Высший Хищник

      Аластор не знал, где он находится. Всё его тело почему-то сильно болело, в особенности голова. Он не мог открыть глаза некоторое время, потому что на его лице по ощущениям была какая-то повязка. Наёмник попытался снять её, однако зацепил что-то своей рукой, из-за чего эта вещь с треском упала на землю.       Он и понятия не имел, где сейчас находится, но последнее, что помнил, — это сильный удар прямо по его маске.       После громкого падения этой штуки (по-видимому, это была ваза), что-то, находившееся возле его ног, начало двигаться.  — Ура! Наконец-то очнулся! — произнёс кто-то.       Аластор ещё не мог всё чётко слышать, его уши, то есть импланты, выполняющие их роль, были будто заложены. Он не мог понять, кто именно с ним говорит.  — Щас, подожди! Я помогу!  — Ты… кто? — с недоумением произнёс Аластор, пока кто-то подходил сзади и начинал снимать повязку с его глаз.  — Аластор! Ты чего?! Не помнишь МЕНЯ? — воскликнул незнакомец.  — Что?! Да чтоб тебя! Я ничего не понимаю!       С его глаз спала белая медицинская повязка, скатившись по его груди вниз. Его ослепило яркое солнце, пробивающееся меж занавесок на окне. Вся комната была в белых тонах: его одеяло, кровать, плитка на полу, стены и лампа, висящая на потолке. Он щурился, осматривая всё вокруг, как вдруг тот самый незнакомец выбежал вперёд, а потом подпрыгнул на месте и развернулся к лежащему на кровати наёмнику. Как оказалось, это была Мэри. Впрочем, Аластор даже не удивился: вести себя так радостно и беззаботно может только она. Никакой лёгкой брони на ней не было, она просто была одета в свою зелёную кофту и в джинсовые шорты, длины которых кое-как хватало до её колен.       Он похлопал своей ладонью по правой стороны своей головы, и что-то, булькая, будто вылилось из его импланта и дало возможность ему нормально слышать. Такие же действия он проделал и с левой, смотря на Мэри, которая во всю ему что-то рассказывала, пока он это всё делал.  — И я рад тебя видеть, — спокойно произнёс Аластор, выпрямляя свою спину, из-за чего там что-то хрустнуло. — Ох, ё-моё. Долго я тут? И где я вообще? Как я сюда попал?  — Я что, тут зря тридцать секунд распиналась перед тобой? — сложив руки перед собой, спросила у него Мэри.  — Я ничего не слышал. И да, до этого, с повязкой на глазах, мне показалось, что со мной говорит какой-то мужик. Звук искажался.  — А-а-а… Тогда ладно. В общем, ты здесь уже всю ночь и половину дня! Не двигался! Даже не храпел! — разводя руки, сказала она.  — Замечательно… Это ведь тот самый медицинский центр, который и больница? — спросил Аластор, осматривая комнату. — Знакомый интерьер…  — Да, тот самый!  — А как я сюда попал? И где… Мэй? — спросил он, посмотрев на Мэри, которая в этот момент садилась на стул, который находился рядом с его кроватью.  — О-о-о… О Мэй беспокоишься? — ехидно улыбаясь, произнесла она, кладя ногу на ногу.  — Я ведь просто спросил, где она, — с недоумением проговорил наёмник, при этом сильно хмурясь.  — Мы на ней сюда и прилетели! — со странной гордостью в голосе сказала Мэри. — Да, да! Я летала на драконе! И ты летал. То есть висел на нём, истекая кровью прямо из башки.  — Чёрт… Ничего не помню, — тихо сказал Аластор, закрывая обеими ладонями лицо. — А, нет… Лучше бы не помнил дальше.  — Она там лежит, свернувшись клубочком, в парке, напротив твоего окна. Спит, наверное, — сказала Мэри указывая на окно.  — Поможешь мне подняться? — спросил Аластор, упираясь рукой о тумбочку, стоявшую рядом с его кроватью.  — Естественно! — крикнула Мэри и подбежала к нему, а потом схватила его за руку и через силу подняла его с кровати. — У… тебя… сотрясение… мозга… — говорила она, поднимая его. — Поаккуратней ходи, пожалуйста.  — Ага, спасибо, — ответил он, крепко встав на ноги.       Мэри подбежала к окну, отодвинула в сторону занавеску, открыла его, а затем с широкой улыбкой на лице начала тыкать пальцем в сторону Мэй, которая лежала в парке.  — И правда, «клубочком», — произнёс Аластор, наблюдая за этим всем.  — Уи-и-и!.. Милота!!! — пропищала Мэри, а затем обошла его и опёрлась обеими руками о подоконник. — МЭЙ! АЛАСТОР ОЧУХАЛСЯ! ПРОСНИСЬ, МЭЙ! — очень громко крикнула она, а затем высунула голову из окна.       Наёмник, стоя в это время чуть позади Мэри, немного смутился. Драконесса медленно подняла голову и, сильно щурясь, посмотрела туда, откуда доносился столь громкий звук.  — Ой! Мэри, это ты? Что случилось? — хриплым голосом проговорила она, осматривая окно, у которого в этот момент чуть не выпала девочка (конечно же, по своей вине), однако её схватила металлическая рука и затянула обратно. Мэй быстро поморгала. — Стой. Аластор очнулся?  — Да!.. Вот, иди к окну! Тебя не видно! — говорила Мэри, пихая наёмника в бок, чтобы тот подошёл поближе.       На свет вышел Аластор, махая правой рукой сидящей в парке Мэй. Она, увидев его, замахала хвостом в разные стороны и поднялась на все четыре лапы.  — Привет, Аластор! Как самочувствие? Я, нет, мы за тебя переживали! — с радостью в голосе произнесла она.  — Эй, дамочка, полегче с хвостом! — крикнул ей эльф, который тащил за собой тележку с какими-то коробками в ней, пока Мэй не задела её своим хвостом, из-за чего та чуть не перевернулась.  — Ой. Простите. Буду аккуратнее! — сказала она, виновато опустив голову. — И тише.       Сказав это, Мэй аккуратно подползла поближе к зданию и подняла голову на уровне со вторым этажом, на котором и находились сейчас Мэри и Аластор.  — Ну, как дела? — поднеся голову поближе к окну, спросила она.  — Просто замечательно, но голова немного болит, — сказал он, сложив руки перед собой и осмотрев Мэй с головы до ног. — Ну, теперь понятно, что это у тебя не радужная оболочка светится, а зрачок. Занимательно…  — Я, знаешь ли, пока не могу вернуться в более привычную вам форму, так как нужно ждать полуночи, а до неё… — в этот момент Мэй обернулась назад и посмотрела на огромных размеров башню из жёлтого кирпича с встроенными в неё часами. — Ещё девять часов!  — Блин, Аластор, не будь скрягой! Побольше эмоций! — крикнула ему Мэри, дёргая его за капюшон.  — Во-первых, я не скряга. Во-вторых, я и так вам благодарен за спасение моей жизни, — в этот момент он посмотрел на Мэй, которая сидела на улице, скрестив передние лапы, и расправляла свои огромные крылья, покрытые сверкающими на солнце серебристыми перьями. — И в-третьих, яркие эмоции — это не моё.  — «Яркие эмоции — это не моё!» — перекривляла его Мэри. — Без них ведь скучно!  — Ага, конечно, смотря на тебя, это легко понять, — сложив руки перед собой, сказал Аластор.  — Главное, что с тобой всё в порядке! У меня чуть сердце не остановилось, когда я увидела, как ты истекаешь кровью, лёжа в песке! — громче обычного сказала Мэй.  — Со мной теперь и будет всё в порядке. Я больше в Пустошь — не ногой. Нагляделся там всякого. Мне хватило.  — А что же там было такого, ну, не считая этого огромного Пустого? — спросила у него Мэри.  — Он ещё был самым милым, по сравнению с одержимыми, живым домом и странной тварью. Расскажу вам как-нибудь на ночь, чтобы заснуть не смогли, — по-странному улыбнувшись, ответил он.  — Чтобы кошмары снились? — улыбаясь, произнесла Мэри.  — Ещё какие… — сделав серьёзное лицо, сказал он.  — Может, не надо?.. — тихо спросила Мэй. — Я не очень люблю бояться.       Аластор не по-доброму улыбнулся и посмотрел на Мэй, которая в этот момент смотрела на них из окна. Справа от его кровати с треском открылась дверь и в палату кто-то вошёл.  — Эй, алё! Аластор, быстро на кровать и спать! Я выпишу тебя завтра, а пока, будь добр, делай, что я говорю! — крикнул ему гном с круглыми большими очками на глазах и одетый в белый халат, который был немного длиннее своего владельца.  — Э-э-эх… — прошипел Аластор, ковыляя медленно к кровати, а затем и садясь на неё. — Понял, выполняю.  — Ну бли-и-ин… — расстроилась Мэри. — Ну ему уже лучше!  — Если я говорю, что нужно полежать до завтра, то нужно полежать до завтра! Я не допущу, чтобы у него случились осложнения по твоей вине, девочка! — тыкая указательным пальцем в её сторону, произнёс врач. — Эй! Мэй, так ведь? Пожалуйста, сдвинься обратно в парк, а на следующий день вернись во вторую форму! — громко проговорил он, высунув голову из окна. — Господи, ну и ситуация…  — Вы прям всех построили, — спокойно произнёс Аластор, укрываясь одеялом.  — Работа такая. А ты чтоб не забыл выпить ту настойку корня ифрита! Я читал твою медицинскую книжку. Прямо сейчас выпей! Девочка, проследи, — говорил врач, выходя из палаты. — И помни: НЕ ДВИГАТЬСЯ И СОБЛЮДАТЬ ПОЛНЫЙ ПОКОЙ!  — А он точно… врач? — с недоумением спросила Мэй у Мэри, достающей в этот момент из сумки наёмника бутыль с лекарством.  — Как будто был воеводой… — проговорила она, подавая Аластору бутылочку.  — Не срослось?  — Не срослось, — ответил ей он, сделав один глоток настойки. — Пока оставьте меня, я о себе позабочусь. Не волнуйтесь.  — Только никуда не ходи, ладно? Отдохни хотя бы сегодня, — тихо сказала ему Мэй.       Аластор сделал обречённое выражение лица и согласился с ней.  — Мэри, что сидим? — спросил у девочки наёмник.  — Задумалась просто… — смотря куда-то, сказала она.  — Ого! Восхитительно, ты задумалась! — разводя руками, громко сказал он. — Мне ведь и в правду покой нужен!  — …Ну ладно. Иду, — тихо проговорила Мэри, направляясь к выходу из комнаты. — Скажи, если что-то будет нужно. Ну там еда или вода…  — Да, спасибо, конечно, но я не голоден и не испытываю жажду. Иди, отдохни уже!  — Ладно, я сейчас к тебе выйду, Мэй. Только никуда без меня не лети! — громко сказала Мэри, выходя из палаты.       Мэй ещё раз поднесла голову к окну Аластора, а он посмотрел на неё с вопросительным выражением лица.  — Точно всё будет в порядке? Не как тогда? — тихо спросила Мэй.  — Обо мне ещё никто так сильно не заботился, как ты, — улыбнувшись, произнёс он. — Да, всё будет в порядке. Обещаю. На этот раз — точно.       Она улыбнулась и еле-заметно кивнула ему, после чего аккуратно отползла на середину парка. В этот момент к ней подбегала Мэри, держа в руках какую-то книгу. Как услышал Аластор, это был «новенький-преновенький роман», и из-за этих слов на лице наёмника появилась едкая улыбка.       «Чёрт… Куда же я вляпался, а?» — подумал он, пока заворачивался в одеяло. — «И что теперь будет? Ведь ещё нужно, наверное, пойти на встречу всех этих «избранных». Ой, да и ладно! Плевать! Решаю проблемы по мере их поступления!»       Он закрыл глаза, тяжело вздохнул, а затем улёгся поудобнее.  «Блин, Аластор, что это у тебя с лицом?» — подумал он, а затем попытался убрать со своей физиономии эту странную улыбку. — «Что за мысли, Аластор, как не стыдно?!»       Хоть когда-нибудь, но он должен был восстановить свой режим сна. Из-за его отсутствия он не мог нормально отдыхать, просыпаться бодрым, что, в теории, могло бы ему помешать во время выполнения очередного заказа.

***

      Аластор проспал аж до следующего утра. К его огромному удивлению, он вполне нормально выспался и не чувствовал себя ужасно после пробуждения.       После того, как он встал с кровати, оделся, забрал свои вещи, при этом не забыв кобуру с револьвером, наёмник направился к врачу, ответственному за его госпитализацию. Его кабинет находился на третьем этаже, из-за чего Аластору теперь предстояло сначала подняться на один этаж, а затем спуститься на целых три. Для него сейчас это было непросто: при резком повороте головы в его глазах всё будто «расплывается», однако головокружение, как таковое, уже прошло. Зная своё тело, он понимал, что при лучшем раскладе это пройдёт через неделю, но оставаться здесь на такое продолжительное время было для него непозволительно.       Спускаясь по лестнице на первый этаж, он увидел, что в этот центр прискакал кентавр. Кентавр! У него, по всей видимости, было сбито одно копыто, из-за чего он не мог нормально передвигаться. Аластор не хотел ни с кем конфликтовать, поэтому удержался от шутки про конюшню и просто прошёл мимо, направляясь к выходу.       Закрыв за собой массивные стеклянные двери, он посмотрел куда-то вверх, после чего сделал довольное выражение лица и пошёл по каменной дорожке в парк, где, по идее, должны были ждать его спутницы.       Идя по дорожке, его металлические пластины на ногах, выполняющие роль ступни, ударялись о камушки, при этом издавая странный звенящий звук. Прохожие не привыкли видеть ходящего на двух металлических «палках» человека, поэтому, в основном, сторонились его. Аластор уже привык к такому отношению к себе, однако именно поэтому он считает всех разумных обитателей этого мира неимоверно глупыми, так как они, в первую очередь, обращают внимание на внешность и происхождение, и на основе только этих двух факторов делают выводы, при этом не узнав данную личность получше.       Дорожка в какой-то момент привела его в аллею очень красивого вида: над его головой склонились ветви деревьев с ярко-зелёными листьями, тут и там летали бабочки с разноцветными крыльями — в общем, ему было приятно наблюдать такую картину. Наконец-то, после своих крайне неспокойных похождений, он мог расслабиться не только физически, но и ментально.       Перестав витать в облаках, он решил оглянуться, чтобы увидеть, где сидят его спутницы. Напротив фонтана с мраморной обводкой стояла скамейка, на которой удобно расположились Мэй, что уже успела вернуться в привычную для наёмника форму, и Мэри, которая успевшая переодеться в свои походные вещи. Она оперлась щекой на плечо Мэй, которая держала в одной руке книгу с красным переплётом. Они обе, по-видимому, читали её, чтобы скоротать время до прихода напарника.       Смотря на это, Аластор улыбнулся и начал медленно к ним подходить сзади, предварительно свернув с дорожки. Ступая по траве салатового цвета, он подходил к ним всё ближе и ближе. Наёмник старался вообще не издавать какие-либо звуки, чтобы у него был тот самый эффект неожиданности. Подойдя достаточно близко, он решил посмотреть, что же такого смешного они там читают, что Мэри, хихикая, посматривала на Мэй, по лицу которой, можно было понять, что она испытывает некий дискомфорт.       Сфокусировав свой взгляд на книге, он понял, что в этот момент там описывалась постельная сцена, после чего переменился в лице. Закрыв одной ладонью свой рот, он продолжал наблюдать за озабоченной Мэри и взволнованной Мэй. После нескольких секунд ожидания, в надежде на то, что они его всё-таки заметят, он решился подойти ещё ближе.       На его лице показалась его фирменная широкая улыбка и, взявшись за деревянную спинку скамейки, он начал наклоняться у них за спиной, через несколько секунд его голова была уже между ними.  — Бу, — тихо сказал Аластор, при этом смотря куда-то вдаль.       От такого Мэри взвизгнула и положила руку на подлокотник, но позже попыталась дотянуться до своего ножа. У Мэй чуть не остановилось сердце от такого «сюрприза», после чего она медленно начала поворачивать голову, при этом закрыв книгу.  — Вот это я понимаю: ХОРОШЕЕ времяпрепровождение! — с иронией в голосе проговорил он, обходя их.  — Ты… Тебя уже… выписали?.. — испуганным голосом пролепетала Мэри, убирая свой нож обратно.  — А как же? Конечно, выписали, — с довольным выражением лица проговорил он, всё ещё смотря не на них.       В этот момент они переглянулись между собой, лица у них были такие, будто их заметили за занятием чем-нибудь неприличным.  — А мы тут… роман читаем… — виновато сказала Мэри, посматривая в этот момент на Мэй. — Прости. Ты за нами долго… стоял? — тихо проговорила она, убирая злополучный роман в рюкзак.  — Достаточно долго. Просто скажите, там ТАКОЕ всё время, или это я, такой везучий, попал на этот момент?  — Ты такой везучий, кажется, — сказала ему Мэри.  — Ладно, читайте, что хотите. Я в ваши дела не лезу, — спокойно проговорил Аластор, смотря на расстроенную Мэй. — Эй, всё в порядке. Я НИЧЕГО НЕ ВИДЕЛ.  — Ха-ха-ха! Мэй, это мы с тобой везучие! — сказала Мэри, вставая со скамейки.  — Так неловко, — виновато произнесла та, поглядывая на него.  — Ой, да ладно! С кем не бывает! Меня так тоже спалили, когда мне было двенадцать лет. В этом нет ничего такого, — чуть помолчав, Аластор продолжил: — Это мне нужно было по-человечески идти по дорожке, чтобы вы меня вообще могли увидеть. Я больше виноват, чем вы. Не подумал о последствиях.  — А зачем же таким тебя спалили в двенадцать лет, а? — не по-доброму улыбаясь, сказала Мэри.       Тот сделал странное выражение лица, после чего улыбнулся и посмотрел на Мэри.  — Не за этим, — с загадочной улыбкой на лице произнёс он.       В этот момент её охватил приступ смеха, после чего она, то и дело поглядывая на Аластора, села на скамейку, при этом продолжала смеяться.  — А что это с ней? — улыбаясь, спросила Мэй, смотря на хрюкающую и не контролирующую свой почти истерический смех Мэри.  — Хе-хе… Потом расскажу, вечером, возможно, — спокойно проговорил Аластор, смотря на это. — Всё! Хватит ржать! Пойдём уже, а то ты какая-то неадекватная, — сказал он, подходя к Сэрри.  — [истерический смех] Мэй, это значит [опять приступ истерического смеха]… дро, — сквозь смех говорила Мэри, пока он не закрыл её рот ладонью.       Аластор, закрывая её рот, тоже начал хихикать, наблюдая за тем, что Мэри не прекращала смеяться даже с закрытым ртом, при этом она всё ещё смотрела на него. От такого заливистого смеха у неё начали течь из глаз слёзы, ПРИ ЭТОМ ОНА ВСЁ ЕЩЁ СМОТРЕЛА НА НЕГО, из-за чего наёмник попытался удержаться от смеха, хотя улыбку со своего лица убрать не смог и повернул голову в сторону Мэй, которая, улыбаясь, наблюдала за происходящим.  — Дурносмех, блин! Успокойся! — тихо проговорил Мэри Аластор, пока сам с трудом сдерживал эмоции. — На нас уже смотрят, будто мы какие-то шибанутые. Тебя не в счёт, Мэй. Ты-то нормальная.  — Пускай не говорит. Я, кажется, догадалась, — загадочно улыбаясь, ответила она, смотря на наёмника, на лице которого была широкая улыбка.       В этот момент эта самая улыбка на его лице сменилась наивысшей степенью разочарования, он обречённо убрал свою ладонь ото рта Мэри, после чего она, будто бы «взорвалась» новым приступом смеха, но теперь уже она могла смеяться во весь голос, да так громко, что весь парк мог услышать.       Аластор был немного подавлен. Опустив руки, он посмотрел сначала куда-то в небо, а затем и на Мэй, которая в этот момент к нему подошла.  — Не принимай всё так близко к сердцу, — сказала она и схватила его обеими руками за плечи.  — Ладно, не буду, — в этот момент он посмотрел на Мэри, которая всё ещё хихикала, сидя на скамейке. — Такое слово как «тактичность» тебе не знакомо, да? Заткнись уже.       В этот момент она посмотрела на лицо наёмника: оно выражало высшую степень разочарования и можно было увидеть, что он начал несильно показывать свой оскал. Помимо этой нелицеприятной картины страху добавлял ещё тот факт, что лицо его сейчас было в тени, а оскал словно сиял белым цветом и глаза его будто бы покраснели. Мэри опешила от его вида и тут же перестала улыбаться. Аластор убрал руки Мэй со своих плеч, после чего развернулся и сделал два шага от них, выйдя на центр дорожки.  — Вперёд. У нас ещё есть дела, — сказал он серьёзным голосом, не смотря на них.       Его спутницы переглянулись, после чего взяли свои сумки со скамейки и пошли за наёмником, который уже успел отойти от них примерно на десять шагов. Они шли в полной тишине где-то пятнадцать минут, причём он даже не смотрел назад, после чего Мэри решилась догнать его и извиниться.  — Эй! Прости меня… — сказала она, взяв его за правую руку. — Я запомню, что такое «тактичность», честно!       Аластор посмотрел на неё, после чего обернулся и посмотрел на Мэй, которая всё это время шла сзади, не сводя с него взгляд.  — «Быть тактичным» — значит уметь промолчать, когда надо. Запомни это, — сказал он, убирая свою руку.  — Ладно, запомню…  — Мы собираемся в одну деревеньку. Там я тебя кое-чему обучу, Мэри. Рецепту… необычному рецепту…  — Ну меня же Высшие Хищники вообще всем вещам, что ты знаешь, обучили!  — Этому тебя не учили, поверь.  — Ну, вы уже помирились? — спросила у него Мэй, нагоняющая их двоих.  — Мы и не ссорились… — будто бы прошипел наёмник.  — А что за деревня? И зачем мы туда пойдём? — спросила у него она.  — Ею заведует барон, которому я обещал выполнить один заказ. Очень давно обещал. За дорого, конечно.  — А что за заказ? — спросила у него Мэри.  — Слишком много вопросов! Я и сам пока не знаю! — сказал он, а затем поправил висящую на своём плече походную сумку. — Провиантом закупимся там. Быстро дойдём. Где-то тридцать минут пешком.       Когда они наконец-то покинули Новый Дрейк, перед ними предстала просто замечательная картина: распаханные поля слева и справа от грунтовой дорожки, по которой они шли; впереди виднелся лес, над которым в разных местах возвышались огромные люминесцентные грибы с широкими шляпками, покрытыми ярко-сиреневыми пятнами, похожие перевёрнутые вверх дном блюдца. Небо будто бы пылало оранжевым цветом, хотя сейчас было только 15:37 по часам наёмника.       Аластор знал, что с его головокружением он должен был быть по-максимуму аккуратен. Оно могло помешать ему прямо во время боя, а до того момента он должен был не подавать виду, что ему сейчас не очень хорошо.       На протяжении всех тридцати минут Мэй пыталась взбодрить грустного Аластора, который шёл и смотрел себе куда-то под ноги. Надо сказать, что у неё получилось. После нескольких глупых шуток, которые она услышала ещё в той гостинице от посетителей, наёмник немного повеселел, а Мэри всю дорогу шла, не убирая улыбки со своего лица.       Деревня и вправду была небольшая. Находилась она прямо в чаще леса. На главной площади прямо из-под керамической плитки возвышался гигантский гриб. Ходили слухи, что именно от него и пошла грибница по всей территории леса. Вот такие небольшие поселения — всего лишь часть огромной сети, центром которой является какая-нибудь страна, как королевство инсектов, в данном случае. Находятся они под опекой центра. Ресурсы, пища, скот — всё это доставляется туда в специальных колоннах, а в замен — какой-то ресурс. Деревня барона славится эссенцией, получаемой из грибницы гриба-гиганта. Это вещество используется во множествах отварах и лекарствах, считается более редким аналогом королевского мёда, поэтому и цена его больше в несколько раз. Отсюда и такой интерес к этому небольшому поселению лесных эльфов.       Большую часть деревни составляли деревянные домики (одноэтажные и двухэтажные), с зелёным шифером, закрывающем их крыши, а недалеко от главной площади стоял крупный дом цилиндрической формы, сделанный из каменных блоков, на входе в который стояли механические двери, а крыша его представляла собой металлический конус, окрашенный в красный цвет. Из-за этого гриба больше половины деревни было в тени от его широкой шляпки, и именно поэтому тут даже не пытались выращивать какие-либо растения, для нормального роста которых был нужен постоянный источник света.       В этой деревне среди населения преобладали, в основном, эльфы, однако барон, которому эта деревня по-факту принадлежит, был каджитом.       Наконец-то пройдя через обросшие мхом главные ворота, охраняемые двумя живыми деревьями, называемых энтами, Аластор отправил своих спутниц его ждать, на что те были в корне не согласны и решили пойти с ним и ЛИЧНО познакомиться с этим бароном.  — Господи… Зачем вы со мной пошли? — раздражённым голосом спросил он.  — Ты нас постоянно куда-то отправляешь! Стесняешься нас? А? — громко спросила Мэри.  — Нам тоже интересно, с кем ты там знакомишься. И давай-ка не нервничай! — сказала Хищнику Мэй.  — Мэй, я и не напрягался. Честно.  — У-у-у… Вот оно как? А что с голосом? — спросила у него она, заглядывая в лицо.  — Ни-че-го. Всё нормально, я же сказал, — сказал он, остановившись на месте, и посмотрел на Мэй, которая в это время улыбалась, глядя на него.       После этой фразы она хитро улыбнулась, поводила указательным пальцем в разные стороны и продолжила идти, виляя туда-сюда своим серебристым хвостом. Мэри и Аластор, смотря на это, не понимали причины такого поведения Мэй. Она ведь всё время была такой спокойной и вдруг начала вести себя именно так.       Пока они шли к этой каменной башне, мало кто засматривался на их троицу. Как позже сказал Аластор, жители этого поселения крайне хорошо воспитаны и терпимы к другим, более малочисленным расам. Именно поэтому наёмнику и нравилось это место. Здесь тебя судят не по твоей внешности, а по поступкам. Так как он выполнил большое количество заказов, которые, в основном, были направлены на уничтожения разных тварей, к нему здесь относились примерно так же, как к рыцарю Ордена Шести, коим он не являлся.       Мэй была крайне довольна из-за обстановки, либо из-за атмосферы, которой было переполнено это место, либо по каким-то другим причинам, непонятным Аластору и Мэри.  — А можешь что-нибудь рассказать об этом бароне? — спросила у него девушка.       Аластор и Мэри переглянулись, так как её лицо в этот момент было слишком довольным по неизвестным им причинам.  — Фамилия и имя — Кайл Майер, примерно шестьдесят лет, владеет этой деревней уже тридцать лет, — сказал Аластор, после чего вздохнул и раздражённо выдохнул: — Всю родословную тоже перечислять?..  — А я и не против, — улыбнувшись, сказала та. — Ты чего, как ёжик?       В этот момент он возмущённо посмотрел на неё. Мэри, шедшая рядом с ним, вообще не узнавала ту спокойную Мэй, с которой она разговаривала несколько часов назад.  — Мэй… — тихо обратился он к ней.  — Что? — сказала она, при этом не отрывая свой взгляд от наёмника.  — Я тебя вообще не узнаю. Что случилось? — спокойно проговорил он.  — Тебя как будто подменили! Я тоже беспокоюсь! Тебя что-то укусило ядовитое?! Меня вот, когда я была маленькой, укусил какой-то коричневый паук, после чего моё лицо так перекосило-о-о… — взволнованно говорила Мэри.       В этот момент Аластор загадочно улыбнулся. Он-то думал, что только его мог укусить древесный паук, так как он в детстве предполагал, что они дружелюбные, подпустил его поближе, после чего пустил его по себе поползать, и, после того, как он добрался до шеи, больно укусил тогда ещё молодого Аластора. Были абсолютно такие же симптомы, как и у Мэй. Вот только он много блевал, но не суть.  — И после этого ты стала такой жизнерадостной, да? — спросила у неё Мэй.  — Возможно… Стой! Не переводи тему! Что случилось?! Почему ты такая весёлая?! Может, и вправду этот паук?.. — проговорила Мэри.  — Меня, знаете ли, тоже кусал этот коричневый ублюдок, однако, как видите, я совсем не жизнерадостный, — спокойно сказал Аластор, смотря на них.       Мэй тихо хихикнула, после чего выпрямила спину, помахала своим немаленьким хвостом и повернула голову в сторону наёмника.  — Я просто рада, что вы со мной рядом, — спокойно проговорила она.  — Что-о-о?! Уи-и-и! Это так мило! — умилилась Мэри, смотря на неё.  — И потом, Аластор. Мы ведь бываем в разных интересных и незнакомых лично мне местах! Это ведь просто великолепно! — улыбаясь, говорила она. — Просто до меня это сейчас дошло. Всё в порядке, меня никто не кусал!  — А тебя, похоже, совсем не выпускали за границы, да? — с иронией проговорил он. — Ничего, с нами ты всё наверстаешь.  — Ну вот! Уже не ёжик! — улыбнувшись, сказала Мэй.       Аластор улыбнулся ей в ответ, но, после того, как она ему подмигнула, видимо, застеснялся и отвел от неё взгляд.  — Всё! Друзья! Теперь давайте отправимся к этому твоему Кайлу… — говорила Мэй, становясь между ними и обхватывая их за плечи, — …вместе!       Мэри с сияющими от счастья глазами подняла голову и посмотрела на Мэй, которая продолжала идти с ними по дорожке, обхватив их. Аластору стало немного не по себе: он не привык, что его кто-то касается.  — Мэй… Здесь. Направо, — говорил Аластор, при этом пытаясь от неё отодвинуться.  — Ва-а-ас поняла!  — Мэй! Тебе к лицу! Почаще улыбайся! — крикнула Мэри, смотря на неё.  — Только если Аластор ТОЖЕ будет улыбаться!       В этот момент они обе посмотрели на него. На лице наёмника медленно проявилась та самая широкая улыбка.  — Я по-другому не умею. Уж простите, но я не хочу людей пугать, — говорил он сквозь зубы.  — ОНА ПРОСТО ВЕЛИКОЛЕПНА! ПОЧАЩЕ УЛЫБАЙСЯ, АЛАСТОР! — так же сквозь зубы громко сказала Мэри.  — Надеюсь, это сарказм, — проговорил он, сделав серьёзное лицо, но уже убрав эту улыбку.  — Не-е-е… Не сарказм… Ты и по-нормальному можешь. Я видела, — тихо сказала Мэри.  — Эх! Хватит уже! Мы уже пришли, — громко сказал Аластор, после чего указал на вход в башню. — Мэй, можешь меня отпустить?  — Не хотелось, но, видимо, придётся! — сказала она, после чего отпустила их обоих.       Аластор посмотрел на неё со странным выражением лица, после кашлянул и начал стучать по механической двери.       Его спутницы стояли буквально в двух шагах от него и смотрели, как он с серьёзным выражением лица стучал по металлическим пластинам двери.       Через некоторое время он услышал глухое «иду», и дверь начала открываться: сначала металлические пластины начали складываться «гармошкой», после чего ушли куда-то в стороны и решётка с скрипящим звуком ушла в расщелину, которая находилась в пороге. Из тени к ним вышел полненький каджит, на лице которого красовались громадные белые усы, шерсть его была коричневого цвета, (что считалось довольно редким, даже у Мэри шерсть была белого цвета, но с серыми полосочками и точками), одетый в разноцветную мантию с узором в виде множества различных цветов, а на ногах его были сланцы (опять же, очень пёстрые). В руках у него была свёрнутая газета, которая была немного помята.  — А вы гостей ждали? Барон Майер, — с ехидной улыбкой произнёс Аластор, увидев, во что он одет.  — Божечки! Кого я вижу! — медленно проговорил он, после чего улыбнулся, осматривая Аластора и его компанию. — Ну тебя-то я уже не ждал! Ой! А они с тобой, да? — говорил он, указывая в их сторону свёрнутой в трубочку газетой.  — Ага. Это Мэй, а это Мэри, — сказал тот, поочерёдно указывая на них. — Я должен был выполнить твоё поручение, помнишь? Мне нужно знать, какое именно.  — Так. Подожди. Так дела не делаются. Приглашаю вас в мою скромную башенку! — сказав это, он приветливо показал обеими руками на вход, немного отойдя от него. — Что скажете?  — А я и не против! — крикнула Мэри, подходя всё ближе к барону.  — И я тоже! Стоять на улице — не выход! — добавила Мэй и начала подходить к ним.       Аластор закатил глаза на одно мгновенье, а затем сказал: «Да куда я денусь» и тоже проследовал за ними. Поднимались они по закрученной лестнице, которая вела их куда-то вверх. В разных местах можно было увидеть деревянные двери, по ту сторону находились кладовые и уборные помещения. Майер сказал им подниматься до упора вверх, никуда не сворачивая, а сам вошёл в одну из дверей, закрыв за собой.       Довольно крупная комната круглой формы предстала перед ними. В центре её стоял накрытый круглый мраморный стол с четырьмя еловыми стульями по бокам. Барон активно вытаскивал из своего металлического холодильника (такие вещи считались большой редкостью в Светлых Землях) различные салаты, завёрнутые в бумагу коричневого цвета, бутылку с виноградным соком и бутерброды с колбасой.  — Вы же сказали, что не ждали меня, — сложив руки, сказал Аластор.  — ТЕБЯ я не ждал, а вот гостей из Столицы… Ну, неважно! Ещё еды наделаю! — говорил Майер, выкладывая всё на стол. — Ну же! Садитесь!  — У вас даже нет прислуги?! — спросила у него Мэри, отодвигая стул и садясь на него.  — Формально есть, но у неё сын болеет. Отпустить её домой — меньшее, что я мог сделать.  — Ну, если все правители, которых я встречу, будут такими же, как вы, я, возможно, поменяю своё мнение об этих землях, — проговорила Мэй, садясь за стол. — Я имею ввиду, что вы мне кажетесь слишком добрым для барона. Прошу, не сердитесь.  — Хе-хе-хе… Я один такой особенный. Поверьте на слово. У всех остальных в голове лишь выгода, а у меня обычные мирские дела, вроде хозяйства, жизни моих граждан и проблем всей деревни, — говорил он, раскладывая вилки.  — Умеете же вы создать видимость… — еле слышно проговорил наёмник, после чего взял в правую руку вилку и пододвинулся к столу. — Надеюсь, вы не будете тянуть до последнего. Может, у моих спутниц времени и полно, но у меня…  — Аластор, а ты, я вижу, ни капельки не изменился, да? Всё такой же хладнокровный и суровый. Давай-ка ты хоть сейчас расслабишься и насладишься столь замечательным полдником! — предложил барон, указывая вилкой в сторону наёмника.  — Правда, расслабиться тебе бы не помешало! — громко сказала Мэри, откусывая кусочек варёного мяса. — Фкусно… Дафно такфую еду не ела…       Аластор раздражённо отвёл взгляд в сторону окна и тяжело вздохнул.  — Мэри, не говори с набитым ртом. Это некультурно! — сделала замечание Мэй.  — Ладно, ладно! — она глотнула пищу и улыбнулась. — Не буду!  — Всю эту пищу я ЛИЧНО готовил на протяжении шести часов! — с какой-то странной гордостью в голосе сказал Майер.  — Барон… У вас же для меня дело, — спокойно сказал Аластор, вытирая свой рот салфеткой, а затем и отодвигая уже пустую тарелку.  — Чёрт, так быстро съел? — удивлённо воскликнула Мэри.  — Да, насчёт дела… — говорил барон, предварительно сделав серьёзное выражение лица. — У нас в поселении начал пропадать крупный рогатый скот, а так же курицы, утки и так далее… Вот я и хотел тебя попросить разобраться с причиной этого бедствия! За плату, разумеется.  — Пять золотых пластин, — сказал он.  — Ого… Так ты же даже не знаешь, кто это всё дела… — поперхнувшись, проговорил барон.  — Это как минимум нетопырь или вервольф. Гоблины воруют только девственниц. Вы знаете, зачем, да? — спокойно сказал Аластор, поглядывая на барона.  — Знаю… А откуда такая уверенность? — спросил у него он.  — Уже сталкивался с такими заказами. И там, и там гоблины — не причина.  — Ох… Мне ещё вервольфа или летучей мыши-переростка не хватало… Ну, я надеюсь, ты с этим разберёшься?  — Ага, разберусь. Не переживайте.       Мэй и Мэри смотрели на Аластора, лицо которого не выражало абсолютно никаких эмоций в этот момент. Они ведь и не знали, какие заказы он выполнял до встречи с ними.  — Доедайте, — сказал Аластор своим спутницам, а потом встал из-за стола и выпрямил спину. — Я буду ждать вас внизу.       Хищник приоткрыл дверь и вышел из зала, а затем начал спускаться вниз. Мэй и Мэри ещё долго не сводили взгляд с дверного проёма, затем переглянулись и продолжили трапезу.  — Девочки, можно задать вам пару вопросов? — обратился барон к ним, вставая из-за стола.  — Эм… Ага, — неуверенно сказала Мэри.  — Вы же не просто его спутницы, не так ли?       Мэй недоверчиво посмотрела на Майера, а затем и на взволнованную Мэри.  — Да бросьте! Я же вижу! — громко сказал барон, разводя руки.  — Что? — взволнованно спросила Мэй.  — Если вы думали, что я не пойму… Эх…  — А? Вы о чём? — пробормотала Мэри, вытирая рот салфеткой.  — О том, что Аластор избранный! Вот ему повезло, конечно!  — А почему вы думаете, что именно он, а не, например, я? — проговорила Мэри.       На лице Майера появилась саркастичная улыбка, после чего он посмотрел на ту.  — Я знаю, что каждый из шести избранных отличается друг от друга расой. И ещё я знаю, что там есть избранный каджит. И он мужского пола.  — Логично, — сложив руки, проговорила Мэри.  — И потом, Мэй. Я-то со своими путешествиями знаю, как выглядят змеелюды. Ты не похожа ни на одного из них. Уж слишком у тебя много шерсти, причём серебристой, — тихо говорил Майер, убирая грязные тарелки со стола. — Ну, сейчас не у всех есть деньги на путешествия, так что, Мэй, не бойся — никто, я думаю, и не догадывается.  — У меня есть чешуя, вот только из-за этой шерсти её не видно. Ой! Ну вы же никому не скажете? — взволнованно спросила она.  — Не-е-е… Я умею хранить секреты. Потому что чаще всего их забываю. Никому не расскажу, не бойтесь.  — Фух… Вот и замечательно! — воскликнула Мэри, вставая из-за стола. — Ну, нам пора!  — Подождите! Последний вопрос! Мэри, ты же его ученица? — спросил у неё барон.  — Да… или… нет… Какой ответ меня убьёт?  — Значит да… Ну, могу сказать, что тебе повезло с учителем. Хладнокровный он только снаружи. Вам лишь нужно узнать его получше, — говорил Майер, протирая тарелки тряпкой.  — Мы уже узнали, — улыбнувшись, сказала Мэй, подходя к дверному проёму.  — Вот и замечательно! Давайте там, поаккуратнее на этом заказе!  — Спасибо! До свидания! — хором сказали они, после чего начали спускаться вниз.       Мэри было как-то не по себе от этого разговора, однако Мэй чувствовала себя вполне нормально, даже немного повеселела. Спустившись вниз и пройдя открытые двери, они увидели Аластора, который вытянул одну руку вперёд. Подойдя к нему поближе, они увидели на его вытянутом указательном пальце бабочку с большими чёрными крыльями с каким-то странным белым узором на них.  — Вау! Какая красивая! — вскрикнула Мэри, глядя на серьёзного Аластора.  — Как говорили у меня на родине, если на тебя садится бабочка, значит у тебя чистая душа! — сказала Мэй наёмнику, взяв одной рукой его за плечо.       В этот момент бабочка раскрыла свои крылья, на обратной стороне которых был узор в виде белого потрескавшегося черепа. Помахав ими, она взлетела и начала подниматься, кружась в воздухе, куда-то ввысь. Аластор проводил её свои взглядом, а затем опустил голову.  — Значит ли это, что это неправильная бабочка, а? — с недоброй улыбкой на лице проговорил он.  — Ого. Ну и громадина! — взвизгнула Мэри.  — Аластор, они не ошибаются. Я-то знаю! — спокойным голосом ответила ему Мэй.  — Надеюсь… — тихо сказал он, оборачиваясь в их сторону. — Всё, не будем терять время! Нужно осмотреть окрестности деревни ДО наступления ночи.       Аластор хотел проверить окрестности деревни, чтобы найти хоть какие-то зацепки и, возможно, уловить запах. Наёмник приказал своим спутницам быть аккуратнее и смотреть в оба, так как он до конца не понимал, кто или что могло бы быть причиной бесследного исчезновения животных.       После того, как они вышли на окраину деревеньки, Мэй заметила какой-то домик из красного кирпича с задним двором, в котором сейчас поедали сено коровы. Она предложила туда заглянуть, чтобы расспросить хозяина об этих случаях.       Подойдя поближе, они заметили в окошке молодую и высокую эльфийку, которая в этот момент стояла возле котла и что-то в нём готовила, стоя спиной к ним. Мэй постучала пальцем по оконной раме, чтобы привлечь её внимание. От неожиданности она вздрогнула, потом положила половник обратно в котёл и медленно обернулась. В окне она увидела приветливую Мэй, а за ней Мэри, рассматривающую её дом, и Аластора, который в этот момент притопывал ногой от не терпенья.       Она подошла к окну и начала открывать форточку, после чего выглянула наружу. Как и у всех эльфов, лицо её было совсем немного вытянуто. Нос её был аккуратный, розовые глаза, смотрящие на Мэй, завораживали своей красотой, но отсутствие причёски, говорило о её большой занятости. Белые волосы её лежали на плечах. Одета она было по-летнему: яркая рубашка из серебряных нитей, юбка их синтетики, доходящая до её колен. На шеи её висел золотой медальон в оправе из разжиженного аметиста. Вещь эта пряталась за её рубашкой, лежа на груди.  — Здравствуйте! — сказала ей Мэй, оперевшись руками на подоконник.  — Привет. Что-то случилось? — говорила эльфийка, рассматривая стоящих позади Мэри и Аластора. Голос её мог показаться немного грубым.  — Да, у нас тут одно дело… — уже начала говорить Мэй, как вдруг её перебил Аластор:  — Мы пришли, чтобы узнать, не видели ли вы ничего подозрительного в последнее время? Например, кто-то подходил к вашему забору и рассматривал задний двор или ещё что? — спокойным голосом проговорил он.  — Стой, так ты Пятый Хищник? — спросила у него эльфийка. — Все говорят о вашем появлении! Рада познакомиться лично!       Аластор раздражённо вздохнул, после чего посмотрел ей прямо в глаза.  — Взаимно… — тихо произнёс он. — Повторяю вопрос — вы видели что-нибудь подозрительное? У нас заказ. Хотим выполнить его до наступления ночи.       Мэри, услышавшая, что Аластор говорил о них всех, немного повеселела, после чего подошла поближе к окну.  — Да, буквально вчера кто-то там шумел. Прямо на заднем дворе! Я вышла, чтобы посмотреть и, видимо, спугнула.  — Оно успело кого-нибудь своровать? Мне нужны детали. Рассказывайте поподробнее, — говорил Аластор, доставая из походной сумки свой красный блокнот и открывая его на последних страницах.  — Нет, но успело задушить одну курицу. Жаль её, конечно, но что поделать? — сказала она, разводя руками.  — Стоп. Курицу? То есть оно с собой её не прихватило? — сделав вопросительное выражение лица, спросил он.  — Нет, не успело, видимо.  — Куда вы дели ту курицу? — спросил наёмник, попутно записывая что-то в своём блокноте.  — В мешок засунула и в погреб отнесла. Хотела сначала собакам отдать, но так как никаких собак поблизости не было… Ну вы поняли.  — Можете мне показать этот мешок, а ещё запустить всех нас на задний двор. Возможно, нам удастся напасть на след.  — Да, конечно! — тут она обернулась обратно к котлу и быстро подбежала к нему. — Божечки! Сейчас бы получился жареный суп! — говорила она, убавляя огонь.  — Та-а-ак… Можно нам проходить? — громко спросила у неё Мэри.  — Да, откройте калитку и идите на задний двор. Я сейчас выйду! — говорила эльфийка, активно мешая содержимое котла и высыпая туда различные специи.  — Ну, пойдём? — спросила у них Мэй.  — Пойдём, — хором ответили ей они.       Открыв калитку и пройдя на задний двор, Аластор начал осматриваться и принюхиваться, при этом его движения в этот момент были будто «животными», не естественными для человека. Мэри ходила за ним туда-сюда, а Мэй стояла в центре двора и осматривала издалека сарай, сделанный полностью из еловых тёмных досок.  — Аластор! — обратилась к нему Мэри, на что он не отреагировал. — Аластор!!!       Наёмник был максимально сосредоточен: он выискивал любые следы, пытался различить все запахи, однако, когда его отвлекали, он не мог нормально работать.  — Да! Что такое?! — громко обратился он к Мэри.       Двумя пальцами она держала клочок чёрной шерсти. Аластор посмотрел сначала на серьёзное лицо Мэри, а потом на эту шерсть. На его лице появилась незаметная улыбка, после чего он взял его своими пальцами и начал рассматривать.  — Молодец, Мэри. Не могу тебя назвать «невнимательной», — спокойно проговорил он, рассматривая его. — На вид собачья шерсть, — наёмник поднёс этот клочок к носу, после чего начал его нюхать. — Мэри, как думаешь, кто это мог быть?  — Ну это точно не лисица… Остаётся два варианта: либо это лесные волки, которые очень стеснительные, и не хотят, чтобы кто-либо видел, как они кого-то поедают, либо вервольф. Хоть бы только не вервольф… — говорила Мэри, посматривая на Аластора, который уже перестал нюхать этот клочок шерсти и опустил руку.  — В точку. Осталось нам с тобой увидеть ту мёртвую курицу, чтобы сделать выводы, — сказал он, разминая спину и ноги. — Господи… Мне только двадцать один год… Чувствую себя как какой-нибудь старик.  — Старенький Аластор… — с иронией в голосе произнесла Мэри. — Эй, Мэй, что там ты увидела? — крикнула она, обращаясь к Мэй, которая смотрела куда-то вверх.  — Пока непонятно, что я увидела. С этими очками… Эх!.. Мне кажется, или те царапины на крыше слишком странные? — говорила она, указывая туда пальцем.       В этот момент дверь здания, ведущая к заднему двору, открылась, и к ним на улицу вышла та девушка.  — Сейчас, нужно открыть люк! — крикнула она, подбросив связку ключей правой рукой, а затем поймав её левой. — Ну, нашли зацепки?  — Да, но пока мы не можем сказать точно. Нам нужно увидеть мёртвую курицу, — громко сказала Мэри. — А ещё мы нашли клочок чёрной шерсти, по-видимому собачьей. Много вариантов…  — Также у вас крыша вся будто исцарапана. Давно это? — спросила у неё Мэй.  — О-о-о… А вы своё дело знаете… Кстати, насчёт крыши… Вчера была в порядке! — сказала она, подойдя к Мэй. — Бли-и-и-ин! Дядя меня прихлопнет!  — Вы покажете мне эту несчастную курицу или нет?! — теряя терпение, сказал Аластор.  — Да, да! Сейчас! Секунду… — бормотала эльфийка, пока открывала люк. — Вот! Вот этот мешок!       Она аккуратно начала доставать его, при этом чуть не свалилась вниз головой в этот погреб, однако Мэри схватилась за её ногу и потянула её на себя.  — Пожалуйста! В следующий раз спускайтесь в него по лестнице, а не под действием гравитации! — сказала Мэри, сделав гордое выражение лица.  — Хе-хе… Как скажешь! — крикнула она, после чего начала развязывать верёвку на мешке, чтобы открыть его. — Во-о-т! Держи, Хищник!       Аластор взял одной рукой открытый мешок, после чего заглянул вовнутрь. Сделав скептическое выражение лица, он просунул туда руку и через секунду достал мёртвую курицу. Голова её неестественно свисала вниз, глаза будто бы оледенели. Довольно неприятное зрелище, но не для Аластора, конечно. Подняв тушку на уровне своей головы, он начал её осматривать: на теле повреждений не было абсолютно никаких, видимо, удар пришёлся ей точно в шею.       Мэй стало не по себе от того, с каким взглядом Аластор осматривает бедное животное. Холодный взгляд. Абсолютное спокойствие. Ноль эмоций. Полная сосредоточенность.       Мэри подошла к нему поближе, видимо, чтобы рассмотреть шею. Она заметила, что никаких порезов и разрывов на ней нет, однако в некоторых местах отсутствовали перья. Аластор сделал серьёзное выражение лица, вытянул курицу в сторону Мэри и стал будто чего-то ждать.  — Аластор! Смотри! — крикнула она, указывая пальцем на переломленную шею.  — Что? Что-то заметила? — спросил он у неё.  — Да! В общем, смотри: порезов и ран нет, перья пропали, значит её душили не зубами, не так ли?  — Да, верно. Я слушаю.  — Скорее всего это были именно лапы, так как шею сломать можно было и случайно только руками, а зубами так чистенько бы не получилось.  — И из этого вывод?.. — медленно вымолвил он, смотря на неё и улыбаясь.  — Это вервольф! Ни нетопырь, ни волк, а именно вервольф! Блин! Дедукция — сто! — с гордостью в голосе проговорила она.  — Неплохо, Мэри. Совсем неплохо, — сказал он, после чего засунул тушку обратно в мешок. — Курица нам больше не нужна. Делайте с ней, что хотите.       Аластор протянул хозяйке уже завязанный мешок, после чего похлопал пару раз ладонями и опять взял тот клочок серой шерсти.  — Парень, ты же её обучаешь, да? — улыбнувшись, спросила эльфийка.  — Нет, не обучаю. Проверяю её знания. Всё, что можно, она и так знает, — сложив руки, проговорил он. — Может, чему-нибудь и обучаю…  — Да! Я, между прочем, очень способная ученица! — вскрикнула Мэри.  — Мэри, не выпендривайся. Это некрасиво, — тихо сказал ей наёмник. — Мэй, как ты там?       Та обернулась в его сторону, после чего поманила его рукой к себе. Мэри и та эльфийка пошли закрывать погреб, потом они должны были подойти.  — Да, что такое? — спросил он каким-то хриплым голосом.  — Аластор, пожалуйста, выпей сейчас настойку! — сказала она, указывая пальцем на его сумку.  — Да, секунду… — говорил он, пока доставал её из сумки, а затем открыл и сделал два глотка. — Вот. Готово. Так что тут у тебя?  — В общем, я слышала, что вы сказали, будто это вервольф, ну, то есть оборотень.  — Ага, так и есть.  — Почему же он (или она) сидели на крыше? Мне это непонятно, — указывая пальцем на поцарапанную крышу, сказала она.  — Эти твари склонны нападать сверху. И разведывать обстановку тоже… сверху. — Любители быть сверху!!! — раздался громкий голосок Мэри, а потом послышался хохот: видимо, хозяйка оценила её шутку. — ЭЙ! ХВАТИТ! — огрызнулся парень, посмотрев в их сторону. — Дурные.  — Слушай, а почему она поцарапана? Будто об неё когти точили…  — Они не могут спрятать свои когти, поэтому и оставляют следы. Наподобие этих, — сказал он, после чего на примере своей руки показал, как у него могут удлиняться пальцы.  — С тобой так много узнаю! Сколько же в этом мире невероятных существ! — всплеснув руками, вскрикнула Мэй.  — Мало того, что узнаешь, так ещё и познакомишься с каждой тварью… ЛИЧНО, — посматривая на неё, проговорил он.  — У-у-у! Напугать меня хочешь? — хитро улыбнувшись сказала Мэй.  — Нет. Я вечером вам мою историю в Пустоши расскажу. Тогда попугаетесь, а сейчас рано, — сложив руки, проговорил он тихим голосом. — Или не расскажу. Если забуду — не расскажу.  — Буду ждать вечера! Напомню тебе!       Аластор кивнул и обернулся в сторону погреба. Оттуда уже вышла Мэри, а за ней и эльфийка.  — Ну, всё? — спросил он у них.  — Да, готова выдвигаться! — вскрикнула Мэри, доставая свой лук и кладя одну стрелу на тетиву.  — Только не убейтесь там… Вервольфы очень опасны! — громко сказала хозяйка дома.  — Будто бы мы не знали!.. — проговорил Аластор, после чего начал идти в сторону калитки.       Он подошёл к ней, вынул из петли гвоздик, висящий на ниточке, открыл её, после чего отошёл в сторону и обеими руками показал на выход, подразумевая, что он пропускает их вперёд. Мэри сделала странное выражение лица, после чего, изображая правой рукой, будто она машет веером, делая длинные шаги, начала идти в сторону калитки. Дойдя до Аластора, она остановилась, медленно кивнула ему и, сделав надменное выражение лица, медленно начала выходить. Он не выдержал этого и отвесил ей несильного пинка, из-за чего та взвизгнула, пробежала вперёд, остановилась и обернулась, чтобы посмотреть на него. Лицо у неё было радостное, в отличии от выражения лица Аластора. Мэй, смотря на это, хихикнула и тоже решила наконец-то выйти, но только побыстрее, чтобы не повторить участь Мэри.  — До свидания! — крикнули хозяйке Мэй и Мэри.  — Прощайте, — проговорил Аластор, после чего закрыл за собой калитку и вышел за ними.  — До встре… — уже начала говорить эльфийка, после чего немного смутилась. — Прощайте. Удачи там! — помахав им рукой, сказала она.       Они направились к выходу из деревни. Мэри заметила, что на других крышах тоже есть следы когтей, значит оборотень охотился не только в одном районе. Пока они шли, Аластор пытался уловить такой же запах, как от этого клочка шерсти. Подходя к очередному домику, он увидел, что забор был немного перекошен. Троица подошла поближе, чтобы рассмотреть: несколько досок, стоящих по идее вертикально, были немного наклонены в разные стороны, будто кто-то их раздвинул, чтобы пролезть.       В этих досках он смог найти пару оторванных серых волосков, которые застряли в маленьких трещинах, с похожим запахом, как и у первого клочка. Это тоже был вервольф. Только он отличался. Осознав то, что оборотней, скорее всего, два, Аластор сделал обречённое выражение лица и обернулся назад.  — Ну, все осложняется. В два раза осложняется, — тихим голосом сказал он, посматривая на них.  — Два вервольфа?! — удивлённо вскрикнула Мэй.  — О-о-о да! Да мы их просто вжух — и готово! — с оптимизмом в голосе сказала Мэри.  — Этот запах посвежее. Я могу выйти на след, — сказав это, он поднёс этот волос к своему носу и понюхал его. — Нужно отправляться прямо сейчас. Есть шанс, что ветер всё испортит.  — Вот это у тебя нюх, Аластор! — восторженно сказала Мэй, наблюдая за тем, как он осматривался и принюхивался.  — Ага, спасибо… — сказал он, а потом указал рукой направо. — Нам туда. В чащу леса. Будьте аккуратны и смотрите в оба, — сделав два шага в том направлении, он обернулся в сторону своей ученицы. — Мэри, тебя это ОСОБЕННО касается.  — Ага, поняла! — крикнула ему та, после чего взяла Мэй за руку и повела за собой. — В путь!       Проходя между деревьев и ножек гигантских грибов, они встречали на своём пути множество различных насекомых, у которых почему-то светились некоторые части тела. Даже сколопендра, которая так сильно испугала Мэри, пока та разрезала своим ножом лианы, чтобы пройти дальше, имела светящиеся лапки и усики.       Как сказал им Аластор, все это свечение здесь благодаря огромному грибу, главному грибу, который растёт посередине площади деревни. Именно с него и началось распространение грибницы по всему лесу. Этой громадине около пяти тысяч лет, и за это время она смогла придать местным животным и насекомым такие необычные, почти магические свойства.       Наёмник всё шёл и шёл, его спутницы уже успели устать следовать за ним, пытаясь удержать равновесие. Он вёл их за собой не по дорожке, а по обычному лесному массиву, чтобы не терять след. И вот, наконец-то он почувствовал, что они приближаются к самому источнику запаха.  — Примерно двести метров… — говорил он, пока перелезал через толстый упавший ствол дерева.  — Здорово… — тихо сказала Мэй, пока помогала Мэри перемахнуть через высокое препятствие. — Аластор, а можно задать вопрос?  — Да, конечно.  — А почему эти вервольфы не похищали людей? Почему только домашних животных?  — Хм… Не знаю. Скорее всего, они ещё не забыли, каково это, быть нормальным. Может, поэтому.  — То есть, нам можно с ними и не драться, да? — громко спросила у него запыхавшаяся Мэри.  — Не знаю. Такие твари чувствуют исходящую от тебя опасность и могут кинуться, — оперевшись об ствол дерева, сказал он. — Смотрите, впереди деревьев нет. Какая-то поляна.  — Ага, там какое-то здание! — вскрикнула Мэри, указывая туда пальцем.  — И даже дороги, ведущей к зданию не видно. Может, заросла? — спросила Мэй.  — Да, след ведёт туда. Пойдёмте, нужно обойти его со всех сторон, пока окончательно не стемнело, — сказал Аластор, после чего достал из кобуры свой револьвер. — Это на всякий случай.       Поляна была немаленькая. В центре её стояло трёхэтажное прямоугольное здание тёмно-зелёного цвета, стены его были на вид прочными, однако имели в себе небольшие трещины. Только со стороны главного входа это здание имело на всех трёх этажах окна, что было подозрительно. Обходя эту постройку вокруг, можно было заметить, что она довольно давно брошена.       Одна-единственная металлическая дверь висела всего на одной петле, но, по-видимому, могла всё ещё закрываться. Внутри здания было очень темно. Страху прибавлял ещё тот факт, что до наступления полной темноты оставалось всего два часа.  — Мэй, Мэри! Давайте разожжём костёр. Прямо напротив входа. Я схожу за дровами. Ждите, — быстро проговорил Аластор, после чего быстрым шагом вернулся в чащу леса, чтобы насобирать достаточно хвороста и, возможно, брёвен.  — Мэй, сможешь потом его разжечь? — спросила у неё Мэри.  — Да, конечно. Заклинанием, — сказав это, она села на корточки. — Слушай, а зачем нам разжигать костёр именно с этой стороны здания? Тут же окна. В смысле, нас могут легко заметить.  — Ну, наверное, он хочет их выманить таким образом. Хоть бы они не были пугливыми… А то прождём их здесь всю ночь… — сказала Мэри, садясь рядом с ней. — Может, пока спальные мешки достанем? Ну, чтобы хоть сесть нормально могли.  — Ну, я, в принципе, не против.       Довольно быстро они достали и развернули их, а потом и увидели Аластора, несущего в руках охапку дров.  — Вот, Мэй. Поджигай, — сказал он, сложив их «шалашиком».       Она кивнула ему и начала тихо читать какое-то заклинание. Когда она выставила правую руку вперёд, перед Мэй начали появляться спирали и сферы, светящиеся красным светом, чуть позже стали видны какие-то символы, называемые в Светлых Землях рунами, которые то появлялись, то исчезали. Спустя мгновение появился небольшой огненный шар синего цвета, и Мэй, щурясь, запустила его прямо в ветки. Не понадобилось много времени, чтобы он как следует разгорелся.       Аластор, сделав довольное выражение лица, долго всматривался в этот белый огонь. В его глазах будто бы засияла искра.  — Мэри, — обратился он к ней, не отводя взгляд от горящего костра.  — А?  — У тебя есть зажигалка?  — Да, а что такое? — сказала она, после чего быстро достала её из своего кармана в кофте.  — На каком она топливе?  — На… бензине?.. — тихо проговорила Мэри, открывая резервуар в днище зажигалки. — Ну, я её наполнила ещё там, в бункере. Там много всякого, работающего на бензине. Так, на всякий случай. Мало ли?  — Аластор, что ты собираешься делать? — спросила у него Мэй, переминаясь с одной ноги на другую.  — Мне нужно вспомнить этот запах. Есть идея, как можно их оттуда выманить, — ответил он ей.  — Вот, возьми! — сказала Мэри, после чего кинула ему зажигалку, однако он смог поймать, даже не смотря в её сторону в этот момент.       Аластор приоткрыл крышечку, из-под которой в этот момент начал идти тот самый кислотный запах бензина. Поднеся её к носу, он случайно чихнул, после чего закрыл резервуар и отдал её Мэри.       Хищник направил свой взгляд куда-то в сторону того здания.  — Знаете, это здание — дело рук человеческой расы, — спокойно сказал он, доставая из своей походной сумки бинокль цвета хаки.  — Почему ты так решил? — с недоумением спросила у него Мэй.  — Окна пластиковые, дверь металлическая, а также, она хоть и сломана, имеет кодовый замок, — в этот момент он указал на крышу этого здания, которая была будто зеркальной. — Крыша целиком и полностью состоит из кремниевых солнечных панелей, преобразующих поглощённый солнечный свет в электричество, и да, они опять же в плачевном состоянии. Все эти сооружения были характерны для моей расы и широко использовались в наших землях. Пока нас не истребили.  — Ого… Фига ты много знаешь! — восхитилась им Мэри.  — Я, в отличие от тебя, не только зубрил бестиарий и учебники. В свободное время я читал старые книги из библиотеки Джона. Там много интересного, — сказал ей Аластор.  — Ну… Я читать не очень люблю… — виновато проговорила Мэри.  — Это зря, Мэри! — громко сказала ей Мэй. — Почти в любой книге, которую я прочла, можно выудить для себя что-нибудь новенькое.  — Ага, например, «как сделать пельмени», — ехидно улыбнувшись, прошептал Аластор. — Ну серьёзно, Мэй! Можно было интересоваться не только кухней!  — ЭЙ! Я ведь тогда не знала, что буду избранной! И я не сильно интересовалась, как же там все живут в светлых Землях! — возмущённо говорила она. — И потом… Лучше поздно, чем никогда, да? Я сейчас читаю тот самый роман, который мне дала Мэри.  — Хе-хе… ну ладно. Лучше уж поздно, — тихо проговорил он, а затем осмотрелся вокруг. — Слушайте, я пойду сбегаю туда. Ещё побуду здесь с полчаса.  — Эй! В смысле? Может, вместе пойдём? — вскрикнула Мэри.  — Да не-е-ет… Мне нужно взять с собой несколько канистр с топливом. Наша раса делала всё на века, поэтому я, скорее всего, найду то, что мне нужно в рабочих помещениях, — говорил он, доставая катану из ножен. — Тем более, если там вервольфы, то они смогут учуять вас, в частности, задолго до того момента, когда вы начнёте входить на первый этаж. От меня запаха ПРАКТИЧЕСКИ нет, так что тут всё ясно.  — Блин, а зачем тебе канистры с топливом? — спросила у него Мэри.  — Я хочу их выкурить оттуда. Будет проблематично искать этих тварей по всем трём этажам.  — Хоть это здание и немаленькое, но окна-то у него только с одной стороны. Оттуда и вылезут…  — Слушай, Аластор! А не легче сначала дождаться утра, а после чего прийти туда и сделать всё, что необходимо? — громко сказала ему Мэй.       Он посмотрел на неё, после чего ухмыльнулся и сел рядом с костром на корточки.  — Наконец-то я увидел тебя злой… — тихо проговорил он, смотря на неё, при этом не убирая эту улыбку со своего лица.  — Нет! Я не злюсь! Я просто так высказываю своё мнение! — сложив руки перед собой, сказала она.  — Хы-хы… Злобная Мэй… Хы-хы-хы… — хихикала Мэри, наблюдавшая эту картину.  — Да не злюсь я! Просто… — уже начала говорить она.  — Всё в порядке, Мэй. Не обращай на нас внимания, — спокойно сказал он, после чего достал из сумки пластмассовый контейнер, предварительно убрав катану в ножны.  — Опа! Что там? — вскрикнула Мэри. — Покушать? Я люблю покушать!  — Ты же говорил, что лапша быстрого приготовления вредна, — растеряно проговорила она.  — А это и не лапша… Котлеты в лаваше. Лучший друг путника, — сказал он, после чего достал из контейнера три бумажных пакетика. — Голод вас покинет МОМЕНТАЛЬНО, если вы, конечно, съедите это, — говорил он, раздавая им бумажные свёртки.  — Оу! Спасибо! — громко поблагодарила его Мэри, после чего развернула обёртку и откусила немаленький кусок.  — ТОЛЬКО НЕ ГОВОРИ С НАБИТЫМ РТОМ. Меня это бесит, — проговорил он, после чего начал срывать бумагу, а затем и бросил её в огонь. — Ну, Мэй, вкусно? — тут он увидел, что вся котлета в лаваше уже была у неё во рту, и она её тщательно пережёвывала. — Если «да», то достаточно просто кивнуть. Не испытывайте мою и без того шаткую психику.  — Конечно, вкусно, но мне ещё хочется, — проглотив пищу, сказала она.  — Как выполним этот заказ, с меня — ингредиенты, а с тебя — приготовленная пища. Посмотрим, многому ли ты научилась, пока была у себя на родине, — серьёзным голосом сказал он. — Только я додумался взять что-нибудь съестное в путь. В следующий раз, прошу, проявите инициативу.  — Ну, можете на меня положиться! — с гордостью в голосе сказала Мэй.       Аластор наконец-то приступил к поеданию котлеты в лаваше. Картина, мягко говоря, была не из приятных. Его челюсть могла неестественно широко раскрываться, благодаря имплантам, которые ему любезно установил Кай, а зубы его были белые, довольно прямые и острые для человеческой расы — всё это в сумме давало очень пренеприятную картину и вызывало ассоциацию, будто он сейчас не пытается откусить кусок от котлеты, а отгрызть кому-то голову или ещё что похуже.       От такого зрелища Мэри немного вздрогнула, но потом поняла, что говорить об этом Аластору — не лучшая идея. «Думаю, он МЕНЯ съест, если скажу», — подумала она и бросила в костёр скомканную обёртку.  — Аластор! — обратилась к нему она, заметившая, что он уже доел.       Парень посмотрел на неё с вопросительным выражением лица, после чего глотнул пищу.  — Может, не надо тебе туда одному идти?  — Почему же? — спросил он у неё тихим голосом.  — Блин, ты же сам говорил, что они нападают исподтишка! А сейчас собираешься идти в это здание за этими канистрами… — громко начала говорить Мэй. — Почему ты думаешь, что там будут эти канистры, а?  — И ещё там опасно! По твоему походу в Пустошь можно понять, что ты не всесильный! — сказала Мэри.  — Эх… Сейчас объясню вам кое-что. Это здание явно раньше выполняло функцию больницы (об этом можно судить по вывеске, на которой изображён красный крест), а в больницах, чаще всего, есть хотя бы один пациент, жизнь которого поддерживается с помощью аппарата жизнеобеспечения, и, если вдруг основной источник энергии выходит из строя, то подключают генераторы электричества, которые, в основном, работают на бензине, в который добавляли какую-то жижу, чтобы его можно было хранить подольше. То есть свою воспламеняемость он не утратил за все эти годы, — сказав это, он обернулся в их сторону и сделал надменное выражение лица. — Вам понятно?  — Исчерпывающий ответ, Аластор, — медленно хлопая в ладоши, сказала Мэй. — Но всё же. Ты ведь не всесильный. Нам бы не хотелось, чтобы ты там погиб!  — Не погибну. Не тратьте нервы впустую.  — В ПУСТУЮ?! — вскрикнула она.  — Аластор, если ты надумал туда идти, то, если у тебя получится выкурить их оттуда, нам нужно продумать план наших действий! — с серьёзным лицом проговорила Мэри. — Мэй, всё равно ты его не убедишь! Не парься, он справится! Куда он от нас денется! — обратилась она к Мэй, которая сейчас сидела напротив неё с озадаченным видом.  — В общем, после того, как я их выкурю оттуда, они, по идее, должны либо отравиться угарным газом, либо выбежать на улицу. Не забывайте, у нас заказ, по сути, на убийство. Там уже нам не составит труда с ними разобраться, — говорил Аластор, пока поднимался с пола. — Как-то так.  — На… убийство?.. — спросила у него Мэй.  — Да, придётся, — сказал он, после чего взял катану в правую руку и направился в сторону здания. — Я скоро. Ждите меня тут.       Мэй и Мэри кивнули ему, после чего начали готовиться. Его ученица достала свой лук, а Мэй взяла подаренный им клинок и нажала на кнопку, чтобы лезвие, свёрнутое в рукояти, вылезло из неё.       Не оборачиваясь в их сторону, он продолжал уверенно шагать в направлении входа в здание. В его голове витало множество мыслей, среди которых были и опасения за жизни его спутниц, ведь если его не станет, то и они, скорее всего, отправятся за ним на тот свет. Всё это заставило его сконцентрироваться. Провал был недопустим. Нужно было лишь действовать по заранее подготовленному плану… и не подставлять под удар голову, если дело дойдёт до драки.       После того, как наёмник перешёл порог, его глаза уже начали адаптироваться в темноте. Это место знатно заросло — видимо, давно было заброшено. Весь интерьер там был выполнен в минималистичном стиле: скамейки, стулья, даже ресепшн. Какой именно цвет преобладал, было непонятно. Он пришёл сюда не для того, чтобы ходить и оценивать дизайн этого богом забытого места, поэтому нужно было торопиться. Благодаря особенностям своего тела, Аластора сложно было выследить исключительно по его запаху, так как в его теле фактически отсутствовали потовые железы, а кожа его была давным-давно заменена на серую искусственную. У него было преимущество, так как каждый винтик, каждый поршень выполнял свою функцию, не издавая абсолютно никакого шума, однако всё могла испортить его неуклюжесть: он не забывал, как звенят его ножные пластины, выполняющие функцию стопы и голени, при ударе о что-то твёрдое, поэтому, пока он шёл по коридору, старался ступать исключительно на твёрдую поверхность, обходя осколки стекла, лежащие на полу, а также различный мусор.       Вот, наконец, Аластор дошёл до конца коридора и увидел ничем не примечательную дверь с надписью «резервное питание». Он понял, что это то, что ему нужно, поэтому подошёл к ней и попытался открыть её за ручку, но она, к большому сожалению, не поддавалась.  — Чёрт, придётся пошуметь, — тихо сказал он, после чего взял катану в обе руки и приготовился нанести вертикальный удар по дверным петлям.       Замахнувшись, он нанёс удар и, как ему казалось, сбил сразу две, однако, в связи с тем, что к катане ему ещё нужно привыкнуть, слетела только верхняя петля и упала с металлическим треском на пол. Аластор поморщился, но после этого сразу же занёс катану над своей головой и приготовился нанести второй удар. «Чёрт возьми! Аластор, ну ты и рукожоп!» — подумал он и тут же сбил вторую дверную петлю.       Дверь начала медленно падать в его сторону, но он не растерялся и схватил её обеими руками. Приподняв, он начал оттаскивать её в сторону ближайшей стены, а затем и поставил рядом с ней. Убедившись, что ничто не угрожает его «стелсу», он вошёл в комнатку. В пластмассовых крупных ящиках, которыми было заставлено почти всё пространство в помещении, виднелись канистры красного цвета. Он понял: это то, что ему сейчас нужно.       Доставая каждую из них прямо из ящика, он стучал пальцем по ним, чтобы узнать, полная ли она или нет. В итоге, из примерно двадцати канистр с тем гибридным бензином, заполненными оказались только три. Он взял одну из них, открыл, а затем пошёл с ней вдоль по коридору. Он хотел разлить бензин вдоль этого главного помещения, а затем и поджечь его. Аластор потратил примерно пять минут на то, чтобы опустошить таким образом две канистры, после чего взял последнюю и пошёл к выходу из здания. Открыв её, он продолжил выливать её содержимое возле порога и быстрым шагом пошёл в сторону своих спутниц, которые его уже заждались.  — Фух! Живой! — вскрикнула Мэри, увидев его издалека.  — И топливо, по-видимому, он нашёл. Ну, я рада, что пока всё складывается! — с улыбкой на лице проговорила Мэй.  — Он… сюда эту канистру несёт?  — Ага, наверное, чтобы от костра поджечь.  — Понятно… — в этот момент Мэри засмотрелась куда-то в сторону здания. — Щас начнётся жесть, да, Мэй?  — Надеюсь, не начнётся. Не переживай, ты ведь не одна, — улыбнувшись, сказала она.  — Это да… — в этот момент Аластор подошёл достаточно близко к костру. — Эй, мы рады, что тебя никто не отмудохал!  — Всё было в порядке? Из здания вроде бы никто не выбегал. Наверное, они ещё там, — говорила Мэй, вглядываясь куда-то во тьму. — Ты как, Аластор?  — Боже, всё в порядке. Не стоит беспокоиться, — сказав это, он дошёл с канистрой бензина до костра и вылил туда остатки. Они вспыхнули, после чего огонь начал медленно, но верно идти в сторону того здания, поджигая тот след из бензина, оставленный Аластором. — Ну, вот. Сейчас начнётся. Имейте ввиду, абсолютно все вервольфы опасны, и то, что они сильнее каждого из нас, думаю, для вас очевидно.  — Ладно, мы поняли, — ответили ему они.  — И, кстати, Мэри. Я обещал научить тебя тому, что тебя не рассказали остальные Высшие Хищники, помнишь? Вот, возьми это, — Аластор достал из своей сумки две красные таблетки немаленьких размеров, лежавших в прозрачной упаковке, и отдал одну ей. — Потом скажу, что за ингредиенты.  — Что это? — сказала она, а затем и взяла её.  — Это как зелье повышения скорости реакции, ночного зрения и силы. Каждый из этих эффектов предпоследнего уровня, — сказав это, он отдал вторую таблетку Мэй, которая была немного обеспокоена тем, что сейчас начнётся. — Держи, тебе тоже пригодится.  — Ой, спасибо, Аластор! — взяв её, сказала она.  — Не за что. Я надеюсь, что и сам справлюсь. Не хочу, чтобы вы пострадали, — сказав это, он обернулся в сторону здания, на первом этаже которого уже начался сильный пожар. — И, кстати… Таблетки лучше не запивать. Их нужно сосать. Тьфу ты! Рассасывать! — в этот момент он посмотрел на Мэри, на лице которой появилась многозначительная улыбка. — Даже. Не. Думай, — спокойно сказал он, тыкая в её сторону своим острым пальцем, при этом удлинённым до максимальных размеров.  — Хе-хе-хе! Ладно, не буду! — громко сказала она, отводя его от себя в сторону.  — Аластор, ты часто оговариваешься? — спросила у него Мэй, поднося таблетку к носу и нюхая её.  — Нет, — спокойно сказал он, но потом будто «взорвался»: — НЕ ПРИДЕРАЙТЕСЬ К СЛОВАМ! ДАЖЕ В МЫСЛЯХ НЕ БЫЛО ПРО ЭТО ШУТИТЬ! МЭЙ, ЗРЯ ТЫ ЧИТАЕШЬ ЭТУ КНИГУ!!!  — Ой, да ладно тебе… — сказала она, после чего закинула её себе в рот. — Фу… На вкус не очень.       Аластор раздражённо вздохнул и закрыл правой ладонью себе лицо. Постояв так несколько секунд, он начал медленно убирать руку, при этом его острые пальцы издавали неприятный скрипящий звук, касаясь его маски.  — Ну, кто у нас тут эксперт в готовке?! Я могу предоставить тебе возможность улучшить рецепт этих гибридных таблеток, вот только давайте сначала УБЬЁМ ЭТИХ ДОЛБАННЫХ ВЕРВОЛЬФОВ! — говорил он, смотря в сторону горящего здания. — Боже, за что мне всё это?.. — тихо произнёс он.  — Эй, не напрягайся! — громко сказала Мэй, похлопав ему по плечу. — Не стоит тратить нервы в ПУСТУЮ.  — Так, это, конечно, прекрасно, но посмотрите туда, — сказала Мэри, дёргая Аластора за руку и указывая в сторону здания, в котором тут же прогремел взрыв где-то на первом этаже. — Елки-палки! До склада добралось, да?!  — Да, похоже, они оттуда и не выберутся, — хладнокровно проговорил он.  — Слушай, а тебе их не жалко? Ни капельки? Они ведь не людей ели, а всего-то домашний скот! — возмущённо сказала Мэй.  — Мне плевать на то, какие они «хорошие», — ответил он ей.  — Аластор, этот заказ не обязан… — начала говорить она, как вдруг из горящего здания кто-то выбежал.  — Начинается… Стойте здесь, я сам, — проговорил Аластор, после чего снял с пояса ножны, вытащил из них свою катану, а их откинул от себя в левую сторону.  — Аластор, может, все вместе? — выкрикнула Мэри, которая дрожащими руками достала стрелу из колчана и установила её на тетиву лука.  — Я не позволю вам там умереть! — крикнул он им и быстрым шагом пошёл в сторону потенциального противника, держа катану в правой руке.       Вервольфы — сильные противники. Телосложение крепкое, прямохождение, однако, при необходимости, могут легко передвигаться на четвереньках. Чёрная шерсть, меняющая окрас зимой на белый. