История болезни

Сдав экзамен на «заслуженную пятёрку», Денис счёл своим долгом сообщить об этом Кириллу, который к тому времени давно уже проснулся и, что скрывать, всё же немного думал о том, на какую оценку в итоге сдаст этот парень, занявший его место в студсовете. Рассказать о своём триумфе студент решил не в сообщении, а во время телефонного звонка. Голос его в трубке звучал чрезвычайно возбужденно, словно он выбил джек-пот из игрового автомата в Вегасе - впрочем, пятерка по сдаваемому им предмету сама по себе была либо большой удачей, либо результатом усердной работы. Несмотря на внешнюю непосредственность Дениса, Кирилл почему-то склонялся ко второму варианту. – Я сдал! - почти закричал парень, когда Кир в итоге поднял трубку. – Это было удивительно, мне за четыре года ещё ни разу так с вопросами не везло! – Попались те 4 вопроса, которые ты выучил? - язвительно ответил Резцов. – Да! - поспешил воскликнуть Ден, но тут же осёкся: – Эй! Я учил! – Не сомневаюсь, - расслабленным голосом произнёс Кирилл. – Так кто у тебя ведёт? Мелин? – Ухум, он самый. – Хороший мужик, и за жизнь поговорить не дурак на экзамене, если правильный подход найти. – Серьёзно? - удивился Денис. – Мне кажется, если он скажет на экзамене хоть слово не по теме, Вселенная схлопнется. – На самом деле, всё именно так, как я и сказал. Ему нравятся усердные студенты. Даже те, до кого туго доходит, но которые при этом стараются вникать в предмет. Я расскажу тебе, в чём прикол, когда встретимся в следующий раз, мне хочется увидеть твою реакцию. Кстати, по поводу конкурса… – Это!.. - резко перебил парня собеседник, и, кажется, из-за этого тут же смутился, но всё же продолжил. – Кирилл, можно пригласить вас… тебя… куда-нибудь? Резцов как стоял на кухне, размешивая ложкой сахар в стакане с кофе, так и сел на уголок, от удивления будучи не в силах сказать ни слова. – Нельзя? - каким-то совершенно жалким тоном произнёс этот… этот… – Н-нет, почему, я свободен, а куда? - выдавил из себя не совсем осознающий происходящее Кир. Голос его звучал слабо и невыразительно, словно он в одно мгновение растерял все свои самые прекрасные качества. – А! Можно в какой-нибудь бар… это последний экзамен, я хотел отметить окончание сессии. Эти слова Кирилла отрезвили. Какой адекватный парень станет приглашать на "закрытие" сессии малознакомого человека, если можно отпраздновать с группой? Как раз в это время Яру приспичило проснуться. Воистину невовремя, учитывая, что у этого парня вода в заднице не держится. – Кирюш, солнышко, принеси водички! - заорал он достаточно громко для того, чтобы его услышал не только Кир, но и соседи за стенкой и «висящий» на том конце провода Ден. – Не ори, сейчас принесу! - крикнул парень, прикрыв микрофон ладонью, а после наконец нашёлся с ответом Денису. – Ты… лучше с одногруппниками или с ребятами из студсовета договорился бы, - сказал, секунду помолчав. – Ладно, извини, что навязываюсь, - грустно ответил в трубку студент. Кир мысленно заорал. Ден не мог знать, что он бессилен против таких приёмов. Не мог ведь? – Ты… не навязываешься, Ден, правда, просто… - Резцов не мог подобрать слов. – Пить не буду, - предупредил он, нелепо сдавшись под натиском чужой жалостливости. – Я тоже не буду! - воспрянул духом мальчишка, и в его бодром голосе Киру послышалась улыбка - такая, какой он улыбался ему, когда рассказывал о конкурсе в кафе вчера. Широкая, чуть приподнимающая щёки, очерчивающая носогубный треугольник, обнажающая две симпатичные ямочки - улыбка с лёгким прищуром. – Я знаю хорошее место, давай я скину адрес СМСкой, встретимся там часов в пять? - перед мысленным взором Кирилла почему-то предстал отчаянно машущий хвостом щенок с огромными влажными глазами. И он согласился.

