Глава 16. Победа и поражение
15 мая 2020 г., 10:50
На следующий день самочка снова пришла ближе к вечеру. Она принесла свежеприготовленное лечебное зелье и котомку с нехитрым ужином.
— Напрасно ты себя утруждала с едой, — мягко заметил Старейшина.
— Тебе не нравится, как я готовлю?
— Нет, что ты. Просто, — Древний вздохнул, — я нашёл на своём корабле концентраты, поэтому совсем не голоден. Ты замечательно готовишь, но я не хочу тебя утруждать.
Не будет же Старейшина объяснять, что предпочитает питаться мясом, и сегодня ему уже довелось полакомиться местной дичью.
Так минуло несколько дней. Старейшина усиленно был занят ремонтом корабля, а забавная самочка навещала его каждый вечер, под предлогом заботы о пациенте. Но раны Охотника уже затянулись, а Спокойствие по-прежнему появлялась возле его корабля. То она где-то проходила мимо и решила узнать, как дела у нового знакомого. То приносила очередную стряпню из различных корешков и зёрен. Старейшина, конечно, досадовал с её упрямого стремления его накормить, но всё же принимал угощение самочки, опасаясь её обидеть. Один раз он решил сам предоставить ей свежую рыбу (поймать её Охотнику не составило проблем), и Спокойствие с восторгом тут же решила её приготовить. Как Старейшина не убеждал её забрать добычу себе домой, самка упрямо не желала его слушать.
Да, вот единственная черта, которая ему не нравилась в этом премилом создании – это жуткое упрямство. И бороться с ним было бесполезно. Что ж, не самая плохая черта, учитывая, что выражалось оно в её настойчивых стремлениях улучшить быт своего нового знакомого.
Но однажды самочка не пришла в привычное время. Явилась она только на следующее утро и не одна. Вернее, пришла-то она, как обычно, сама, но была какая-то напряжённая. А следом за ней через пару минут с треском и шумом через кусты проломилось ещё трое местных яутжа. Они явно догоняли строптивую самку. При виде пришельцев, Древний насторожился. Он выпрямился во весь свой немалый рост, что превышал каждого из новоприбывших, и извлёк из-за спины копьё. Впрочем, раскладывать его Старейшина не спешил. Да и пришельцы казались больше озадаченными, чем воинственно-настроенными. Их напряжённые взгляды скользнули по доспехам грозного воина, чуть дольше уделив внимание сложенному копью, и остановились на открытом лице Древнего.
— Охотник?.. — Они переглянулись между собой, а затем с почтением поклонились Старейшине. — Рады приветствовать снова тебя в наших краях, о Великий.
Древний мало что понял с этого странного приветствия, кроме того, что пришельцы смогли распознать его статус. Хотя возможно они его с кем-то перепутали? Но разубеждать их Старейшина не собирался, быстро включившись в игру.
— Почему явились без предупреждения? И что за шум вы здесь подняли? — грозно щёлкнул лидер клана «Стремительный удар».
— О Великий, мы не знали, что… встретим тебя тут, — продолжал тот же абориген-яутжа. Вероятно, он был главным в компании. — Мы искали несносную самку, сбежавшую с турнира Брачных игр.
Древний с любопытством шелохнул надбровными дугами, тогда как за его спиной из корабля выглянула настороженная туземочка.
— Она выполняла здесь свою работу… помогала мне, — коротко щёлкнул Старейшина.
— Но Великий, на неё претендуют три кандидата, и она должна… обязана участвовать в играх…
— Не хочу я в них участвовать, — буркнула за плечом Старейшины Спокойствие, опасливо поглядывая на своих преследователей.
— Когда состоится турнир? — внезапно спросил Древний.
— Сегодня вечером, Великий.
— Я буду в нём участвовать. Думаю, вы не против?
— Не смеем возражать, Великий. — Поклонился тот же яутжа, но его лицо выдавало плохо скрытое недовольство.
— Вот и хорошо. Можете идти. Самка пока останется здесь. Она будет моим проводником.
