Виски

Наруто 6       Вообще, Джирайя никогда не считал себя глупым и недалеким человеком, но ему нравилось создавать подобный образ, максимально вводя противника в заблуждение и приглушая его чувство опасности у оппонента. Жабий отшельник никогда бы вслух не признался о том, что получает удовольствие от того, что его настолько недооценивают. Он считал себя прекрасным шпионом, однако все равно продолжал верить в близких людей, поэтому, когда его сенсей сказал что позаботиться о крестнице, пока мужчина приходит в себя, он поверил.       Верил, что Нару действительно хорошо и в приемной семье, что ее любят и о ней заботятся, поэтому даже не стремился встретиться с ней, чтобы не бередить старые раны. Письмо от Какаши он благополучно проигнорировал, считая, что ребенку лучше не видеть его некоторое время. Однако, любопытство взяло верх, а возвращаться все равно надо было, поэтому он решил совместить свой визит с началом учебного года, пребыв аккурат в пилотный день академии шиноби.       Жизнь легкомысленного повесы была удобной ширмой, так же как и распутная натура писателя-извращенца. Джирайя никогда не признавался вслух, что считал женщин всего лишь произведением искусства, весьма редко испытывая к ним хоть какое-то влечение, помимо сбора материала. Они были его музами, прекрасными, ожившими статуями, с которыми он мог разговаривать и проводить время, вдохновляясь на очередной любовный роман, написание которого помогало отвлечься ему от суровой реальности и от того неприятного факта, что его единственная муза скорее перережет ему горло кунаем, чем позволит приблизиться к себе на расстояние вытянутой руки.       Джирайя всегда старался жить легко, ни о чем не сожалеть, и ориентироваться по ситуации, оставляя все плохое в прошлом и живя только сегодняшним днем, иначе, он уже давно сошел бы с ума. Смерть родителей, несчастная первая любовь, бесконечная, как казалось на тот момент война, смерть любимого ученика и не менее любимой красноволосой девчушки, что стала для него как дочь. Все это в прошлом, и стоит Отшельнику обернуться назад, он увидит, насколько высокой стала темная илистая волна, что готова поглотить его в любой момент. Поэтому он смотрел только вперед, чисто по-человечески боясь оглядываться назад.       Но прошлое само настигло его, оттащило за хвост от купален и накричало в излюбленной манере Кушины, на что Джирайя даже растерялся на минутку, пытаясь понять, а не поехала ли его крыша, и не пора ли сдаваться мозголомам Яманака. Он даже на секунду засомневался, а не видит ли он уменьшенную копию Кушины, правда, для призрака она выглядела весьма забавно. И только после того, как ребенок назвал его “крестным” Джирайю прошиб холодный пот.       Наруто.       И она все знает.       Хуже того, рядом с его крестницей находится тот, кого бы он меньше всего хотел видеть в таком состоянии, да и презрительный взгляд Орочимару только подливает масла в огонь.       Джирайя пытается подловить ее на собственных словах, чтобы хоть немного уменьшить свою вину и так не кстати проснувшуюся совесть, однако это приводит к не самым радужным последствиям, а тот факт, что голубые глаза становятся рубиново красными и вовсе пугают Отшельника, заставляя лихорадочно придумывать план действий. И почему эта чертова Змеюка так спокоен?       — Интересно? — девочка буквально рычит, и кажется что еще чуть чуть, ее глаза буквально загорятся потусторонним огнем гнева. Она с силой дергает свои рукава, показывая Жабьему Отшельнику исполосованную кожу, и у мужчины внутри что-то обрывается. — Распоротые леской до костей руки и ноги, два куная под ключицы, девять сюрикенов по числу хвостов, и проломленный череп достаточная причина для амнезии, не правда ли?       Все его естество затопила паника. Он даже в самых безвыходных ситуациях не паниковал, всегда стараясь оставаться оптимистом и найти какой-либо выход, однако все происходящее выбило его из колеи, не говоря уже про взгляд этого ребенка. Ей нравилось. Доставляло удовольствие то, что он паникует и сражается со своей совестью. Наслаждается тем, в какое замешательство ввергает его новость о том, что ребенок знает о Кьюби, и судя по всему общается с ним.       