Прикосновение

В скором времени у отца состоится важная встреча с каким-то важным человеком…я не лезу в его дела, знаю только, что они с мамой приглашены на ужин в дом этого важного человека, на котором все и будет обговорено. Кажется, они идут в эту субботу? — Мадлен, спустись пожалуйста, у меня для тебя новость — кричит мама откуда-то с первого этажа и я, медленно вставая с кровати, чтобы не закружилась голова, надеваю носки и плетусь вниз. — Ну неужели ты пришел, я думала, буду ждать тебя три года. Так вот — быстро проговорила мама — помнишь, я говорила тебе, что мы с отцом идем на ужин к одному из его партнеров? — Да…помню. А что? — Я говорила, что пойдем мы с папой. Но оказывается, там будут ребята твоего возраста…. — Нет… Нет, мама, я не пойду. Серьезно, я не хочу. Не хочу ни с кем знакомиться. — Мадлен, я понимаю, для тебя все здесь непривычно, но тебе ведь нужны друзья. Не съедят же они тебя, в конце концов. — Мам…. — Никаких отговорок! Я не хочу чтобы ты сидел и страдал одиночестве. Найди себе друзей! — …чтобы страдать вместе с ними.? — - Не паясничай. Послезавтра я хочу видеть тебя выспавшимся, довольным и красивым. Гости собираются к 16.00, надеюсь выспаться ты успеешь. — Как скажете, мэм. — согласился я, закатывая глаза так, что почти увидел свой мозг. С моей мамой спорить — себе дороже. Пошел грустить в свою пустую комнату. Боже, какая она унылая, в ней бл* белые стены, как в больнице, только пахнет не медикаментами, а ремонтом. Какого черта я забыл на этой взрослой тусовке? Родители в жизни меня никуда по работе не таскали, а тут… В России мне нравится все меньше и меньше. Я почти уснул, витая в своих невеселых мыслях, как мне в скайп начали трезвонить. Я не хотел отвечать, у меня совершенно не было настроения на разговоры, но звонивший был очень настойчив. Я поднялся с кровати и пошел отвечать. Это оказался никто иной как мой друг — Жан. Я даже улыбнулся, как же я скучаю по своим друзьям. — Хей, бро! Ты че не отвечаешь? Я думал ты помер? — Жан, привет! Еще не помер, но уже скоро. — Че так? — с удивлением спросил Жан. — Скучно здесь…и тоскливо… — Оу, бро…ну…ты держись там…как бы… — - Держись, бро. — я попытался делать волевое выражение лица, но в маленьком окошке увидел, что это было больше похоже на гримасу боли. — Нашел уже мне замену? — с тоном ревнивой жены спросил мой бро. — Конечно, только и делаю, что ищу тебе замену, у меня уже есть на примете целая армия потенциальных лучших друзей. — Я так и знал, что нельзя тебя отпускать! — Все. Поздно. Ты не смог меня удержать, кусай теперь локти. — с суров-поучительным видом заключил я. — А Эрику нашел замену? — Чувак, при чем здесь Эрик? — я был немного взбешен из-за этого вопроса, ну реально, при чем здесь он?! — Я просто спросил, бро, не заводись. –попытался успокоить меня Жан. — Прости. Просто ты же знаешь, что мы расстались…причем не очень хорошо… — Да, поэтому и спрашиваю, не нашел ли ты замену? — Не вижу логики. Но в любом случае — нет. Я не готов к новым отношениям, предыдущие слишком меня измотали. — Понимаю… Мы проговорили так не меньше трех часов и договорились созвониться завтра. Мне стало легче и даже запах ремонта перестал раздражать. Надо было раньше самому позвонить, посему я не додумался? *** И так, наступило «долгожданное» послезавтра, и я нервничаю с самого утра. Не могу сказать, что я какой-то крайне застенчивый или скромный. Скажи так моим друзьям и они покрутят пальцем у виска. Но все же знакомиться и общаться с ровесниками на французском — это одно, а говорить с кем-то на русском, который остается для меня трудным — это совсем другое. Я действительно переживал из-за предстоящей