Сумасшедшая жизнь в Хогвартсе!

Лучший способ сделать детей хорошими — сделать их счастливыми.

Оскар Уайльд

***

      Лиз стояла на крыльце дома Поттеров и мялась около двери. Одна её сторона просто кричала, что они должны знать, а вторая говорила, что нет. Возможно, она уже давно ушла, если бы не появившийся неведомо откуда Ремус.       Друг осмотрел её с явным беспокойством и, заметив её состояние, лишь поднял бровь в немом вопросе. Женщина бросила на него неуверенный взгляд, но всё же вошла в дом. Ремус последовал за ней, и вскоре двое друзей оказались в гостиной, где сидел Сириус с Николасом, Джеймс, который, судя по всему, готов вырвать себе волосы и предельно злая на восьмом месяце Лили. Ради таких вечеров она готова возвращаться каждый раз с опасных и смертельных миссиях.       — Что произошло? — спросила Лиз и, обняв подругу, поняла, насколько всё серьёзно, когда та не ответила на объятия.       — Лиз! Ты знаешь с кем у Джеймса был первый раз? Я просто не понимаю почему, если он на протяжение всех школьных годов кричал, что любит меня, но спал с другими? — спросила Лили подругу.       Лиз посмотрела на неё как на сумасшедшую, но в глазах промелькнули смешинки.       — Гормоны. У парней в раннем возрасте они скачут, если мы девушки способны усмирить свои гормоны, то парни нет. Тем более Джеймс любил, любит и будет любить только тебя. И я тебе даю чисто Гриффиндорское слово, что во время секса с другими девушками он представлял тебя. И тем более, Лили, он твой муж, отец твоего будущего ребёнка, разве сейчас играет роль, кто та девушка, из-за которой Джеймс впервые занялся этим делом. Какая сейчас разница? Он сейчас с тобой! — говорила Лиз.       Её руки лежали на плечах подруги, а взгляд был уверенный. Лили посмотрела на подруга и обняла её.       — Ты права! Сейчас это не имеет значения. Прости, Джим! — пробубнела в объятиях подруги рыжеволосая и, сказав что-то про огурцы, вышла из гостиной.       — Лиз! — выговорил с благословением Поттер и подорвался к подруге.       — Где же ты была? Я тебя просто обожаю, Лиззи! — говорил Джеймс и, поцеловав подругу в щеку, выбежал из гостиной в коридор.       Через несколько секунд на кухне слышался разговор Поттеров. Сириус смотрел на жену во все глаза, даже позабыв о Николасе, который с интересом трогал его волосы.       — За что мне такое счастье? — спросил Сириус в тишину, его голова была повернута в сторону Ремуса.       Оборотень пожал плечами и вышел из комнаты, Лиз лишь усмехалась, а глаза наблюдали за ползущим к ней Николасом.

***

      Кружка чая дымились, а лежавшая рядом коробка печенья создавала впечатление, что хозяйка ненадолго отошла. И лишь открытое окно и лежавший на столе пергамент мог убедить в обратном. Стук протеза разнесся гулом по пустующему дому. Выставив палочку вперёд, мужчина зашёл на кухню. Оба глаза уставились на стол и всё ещё тёплый чай, а звук, как будто что-то упало, заставил мракоборца двинуться на шум. Пройдя по лестнице и достигнув одной из комнат, он медленно её приоткрыл. Открыв её полностью, он заметил сидящего на полу Сириуса. Мужчина потирал затылок и что-то шептал себе под нос.       — И что же ты делаешь, Блэк? — спросил мракоборец и выставил щит, заметив, как в него летит заклинание. Когда Блэк смог увидеть, кто на пороге комнаты, его палочка опустилась вниз.       — Я пытался предпринять попытку прибить полочку, — сказал мужчина и кивнул в сторону висящей доски, мракоборец лишь крыво улыбнулся, явно насмехаясь над учеником.       Сириус ещё раз бросил взгляд на не законченную работу и, махнув рукой, двинулся на выход из комнаты. Грюм поспешил за ним.       — Ты что-то хотел?       — Да. Только скажи где Лиз?       — Ушла на прогулку с Николасом, — беззаботно ответил Сириус и вошел на кухню, где стоял уже успевший остыть чай и всё ещё открытая коробка печенья.       Схватив одну печеньку, Сириус с удовольствием откусил кусок.       — А зачем тебе она? — поинтересовался мужчина, доставая конфеты для мракоборца.       Грюм взял из его рук коробку и, проверив на наличие заклинаний и зелий, открыл её.       — Для вас появилось задание. Поэтому на некоторое время вам надо отдать Николаса Поттерам. Все подробности как только будете вдвоем, — прервал его мужчина и вкинул в рот одну из конфет. Сириус хмыкнул, но больше не произнес ни слова.

