Помолись за меня

      Жизнь Самюэля была до ужаса скучной и однообразной. Мысли, пожирающие его изо дня в день, песни, крутящиеся по радио в машине, салат, который он заказывал каждый раз в этой чёртовой кофейне — от всего этого уже начинало тошнить. Но, к сожалению, никто не мог увидеть его боли, никто не мог разглядеть его кровоточащих внутренностей, что с каждой ночью рвались всё сильнее. Стоя каждое утро перед зеркалом, он содрогался от увиденного. В его глазах возникал образ грязного человека, образ убийцы, что лишил жизни своё дорогое сокровище. Хотя мог ли он знать, что тот пьяный водитель фуры будет проезжать именно около того шоссе? Имел ли он действительно право винить себя в смерти Аманды? Конечно же нет. Он прекрасно понимал это. Понимал, но ничего не мог с собой поделать. Ему хотелось заглушить всё то, что он ощущал внутри. Всех этих гадких насекомых, поселившихся в грудной клетке. Они щекотали его своими усиками, кусали плоть и путались лапками о лапки друг друга, создавая тяжёлый ком. Сам исповедовался перед многими приближенными к Богу людьми. Он надеялся найти своё успокоение в лице человека, которому было всё равно на его страдания. «Скоро и ты обретёшь покой», — говорили ему губы, спрятанные за густой бородой, но покой так и не приходил.       — Не хочу выходить на дежурство завтра… — недовольно простонал Мэтью, пододвигая стул к рабочему месту темноволосого. Самюэль недовольно покосился на блондина, не отрывая своих рук от компьютерной клавиатуры. Его чудо-напарник слишком часто начал захаживать к нему в офис, отвлекая не только его, но и коллег рядом.       — Так ещё и в 'N'-ый район направили… Там же никогда ничего не происходит, одни пенсионеры живут. — Усевшись передом к деревянной спинке своего трона, Мэтью сложил подбородок поверх рук, с тоской посмотрев на работающего Сама.       — Так это же хорошо… — заметил полицейский, решив всё же уделить немного внимания персоне напротив. Наглой, приставучей, умеющей строить щенячьи глаза… По его лицу так и хочется хорошо ударить, чтобы лишний раз не лез.       — Я в полицию не для этого шёл. — недовольно продолжил сотрудник, выпятив, как маленький ребёнок, нижнюю губу.       — Если в городе всё хорошо — мы отлично работаем, не так ли, Сэмюэль? — в разговор влезла рыжеволосая девушка. Она разделяла с Самом офис. Сама по себе Сабрина была личностью юной, открытой, пышущей. Вкратце, просто очаровательной и прекрасной, как и вся молодёжь, желающая добиться успеха в какой-либо сфере. Хах. И когда это Самюэль начал рассуждать как старик?       — Да, — согласился мужчина, потирая покрытый лёгкой щетиной подбородок. Мэтью явно был недоволен исходом диалога. Но это не так уж и сильно заботило Сама. Блондину нужно повзрослеть, и чем раньше он это сделает, тем будет лучше для всех. Меньше споров в участке — меньше его надутых губ и неприятной атмосферы.       — Ну-у-у, может быть, тогда вместе сходим сегодня в кофейню? Поддержите меня в трудную минуту!       — Почему я должен соглашаться?       Из дальнего угла кабинета послышался смешок Сабрины. Она всегда удивлялась столь несовместимо-идеальным отношениям двух напарников. Ворчливый Сам и чересчур любвеобильный Мэтью… Если они начинали спорить, то приковывали к себе всё внимание.       — Потому что вы старший. Не хотите протянуть мне руку помощи?       Раздражало. Как же его раздражало такое поведение. Самюэль мог поощрить его в детях, даже в подростках! Но не в уже достаточно хорошо сложенном парне под сто восемьдесят сантиметров ростом. Ему нужно было отвыкать от подобного. Сказать честно, Саму уже надоедало идти этому прохвосту на уступки. Он ведь и вправду старший… Пора бы взять ситуацию в свои руки! Но… Может быть, с завтрашнего дня… Сейчас он не против порции салата.

