Виски

Наруто 6       Цунаде Сенджу уже с самого утра начала подозревать, что сегодняшний день не закончится ничем хорошим. Собственно, ее подозрения подтвердились, стоило ей начать выигрывать сначала в мелких играх, затем в более крупных, а под вечер она вообще сорвала огромный денежный куш, с помощью которого она могла покрыть все свои долги, да еще и на год безбедной жизни хватит.       Поэтому сейчас блондинка напряженно сверлила бутылку саке, стоящую на столе и ждала плохих вестей. С Шизуне все было нормально, у Дана уже давно не было обострений болезни, и хоть ее дорогой супруг был прикован к инвалидной коляске, он все же выздоравливал, пусть и крайне медленно. Конечно, Цунаде надеялась что Като когда-нибудь вновь встанет на ноги, но сейчас с этим ничего нельзя было поделать, так же, как и с искалеченной системой циркуляции чакры. Чудом уже было то, что Дан остался жив, и относительно здоров, но Цунаде просто физически не могла находится в Конохе, под опекой Третьего, что так безрассудно отправил одного из лучших АНБУ на одиночную миссию, которую, по идее, нужно выполнять отрядом. Так же чудом было и то, что в то время Цунаде со своей командой возвращалась с миссии сама и почувствовала что-то неладное. Мужчина выжил, был в здравом уме, но уже не мог ходить и использовать чакру, поэтому ему требовался постоянный прием лекарств, чтобы бушующая чакра не выходила из под контроля. Лекарства присылал Орочимару, так как сам изготавливал их, да и не доверила бы Сенджу никому другому такую сложную задачу.       Женщина подняла тяжелый взгляд ореховых глаз на своего собутыльника на этот вечер, и совсем не удивилась, увидев Джирайю. Все же, весь сегодняшний день указывал на то, что Жабья Морда пришел не просто ее проведать, а втянуть в какую-то авантюру, и скорее всего, смертельную. Но почему-то, Сенджу стало интересно. Взяла вверх ее азартная натура, или же просто желание ввязаться в какую-нибудь авантюру, она еще не решила.       — Виделся я тут со своей крестницей, — как бы между прочим, без приветствия начинает Джирайя. — она так хочет познакомиться со знаменитой принцессой Слизней.       — И откуда она обо мне узнала? — недовольно хмыкает блондинка, улавливая тонкий намек. Значит, возвращение в Коноху, да?       — Ну, возможно она хочет увидеть свою крестную. — лениво машет рукой Отшельник, будто отгоняя невидимых мушек, и Цунаде внутренне настораживается. А вот это уже интересно.       — Что ты хочешь, Джи? — чуть устало произносит еще-не-Хокаге-но-близко-к-этому.       — Приватного разговора, не только с тобой, но и с твоими спутниками. — Цунаде подзывает официанта, расплачиваясь за всю выпивку и прося упаковать с собой все нетронутое, да и закуски не помешают.       Намечался явно серьезный разговор, в котором остро встанет вопрос о возвращении Цунаде в Коноху. Плевать, что временное. Показываться на глаза старому сенсею не хотелось от слова совсем, иначе есть вероятность, что ее казнят за измену Деревне. Стойкое желание свернуть шею одной Обезьяне за искалеченную жизнь своего возлюбленного никуда не делось.       Она пропускает старого товарища вперед себя, отмечая что тот незаметно ставит разного рода защитные и заглушающие печати по всему пути к номеру, а в самой комнате и вовсе фуин Полного Молчания. Что-то Сенджу это ой как не нравилось, но природное любопытство все же победило, и она позвала Шизуне и Дана, чтобы начать разговор в их маленькой компании.       — Учихи планируют государственный переворот, Орочимару помогает им. И я тоже помогаю, раз я здесь. — как-то отрешенно говорит Жабий Отшельник. — Нам нужна Пятая, которая совершенно случайно, по просьбе крестницы приедет в Коноху как раз к ее дню рождения, а Третий, увы и ах, умер от старости. — стальные глаза светятся твердой уверенность, от чего Цунаде сглатывает. Когда он успел стать таким? И почему его взгляд настолько похож на холодный янтарь другого человека?       — Ты понимаешь, чего просишь, Джирайя? Во что ты ввязался, черти тебя раздери! — блондинка переходит на крик, не в силах сдерживать весь тот пылающий гнев внутри себя.       — Считаешь, лучше позволить учителю с его другом вырезать весь клан Учиха, а мою крестницу превратить в идеальное оружие Деревни, или убить ее? — не менее яростно отвечает Джирайя, от чего Сенджу немного потупила взгляд.       — Не говори глупостей, кто в здравом уме посмеет хоть пальцем тронуть джинчурики? — Сенджу величественно откидывается на спинку дивана, плечом прижимаясь к молчаливому Дану, ища у того поддержки.       — Уже тронули, и убили. — загробным голосом сообщает мужчина, наливая себе саке в чарку. — Орочи подозревает что место Наруто заняла другая душа, и именно она переиграла план государственного переворота, чтобы все вышли максимально сухими из воды, и все со своими головами на плечах.       — А вот теперь подробнее. — Шизуне наливает ей саке, и Сенджу молча выпивает его, зло смотря на Отшельника.       — Данзо пытался спровоцировать Кьюби. — седовласый мужчина делает глубокий вдох, будто пытаясь успокоиться и собраться с силами, что уже настораживало ирьенина. — У нее были достаточно серьезные ранения, судя по тому, насколько глубокие шрамы на коже, не говоря уже о том, как к ребенку относились в плане морального здоровья. Они просто травили маленького ребенка, а потом решили сменить сосуд, раз учитель не захотел отдавать Наруто в Корень.       — С чего уверенность, что этот ребенок не Наруто? — просто для прояснения ситуации уточнила Сенджу.       — Потому что. — коротко ответил Джирайя, делая небольшой глоток из чарки. — Ты сама во всем убедишься, стоит увидеть эту женщину в теле ребенка своими глазами.       Сказать, что подобное заинтриговало ее, не сказать ничего. В свое время, ей пришлось перерыть множество околомедицинских трактатов, в поисках лучшего метода лечения для любимого мужа. И даже попадались оккультные труды, в которых рассказывалось о воздействии и призыве чужой души. Конечно, они тогда с Орочи только посмеялись над этим, и возможно, смеялись бы дальше, если бы не случай с Наруто.       Орочимару всегда славится своим острым, критическим мышлением и весьма слабо верил во всякую потустороннюю чушь вроде призраков, ёкаев и божественных сущностей, поэтому все то, что сейчас рассказал Джирайя не могло не настораживать. А вдруг, в тех трактатах было и зерно истины, иначе как можно было объяснить все это?