***

Без пяти минут пять Кир уже сидел за самым дальним столиком в тёмном углу бара, и, несмотря на то, что прошло уже несколько часов с момента окончания телефонного разговора, всё ещё не мог толком понять, почему и зачем согласился на это предложение от парня, с которым знаком без года неделю. Даже меньше - два чёртовых дня! Прежний Кирилл - Кирилл-студент медицинского, гордый и независимый Кир - давно уже вырвал бы все волосы на голове, мучаясь от подобного кощунственного подавления гордости и чувства собственного достоинства. Подтянувшийся через пару минут Денис выглядел чересчур счастливым - разделся возле двери, передал одежду в небольшой гардероб (наличие которого в данном заведении немало удивило поначалу Кира) и с решительно-радостным лицом направился в сторону притаившегося в закутке Кирилла. Одет Ден был повседневно, с едва заметным опытному взгляду Резцова праздничным лоском - узкие чёрные джинсы, чёрная майка без рукавов с каким-то агрессивным красным принтом, на ногах всё те же гадские кроссовки, которые в равной степени Киру и нравились и не нравились. У мальчишки наличествовала, помимо прочего, ещё и прекрасная, как для студента-ботана, фигура - рельеф обнаженных рук приковал взгляд Кирилла на несколько долгих мгновений. Студент приземлился на стул напротив и радостно поприветствовал Кира: – Привет! Спасибо, что пришёл, мне просто необходима была компания. Заказал что-нибудь? – Нет пока, - размеренным тоном произнёс Кир. Он сидел на стуле полубоком, закинув ногу на ногу. В отличие от Дена, одет он был скромно - тройка тёмно-синего цвета без пиджака, начищенные до блеска туфли, часы за три тысячи долларов. Кир производил впечатление столичного франта, разбрасывающегося деньгами направо и налево. Поэтому пару они с Денисом составили довольно комичную - Яр сказал бы, что выглядели эти двое как хастлер и клиент (ну или скорее сутенёр, раз уж на первый взгляд всё обходилось без интима). У Ярика, и вправду, было очень много нелепых мыслей в голове. За столько лет общения Кирилл невольно перенял некоторые его привычки и взгляды. – Илья, - негромко позвал обслуживающего соседний столик официанта - на весь бар он был вторым из обслуживающего персонала, первым был скучающий за стойкой бармен. Время было уже не раннее, но основной наплыв клиентов происходил после шести-семи вечера, а пока в заведении было тихо, и за столиками чинно-благородно восседали люди, пришедшие не напиться, а поговорить о делах или просто немного отдохнуть. Обслужив рядом стоящий столик, названный Ильёй официант с улыбкой на губах подошёл и к столику Дениса. – Добрый вечер, - поприветствовал учтиво, обращаясь в основном к Киру - его, в отличие от Дена, он не знал. – Здравствуй, Ден. – Ил, принеси нам чего-нибудь перекусить и безалкогольные коктейли. Или ты, Кир, чего-то конкретного хочешь? – Нет, никаких идей, заказывай сам, - суховато отозвался парень, по-прежнему избегая прямого взгляда. Отчего-то ситуация казалась ему нелепой. – Тогда это, это и это, - быстро протараторил вероятно привычный заказ Денис. Когда официант с дежурной улыбкой ещё раз уточнил, всё ли записал правильно, то отошёл, передвигаясь по залу плавно, словно танцуя. Увидев, как Кирилл провожает Илью взглядом, Ден с какой-то не идентифицированной интонацией произнёс: – Илюха мой школьный товарищ, учится в ИНК, круто танцует. Владелец бара - наш общий знакомый, так что я часто тут бываю - у меня приличная скидка, так что если чего-то захочется, пожалуйста, скажи мне. Резцов решил благородно умолчать, что и без скидки заказал, что душе угодно, если бы хотел, потому как стеснения в средствах не испытывал ни разу в жизни. Вполне вероятно, что данное замечание поставило бы аккуратно выделывающегося перед Кириллом студента в неловкое положение. Будь у парня более чёткое понимание сложившейся ситуации, и он наверняка обратил бы внимание и на дорогие часы, и на не менее дорогие туфли. Это он ещё Кирову машину не видел. – Да, спасибо. Итак, хочешь рассказать, как прошёл экзамен? - Кирилл впервые за прошедшее время встречи улыбнулся, чем, похоже, привёл Дена в невероятный щенячий восторг - в глазах мальчишки загорелись все звёзды мира. Кир тут же понял свою ошибку - предлагать впечатлительному студенту рассказать о прошедшем удачно экзамене иногда смерти подобно, особенно когда этот впечатлительный студент любит выпендриваться перед старшими, поднимая свою самооценку за счёт их похвалы разной степени искренности. Резцов был хорошо знаком с подобным типажом, и не сказать, что так уж негативно относился к таким людям. Более того, для Кира именно данный характер был наиболее предпочтителен в общении. Парень адекватно оценивал собственные способности к социальной адаптации. Слушая «советы» преподавателей на тему выхода из зоны комфорта, он что в школе, что в универе, что на работе, всегда лишь мысленно глаза закатывал. Зачем париться, если можно не париться, думал Кир, и неизменно приходил к внутреннему консенсусу - незачем. Поэтому с социальными контактами у Резцова было туговато. Это ни в коем случае не делало его социофобом или изгоем, скорее даже наоборот. Чем меньше с годами Кирилл хотел находиться в обществе, тем больше это самое общество втягивало его в самую гущу причинно-следственных связей. По какой-то причине. В общем, Кир был профессионалом в искусстве угождения