История одной попаданки

      Признаюсь, я была в ужасе. Этот Арчибальд, друг отца, который внезапно оказался не маглом, а сквибом, так внезапно показал, что обнаружил меня… Он с самого начала знал, что я здесь, но не подал вида, и это… До дрожи пугало.       Смысла дальше прятаться не было, так что я вылезла. Отец явно не подозревал, что помимо них в комнате есть кто-то ещё, так что сейчас, с несколько ошарашенным видом, молчал. — Итак, Гермиона, верно? Можешь разъяснить своему отцу все странности своего поведения? Ты ведь уже придумала парочку оправданий на всякий случай? — А вот его другу явно было весело. — Ну… Я… Я просто ещё в мае увидела кое-что. Можно назвать это одним из вариантов моего будущего. Я не знаю как это объяснить. Просто внезапно в моей голове появились картинки, я даже сперва приняла это за простой сон, но… Слишком много совпадений. Во снах так не бывает. — Нервное состояние даже изображать не пришлось. — Все было размыто и путанно, но в этом видении на мое одиннадцатилетие мне пришло письмо из того места, которое вы упоминали, «Хогвартса». Там был старинный замок с двигающимися лестницами и ожившими картинами, школа для детей, обучающихся магии. А потом была куча монстров. Тролль, который меня чуть не убил, цербер, сорвавшийся с цепи, потом выползший из подземелий василиск, по крайней мере так его назвали в том видении, ещё огромные пауки и какие-то существа в черных балахонах, в присутствии которых ничего хорошего не вспоминалось и становилось тоскливо, нападавшие на нас. А ещё, в девяносто седьмом году, в том видении началась война, и если все и дальше пойдет так, как там случалось… Все будет очень плохо. У меня почему-то было чувство, что нельзя никому рассказывать, иначе все станет хуже. Я попыталась что-то сделать, я нашла свою будущую подругу, но она ничего не видела, она еще просто ребенок, хоть и будущая героиня.       Я решила объяснять настолько запутано, насколько смогу, стараясь несколько сгустить краски, чтобы произвести впечатление на слушателей. Пожалуй, если мой отец верит в то, что в человеке может проснуться память о прошлой жизни, то почему бы ему не поверить в возможность своеобразно предвидеть будущее, тем более столь пугающее. — Я даже толком не помню ничего из знаний, которые в той школе давали, зато почти все что там происходило в свободное для нас время помню. И почти все предстоящее меня пугает. — Вот как? — Слегка нахмурился друг отца. — Ну, я помню, что там какие-то ингредиенты в котлы засыпали, что махали палочками, как у вас. Ещё помню кричали при этом что-то вроде Алохомора, Вингардиум Левиоса. И ещё какая-то Абракадабра, имеющая страшные последствия была. Я не помню какие, но какие-то плохие. В целом ничего больше. — Я всерьез нервничала. Поверят или нет? Отец говорил что-то про изучение… Быть может, этот Арчибальд из тех магов, которые могут залезать в головы других людей? Кажется, в каноне таких называли легилементами… Это было бы неприятно. Конечно, с самого начала беседы, я упорно смотрела в пол, изображая стыд, ну хоть страх изображать не приходилось, но… Вдруг зрительный контакт не обязателен? Тогда он сразу поймет, что со мной что-то не так. И…       Я оборвала свои мысли. Не думать о том, что может мне навредить. Не думать.       Тем временем, отец наконец-то отошёл от потрясения, хоть я и не очень понимаю, что его могло так потрясти, все же дети вполне могут подслушивать чисто из любопытства. Хотя, быть может его поразило то, что вечно правильная Гермиона решила нырнуть за диван, а не сбежать или сделать вид, что просто проходила мимо? — Что конкретно ты видела насчёт будущего нашей семьи? — Спросил он. Кажется, все же поверил. Хорошо, надеюсь так и продолжиться. — Я… Кажется… Мы несколько раз слетаем во Францию во время моей учебы, в потом… Когда начнется война… Я не помню почему, но, кажется, тебе с мамой сотрут память и под именами Моники и Уэнделла, я не помню, какую фамилию написали в документах, отправят в Австралию. Я не помню почему, но я, кажется, под чьим-то контролем в этом участвовала. — Для правдоподобности я опускала часть деталей, всем видом демонстрируя неуверенность в своих словах, постоянно перескакивала с будущего времени на прошлое. Я очень надеялась, что отец с его другом в это поверят. — Вот как… — Нахмурился отец. — Арчибальд? Ты мог бы такое сделать? — Если бы это был самый последний шанс? Я так не думаю. Стереть память твоей жене мог бы, но точно не всю. Шансы после восстановить все как было, особенно если пройдёт время, не столь велики, чтобы рисковать. Случись что, я мог бы