— Как угодно, Великий.
Старейшина кивнул Спокойствию на корабль, и та быстро скрылась внутри.
— Прости за дерзость, Великий, — снова заметил предводитель аборигенов. — Но ты здесь один?
— Я должен тебе ответить? — громыхнул Древний, заставив троих яутжа вздрогнуть.
— О нет, конечно. — Поклонился настырный туземец.
— Тогда проваливайте отсюда, — щёлкнул Старейшина и добавил, остановив уходящих аборигенов: — Да и ещё: мне нужны техники для устранения неполадок корабля.
— Мы пришлём наших лучших специалистов как можно скорее.
Старейшина кивнул, и яутжа тут же удалились, скрывшись в зарослях. Проводив их взглядом, Древний посмотрел на снова выглянувшую из корабля самку.
— А теперь объясни, кто это был?
— Мои ухажёры. Тот, что говорил – сын нашего вождя, а двое других – его приятели. Они собрались сражаться за меня на сегодняшнем турнире.
— Ну, а ты почему сбежала?
— Потому что они мне не нравятся. А я обязана буду выбрать победителя.
— Разве ты не вправе отказать им?
— Нет. Самка должна признать победителя и стать его собственностью.
— Что за дикие законы?
Спокойствие пожала плечами и, посмотрев на Старейшину, спросила:
— Ты… действительно будешь сражаться на турнире?
— Придётся, чтобы эти «кандидаты» от тебя отстали.
— Но… если они победят?
— Не победят. Даже если нападут одновременно все втроём, — фыркнул Старейшина.
— Так значит… ты действительно Охотник.
Древний насмешливо дёрнул жвалами.
— А ты не догадалась?
Спокойствие отрицательно покачала головой.
— Я никогда не видела Охотников. Они редко прилетают к нам и общаются только с вождём и его приближёнными.
— А вот здесь поподробнее. Что за Охотники и когда они прилетают?
Самка пожала плечами.
— Они прилетают раз в год, чтобы кого-нибудь забрать с собой. Ещё они здесь охотятся на свою дичь. — Спокойствие кивнула на лес и, посмотрев на Старейшину, спросила: — Но разве ты не с ними?
— Нет. Я из другого клана, — машинально ответил Древний, одновременно размышляя, чьи угодья здесь могут быть. Тем более что Совет Старейшин об этом не знает. Может это территория берсеркеров? — Ладно, проводишь меня на ваш турнир. Так уж и быть, отвоюю тебя у соплеменников, — хмыкнул Древний, поднимаясь на борт.
Проводив его взглядом, самочка улыбнулась. Она была не против своего неожиданного покровителя.
***
Туземный город оказался полностью высечен в известковых горах на берегу небольшой реки, что протекала по дну зелёной долины и впадала в местное море. Каменные монолиты окружали русло природным амфитеатром, террасами спускаясь вниз. На каждом ярусе в скалах были выдолблены просторные помещения, разветвлёнными лабиринтами уходя вглубь гор. Их стены украшали характерные для расы яутжа гравировки, изображавшие старинные письмена, расшифровать которые сейчас вряд ли кто может. Арена для поединков представляла собой огромную карстовую пещеру с ровной площадью по центру и многоярусными сиденьями среди причудливых колонн из сталактитов. В целом, это было природное сооружение, лишь местами подправленное местными аборигенами для необходимого удобства. Древнего провели в отделение для претендентов, где его встретили уже знакомые посетители его лесного лагеря. Увидев Старейшину, все почтительно ему поклонились, с благоговейным трепетом украдкой рассматривая грозные доспехи Охотника. Древний прихватил с собой свой багряный плащ, из-за чего его фигура выглядела ещё более внушительно. Но вот пришло время начала состязаний. По дороге Спокойствие ознакомила Охотника с правилами поединка, но всё же Старейшину ждал малоприятный сюрприз некоторых подробностей. Состязание проводилось без масок, с завязанными глазами, и объект, за который вёлся спор, во время боя был прикован к столбу в центре арены, из-за чего самка всерьёз подвергалась опасности быть