Сумасшедшая жизнь в Хогвартсе!

Совесть обычно мучит не тех, кто виноват.

Эрих Мария Ремарк, «Время жить и время умирать»

***

Июль 1993 год

      Лиз услышала стук в окно, попивая ароматный кофе. Подойдя к окну и отворив его, она впустила сову сипуху. Бросив конверт на стол, она вылетела через все еще открытое окно, ухнув на прощание.       Конверты знакомого светло кофейного цвета лежали на столе, а чёрные чернила казались зелёными из-за играющего света. Взяв в руки два письма она лишь улыбнулась, в голове начали прокручиваться воспоминания связанные с таким знакомым предметов. Топот на лестнице заставил вздрогнуть и завести руки вместе с конвертами за спину, на кухну забежали её сыновья.       — У меня для вас сюрпризы, близнецы, — ласково проговорила женщина и посмотрела сыновьям в глаза. Закусив губу и протянув им руки, она покрутила конвертами перед их лицами. Парни удивлённо смотрели на получившие конверт, а потом с радостью кинулись к матери с объятиями.       — Мы едим в Хогвартс! — кричали близнецы и прыгали от счастья.

***

      Гарри смотрел на солнце и медленно покачивался на качели. Солнце стояло высоко в небе, но не пекло так сильно как вчера. Черные волосы, которые были в полном беспорядке на голове, медленно подрагивали от ветра, а лучи солнца лишь отбивались от линз круглых очков.       Красная футболка с рисунком машины была вытянута из синих джинсов и не приятно липла к мокрой спине, которую водой облил двоюродный брат — Дадли. Часы показывали два пятнадцать, и вот вдали показалась знакомая фигура.       Переведя взгляд на крестную, Гарри помахал ей рукой в знак приветствия и поспешил к ней. Дойдя до Лиз, Гарри обнял девушку и счастливо улыбнулся, когда она протянула ему ещё холодное мороженое.       — Сегодня слишком много дел. Ещё немного, и я буду падать с ног, — весело произнесла Лиз и улыбнулась.       — Ну, ты ещё не валишься с ног. Значит, всё еще пока хорошо, — ответил Гарри и услышал смех женщины.       Не сдержав улыбки, он вернулся к, начавшему таять, мороженому. Лиз с улыбкой посмотрела на крестника и, забросив свою руку ему на плечо, повела в сторону им двоим знакомого парка.       Дойдя до излюбленных качель они присели. Лиз прикрыла глаза и подставила лицо под солнце.       Тишина стоящая между ними не была неловкой. Она позволяла задуматься о многом. Пение птиц приносило удовольствие.       — Осталось всего пару дней и ты должна дать ответы на все мои вопросы, — проговорил Гарри и посмотрел на крестную, которая сидела немного напряжена, но старалась этого не показывать.       — Я помню, — прошептала Лиз и перевела на него свой взгляд.       — Как думаешь парк Аттракционов открыт сегодня? — спросила Лиз и в предкушение потерла руки.       Гарри лишь улыбнулся и через несколько секунд они уже оба направлялись в сторону нужного им парка.

***

      Лиз сидела на стуле и забросила свои ноги на кухонный стол. Сейчас на ней были лишь короткие шортики и майка. Волосы были в полном хаосе, что давало знать. Женщина проснулась совсем недавно. Часы висевшие на стене показывали час ночи, а стоявшая рядом с женщиной пепельница была полная. Очередной кошмар, очередная сигарета и очередное скверное настроение.       — Мама, — тихо проговорил кто-то около стола. Подняв голову, она увидела Альтаира, судя по виду мальчишку что-то волновало. Затушив сигарету и выдохнув дым, она посмотрела на сына, тот не сводил с неё свой взгляд и лишь поглядывал на часы.       — Что, Ал? — охрипшим голосом спросила женщина.       — Судя по всему, у тебя опять кошмары, — утвердительно сказал Ал.       — Ты ведь знаешь, это не пройдёт, — сказала Лиз и, встав со стула, принялась заваривать чай для мальчишки.       — Ты же знаешь, что не виновата. Так почему продолжаешь себя винить? — спросил сын и вновь посмотрел на мать.       Он знал, что не получит ответ на свой вопрос, но вновь то вновь ждал его.       — Родители Гарри отказались от защиты, и я послушала. Это моя вина. Надо было не слушать, а ставить её. Марлин. Я могла прийти раньше и, возможно она выжила б. Алиса и Френк. Надо было бежать к ним, а не помогать вашему отцу искать крысу. Клара и Лео. Если бы я заставила их поставить на дом самые сильные чары, они могли бы выжить. А ваш отец. Я могла бы спасти Сириуса, предоставив свои воспоминания. Но не сделала и этого. Так что ты скажешь, Ал? Будешь дальше уверять, что я не виновата. Ты же знаешь, что не переубедишь меня! Так что пей чай и иди спать, — последние слова послышались с какой-то мольбой в голосе.       Альтаир поднял свой взгляд на мать, которая вновь закуривала сигарету и смотрела стеклянным взглядом в окно. Мальчишка взял в руки чашку и в несколько глотков опустошил чашку.       — Спокойной ночи, ма, — проговорил Альтаир и, бросив взгляд, на мать исчез в коридоре.       Лиз скрытым взглядом проследила за сыном и вновь посмотрела на сигарету. Уже четвёртая за ночь, спрятав её обратно в коробку, и вздохнув как можно глубже, она направилась на выход из кухни и исчезла в тёмном коридоре как тень. А оставшийся гореть на кухне свечка погасла от ветра, последнее что можно было разглядеть в этой темноте это были крылья птицы.       Прекрасной и большой птицы. Потухшая свеча, сигарета и пепельница остались на столе, дожидаясь своего времени когда хозяйка дома вновь спуститься и все вернеться как и было до этого. И лишь полная луна за окном менялась каждой ночью, показывая что она единственное что будет изменяться.