встречи, на этой почве даже не мог спать, а к обеду разболелась голова. В общем полный букет. Я заранее чувствую себя дискомфортно и представляю как буду стоять в углу и неловко переступать с ноги на ногу. Но так как идти мне все-таки придется нужно хотя-бы привести себя в божеский вид. Немного постояв в ванной перед зеркалом, в тщетных попытках привести свои непослушные вьющиеся волосы в порядок я решил, что проще было бы побриться налысо. Но это в другой раз, не хватало еще отсвечивать лысиной. Впечатление конечно незабываемое, но не самое лучшее. Поэтому оставил все как есть. На самом деле я крайне редко смотрюсь в зеркало. Ну не нравится мне моя внешность…никогда не нравилась. Ни вздернутый нос, ни плоские губы, ни ОСОБЕННО мои светлые волосы. Единственная часть тела, которая меня устраивает — это верхняя часть лица — большие зеленые глаза и густые, светлые брови. Все. В очередной раз удивляюсь тому, что во мне мог найти Эрик? Он был довольно симпатичным, но только снаружи. Это тот самый случай, когда внутренний мир совершенно не соответствует внутреннему. Хоть что-то хорошее в моем переезде: я его больше никогда (надеюсь) не увижу. Кое-как разобравшись с лицом, отправился в комнату «выбирать платье для балла». Да, мои родители — не бедные люди, но это никогда не мешало мне носить одежду из масс-маркета. Обычные кроссовки или кеды, растянутые худи и футболки, джинсы, в основном узкие — вот в чем мой «стиль». Имеется, однако, пара костюмов в моем гардеробе, «для важных мероприятий», таких как это, полагаю? Значит надену этот, с пиджаком и зауженными брюками. Он мне больше всех нравится, потому что зеленый. Мой любимый цвет. К тому же он мне идет, как мне по крайней мере кажется. И вот наконец я готов к выходу, остается сидеть с отцом в коридоре и ждать маму. Да у нее одежды в разы больше чем у меня, так что выбор не из легких, я ее понимаю, но это же не значит, что мы должны так долго ее ждать. *** Мы все-таки дождались маму и выехали из дома, с небольшим опозданием. Я было приготовился опять ехать в далекие края по пробкам, но, как оказалось, они живут в том же районе что и мы. На самом деле, не удивительно, что такие богатые люди живут не в «хрущевке». Дорога заняла совсем немного времени, но я успел накрутить себя до предынфарктного состояния. Не знаю откуда взялся такой страх перед знакомством, возможно полет в «адском самолете» подкосил мое психическое здоровье. Да, наверняка. Странно, что у меня после этого еще глаз не дергается. Или оба глаза. Так вот, мы приехали и увидели красивый дом, я не разбираюсь, но сказал бы, что в английском стиле. Я бывал пару раз в Лондоне этот дом напоминал мне именно его. Внутри дом был светлый и уютным, сразу видно, что обставлен он был не только с участием большущего капитала, но и с любовью. И с большим вкусом, хотя возможно и чуть-чуть вычурно. — Добрый день — поприветствовала нас женщина средних лет, с крашенными светлыми волосами и платье до колен. Я сразу подумал, что платье от «Sabine», а женщина — хозяйка дома. — Добрый — поприветствовали ее в ответ мои родители, а в след и я попытался как можно четче и без акцента поприветствовать ее. Затем из толпы обсуждающих чего-то людей, к нам подошел высокий мужчина с очень черными волосами. — Знакомьтесь — это мой муж, Марк. — Здравствуйте, Марк Островский, адвокат — «я же говорил, что адвокат», подумал я — Как вы устроились в Москве? Вам здесь нравится? В общем я решил оставить взрослых болтать и пошел бродить по дому. Посмотрел на картины, на рояль, он показался мне огромным и потрясающим, интересно, кто на нем играет? Я подошел поближе, чтобы рассмотреть его и да, это было