случайно задетой сражавшимися. Второй обязательный момент поединка представлял вид оружия – тяжёлые обоюдоострые мечи, что фактически не использовались в кланах Охотников. Впрочем, для Древнего это не было помехой, так как он свободно владел тяжёлой версией двухклинковой глефы, ничем не уступавшей местным мечам. Старейшина взвесил в руке боевое оружие, приспосабливаясь под его характеристики. Оно было не лучшего качества, и его изъяны могли сыграть плохую службу. Начался первый раунд. Претендентов на самочку, включая Древнего, вызвалось четверо, и после первого спарринга, в финале должны участвовать победители предыдущего тура. Самка достанется тому, кто выиграет заключительный бой. В первом поединке против Старейшины выступил один из советников вождя. Он уже был не молод и имел гарем из трёх самок. Похотливый яутжа решил приобрести себе молоденькую возлюбленную лишь только потому, что за ней ухаживал сын вождя. Его планам сбыться не судилось. Древний в два счёта расправился с конкурентом, выбив из его когтей меч и болезненно зацепив плечо. Лишь только благодаря острому обонянию и отменному слуху Старейшина и с закрытыми глазами в совершенстве ориентировался на арене. А его боевые навыки матёрого Охотника оставляли конкурентов далеко позади. Наблюдая за всем происходящим с ритуального столба, к которому она была прикована, Спокойствие не могла скрыть своего восхищения пластикой и ловкостью лидера клана «Стремительный удар». Её горящий взгляд не ускользнул от внимания сына вождя, чем вызвал у самолюбивого отпрыска приступ раздражения. Подойдя к распорядителю играми, он что-то шепнул ему на ухо, и тот согласно кивнул. Древний был уверен в своей победе, выходя на арену в финальном поединке. Любой Кровавый из его клана мог одолеть даже самого сильного воина, что уже говорить об опыте самого Старейшины. Но аборигены оказались не так уж и просты и имели свои технологические хитрости. Когда Охотник, приноровившись ориентироваться на слух и запах, начинал уже выигрывать у амбициозного, но менее опытного сына вождя, зал пещеры пронзил мощный ультразвук, едва не заставивший Древнего взвыть от невыносимого раздражения. Даже привязанная к столбу самочка заскулила от боли. В то время как всех зрителей спасли их специально оборудованные шлемы. Теперь об ориентации на слух можно было забыть. А вот его противник чувствовал себя вполне уверенно. Никто же не видел, что под дредами в его ушах скрывались неприметные фильтры, напоминавшие детали технологической оснастки биомасок. Древний интуитивно увернулся от летящего ему в голову меча, болезненно ощутив, как острое лезвие срезало часть рецептора. Хлынула кровь, оросив люминесцентным зелёным цветом плечо Старейшины, и тяжёлыми каплями упала на глиняный пол. Древний настороженно замер, кожей пытаясь уловить местоположение своего врага. Сын вождя самоуверенно направился к противнику, рассчитывая нанести ему последний удар. Нет, он не собирался его убить. Это было рискованно и могло повлечь за собой гнев других Охотников. Зато он твёрдо намеревался отвоевать себе строптивую самку. Древний не мог слышать приближения противника. В ушах стоял ужасный гул, глаза не видели, а обоняние забивали целые потоки резких запахов, которые плотным туманом клубились по арене. Но вот подошвы ног Старейшины уловили лёгкую вибрацию, и внутренний пространственный ориентир указал направление приближавшейся цели. Микрочешуйки на коже Охотника вздыбились, фиксируя малейшее движение воздуха, и неожиданно Древний чётко обнаружил противника, как трудную добычу во время сложной охоты. Машинально увернувшись от летящего ему в грудь меча, Старейшина сделал резкий выпад своим оружием. Клинок попал в цель, вырвав из груди сына вождя яростный рык, и новая вибрация грунта