***

      — Уже довольно поздно. Думаю, я лучше пойду. Мне нужно забрать несколько документов, я совсем о них забыл. — Мэтью достал пару купюр из своего бумажника, положив их на край стола. Вот же засранец. Сам позвал, а теперь, не дожидаясь, спешит удрать пораньше домой. Хотя, сегодня они и вправду засиделись здесь. Самюэль даже выпил на одну чашку кофе больше, чем обычно.       — Ага… До завтра. — мужчина проводил взглядом уходящего блондина. И вновь он остался один на один с собой. Эти мысли слегка удручали, пожалуй… Способен ли был Бог избавить его от них? Он не знал. Не знал, но продолжал надеяться. Ведь такова его человеческая глупость, его грязная натура, от которой он был не в силах избавиться самостоятельно…       Оплатив заказ, брюнет вышел из заведения. Его руки рефлекторно потянулись к заднему карману брюк, нащупывая пачку с сигаретами. Что-что, а бросить курить он никогда не сможет. Запах табака всегда успокаивал его, придавал бодрости, а иногда даже избавлял от бессонницы. Прекрасная эта вещь — ваши никотиновые палочки. Сколько же от них толку. Помогают забыться, расслабиться, перебить запах бетонного города, его бетонных стен и бетонных дорог. Жить становилось чуточку легче.       Несмотря на время, на улице было ещё весьма оживлённо. Вечерний город всегда манил весельчаков и любящих романтику парочек. Пожалуй, иногда даже Сам им завидовал. Они могли насладиться радостью, залиться смехом. Им не приходилось выдавливать из себя глупые слова. Они любили сопливые, уже всем приевшиеся шаблоны. Они следовали чётко поставленному сценарию в своей жизни и приходили к успеху. К покою.       — В душ хочу… — пробормотал себе под нос мужчина, выпуская из губ очередную струйку дыма. Пожалуй, он и думать не мог, что опасность была чересчур близко. Всё то привычное, что его окружало, в миг оборвалось ощущением тяжёлых рук у своего лица. Пропитанная хлороформом тряпка легла ему прямо у носа. Где-то вдалеке послышался женских крик.       Самюэль прекрасно знал, куда нужно бить, чтобы повалить на землю мужчину раза в три крупнее себя. Он прекрасно знал, как правильно держать ноги и как себя вести. Но именно в этот момент первое, что он ощутил, была паника. Бессмысленные рывки вперёд заставили безумца лишь укрепить хватку. Хуже стало в момент, когда в ногах появилась тяжесть. Это был второй нападавший. Он вцепился своими лапами в его голень, не давая растерявшемуся совершить ненужных движений.       Самюэль ещё был в сознании, когда ощутил, как его поднимают от земли, в спешке перетаскивая с места. Сколько прошло времени? Этот чёртов химикат не мог подействовать на него так быстро! Ещё буквально три минуты безуспешного сопротивления, и держать глаза открытыми было уже невозможно. Сам глубоко выгнулся в последней попытке выбраться из чужих лап и обмяк.

***

      Что вы ожидаете увидеть, когда просыпаетесь после тяжёлого сна? Знакомый белый потолок, скинутое на пол одеяло, оставленный перед головой кабель зарядки с подключенным к нему на ночь телефоном? Первым, что увидел Самюэль, было дерево. Совершенно обычная доска, что едва касалась его носа. Окружённый малым пространством, первое, что он подумал — его похоронили заживо.       К горлу подступил страх. Рот сам собой издал крик, пропитанный паникой и отчаяньем. Самюэль до боли сильно вывернул свои руки, лишь бы достать до деревянной поверхности и с силой начать по ней колотить. На глаза падала грязь. Воняло чем-то влажным. Кому это вообще понадобилось? Кому он успел насолить настолько сильно?       «Господи. Господи. Господи».       Засело одно громкое слово на его устах.       — Эй! хватит там орать! — донеслось громкое, недовольное рычание сверху. Владелец незнакомого басового голоса с силой ударил ногой где-то на уровне головы заложника. Это был не гроб. Его спрятали под полом. Радоваться этой новости или же нет, Сам не знал. Но рефлекторно затих, как ему и приказали.       Преодолев первый приступ панической атаки, Самюэль решил проверить свои карманы. Вновь пришлось изощрённо выворачивать свою кисть руки, чтобы протиснуться в мелком пространстве между телом и деревом. Как жаль, что ему не досталась кошачья гибкость.       На этот раз боль ощущалась сильнее и ярче. Поморщившись, мужчина всё же достал до заднего кармана. Они оказались пусты. Ни телефона, ни сигарет с зажигалкой. Пожалуй, эти похитители были не так глупы, как могло показаться. Красть человека посреди оживлённой улицы. Они спятили?! Его ведь наверняка уже ищут.

****

      Звонок о похищении поступил в тот же вечер, в который Самюэль выходил из кофейни. И то ли от того, что работники в участке были приличные, то ли из-за того, что похищен был их сотрудник, работа закипела через несколько минут. В офисе, точно в улье, трудяги бегали от стола к столу, перебирая бумаги и пытаясь вычислить по камерам наблюдения личности нападавших. К слову, сделать это было проще, чем вырастить укроп.       Двадцатишестилетний Беньямин Роул и тридцатилетний Адам Роул были зачислены в базе по мелкому хулиганству и хранению наркотических средств. Горе-похитители даже не прикрыли свои лица.       — Заигравшиеся оболтусы… — недовольно рыкнул Мэтью, всматриваясь в составленные фотороботы. Его вызвали сразу же после того, как смогли установить личность жертвы. Зачем им было похищать сотрудника полиции? Сказать было и вправду сложно. Возможно, Самюэль нашёл на них что-то более крупное, нежели порча чужого имущества. Эта версия звучала убедительнее всех остальных, что приходили на ум.       — Мэтью, успокойся. Я только что получила разрешение на обыск его дома. А завтра утром будут готовы ордена на обыск домов этих двоих, я уверена. Мы обязательно найдём его. — Сабрина, как всегда, старалась говорить мягко и спокойно. Но пальцы, крепко сжимающие папку каких-то бумаг, выдавали в ней тревогу.       — Лишь завтра утром… — пробубнил себе под нос блондин, не утаивая нервной усмешки. Он уверенно поправил воротник своего пиджака, словно старался прийти в норму, совершая подобные обыденные вещи.       — Только не делай лишнего. Закон, Мэтью… — рыжеволосая сразу же решила отгородить своего нынешнего напарника от мысли пробраться на частную собственность без нужной им подписи. Время шло. Шло медленно, словно наслаждаясь этим мучительным процессом. А здоровье их общего знакомого зависело от жалкого клочка бумажки. Отвратительная игра.