очень красиво и… как-то «величественно»… Посмотрел на нарядных, улыбающихся людей вокруг и понял, что не прогадал с выбором одежды, иначе выглядел бы как оборванец. На заднем дворе увидел большой бассейн и большую собаку, хотел выйти погладить ее, но не решился, ибо вдруг она кусается. Не хотелось бы мне быть покусанным, ободранным и грязным. Жаль, что у меня нет собаки, мне было бы не так грустно в пустом доме. Я с детства люблю собачек, но у отца аллергия на шерсть поэтому у меня никогда не было домашних животных. Да и мама как врач очень ценит чистоту, которой, по ее мнению, невозможно добиться если в доме есть животное. Чуть погодя я нашел своих родителей. — Мадлен, я тебя обыскалась– сказала мама, от чего я чуть не подпрыгнул…нет, я не испугался…просто…просто от неожиданности — у тети Веры — что? Мне ее тоже теперь так называть? — Мадлен, ты меня слушаешь? Так вот у тети Веры есть два сына, твои ровесники. Идем, познакомимся, может ты с ними подружишься? — Это обязательно? — с выражением лица полного страдания спросил я, понимая, что чтобы подружиться мне придется разговаривать. Боже, кто придумал, что всем нужны друзья мне здесь и так хорошо. Тем более у меня уже есть друзья, просто они в другой стране… — Ну ты хоть попробуй, может это тебе понравится больше, чем сидеть в депрессии. — Ооокей… — в конце концов, что я теряю? Мы пришли в обеденную зону, где стояли мой отец и Марк Островский, о чем-то беседуя. Увидев меня, последний улыбнулся и спросил: — Как тебе в России? — Ну, я пока не привык… — Всегда легче адаптироваться, когда есть с кем пообщаться, да и язык подтянешь. Сейчас только найду своих оболтусов и познакомлю вас. Тебе повеселее будет и им. О, кажется мне не придется искать, сами пришли. К нам подошли два высоких парня. — Это мой старший сын — Вильям, а это младший — Оск… Но второго имени я уже не расслышал, потому что, клянусь Богом, я никогда не видел никого красивее. Вильям? Так его зовут? На улице как будто стало светлее. Это солнце вышло или от него исходит свет? Я…я не питал слабости к рыжим…вовсе нет, но его…его волосы…его глаза… Твою ж мать…только не говори, что влюбился, Мадлен! — Привет — сказало мне это солнце и протянуло руку. — П-привет — неловко ответил я, протягивая руку в ответ. Какие теплые руки. Или это у меня холодные? — Я Оскар — сказал второй парень. Как странно, они совсем непохожи. У Оскара волосы темные и растрепанные, хотя глаза такие же зеленые как…как у его брата. — Привет — поприветствовал я и его. Мы все вместе прошли за стол, где гости уже занимали свои места. Братья сели рядом…и рядом с ними села симпатичная девушка, по очереди обняв обоих. — Мадлен, это Кристина. Крис, это Мадлен– сказал Оскар. — Привет — сказала девушка — Ты француз? — Привет, да типа того… — необычный вопрос, но не мне ее за это осуждать. Обед прошел не интересно, я бы даже сказал скучно. Все время я смотрел как эти трое весело что-то обсуждали. М-да, раскатал губу. Кому ты нужен, такой стремный? Мое радостно-влюбленное настроение быстро сменилось меланхолией. И как будто бы это не я только что готов был молиться на этого парня, как будто это не я был в восторге от дома несколько минут назад. А потом мы как-то неожиданно, по крайней мере неожиданно для меня, встретились взглядами с Оскаром. Он махнул головой в сторону выхода из обеденного зала, явно приглашая меня куда-то. Ну, а я что? Я встал из-за стола и пошел в указанную сторону. Вслед за мной поднялись и Оскар с Кристиной. А Вильям, к моему небольшому разочарованию, остался сидеть за столом. Мы вместе поднялись на второй этаж и зашли в первую же комнату. Я так понимаю это его комната? Как