подсказала Древнему, что на пол упал меч противника, символизируя победу Охотника. Бой был окончен. Но ослеплённый отчаянием и болью сын вождя не пожелал отступить и с гневом бросился к Спокойствию. Лишь благодаря интуиции и воцарившейся в зале тишине, Старейшина смог уловить опасность. Он вовремя перекрыл дорогу взбесившемуся сопернику, мощным ударом кулака отбросив его в сторону. — Руки прочь от моей самки! — рявкнул Древний, не сдержав своих эмоций. Наступила тишина, во время которой Старейшина ожидал любого подвоха со стороны аборигенов. Но вот вождь поднялся с трона, торжественно возгласив: — Объявляется победитель за самку по имени Спокойствие. Им становится Охотник Древний. Пещерный зал тут же взорвался ликующим возгласом. Все стали приветствовать победителя, тогда как двое яутжа подхватили сына вождя под руки и по-быстрому утянули его прочь из зала от греха подальше. Как почётному гостю и победителю, Старейшине предложили роскошные палаты дворца вождя, но Древний отказался, предпочитая оставаться на борту своего корабля, чтобы лично следить за его ремонтом. Для Спокойствия он потребовал предоставить улучшенное жильё как для его официальной самки. Теперь-то она уж точно не будет в чём-либо нуждаться, когда Древний покинет планету. Её новый статус обеспечит ей уважение и не бедное проживание. Старейшине предложили взять ещё несколько самочек, но Древний отказался. Ему не было дела до аборигенок. Он только хотел помочь Спокойствию и отблагодарить её за лечение, а вовсе не заводить себе гарем из местных самок. Оставив свой «выигрыш» в городе, Старейшина уже поздней ночью вернулся на корабль. Завтра должны будут прийти техники, чтобы сделать ремонт челнока, и предстояло выполнить много работы. Поэтому Древний решил хорошенько выспаться. Но решить – это ещё не значит исполнить свой замысел. Он уже начинал дремать, когда его внимание привлёк тихий шорох открывшихся дверей, и в каюту проскользнула лёгкая тень. Ещё не рассмотрев пришельца, Старейшина по тонкому аромату понял, кто его ночной посетитель. — Ты что здесь делаешь? — не очень вежливо проворчал Древний. Изящная фигура нерешительно замерла на краю кровати. — Пришла к своему Покровителю, — послышался робкий голос самочки. — Ты не должна меня так называть. — Но ты же сражался за меня и выиграл. — Я просто помог тебе избавиться от неугодных ухажёров. И всё. Ты по-прежнему свободна и ничем мне не обязана. — Разве я тебе не нравлюсь? — просто и с нотой разочарования щёлкнула Спокойствие. «О, Кетану! Глупая самка». — Это не имеет значения. Я скоро улечу, а ты будешь жить, как и ранее в своём городе. И надеюсь, в полном благополучии. Спокойствие сжалась в комочек на краю кровати, подобрав колени к мандибулам. Её тонкие жвала подрагивали от расстройства. Древний понял, что должен как-то разрядить обстановку. — Прости. Ты очень хорошая самочка. Любой сочтёт за честь взять себе такую избранницу. Но… я совсем не тот, кто тебе нужен. — Нет, просто я тебе не нужна. — Спокойствие импульсивно рванулась с кровати, но Древний в неосознанном порыве её остановил, схватив за плечо. Самка замерла, ощущая, как пальцы Охотника неторопливо погладили её светлую кожу, а рецепторов коснулись острые жвала. Так осторожно и ласково. Старейшина глубоко вздохнул, ощущая, как тонкий запах самочки кружил голову, возрождая давно угасшие инстинкты. Он уже забыл, когда чувствовал в своей душе подобный трепет. Может в юности?.. Его рука медленно сползла ниже, ощущая подушечками пальцев нежные чешуйки её кожи. — Я должен тебе сказать, что… у меня есть семья, дети… — тихо щёлкнул Старейшина, осторожно скользя рукой по заманчивому телу самочки. Спокойствие неторопливо обернулась к яутжа и заглянула в его золотистые глаза, в которых застыло напряжение. — Но здесь ты можешь быть только моим?.. — Она скорее утверждала, чем спрашивала. Старейшина не смог устоять против этого маняще-завораживающего взгляда бездонного голубого океана, желая погрузиться в его глубины и до дна испить его сладость. — Только твоим, — мурлыкнул яутжа, выпуская на волю едва сдерживаемые инстинкты. Тогда он ещё не знал, что действительно будет только её. Даже когда навсегда её потеряет…***
