Часть 21
4 мая 2020 г., 22:00
Юнги с прямой спиной проходит по коридору мимо огромных окон в приемные покои. Охрана следует за супругом императора, не отставая ни на шаг. Юнги с ненавистью смотрит на весеннее солнце, которое периодически касается своими теплыми лучами нежной кожи Мина. Чонгук ушёл на войну пять месяцев назад, вестей приходило мало, но парень и им был рад. Однако последние три недели гонцы не появлялись, и омега не знал: радоваться ему или печалиться. Юнги склоняется к первому варианту, ведь отсутствие новостей – это тоже хорошая новость.
– Южанин уже прибыл? – бросил фразу по пути омега.
– Да, – коротко ответил воин: если супруг императора задавал вопрос, на него лучше отвечать сразу, иначе можно на несколько дней остаться в карцере. Многие, кто не сомневался в том, что Мин будет слишком мягким и глупым, теперь боялись и слово промолвить, но в то же время смотрели на хрупкого омегу с немым обожанием. За время отсутствия Чонгука жизнь в Антаресе нисколько не ухудшилась, наоборот, государство процветало, как и при императоре.
От ответа воина Юнги скривился. Во-первых, этот молодой альфа последние дни всё время находился рядом, и омегу это начинает напрягать. А во-вторых, король южного государства, с которым Антарес имел смежные границы, должен был появиться лишь через три дня, и Мина раздражало то, что Субин прибыл раньше. Юнги повезло, что рядом с ним находится Тэхен, ведь именно он серьёзно помогает Мину. Узнав о том, что альфа скоро прибудет во дворец, омега быстро собрал танцовщиков и музыкантов, оставляя в приемных покоях, и отдал приказ поварам, чтобы те срочно готовили еду. Тэхен надеялся, что Юнги сможет закончить с необходимыми делами раньше, чем южанин переступит порог, но Субин оказался быстрее. Сейчас омега сидит на месте рядом с тем, где будет находится Мин, и периодически бросает взгляд на альфу, медленно поглаживая уже довольно большой живот. Тэхену через месяц рожать, а он бегает по дворцу, помогая другу, за что платит отекшими к вечеру ногами.
– Где же Ваш правитель? – отставив чашу с цветочным вином, спросил Субин, подняв тёмные зелёные глаза на омегу.
– Он скоро будет здесь, – мягко улыбнувшись больше из вежливости, чем по собственному желанию, ответил Тэхен, не переставая гладить живот. Малыш придавал чувство уверенности, которого без Намджуна так не хватало омеге.
Будто услышав его слова, дверь в приемные покои отворилась. Юнги изящной тихой поступью вошёл в покои, и Тэхену не понравился изменившийся взгляд южанина: так охотник смотрит на добычу. Мин действительно, сам того не осознавая, приковывал всё внимание к себе. Ножные браслеты, подчеркивающие тонкую лодыжку омеги, тихо переливались при каждом шаге, создавая замысловатую мелодию. Чонгук подарил их в день рождения омеги, который они провели вместе. Лёгкий шелковый костюм очерчивал стройную фигуру, подчеркивая все интересные изгибы молодого тела, а от лёгкого дуновения ветра слегка развевался. Янтарная капелька, которую Юнги до сих пор не менял ни на какое другое украшение, привлекала внимание к острым ключицам и оставленной на одной из них яркой метке. Тэхен обратил внимание на то, как желваки заиграли на лице альфы, когда тот заметил следы зубов на молочной коже.
– Прошу меня простить за задержку, – чуть хрипловатый голос омеги заставил Субина поднять глаза на его лицо. Яркие янтарные глаза, острые скулы и мягкие на вид персиковые губы привлекали внимание, заставляя думать о чем-то другом, что явно не связано с делами. – Однако Вы прибыли на пару дней раньше, чем планировали. Это было неожиданно.
– Я создал Вам много проблем?
– Да, это так, – помощник альфы поперхнулся воздухом от такого грубого ответа, а глаза южанина опасно блеснули.