только Оскар закрыл за нами дверь, он стянул с себя галстук и чуть было не оторвал первые две пуговицы на своей рубашке. — АГХ. Как же меня за*бали эти «великосветские» приемы. С*ка каждый год они собираются и обсуждают тоже самое, что обсуждали в прошлом году и в позапрошлом и в позапозапрошлом и в поз… — Да, мы поняли, Оскар — сказала Кристина. — Можешь сесть на пуфик или на подоконник — мгновенно успокоившись, предложил Оскар, смотря прямо на меня и мило улыбаясь. — Окей — ну, а что я еще мог ответить в ответ на эту улыбку. Интересно, у Вильяма такая же красивая улыбка? — Расскажешь что-нибудь о себе? О школе, друзьях, жизни в Париже — начала разговор Кристина. Мы здорово разговорились, и я даже перестал чувствовать какую-либо неловкость. Мы обсудили мое прошлое, потом их прошлое. Оказалось, ребята знакомы с самого детства, так как их отцы работают в одной компании. А еще, к слову, у них День Рождения в один день. Кажется, они будут моим ОТП. Так прошло около получаса, а потом к нам зашел Вильям. Мне опять стало неловко, щеки запылали, руки вспотели. — Ты смог наконец вырваться? — со смехом спросил Оскар. — Да, это было не так просто. О чем болтаете? — Обо всем, кажется у меня теперь есть новая «подружка» — сказала Крис. Так она просила себя называть. Я улыбнулся девушке, но мои мысли уже кружили вокруг этой рыжей головы. Вильям уселся на подоконник и достал сигареты с зажигалкой из внутреннего кармана бордового пиджака. Боже, как же ему идет этот пиджак. Хотя, наверняка ему идет абсолютно все. — Кто разрешал тебе курить в моей комнате, собака сутулая? — закономерно возмутился парень, но его старший брат посмотрел на нас с Крис и спросил — Кто-нибудь против? — Нет — ответили мы почти одновременно. — Я почему-то так и думал. Мадлен, верно? — обратился он ко мне. — Да — ко мне опять вернулся мои французский акцент, черт как же «вовремя». — Не самая лучшая идея, со стороны твоих родителей, перед последним учебным годом выдергивать тебя из привычной обстановки — о как же я с тобой согласен. — Да, причем не просто перейти в другую школу, а в другую мать его страну переехать — практически прочитав, мои мысли, сказал Оскар. — Ничего, я с этим смирился — собравшись с мыслями я таки вставил свои пять копеек — Думаю, я смогу здесь жить. — Ну, у тебя уже есть друзья — сказал Вильям, втягивая сигаретный дым. — Да, это зда…здо…рово — опять мой французский — Простите, мне пока трудно говорить на русском… — неловко произнес я. — Ничего, мы тебя понимаем — улыбаясь ответил Вильям, смотря мне в глаза, а заодно в самую душу. Мне сразу стало как-то легче. -Ты куришь? — спросил Вильям, на что я утвердительно ответил. Он подал мне сигарету и поджег ее своей зажигалкой. Последний раз я курил еще во Франции, так что дым, приятно расползающийся по моим легким, окончательно рассеял атмосферу неловкости. Я присел рядом с ним на широкий подоконник и просто смотрел в открытое окно, изредка бросая взгляд на этого милого парня. Мне казалось, что веснушки никак не могут делать человека красивым, поэтому абсолютно не понимал этого тренда с рисованием их на себе. Но мое мнение внезапно изменилось стоило мне посмотреть на Вильяма. Его веснушки показались мне невероятно милыми. За все время в России — это был самый лучший день. Ко мне вернулись радость и удовлетворение от жизни, достаточно было действительно просто найти себе друзей. Но все хорошее быстро заканчивается, к нам заглянули родители, чтобы позвать меня домой. Я быстро закинул в рот жвачку и соскочил с подоконника. Ребята вышли, чтобы проводить меня. — Пока, еще встретимся — сказала мама Вильяма и Оскара. Ох, как же я на это надеюсь…