Древний глубоко вздохнул, возвращаясь из воспоминаний. Растревоженные душевные раны с тупой болью осаждали его сознание, беспощадно убеждая в неотвратимости прошлого. Долгие годы он хранил в своей памяти эту боль, не позволяя ей вырваться наружу, и вот сегодня он добровольно отдал ей на растерзание свой разум и сердце. — Почему ты не забрал её с собой, когда покидал планету? — Вопрос Легендарного подействовал на Старейшину как инъекция регенеранта для тяжело раненого тела, выведя сознание из замкнутого круга безнадёжности. Он поднял взгляд на своего собеседника и увидел в нём собственное отражение. Сможет ли Легендарный пережить подобное? Древний знал, что тот – сильный воин, которого ничто не могло сломить. Но у него была одна маленькая слабость, способная разрушить до основания все его бастионы. — Я предлагал Спокойствию лететь со мной и стать моей официальной избранницей. Но она отказалась делить меня с другими самками. — Знакомая ситуация. Только я поступил по-другому. — Отказался от всех ради неё? — удивился Старейшина. — Во-первых, это было несложно… Древний хмыкнул. — Да, они способны заставить забыть о других. — А во-вторых, у меня нет иного выхода, исходя из тех условий, в которых я оказался. — Имеешь в виду суперрегенерацию? — Не только, — уклончиво щёлкнул Легендарный, подумав о неожиданной токсичности собственной крови. По сути, Стихия была единственной самкой, которую не убивала их близость. Хоть и ей серьёзно доставалось от их горячих контактов. А с другой стороны, самочка, как и её мать, действительно имела уникальную способность привязывать к себе избранного партнёра. — Так что же это была за планета? — вернулся Легендарный к прежней теме. — Откуда взялись эти… яутжа? — Они не совсем яутжа. Вернее, не современные. Это оказался утраченный клан старообрядчиков, которые поклонялись богине Пайя. «Морской народ», как их называли. Много столетий назад они улетели в открытый космос и бесследно исчезли, — ответил Древний. — Оказалось они поселились на далёкой маленькой планете окраин Галактики. — Так ты вернулся туда? — прямо спросил Легендарный. — Вернулся. Только этого мира уже не существовало, — мрачно щёлкнул Древний, и в его золотистых глазах снова промелькнула боль. Старейшина до сих пор не мог себе простить, что не забрал самочку сразу с собой. Он считал, на этой скрытой от всего внешнего мира планете Спокойствие будет в полной безопасности. Но он не подумал о тех Охотниках, что посещали затерянный пещерный городок. Загадочная планета оказалась банальным хранилищем подопытного материала для секретной лаборатории, где проводили эксперименты над яутжа. И немногим позже, после отлёта Древнего, в туземный город прибыли жестокие покровители…***
Местный вождь невольно растерялся от их неожиданного повторного визита. Ведь он был уверен, что потерпевший крушение Охотник был никто иной как посланник от неведомых покровителей. И вот спустя каких-то пару месяцев на планету снова прибыли визитёры. Грозный Охотник в такой же красной мантии, как предыдущий пришелец, с холодным презрением окинул взглядом собравшийся народ. — Где материал? — коротко спросил он у вождя. — Сегодня я желаю сам его выбрать. — Прости, Великий, я думал, что в этом сезоне ты уже направлял сюда своего посланника, — неуверенно щёлкнул вождь. — Ты о чём? — Холодные серые глаза