***

      В Коноху они не особо спешили, так как с Даном в коляске было сложно передвигаться быстро, а сама Сенджу еще не решила, готова ли она взять на себя ответственность за всю Деревню. В один из дней, она просто проснулась и резко ударила себя по щеке, понимая, что совсем расклеилась за эти годы. Стать Хокаге было мечтой ее младшего брата и любимого мужа, но к сожалению, они оба не могут эту мечту осуществить. А тут, у Сенджу есть такая возможность, а она воротит нос. Конечно, она сомневалась что сможет стать достойным Хокаге, таким как ее двоюродный дедушка Хаширама, или же любимый дедушка Тобирама, но по крайней мере, она может осуществить мечту двух горячо любимых мужчин своими руками.       Клановый квартал по прежнему открывался только ей, поэтому она со спокойной совестью оставила своего мужа и его племянницу в главном доме Сенджу, прекрасно осознавая, что здесь им не грозит никакой опасности, ибо барьеры здесь ставила еще ее бабушка Мито. Уже у выхода стоял старый знакомый, одетый в форму АНБУ и терпеливо дожидаясь последнюю из клана Сенджу. Она приветственно кивнула ему, краем взгляда вылавливая седую шевелюру третьего товарища, и позволила вести ее к ребенку, что настолько взволновал самого большого скептика Конохи.       Квартира была не закрыта, и было видно, что совсем недавно здесь проводилась влажная уборка. Цунаде нахмурилась. Уже завтра должен был состояться праздник победы над Кьюби, значит, ребенка стали доставать с удвоенной силой, что не обрадовало Цунаде. Появилось глупое желание защитить свою крестницу от всего плохого, что случилось и еще случится. Странно, раньше подобных мыслей у нее не возникало, да и вообще, крестной ее сделали чуть ли не насильно, а самой Сенджу даже не было в Деревне на тот момент.       Первое, что бросилось в глаза была совсем худая фигура девочки, но в целом она выглядела здоровой и бодрой для своего возраста. Она старательно прятала оценивающий взгляд за пеленой веселости, но не заметить то, с какой настороженностью она осматривала принцессу Слизней было невозможно. Особенно тогда, когда ее жилище покинул мальчик с забавной косичкой темных волос и убогом зеленом костюме. Ребенок сразу же переменился в лице, и стал больше похож на детеныша хищника, который еще не умеет сидеть в засаде, но очень пытается. Да и не стоит забывать: как бы мило не выглядел детеныш перед вами, он не перестает быть хищником. И это прекрасно было видно в ее движениях, наклоне головы, поведении и словах, что говорил ребенок. А ребенок ли?       Теперь Цунаде своими глазами видела то, о чем говорил ей Джирайя и поняла, что Орочимару точно не ошибается. Этот феномен был весьма забавен, так как она все еще оставалось веселой и непосредственной, моментально перескакивая на серьезные темы, не меняя своего детского выражения личика. Это одновременно настораживало и заставляло принцессу Слизней задуматься. Определенно, это ребенок будет весьма занимательным.       Но кто бы сказал Пятой Хокаге Сенджу Цунаде, сколько неприятностей может приносить эта взрослая девушка в теле ребенка, которая без зазрения совести пользовалась своим положением.