***

      — Лиз, пора давать дëру, — прохрипел на ухо жене Сириус и осмотрел местность.       Сейчас они находились в лесах Албании, и, видно, очень разозлившийся Пожиратели преследовали их. Лиз схватила мужа за ворот курточки, дернув его на себя. Там, где стоял Сириус, пролетел луч заклинания и угодил в дерево.       — Согласна, но слишком умные Пожиратели пошли. Антипарационный купол, — сказала Лиз и выставила барьер, о который разбилось множество заклинаний.       — И что делать? — спросил уже раздраженный мужчина.       Его рука быстро нашла руку супруги и сейчас они держались друг за друга. Лиз сжала руку мужа и, поймав его взгляд, улыбнулась. Сириус подмигнул Лиз и, резко сменив положение их находившихся тел, супруги стояли на месте друг друга. Теперь Лиз вела борьбу с соперниками Сириуса, тот, в свою очередь, отбивался от соперников жены. Лиз прижалась к спине мужа и напряглась всем телом, завидев в далеке огромные силуэты.       — Сириус, нам надо срочно уходить. Там великаны, — нервно ответила женщина и напряглась всем телом. Она инстинктивно чувствовала, как Сириус напрягается.       — Ты сама сказала, что здесь антипарационный купол. Что делать? — спросил Сириус и выдохнул сквозь зжатие зубы. Как только они выберутся, а, он в этом не сомневался, он самолично убьет Грюма за неточную информацию.       — Есть один способ, но... — начала неуверенно миссис Блэк.       — "Но" что? — поторопил её Блэк.       — Оно отберёт много сил. Есть два способа: я могу разрушить чары, а могу перенести нас в безопасное место. Но, что в том случае, что в этом это отнимет у меня много сил.       — Это сделаю я, — прошептал Сириус, и его голос был почти приказным.       —Нет. Малыш, пойми, то, чем я собираюсь воспользоваться – это семейная магия моей семьи. Да, я уже не Ричардсон, но пока Николас не вырос я остаюсь единственным членом семьи, который имеет открытый доступ к магии, — прошептала Лиз и посмотрела в глаза мужу, пока они опять менялись местами.       — Детка, я не могу позволить тебе настолько рисковать, а если что-то пойдёт не так! Я не готов тебя терять, — прошептал ей в ответ Сириус и рывком развернул к себе.       Лёгкие пасы кистью, и вокруг них защитный барьер. Лиз посмотрела в его серые глаза. Любовь и нежность были ясно видны, и она тонула в его глазах.       — Всё будет хорошо. Максимум, чем мне это грозит, это небольшим магическом истощением, — ответила Лиз и прижалась к мужу сильнее. Сириус вздохнул её запах и блаженно прикрыл глаза.       — Хорошо. Но об остальном поговорим дома, — ответил мужчина и поцеловал её в макушку.       Лиз взглянула на мужа и кивнула. Её руки всё ещё продолжали обвивать торс, а тело женщины было прижато максимально близко. Сириус установил новый барьер, чувствуя, как падает старый. Лиз вдохнула побольше воздуха и начала шептать так давно заученное заклинание.       — Ad vos magicam voco. Exaudi me, salva animam meam. Serva vitam viri mei. Exaudi et salva nos. Recipe nos ad avitam domum. Audi me et orationes meas magicas, — шептала Лиз, сиреневая димка окутивала супругов, а нарастающая слабость заставляла шептать заклинание быстрее и быстрее.       Последние слова потонули в огромном гуле и свистящем в ушах звуке. Всего лишь через несколько мгновений Лиз почувствовала, как сильные руки супруга отрывают её от земли и несут куда-то. Сил спросить хоть что-то или хотя-бы открыть глаза не было.

***

      Николас сидел около Лиз и наблюдал за тем, как Сириус пытаеться заменить порваную струну под заливистый смех тёти и бурчание дяди. Сириус смотрел на племянника и, улыбнувшись ему, принялся любовно проводить по струнам гитары.       Лиз пересадила себе на ноги парнишку и посмотрела на мужа. Сириус окинул её взглядом и кивнул на её немую просьбу, та ещё шыре улыбнулась и принялась вслушиваться в мелодию. Слова песни сами собой начали всплывать в памяти.