Это все его вина! Этот чертов демон развращает душу ребенка чтобы вырваться на свободу, и Джирайя, как хороший крестный должен защитить ее хотя бы сейчас, раз раньше этого сделать не смог. Но рука была прервана четким движением, и несмотря на юный возраст, она уже неплохо владела чакрой, и Джирайе потребовалась вся его выдержка чтобы не скривиться от боли. Но вот взгляд, полный презрения пробирал до костей.       “Она защищает Кьюби”, пронеслась ужасающая мысль в его голове. “Она защищает то единственное существо, что было на ее стороне”. Осознание этого факта приводит в замешательство, и он даже не замечает как безропотно следует за ними в маленькую квартиру своей крестницы, приходя в себя только тогда, когда Наруто начинает вести себя слишком подозрительно, и просит привести Цунаде в Коноху.       И все бы ничего, если бы не открывшаяся правда, ради которой пришлось соглашаться на ту экспериментальную печать Минато. Джирайя слушал внимательно, отмечая все несоответствия в действиях своей крестницы. Она слишком взрослая для шестилетнего ребенка, которым никто не занимается. Она не могла быть ученицей этой Змеи достаточно долгое время, так как он был в Конохе осенью, и не слышал ни о чем подобном. Она слишком умна для своего возраста. Даже Минато, признанный гений, точно не был таким.       Это не могло не настораживать. Особенно ее эмоциональный всплеск защиты всех Хвостатых. Все не так. Джирайя вообще не понимал что происходит, однако спокойный взгляд Орочимару успокаивал и его. Значит, все в порядке. У Белой Змеи был слишком высокий инстинкт самосохранения, и если один из Тройки не чувствует угрозы рядом с ней, значит она действительно не представляет опасности, так же как и ее связь с Кьюби. Но все равно, вся эта ситуация слишком настораживала шпиона.       Даже после появления Какаши лучше не стало, она лишь сорвалась и на нем, успокоившись только после того, как словила недоуменный взгляд серых глаз. Что-то здесь не так. Они определенно что-то скрывали от него, но говорить этого при крестнице не собирались. Это было по своему интересно, но в тоже время пугало и путало все мысли.       В итоге, они распрощались с ребенком уже поздней ночью, ибо девочке нужно было в академию завтра, и засиживаться еще дольше было бы кощунством. И Джирайя уже собирался в сторону своей старой квартиры, но Имаи недвусмысленно схватил его за руку и молча потащил в сторону своего дома. И Жабий Отшельник даже порадовался бы, если бы не одно но: Орочимару явно был не в духе, и предчувствие беды не отпускало Джи.       — Ну что, доволен результатом своего отсутствия в жизни крестницы? — с порога начинает Орочи, стоило мужчине скинуть обувь.       — С ней что-то не так. — утвердительно кивает Джирайя, размещаясь в гостиной, и настороженно смотрит как полыхают противопрослушивающие фуин.       — Все просто, и одновременно сложно. — выдыхает Имаи, жестом фокусника доставая саке и пиалы. — Просто это не Наруто.       — Что ты хочешь этим сказать? — настораживается Джирайя, во все глаза смотря на виноватое лицо Змея. Это определенно что-то новенькое.       — Мы следили за ней с того самого дня как она попала в приют, и даже несмотря на амнезию, это не может быть Наруто. — Имаи откидывается на спинку кресла, напряженно вглядываясь в потолок. — Я более чем уверен, что Наруто погибла в день своего рождения, и сейчас на ее месте кто-то другой. Эта девушка не опасна, но она слишком много знает, и я очень сомневаюсь, что от Девятихвостого были получены эти знания. Скорее это больше похоже на то, что она была знакома с Наруто в другом мире.       — Что вообще произошло? — напряженно уточняет Джирайя. Ему было просто необходимо понять всю эту ситуацию.       — Данзо решил что Нару неподходящий сосуд для Кьюби и хотел перепечатать его в кого-нибудь из своих воспитанников, но Совет был против, а Хирузен так и не дал однозначного ответа, но я более чем уверен, что он и дал добро, пусть и неофициально. — брюнет залпом выпивает пиалу с саке. — Наруто достаточно жизнерадостный ребенок, но слишком забитый. Обезьяна в любой момент мог прекратить слухи еще на стадии нянечек, но он не сделал этого, поэтому только глухой да молодое поколение не в курсе того, что Нару джинчурики. Она была очень добрым ребенком и честно сказать, совсем не подходящим на роль шиноби. В ней не было и капли жестокости и ненависти, несмотря на все моральное насилие в ее сторону.       Орочимару ненадолго замолкает, всматриваясь в темное небо за окном.       — Данзо спланировал нападение, надеясь что физическое насилие спровоцирует Кьюби и у него будет козырь перед Старейшинами. Что-то вроде того, что это ребенок не способен удерживать Демона, так давайте же перепечатаем его в более взрослого, того, кто умеет управлять своими эмоциями. Я думаю, что Наруто просто не выдержала этого давления и уступила место другому человеку.       — Почему ты так уверен, что это другой человек, а не сам Кьюби? — напряженно уточнил Джирайя, не сводя взгляда с тонкого профиля Змея, на что тот мерзко ухмыляется, некрасиво искривляя губы.       — Потому что она вообще мало что понимает в этом мире, словно изначально она выросла в другом. И ты просто не видел ее взгляда, когда она увидела все те шрамы, что находятся на ее коже. Это был взгляд взрослого человека, который готов убивать. У ребенка не может быть такого взгляда, тем более у такого доброго и нежного, как Наруто. Она вообще была слишком доброй, я даже как-то видел что она расплакалась просто потому что раздавила муравья. — мужчина задумчиво проводит пальцами по губам, отчего у Джирайи внутри все переворачивается. А вот это противозаконно, учитывая что Змеиный Отшельник прекрасно знал о его чувствах. — Эта Наруто жестокая, но в меру, расчетливая, местами хитрая, четко следующая принципу мира шиноби “убей, или убьют тебя”. При этом всем, она весьма справедлива и лояльна к нам, и даже спокойно прошла все проверки. Она знала что Какаши ученик Минато, но она даже слова плохого не сказала ему за то, что он не заботился о ней все это время. Она знала про переворот и кто к нему причастен, но встала на сторону клана Учиха, предлагая провернуть смену власти более незаметно и даже косвенно рассказала как и кем лучше всего заменить лишние фигуры. Это не шестилетний ребенок после амнезии, это взрослая женщина. Даже Фугаку признал это.       — Ты точно уверен, что она не опасна? — на всякий случай уточняет Джирайя, отпивая саке из пиалы.       — Точно. Она просто хочет выжить и по возможности убрать любую опасность что может угрожать ей, или ее друзьям. Она делает это тонко, порой импульсивно, но все-таки старается взвешивать свои решения, продумывать к чему оно приведет. Не даром она выбрала Цунаде на должность Пятой. Она знает будущее, и она точно знает, что из Цуны выйдет хороший Хокаге, иначе настаивала на другой кандидатуре. — Змей поворачивается в сторону Джирайи, расплываясь в улыбке. — А тебе предстоит пройти ее проверку на лояльность, и уговорить Цунаде. Можешь рассказать ей то, что я рассказал тебе, но под печать Молчания. Если Нару доверится тебе, ты и сам поймешь, насколько эта девочка интересный экземпляр.       — Говоришь так, будто проводишь новый опыт. — Имаи хищно улыбается, а желтые глаза сверкают лукавством, от чего у Джи всего на мгновение перехватывает дыхание, но он быстро берет себя в руки.       — Возможно. А еще, я хочу посмотреть насколько сильной она станет. Она знает будущее, она готовится к чему-то важному, и я помогу ей стать сильнейшей, если это поможет ей выжить.       — Это так странно, видеть подобное рвение с твоей стороны.       — Все это странно. Она вроде и взрослая, но явно младше меня чуть ли не в два раза. Если маленькую Нару я воспринимал как внучку, то эту девушку я точно могу назвать своей приемной дочерью. Но это я смогу провернуть только после того, как Цуна станет Пятой. Если мне отказывали просто в опеке над ней, то что говорить об удочерении. — желтые глаза буквально горят потусторонним огнем при взгляде на Джирайю. — Ты же понимаешь, что уговорить Цуну просто жизненно необходимо, верно?       — Верно. — кивает Джирайя, понимая, что это бой он уж точно проиграл.