отправить тебя подальше, помог бы с билетами, быть может силой бы заставил уехать, но менять воспоминания… Нет, не я. — Слегка задумался, а затем покачал головой друг отца. — Скажи, — вдруг обратился он ко мне. — Твоя подруга… Сочетание имени с фамилией показалось мне знакомым… Гертруда Поттер, героиня магического мира… Но почему ты назвала ее «будущей»? Разве она не совершила свой главный подвиг в годовалом возрасте? — Тот темный волшебник, которого она победила, хоть Гертруда не была уверена, что хоть как-то к этому причастна… Он… Вернётся и… Именно он начал ту страшную войну, уничтожая как обычных людей, так и волшебников, которые из обычных семей. Да и остальных он тоже у-уничтожал. — Пришлось немного увеличить нервозность, слегка добавить в голос дрожи, ибо нельзя говорить слишком много. Если ещё что-то не сойдется с каноном… Нет, нельзя это допустить. Хорошо, что я, когда, чисто из упрямства, пыталась вспомнить чем занималась я-из-будущего, получила какие-то обрывки знаний об убедительном изображении жертвы. Не то, чтобы я хотела изображать из себя что-то, но… Ребенок не мог бы остаться равнодушным. Сдерживая столько в себе, а после выплеснув все эмоции, настоящий ребенок или даже подросток просто скатился бы в настоящую истерику, так что… Я девочка стойкая, сильная, но не настолько, чтобы выдержать все, на меня свалившееся. Авось прокатит.       К слову, могла ли я-из-будущего играть в театре или где-то ещё? Точно, нет, иначе остались бы хоть какие-то обрывки образов, кроме небольшого пласта информации про грим и умение маскировки. Впрочем, в данный момент, эти мысли следовало отложить в сторону и сосредоточиться на чем-то поважнее. — Но что… — Начал было отец. — Умолкни. Девчонка напугана, что неудивительно. Зачем заставлять ее вспоминать все и сразу? И, к слову, Джон, тебе следует рассказать жене, что недавно встретил на улице старого друга твоей погибшей семьи. Такова же легенда? И, верно, пригласил его на обед. Ко скольки? — Ты хочешь познакомиться с Джин? Но зачем? — Удивился отец. — Нет, эта магла меня не слишком интересует. Однако, твоей дочери может в скором времени понадобиться помощь доброго дядюшки. Ты хотела бы поехать в Хогвартс? — Вдруг переменил он тему. — Д-да, наверно. — Чудно. Значит запомни, что твой отец — магл, обычный человек, как и твоя мать. Но старый друг семьи, дядюшка… — Он слегка поморщился. — Арчи, которому твой отец однажды… Хм, допустим… Спас жизнь, является магом. До твоего одиннадцатилетия он это скрывал, дабы не подвергать опасности статут о секретности, лишь говорил, что надо скрывать способности, однако после прихода письма ты так же получила несколько уроков. Упомяни это невзначай в разговоре с однокурсниками, когда поедешь в эту школу. Если спросят мое полное имя… Арчибальд Грей. — А вы в самом деле станете меня чему-то учить? — Спросила я. — Быть может самую малость. Главное подвести твоих сокурсников к мысли, что ты, как минимум, не так проста. Будешь вести себя как обычно, изредка допуская «просчеты» — всякие жесты, привычные только воспитанным в магической семье волшебникам, использовать знания, полученные из книг, которые я тебе подарю на… День рождения. У тебя же в сентябре? — Завтра. — Вставил отец. — Как раз все куплю. — Усмехнулся его друг. — В любом случае, девочка, если будет вести себя как я скажу, неплохо устроится в жизни. Будешь же?       Я кивнула. Несколько… Пугающий напор. — Вот и чудно. — Ещё шире усмехнулся он. — Но зачем тебе… — Снова начал отец. — Я заинтересован, чтобы в семье были таланты. Если останется лишь кучка недоумков, мы вымрем. И как люди, и как волшебники. — Усмехнулся он.       Кинув взгляд на часы, он нахмурился. — Боюсь, вынужден вас покинуть. Если явлюсь на совещание в магловский одежде, меня, как минимум, не поймут. И, все же, ко скольки? — К часам пяти, наверно. — Ответил отец. — Значит на чай. Учту. Удачного дня. — Исчез с резким хлопком его друг. — Мда уж. И этот постоянно попрекает меня манерами. — Пробормотал отец. — В любом случае, — Встряхнулся он. — Скоро завтрак. Сможешь вести себя максимально обычно, Гермиона, или изобразишь, что спишь ещё? — Пожалуй смогу. — Ответила я. Ну и денёк начался. Да и ближе к вечеру сбежать не выйдет. Как же я жалела, что ещё не придумали сотовых телефонов. Или придумали? Надо бы вспомнить год их поступления в массовое производство. Впрочем, живи я ближе к Литтл Уингингу, купила бы какие-нибудь рации. Неудобно выйдет, если Гертруда будет ждать меня весь день. Хотя, можно смотаться туда, оставить записку, а затем уехать обратно. Займет около получаса.