли от входа, тот закрылся, искрясь по всему куполу радужными волнами, и платформа начала медленно, а затем, чуть ускоряясь, подниматься вверх. Люди одобрительно закричали. Одновременно с ними поднимались и другие платформы: некоторые чуть больше, а другие крохотные, на семьи или даже парочки. Бравая компания во время бронирования накануне днем решила, что в этом году им всем не по карману лишние расходы, да и на большой платформе места хватало. Они пробрались к самой границе на свои места, где их уже ждали подушки и пледы. Пружинистая, немного мягкая платформа идеально подходила для мероприятия. Мила помахала паре девушек неподалеку, пока они усаживались и ложились. Платформа, тем временем уже доползла до необходимой высоты – чуть выше большинства зданий, но некоторые, например, «Райт Индастрис» вдалеке покровительственно возвышались над ними, растворяясь в ночных облаках. Ноа лукаво нырнул под бок к Натану и по-хозяйски разлегся на его руке, Майлз уселся рядом, облокотившись о колени друга и сложив на них же голову, Лик и Мила устроились неподалеку, о чем-то мило воркуя. Первый залп и шум толпы на миг стих, чтобы тут же вернуться лавиной восторгов. Один за другим выстреливали салюты, разлетаясь тысячами цветных огней, складываясь в фигуры. Бодрый голос ведущего объявлял планеты-производители этих чудес, и иногда даже звучали названия планет иных рас. Огни сливались в распускающиеся цветы, сначала легкими зелеными треугольниками, имитирую листву, а затем взрываясь огненными бутонами. С громким жужжанием пронеслась дугой ракета, оставляя за собой быстро мигающие вспышки семицветной радуги. Из легких парящих материалов, дракон пролетел над восторженной толпой, чтобы потом рассеяться голубыми каплями, похожими на слезы. Никто не заметил, как появилась платформа чуть ниже зрительских, на которой вышла выступать популярная группа, а под их живую музыку запускали причудливые салюты на фоне голограммы, умудряясь воссоздать историю о любви: девушка-голограмма танцевала, пытаясь привлечь внимание незнакомца, с каждым взмахом её рук или ног зажигался салют, но в конце она так и не получила желаемого и сама рассыпалась искрами. Некоторые люди даже повскакивали со своих мест, задирая головы и аплодируя. Ноа перевел взгляд от светового представления на друзей: Лик аккуратно утирал слезы своей растроганной девушке, та, уже смеясь, отмахивалась от него; Майлз не сводил глаз с яркого шоу – как раз взорвался очередной салют и окрасил волосы его друга в алый, будто пожар. Ноа хихикнул, представляя, что им придется тушить друга, и повернулся к Натану. Тот тоже смотрел на него. Темные глаза были так близко… Ноа казалось, что он мог бы увидеть каждый отдельный салют в их отражении. Родные глаза чуть прищурились, и Ноа знал – Натан улыбается ему. Миллиметр, другой… Их губы соприкоснулись, и прежде чем что-то успело начаться, сверху упал Майлз: – Эй! Хватит уже этой романтики, пожалейте одинокого путника, – он втиснулся между ними, просовывая руки под их головы и по-медвежьи обнимая. – Я вас так люблю, народ! Прямо в душу мне сегодняшний вечер запал! Ух! Лик с Милой тоже подползли поближе. – Задушишь же-е-е-е! – Ноа притворно пытался вырваться. – А ты в следующий раз бери свою звезду… О! Может, это Шьяна Ар… Как там её дальше? – Нет, не она, – Майлз показал язык и затих. Остальные тоже расслабились и продолжили просмотр. Жизнь раскидала их: Майлз вечно путешествовал по галактикам, брал интервью и снимал опасные сюжеты, которые часто грозили ему больницей или подорванным здоровьем. Лик переехал поближе к Миле, и они планировали покупку совместной квартиры где-нибудь в галактике-столице, да и Натан с Ноа частенько работали с утра до ночи. Не было больше тех безбашенных пьянок, посиделок до утра с общим проектом, утренних видео с ночными приключениями, которые обсуждал весь университет, стало меньше случайных встреч. Эти воспоминания с теплой ностальгией улеглись в сердце, но и сейчас, хоть всё и поменялось, их истории писались полным ходом, ведь радость от встреч не угасала.