людям и лживых улыбок. И только в узком кругу парень мог расслабиться и «отпустить себя» - как правило, это были люди с синдромом гиперактивности, в обществе которых можно изредка вставлять не несущие ровным счётом никакого смысла предложения, а разговор мог бы продолжаться сколь угодно долго. Резцов считал себя, если так можно выразиться, молчуном. Денис порядка пятнадцати минут болтал без умолка, активно жестикулируя и почти не переставая улыбаться. Что уж скрывать - Кириллу очень нравилась его улыбка. Ничего более очаровательного он в жизни не видел. У Дена был вайб* - харизма, эта неудивительная для человека с его талантами самоуверенность и лёгкий налёт высокомерия. Ему шёл этот образ, он был словно божественно талантливый актёр на театральных подмостках. Играл так, что не подкопаться, так, что ворошил всё самое тёмное в душе, мутил воду в казалось бы давно устоявшемся пруду. Кир одновременно и не хотел его видеть, и хотел так, что голову терял каждый раз при мысли о нём. Странное чувство, очень странное. В былое время за подобные мысли Кирилл привычно начал бы рвать волосы на голове, и к двадцати пяти определенно остался бы лысым. Сейчас ему уже было двадцать пять, и волосы на голове росли по-прежнему густо. Глупость какая-то. – Эу, - когда Кир наконец очнулся, Денис, кажется, давно закончил говорить и, заметив отсутствие интереса к своей персоне, начал махать ладонью перед лицом собеседника, сохраняя некое подобие невозмутимости на лице. Правда, сквозь эту маску едва заметно проглядывались и беспокойство и некоторая обида за невнимательность Резцова. – Наверное, было плохой идеей тебя приглашать сегодня. Вернее, - Ден усмехнулся, опуская взгляд. – Тут и твоя вина есть. Если так не хотелось, не стоило соглашаться. – Я просто задумался, - едва улыбнулся Кирилл. – Не обижайся на меня, в последнее время я частенько витаю в облаках. Наверное, время года такое… лётное. – Не складывается что-то? - вскинул бровь Денис. – Расскажи мне, может полегчает. – Хм? - Кир хитро прищурился. – Так я прямо взял и выложил тебе всё. – Ты, видно, забыл про существование врачебной тайны, - невозмутимо пожал плечами мальчишка. – Первое правило бобового клуба - никому не рассказывать о бобовом клубе. – Всё равно вынужден отказаться, дело очень личное, я даже с родителями такое не обсуждал, так что забей. Впредь буду внимательнее и постараюсь не отвлекаться. Как раз в это время улыбающийся Илья подошёл к столику с их заказом. Илья был блондином - наиболее вероятно, что крашеным, потому что тёмные брови здорово контрастировали с пепельным блондом зачёсанных волос. Кир тоже был светленьким - в детстве его все родственники звали «снежком», с возрастом цвет чуть потускнел, застыв на отметке между совсем светлым и русым. Взгляд Ильи можно было оценивать по-разному, но Кирилл предпочитал рационализм во всех аспектах жизни, и потому точно идентифицировал его стрельбу глазами как один из видов тяжёлого, душного флирта. У Резцова никогда не было гей-радара, и в любой другой ситуации он не распознал бы в официанте представителя сексуальных меньшинств (Яр бы в этот момент определенно заржал бы, потому что именно вокруг этого парня геев было столько, что называть эту толпу «меньшинствами» было бы кощунством), однако флирт есть флирт, при должном опыте его сложно с чем-то перепутать. – Итак, ещё раз - Кирилл, это мой друг, Илья, Илья, это мой, будем надеяться, что я закончу мед, будущий коллега, Кирилл. – Приятно познакомиться, - хмыкнул Кир. Илья томно улыбнулся. – Никогда бы не подумал, что вы врач, Кирилл. – Да? - усмехнулся парень, откидываясь на спинку стула. – А на кого, как ты думаешь, я похож? – На юриста, - уверено произнёс Илья. – Или на экономиста… Хм, возможно, на молодого хозяина крупного бизнеса. – Хватит нести чушь, - пробормотал Ден, про существование которого, как студенту показалось, напрочь забыли. – В любом случае, если подумать, образ врача вам тоже подходит, - блондин явно не знал, когда стоит остановиться. – Я был бы не против записаться на приём к такому специалисту… – Лучше вам повременить с посещением моего… кабинета, Илья, - вежливо улыбнулся Резцов. – Вы практикующий хирург? - голубые глаза официанта вспыхнули ещё большим интересом. Кир покачал головой. – Уролог? - снова мимо. – Проктолог? - опять промазал. Резцова эти нелепые заигрывания даже забавляли. Он много чего повидал за свою жизнь и к подобному был привыкший. Конечно, никто ни разу не предполагал, что он проктолог, в каждой такой встрече была своя новизна. – Тогда?.. – Да патологоанатом он, придурок, - процедил сквозь зубы Денис. – Иди работай, идиот! Илья, стушевавшись, откланялся и помчался к барной стойке. Кир ещё пару секунд поухмылялся, а после произнёс, не без доли лукавства: – Ну-ну, он же твой друг, а кто так с друзьями обходится. Забавный парнишка, - если быть совсем честным, Кирилл не считал официанта забавным и хоть сколь-нибудь привлекательным. Не соответствовал он его вкусам от слова «совсем». Да и даже если бы соответствовал… Чушь. – М-м, - Ден взглянул на Кира исподлобья. – Илья он… как бы это… – Что? - Резцова забавляло то, что Денис не мог подобрать правильных слов, дабы поведать о нетрадиционной ориентации своего друга. Тут парень досадливо поморщился. – Да так, ничего, забей. Это не моё дело. Давай что ли… за сдачу сессии, - и поднял бокал.

