Виски

Наруто 13 Гааре 14       Нару не попрощалась ни с кем, кроме Учихи, и Гаару это, несомненно, бесило. Она бежала, будто с тонущего корабля, подгоняемая в спину призраками прошлого. Она все еще была бледна, не восстановилась до конца, и не совсем твердо держалась на ногах, но уже спешила в путь, будто Коноха стала ее тюрьмой. Ли, стоящий рядом с ним в тени того же дерева, лишь удрученно хмыкнул. Собаку Но вообще не понимал, почему этот шиноби оказался рядом с ним, но не протестовал на счет присутствия чужака.       — Наруто именно та личность, которую невозможно разгадать с первого раза. Возможно, ей действительно нужно отдохнуть, — только и сказал Рок Ли, легкомысленно пожав плечами.       Было понятно, что Учиха давно заметил их, как бы между делом появляясь рядом. Активировал шаринган, проверил все вокруг, и только тогда повернулся в их сторону.       — Она сказала никому не доверять, и хоть ты мне и не нравишься, Собаку Но, ты с нами в одной связке. — Учиха зыркнул на него своими красными глазищами, но Гаара предпочел не замечать явной агрессии со стороны шиноби. — Она решила стать громоотводом, а нам стоит смотреть во все глаза, потому что добе права, и действительно творится что-то странное.       — Не боишься, Учиха? — с вызовом произнес Гаара, глядя прямо в глаза потомку красноглазого клана.       — Нару выбрала тебя, и я повторюсь, ты мне не нравишься, но сотрудничать придется, ты важная единица. — Саске нахмурился. — Нужно смотреть в оба глаза, раз настолько невнимательная усуратонкачи заметила неладное.       И Гаара правда старался смотреть во все глаза, отмечая про себя, насколько холодно отзывается Пятая о джинчурики, хотя подобного раньше не было, и что отец (Рикудо ради, он наконец может назвать этого черствого человека своим отцом и не стыдится подобного) стал более лоялен к носителю Кьюби. Темари так вообще была в восторге, так же как и Кан, восхищенно отзывались о молодой девчушке в ранге чуунина, но уловив яростный взгляд младшего брата, усмирил свои восхищения. Старшая сестра и вовсе не обратила на это внимание, лишь усложнила ему жизнь, напомнив, что он так-то Наруто замуж позвал, так что надо документы подготовить.       Не сказать, что Гаара действительно хорошо разбирался в бюрократической мешанине, но такие документы он был в состоянии подготовить, и ему не составило труда накидать примерный план. Нару была свободолюбива, и не смотря на его желание обладать ей целиком и полностью, Собаку Но отдавал себе отчет в том, что Наруто вообще-то, живой человек со своими желаниями и взглядами. Ему было достаточно того, что она станет его целиком и полностью на законодательном уровне, и джинчурики собирался обеспечить ей полную свободу действий. Ну, а еще, он помнил ее слова на счет ревности.       — “Ноги у ревности растут из неуверенности в себе,” — слова зазвучали знакомым голосом. — “Когда ты уверен в своем партнере, своих чувствах, его чувствах, и ваших взаимоотношениях, то и ревности быть не может. Возможно, вспыхнет собственнический инстинкт, если кто-то посмеет тронуть твое, но не сжигающая все вокруг ревность. Это пагубное чувство.”       Фестиваль, на который его затащили чуть ли не насильно, прошел будто мимо него. Не хватало самого главного, имя которому - Узумаки Наруто, и это ярко ощущали все присутствующие. Гаара был уверен, что Нару бы не упустила возможности выбрать им всем юкаты, а потом потащила бы по всем палаточным магазинчикам, дабы выиграть заветный приз. Все могло быть веселым, под флером ее беззаботности, однако, Саске наверняка уже успел донести информацию до других, и пусть внешне все казались безмятежными, напряжение ощущалось слишком явно. Не хватало того лучика света, которая беззаботно улыбнется, разгоняя тьму вокруг, а потом запутается в собственных ногах и чуть не повалится на землю.       Уже когда они покидали страну Огня, его застал призыв Нару, в котором она извинялась за все. К письму так же прилагался рисунок, и Гаара всерьез задумался, а почему бы и не отрастить волосы, тем более, что Нару изобразила его достаточно приятно, и сам джинчурики не был против подобного образа. Об этом он определенно задумается позже, когда вернется домой и начнет поливать кактусы, впадая в околомедитативное состояние.       Гаара достаточно часто думал о Нару, надеясь, что и она вспоминает о нем.       — Я думаю, что тебе очень даже пойдет, — улыбнулась Темари, смотря на рисунок из-за плеча брата.       — Думаешь? — он вновь взглянул на схематическое изображение. — По моему, они слишком топорщатся, чтобы лежать настолько хорошо, как нарисовано.       — Но можно же попробовать, и посмотреть что из этого выйдет. — сестра потрепала его по голове, после чего вновь вернулась к приготовлению пищи.       — Ответ не забудь послать, мало ли, эта фурия обидится, и спустит с тебя шкуру, — язвительно отозвался Канкуро, все еще валяясь на песке.       — Скорее уж, она с тебя ее спустит, если продолжишь зубоскалить, — будничным тоном ответил джинчурики, от чего все присутствующие шокировано посмотрели на красноволосого.       — Гаара, ты что, язвишь? — губы блондинки разъехались в довольной улыбке. — Неужели я дождалась этого момента!       — Она плохо на тебя влияет, — страдальчески протянул марионеточник. — Если еще и ты будешь так же брызжить ядом во все стороны, у меня крыша поедет.       — Тебе полезно, может, на место встанет, — все так же между делом отвечал ему песчаник, роясь в сумке в поисках писчих принадлежностей. На эту фразу Темари радостно захлопала в ладоши, видя страдальчески перекошенное лицо Канкуро.       В Суне без Наруто было скучно. Совсем. От нечего делать Гаара даже согласился взять учениц, о чем пожалел, спустя некоторое время. Не то чтобы их было сложно обучать, или они его боялись, скорее наоборот. Нару как-то предупреждала, что еще немного, и у Гаары появится собственный фан-клуб, но он постоянно отмахивался от этого, считая, что красноволосая несет чушь. Но что-то подсказывало, что джинчурики была в чем-то права.       Минул день рождения Нару, к которому они все подготовили подарки, но не имели средств связи с ней, лишь расплывчатое обещание, что она сама свяжется, как вернется. Так же минул Новый год, а затем и его день рождения. За ним еще один экзамен на чуунина. Тоска по джинчурики Конохи все копилась, и не находила выхода. Раньше они хотя бы могли обмениваться письмами, а сейчас Гаара даже не представлял, где она находится. Но очень скучал.       К своим ученицам он более-менее привык, хотя самая нормальная по его мнению была Сари, потому что не сверлила его тем самым взглядом, от которого джинчурики становилось не по себе. Лучше уж ненависть и гнев, чем это непонятное, затаенное, вызывающее тревогу. Впрочем, Мацури и Юката не всегда себя так вели, лишь в свободное от тренировок время, и на том спасибо.       Ожидать похищения обеих учениц не приходилось, и Гааре даже в голову не могло прийти, что Такуми решат отомстить ему через более слабых товарищей. Самое главное, почему они вообще решили, что он пойдет за ними? Может, его изменения стали настолько заметными, что стали ползти слухи?       Естественно он спешил и переживал за них. С одной стороны было даже жаль девушек, что попали в такую глупую, очевидную ловушку. С другой стороны, он не представляет, каким взглядом одарит его Нару, если узнает о происходящем, и о том, что он просто не успел, а ученицы погибли.       Но зря волновался, потому что события, последовавшие за этим, оказали еще хуже. Почему Мацури поцеловала его? Что с этим делать и как ее учить дальше? И самое главное, как ему теперь объяснять это все Наруто, которая стала невольной свидетельницей всего происходящего? Он же на полном серьезе хотел, чтобы Узумаки всегда была его женой. А если откажется после произошедшего? И что теперь?       Но вроде, она не злилась? Ее лицо всю дорогу было спокойным, лишь чуть огрызнулась в сторону Мацури, когда та влезла в разговор.       — Что-то случилось? — поинтересовался Канкуро, которого эта тишина напрягала.       — Ничего, что бы заслуживало внимания, — Нару покачала головой, через плечо косясь на учениц, что прислушивались к разговору.       — Я думал, что ты расстроилась из-за Четыреххвостого, — джинчурики резко поворачивает голову в сторону марионеточника, и Гаара готов дать руку на отсечение, что новость ее шокировала. — Йонби захвачен.       — Наруто! — только и успел крикнуть ей вслед Гаара, но куноичи была уже слишком далеко, несясь по пустыне в покрове. — Чтоб тебя Биджу сожрали, ты не мог сказать об этом уже после прибытия?!       — Да просто она выглядела, будто заторможенная, вот я и подумал, что она расстроилась. — Собаку Но отчетливо скрипнул зубами, из-за чего Канкуро чисто инстинктивно отдаляется от него на безопасное расстояние.       — Если бы ты подумал, то держал язык за зубами, — гневно прошипел шиноби, понимая, что не догонит ее.       — Гаара-сама, а кто это? — Мацури интересовалась как бы между делом, словно ей вообще без разницы, почему он так хорошо общается с неизвестной ей девушкой.       — Не твое дело, — осадил ее наставник, напряженно прислушиваясь к технике Кота. Нет, она уже слишком далеко, не может ее засечь.       Обе ученицы замолчали и продолжали молчать до самых ворот, где их уже поджидала Нару, по всей видимости, успевшая узнать интересующую информацию, и даже сменила одежду. Хоть какие-то радостные новости за этот суматошный день, внутри все переворачивалось от мысли, что куноичи останется здесь на целую неделю, именно тогда, когда у него появилось свободное от миссий и тренировок время. Помощь Рикудо, не иначе.       — Ты будешь сильно занята? — красноволосая пожала плечами.       — Ну не сутками точно, по крайней мере пока делаю первый заказ. А вот на счет второго не знаю, эти товарищи очень привередливы, так что может сложиться, что я здесь останусь на вторую и на третью неделю. — младший Собаку Но заметил, как скривился Джирайя на этих словах. — Мы все равно никуда не спешим, пока что просто путешествуем.       — Это замечательно. — Гаара чуть улыбнулся от ее яркой улыбки. Боги сегодня его стороне, это уж точно.