– Обычно в таких случаях говорят вежливое «нет, что Вы», – альфа следил за изменением эмоций на лице омеги, который был ниже его, казалось, головы на две и на вид казался настолько хрупким, что того и гляди – от малейшего дуновения ветра сломается. Однако лицо Юнги всё также выражало вежливое радушие.
– Прошу меня простить, но Вы первый нарушили правила этикета, – омега отвел взгляд, словно альфа стал ему не интересен, и подошел к своему месту, присаживаясь. – Вы известили нас о своём прибытии, назначив одну дату, но появились раньше, – Юнги удобно устроился на своём месте, цепким взглядом рассмотрев яства на столе, танцовщиков, ритмично покачивающих бедрами в такт с музыкой, и остановился на южанине: этот молодой альфа вызывал у него неприязнь одним лишь заинтересованным взглядом. Омегу вообще в последнее время бесило то, что вокруг него столько альф, которые то и дело находятся рядом. Юнги просто не хочет признавать, что его бесит то, что рядом находятся все, кроме Чонгука. – Что ж, давайте отведаем блюда поваров, они старались. К тому же, Вы, наверняка, голодны.
– Да, я голоден, – с намеком в голосе произнёс Субин, но омега сделал вид, что ничего не понял и указал слуге на блюдо с мясом. Зелёные глаза альфы, казалось, потемнели на ещё один тон. Он наклонился к уху помощника, сидевшего по левую руку от своего господина. – Я хочу его.
– Но Ваше Величество, – испуганно залепетал альфа. – Если Чон Чонгук узнает об этом, будет война! Мы проиграем.
– Вот именно, если узнает. Ведь он может и не узнать. Если не вернётся, – хмыкнув на непонимающее выражение лица помощника, добавил южанин. – Ты меня так и не понял? – кинув взгляд из-под ресниц на Юнги, вновь наклонился к уху альфы Субин. – Я хочу его в качестве супруга, – помощник совсем растерянно захлопал глазами: кажется, его господин совсем потерял рассудок.
– Юнги, мне не нравится этот альфа, – вновь заметив на омеге горящий огнём взгляд, прошептал Тэхен.
– Мне тоже, – блаженно прикрыв глаза от приятной сладости вина из хризантем, ответил Юнги. – Давай же пожмем друг другу руки: теперь мы совсем свихнулись без наших альф, – одним из холодных зимних вечеров Мин довольно много выпил и почувствовал сильную необходимость поделиться всем, что у него на душе. Поэтому теперь Тэхен знает абсолютно все и уже ничему не удивляется.
– Нет, я о другом: мне не нравится то, как он на тебя смотрит… плотоядно.
Юнги тихо рассмеялся, привлекая к себе ещё больше внимание южанина.
– Не волнуйся, если он зажмёт меня где-нибудь, я лишу его возможности иметь потомство, – лукаво произнёс омега, замечая, как Тэхен от этого краснеет, но всё же успокаивается. – Так какова причина Вашего визита? – смотря прямо в глаза южанина, спросил Юнги, когда чувство голода притупилось, и гости отложили столовые приборы, расслабленно рассматривая танцовщиков.
– Давний договор, который заключили между собой мой отец и отец Вашего супруга, – Субин слегка поморщился на последнем слове. – Договор, по которому моим супругом должен был стать антаресский принц – Чон Чимин.
– Он погиб. Больше полутора лет прошло, а до Вас эта новость ещё не дошла? – Юнги понимал, что ведёт себя довольно неприлично, но не мог не плеваться ядом в этого альфу. Для чего он пришёл? Чтобы разбередить старые раны? Сейчас Юнги как никогда рад тому, что именно он принимает этого южанина. Омега не хотел бы, чтобы его супруг вновь вспоминал брата, вновь корил себя за его смерть.