остановились на правителе аборигенов. — Тот Охотник, что ремонтировал свой корабль. Он даже выбрал самку… — И двое местных воинов вывели вперёд Спокойствие. Пришелец в красной мантии критически оглянул настороженную аборигенку. Его внимание привлекло золотое кольцо, поблёскивавшее на первом рецепторе. Он с интересом приподнял украшение, рассматривая изящную гравировку. В его глазах промелькнуло удивление, а правая максилла с золотым искусственным бивнем, озадаченно шелохнулась. — Древний. Здесь был Старейшина Совета? — Может, ошибка, — попытался возразить его напарник. — Откуда тогда здесь его кольцо? С неба по-твоему упало? — Охотник в красной мантии посмотрел на самку, а потом вновь перевёл взгляд на вождя. — Рассказывай, что здесь произошло? — Один из ваших… Охотников прибыл в город и выиграл эту самку на арене. У него был повреждён корабль. Мы помогли ему с ремонтом. — Древний сражался за самку? Интересно… — Холодные хищные глаза снова впились в белокожую фигуру, что имела лёгкий контур округлой полноты. — О, да она уже с приплодом? — Охотник в красном перевёл взор на вождя. — Кто из вас её трогал? — Никто, Великий. Она же самка Охотника. — Так это Древнего работа? Забавно. — И глаза пришельца не по-доброму блеснули. — На корабль её. Лучшего материала нельзя и представить. Двое воинов схватили сопротивлявшуюся самочку и поволокли её на борт челнока. — Но Великий, это переходит все границы! Ставить опыты над беременными самками яутжа... — протестующе начал помощник жестокого владыки, но тот его резко оборвал: — А кто сказал, что она яутжа? Исчезнувший народ – миф. Её просто не существует. — Но она беременна. — Тем лучше. Столь ценный материал мы вряд ли сможем ещё найти. Это как раз то, чего нам не хватает для Проекта. Так что пусть самочка гордится. Она послужит науке вместе со своим приплодом. — Но если Древний узнает… — Не узнает. А для гарантии – приказываю уничтожить всю планету. Мы закрываем это хранилище. — И Охотник, в развороте взмахнув красным плащом, гордо направился на борт корабля. Его напарник обречённо вздохнул, глядя на замерших в шоковом оцепенении аборигенов, и поспешил за своим владыкой… Когда, спустя неделю, корабль Древнего оказался в системе, вместо зелёной планеты его встретила груда зловещих астероидов, как немое свидетельство произошедшей страшной катастрофы. Тайный мир загадочной планеты больше не существовал, забрав в небытие образ очаровательной самочки. Осталась только боль. Жуткая, невыносимая боль утраты, которую даже время не в силах было заглушить.***
— Я так и не узнал, кто уничтожил планету вместе со всем населением, — вздохнул Старейшина. — До недавнего времени, я думал, что Спокойствие тоже погибла. Пока мы не отправились вербовать твою учёную-самку. Тогда я ощутил шок, увидев давно забытый образ. Конечно, это оказалась не Спокойствие, тут несложно было догадаться. Но их сходство натолкнуло на мысль о родстве. В дальнейшем, более близкое знакомство с Пилигрим только укрепило эти догадки. И я попросил Шелеста достать пробу крови самочки. Тест подтвердил, что Стихия – моя дочь. Это оказался последний подарок Спокойствия. Далёкое эхо нашей любви… Их беседу неожиданно прервал резкий сигнал наручного компьютера Легендарного. — Сообщение от Стихии, — щёлкнул Элита. . — Что-то случилось? — насторожился Старейшина. — Возможно. Просит срочно прилететь. — Легендарный посмотрел на Древнего. — Мерцающий пусть продолжает состязания. Я проверю, что там произошло. — Дай знать, если понадобится помощь, — проурчал Древний. Легендарный кивнул и поспешно направился в док. Оказавшись на борту своего челнока, Ликвидатор определил координаты исходящего сигнала Стихии. Задав кораблю новый курс, он покинул клановый звездолет, оставив там Младшего.