***

Загружая полубессознательную тушку «нового друга» в такси, Кир напряженно вспоминал, как от безалкогольных коктейлей они дошли до коньяка. И как так вышло, что вместо изначально задуманных двух-трёх часов они просидели в баре до полуночи. Если состояние у Кирилла было вполне себе удовлетворительное, - наверное, он ещё смог бы сесть за руль - то вот Дениска выпил больше, чем позволяли масса тела и врожденный метаболизм, так что сесть смог только в такси, да и то, не без помощи Кира. В общем, когда такси скрылось за поворотом, Резцов выдохнул и набрал знакомый номер, стоявший в избранном первым. И тут же услышал короткие гудки. Набранного им номера не существовало уже давно. Но он не удалил его из памяти - ни из телефонной, ни из своей собственной, долгосрочной. За эти долгие два года Кирилл никогда не оказывался в ситуации, когда не мог бы справиться собственными силами, а вот раньше звонил на этот номер часто. У Филатова была собственная машина - старенький Мерседес седьмого года выпуска - и он всегда, в любое время суток брал трубку и приезжал на выручку. Неважно, насколько незначительной была проблема - он подъезжал на своей развалюхе, открывал изнутри пассажирскую дверь и улыбался, приглашая сесть рядом. Кир опустился на корточки. В дорогом костюме, зимнем пальто и без шапки, с модной причёской и покрасневшими глазами он выглядел жалким. Более жалким, чем прячущийся под картонкой на теплотрассе БОМЖ. – Ты как, нормально? - послышался за спиной смутно знакомый голос. Резцов поспешно встал и обернулся, стараясь стереть с лица следы былого отчаянья. – Да, спасибо, Илья, - узнал он в вопрошающем официанта из бара. Светловолосый Илья стоял под козырьком рядом с входом в питейное заведение и курил. – Я не стал говорить при Денисе, но ты ведь гей, да? - даже не спросил - утвердил - парень, выпуская в воздух дым из лёгких. – Если это так, то дам тебе совет по спидрану* - бросай эту хрень, гиблое дело, он стопроцентный натурал. – Надо же, - хмыкнул Кирилл. Только советчиков ему не хватало. – Мы удивительно схожи. Я тоже не стал говорить при Денисе, что ты гей. Более того, я в курсе, что он натурал, и, можешь быть уверен, моя ориентация к нашим с ним отношениям никакого, извини за тавтологию, отношения не имеет. – Даже так, - Илья отзеркалил его злобную ухмылку. – Ну и ладненько. Он потушил окурок и выбросил в мусорный бак, а сам медленно подошёл к Киру вплотную - тот даже не дёрнулся, чтобы увеличить дистанцию и без напряжения ждал, что же тот будет делать дальше. Во-первых, он был пьян, а во-вторых, «боялся я этих ваших геев!». Официант был ниже Кирилла на целую голову, поэтому, подойдя так близко, слегка вскинул голову, чтобы посмотреть Резцову в глаза. Кир по-прежнему быстро отвёл взгляд, не выдерживая гляделки. Илья что-то сунул в карман Кирова пальто и улыбнулся. – Позвони, если надоест возиться с Деном. Я буду ждать, - и, отстранившись, вернулся обратно в бар. Будь на его месте кто-то вроде Дениса, Кирилл может и подумал бы, но… Вытащив из кармана клочок бумаги с одиннадцатью красиво выведенными цифрами, парень выбросил его в тот же бак, куда недавно с лёгкой руки Ильи полетел окурок. Хватит с него этих жуть каких волшебных издевательств, которые назвали «отношениями» явно по чьей-то глупой ошибке.