– Нет, эта печальная новость, безусловно, мне известна. Примите мои искренние соболезнования, – не удержавшись, Юнги фыркнул с этого заявления. Субин опустил взгляд, понимая, как глупо это выглядит: выражение скорби после того, как прошло полтора года. Смех да и только. Однако альфа сделал вид, будто ничего странного нет в этой ситуации. – Однако, если бы Ваш супруг согласился на свадьбу, которую я предлагал раньше, принц был бы жив.
– А давайте мы не будем сотрясать зря воздух, пустыми фразами «что было бы, если...»? – грубо ответил Юнги, крепче цепляясь за чашу с вином из цветков хризантем. Хотелось разбить посуду о голову этого альфы, но омега держался, понимая, что этого ему точно не простят.
– Вы правы, – Субин на секунду прикрыл глаза, скрывая за ресницами неподдельный интерес к этому удивительно непохожему на других омеге. – Однако мне бы хотелось получить компенсацию.
– Что? – растянув вопрос, тихо спросил Юнги, приподняв бровь. Сделав вид, что не расслышал слов альфы, Мин давал ему шанс исправиться. От тона омеги помощник южанина передернул плечами, чувствуя неприятный холодок от, казалось бы, безобидного вопроса.
– Компенсацию, – южанин решил не пользоваться подаренным шансом. – Формально, я могу объявить войну Вашему государству из-за невыполнения условий договора.
У Юнги нервно дернулась щека: Чонгук и так сейчас на войне, а крохи оставшихся воинов проиграют в битве с южным государством. Омега устремил задумчивый взгляд в чашу, рассматривая жёлтый цветок. Чуть наклонив руку, парень безучастно проследил за тем, как солнечного цвета бутон вместе с жидкостью перетек к другой стеночке.
– Чего Вы хотите? – после долгого молчания задал вопрос омега.
– Я довольно скромен в своих желаниях. Как насчёт... Вас? – Юнги так и остановился, не донеся напиток до рта. Омега слышал, как рядом поражённо выдохнул Тэхен, и, признаться честно, Мин тоже был немного в шоке.
– Простите? – Юнги вновь дал южанину шанс исправиться в своём ответе.
Субин уже было открыл рот, собираясь повторить свою фразу, но открывшаяся в приемные покои дверь заставила его остановиться.
– Ваше Величество! – ворвавшийся в помещение молодой альфа из охраны Мина привлёк всеобщее внимание. Омега поморщился, вновь замечая парня, который уже порядком успел ему надоесть. – Ваше Величество, прибыл гонец!
– Разве ты не видишь, что я занят? – ледяным тоном задал вопрос Юнги. Казалось, от его голоса вода в графинах покрылась тонкой корочкой льда.
– Я знаю, Ваше Величество, – альфа опустил глаза в мраморный пол, не выдерживая острого взгляда омеги. – Но гонец сказал, что это срочное донесение.
– Что ж, ему всё равно придётся подождать. У меня гость, – Юнги вновь посмотрел на Субина, показывая воину, что его решения не изменить. – Так что вы желаете в качестве компенсации?
– Ах да...– альфа вновь перевёл взгляд на омегу. Сейчас зелёные глаза были совсем темными, и Юнги они напоминали болото – чем дольше в них смотришь, тем глубже засасывает. Вот только от этого чувство, будто всё тело испачкано в трясине, становилось сильнее, и Мин с трудом сдерживал острое желание брезгливо поморщиться. – Я хотел бы Вас.
– Послушайте...– вновь открывшаяся дверь на этот раз прервала Юнги. Молодой альфа пытался увести гонца в коридор, но тот уверенно шёл вперёд.
– Ваше Величество, Ваш брат велел срочно передать новости. Это не займёт и пары минут, – у Юнги на миг замерло сердце: новость от брата. Почему не от Чонгука? Он же не...
– Говори, – сухо произнёс омега, боясь, что выронит чашу, Мин отставил ее на стол, сильнее стискивая в пальцах шёлковую материю своего одеяния.
– Война с королевством Омикрон закончена. Наши войска разгромили вражеские. Его императорское Величество был серьёзно ранен, – гонец замялся, боясь рассказывать дальше.
– Говори, – Юнги будто со стороны наблюдал за собой: ничего не выражающее лицо и спокойный голос были лишь фасадом, за которым скрывалась буря эмоций. И Мин боялся, что не сможет сдержать этот натиск.
– Когда я покидал генерала Мина, лекари не могли сказать точно, смогут ли они спасти Его Величество. Однако, вне зависимости от результатов, все возвращаются. Таков приказ императора.
– Когда?
– Через неделю. Воины ослабли, а спешка может негативно отразиться на их здоровье.
– Я тебя понял, иди отдыхать, – гонец поклонился, выражая почтение супругу императора и поражаясь его выдержке. Все в государстве знали о трепетных чувствах императорской четы, и альфа боялся, что омега сорвётся. Однако все его опасения были пусты: Юнги не настолько глуп, чтобы перед южанином показывать свою слабость. – Скоро мой супруг вернётся в столицу, Вам стоит подождать неделю, чтобы решить все лично с ним. Боюсь, я ничем не могу помочь, Вам стоит подумать о другом желании в качестве компенсации, – Субин молча рассматривал омегу, скользя задумчивым взглядом по фарфоровому лицу. – Если Вы не будете возражать, я покину Вас, – Юнги поднялся, не дожидаясь реакции альфы.
– Разве Вы не слышали, что сказал гонец? – вопрос Субина заставил омегу остановиться в паре шагов от двери. – Тьма наконец решила забрать своего любимчика, – Юнги повернулся к альфе, приподняв бровь в непонимании сказанных им слов. – Вы не знали? Вашего супруга все за пределами империи называют повелителем Тьмы. Многие считают, что он заключил сделку с дьяволом, поэтому он часто находится на поле боя, чтобы отдать тысячи и тысячи душ Тьме ради процветания своего государства, – южанин чуть склонил голову вбок. – Однако гонец сообщил, что он серьёзно ранен. Наш с Вами союз будет выгоден обеим сторонам, а наш наследник возглавит трон.
– А я смотрю, – на аккуратном личике омеги появилась жёсткая ухмылка, кажущаяся какой-то чужеродной. – Вы уже в голове всю нашу жизнь расписали. Принц Чхве, – обманчиво ласковым тоном произнёс Юнги. – Прошу, хорошенько отдохните, Вам в дороге напекло голову, – больше не смотря на южанина, Мин развернулся и покинул покои.
– Так побледнел от новостей… неужели действительно любит? – задумчиво смотря на то место, где ещё пару минут назад стоял Юнги, Субин раздумывал над тем, что же ему делать, если Чонгук и правда вернётся живым? Этого омегу хотелось до покалывания на кончиках пальцев. – Зря. Глупо.
– Позвольте, но в любви нет ничего глупого, – подал голос Тэхен. Альфа повернул голову к омеге, впервые рассматривая его более внимательно. – Любовь придаёт сил, когда кажется, что их больше нет. Любовь открывает глаза, позволяя человеку видеть более полную картину мира, замечать то, чего не замечал раньше, раздумывать над тем, над чем никогда не думал раньше, – Тэхен медленно поднялся со своего места, аккуратно придерживая рукой живот. – Любовь никогда не бывает зря, – омега поджал губы, не заметив никаких изменений в лице альфы. Тот вообще слушал его? – Мино проводит Вас к Вашим покоям. Отдыхайте.
~•~•~
Находясь полностью в своих мыслях, Юнги не заметил, как ноги привели его к детской комнате. Омега пару минут стоял и смотрел, как Лило играет с его сыном. – Папа! – малыш заметил Юнги, стоявшего около двери. – Здравствуй, моя маленькая радость, – омега подошёл ближе, беря ребёнка на руки. – Как у вас дела? – Все хорошо, Юнги, – Лило мягко улыбнулся принимаясь рассказывать обо всём, чем они занимались. Юнги в пол-уха слушал, рассматривая забравшегося на его колени сына, который игрался с его серьгами. Чёрные волосы после сна торчали в разные стороны, сосредоточенный взгляд тёмных янтарных глаз внимательно следили за тем, как покачиваются камешки после того, как до них чуть дотронуться. – Юнги? – обеспокоенный голос Лило заставил омегу поднять на него от чего-то расплывающийся взгляд. – Папа...– грустно прошептал малыш, вытирая маленькой ладошкой соленые дорожки со щёк. – Юнги, что-то случилось? – Ничего, – Мин выдавил из себя болезненную улыбку. – Ёнгук-а, моя маленькая радость, – Юнги нежно провёл по мягким волосам, оставляя мягкий поцелуй в чёрной макушке. – Папе нехорошо. Ты не против, если я пойду отдыхать? – омега нежно провёл большим пальцем по розовой щечке малыша и, передав ребёнка Лило, вышел из комнаты, направляясь в свои покои. Прислонившись лбом к тёплому от солнечных лучей стеклу, Юнги присел на подоконник, безэмоциональным взглядом скользя по постепенно зеленеющему двору. Услышав тихий скрип двери и почувствовав ненавязчивый аромат молочного лотоса, омега даже не пошевелился. – Юнги…– Тэхен с беспокойством рассматривал друга. – Как ты? – Ты знаешь, сколько у него ресниц? – Тэхен смутился от вопроса: Юнги никогда не разговаривал о том, что когда-то Ким был наложником его супруга и проводил с ним ночи. Омеге до сих пор стыдно вспоминать об этом, но факт того, что он попал в гарем из-за отца, смягчал ситуацию, пусть и не намного. – Не знаешь ведь... а я считал, – грустно улыбнулся в пустоту Юнги. – Знаешь, я ему часто рассказывал свои сны. Он их всегда так внимательно слушал, словно я говорил о важных политических делах, – тихо рассмеялся омега, прикрыв глаза. – Я с ума сходил от счастья, так был рад просто находится рядом с ним, вдыхать его аромат, чувствовать теплую кожу и слышать бархатный голос. Расстояние... так давит, что за это долгое время уже как-то привыкаешь к боли. Я сумасшедший, наверно. Повязанный одной любовью, свихнувшийся из-за нее. – Юнги...– Тэхен протянул к другу руки, делая шаг ближе, но вздрогнул и резко остановился от неожиданно выпрямившегося омеги. – Он не умер, – Юнги острым взглядом посмотрел прямо на Кима. – Он не мог умереть. Он обещал! – Мин сорвался на крик, чувствуя обжигающие слёзы на щеках. – Он обещал, что мы отпразднуем день рождения сына вместе! – Юнги сполз на пол, цепляясь тонкими пальцами за светлые пряди и чуть оттягивая, пытаясь прийти в себя. – Он не мог умереть... не мог, слышишь? – Конечно не мог, – Тэхен заключил омегу в мягкие объятия, медленно поглаживая по спине. – Он обещал...– Юнги крепко цеплялся за шелковую ткань одежды омеги, стараясь не давить на него. – Я не поверю, пока не увижу собственными глазами, – почти полностью успокоившись, прошептал Мин. – Но что мне делать, если он и правда нас покинул? Тэ, что мне делать? – Юнги прислонился горячим лбом к груди Кима. Тэхен лишь грустно вздохнул, не зная, что на это ответить, и нежно провёл по светлым волосам. Юнги уже давно не чувствует в супружеской спальне аромата мяты, но засыпать на половине Чонгука было легче. Юнги уже давно не чувствует аромата мяты, но всё равно берет чистую одежду альфы, надевая её на себя, чтобы хоть как-то быть ближе к нему. Юнги уже давно не чувствует аромата мяты, но как-то смог примириться с этим, потому что верил в то, что его супруг скоро к нему вернётся. Однако примириться с тем, что Чонгука больше нет, он не может. И никогда не сможет.