Oh yeah, I'll tell you something,

I think you'll understand.

When I'll say that something

I want to hold your hand,

I want to hold your hand,

I want to hold your hand.

      Лиз прикрыла глаза, тело покачивались из стороны в стороны. А её мелодичный голос распространяется по гостиной. Сириус наблюдал за женой из-под опущенных век, в то время как Николас спокойно сидел у нее на коленях и, как завороженный, слушал её.

Oh please, say to me

You'll let me be your man

And please, say to me

You'll let me hold your hand.

Now let me hold your hand,

I want to hold your hand.

      Мелодичный голос сменился басистым. Лиз приоткрыла глаза и посмотрела на Сириуса, который прикрыл глаза и продолжил петь за неё. Лиз посмотрела на племянника, который теперь наблюдал за Сириусом. Его спокойствие говорило о том, что ему нравится.

And when I touch you I feel happy inside.

It's such a feeling that my love

I can't hide, I can't hide, I can't hide.

Yeah, you've got that something,

Think you'll understand.

When I'll say that something.

      Сириуса поднял глаза на жену, которая подключилась к нему, и сейчас они пели вдвоем. Их взгляды остановились друг на друге. Мелодичный и басистый голос смешались. Создавалось впечатление, будто они читали мысли друг друга, зная, как им надо петь. Супруги продолжали вместе, а Николас лишь слушал.

I want to hold your hand,

I want to hold your hand,

I want to hold your hand.

And when I touch you I feel happy inside.

It's such a feeling that my love

I can't hide, I can't hide, I can't hide.

      Продолжила петь уже без супруга Лиз. Её глаза вновь были прикрыты, а голова была чуть поднята. Эта песня имела для них обоих большое значение. Из-за чего в памяти всплывали моменты, связанные с этой песней. Сириус улыбнулся, понимая, что она сейчас тоже вспоминает.

Yeh, you've got that something,

I think you'll understand.

When I'll feel that something

I want to hold your hand,

I want to hold your hand,

I want to hold your hand.

      Сириус запел вместо замолчавшей Лиз. Пальцы перебирал струны, а горло першило от потребности в воде, но всё это не мешало продолжать петь. Последние строки были пропеты из-за чего в комнате воцарила тишина. Николас протянул свои маленькие ручки в сторону гитары, из-за чего в глазах Сириуса заплясали смешинки.       — Тоже хочешь поиграть? — спросил Сириус, и парнишка посмотрел на него.       В его серых глазах плясала радость, как только маленькие ручки всё же коснулись лакированой поверхности гитары. Сириус и Лиз внимательно следили за его изучающими движениями. Оторвавшись от гитары, он посмотрел на своих родственников, которые внимательно наблюдали за ним.       — Па-па, — то-ли вопросительно, то-ли утвердительно сказал Николай.       Глаза Сириуса расширились от удивления, а отпившая из кружки какао Лиз поперхнулась. Николас посмотрел на Сириуса и снова сказал своим детским голосом: — Па-па.       — Он назвал тебя папой, — прошептала Лиз, а потом залилась смехом.       Сириус ещё раз посмотрел на Николаса в удивление, а потом, подхватив на руки ребёнка, подкинул его. Радость и в тоже время гордость разрывала его изнутри.       — Лиз! Меня назвали папой! Мерлин великий, меня назвали папой, — говорил Сириус и смотрел на веселого парнишку.       В глазах обоих промелькнуло понимание. Он знали, что эти слова должны были быть предназначены для другого человека. Сириус посмотрел на жену, у которой на глаза наливались слезы. Перехватив племянника, который уже приходится им как родной сын, он подошёл к Лиз.       — Я знаю, о чем ты подумала.       — Это несправедливо, — прошептала Лиз и уткнулась в плечо мужа. Обвив её за талию, он притянул её ближе, всё ещё не выпуская из рук Николаса. Заметив или скорее почувствовав перемены в настроении, тети он поднял свои маленькие ручки и провел по волосам женщины. Всхлыпы умолкли, а немного удивленные, но всё ещё влажные циановые глаза посмотрели на уже сына.       Николас широко улыбнулся своей улыбкой и ещё раз провел своими ручками по волосам Лиз. Сириус, который наблюдал за всем этим с улыбкой задумался. Вот он, дом.       Дом – это не здание, куда ты приходишь. Дом – это люди, которые готовы защищать тебя до последнего вздоха. Дом – это там, где тебя всегда встретят с любовью. Это то, где тебя не осудят и всегда поддержат. Вот, что такое дом.

Дом — это семья.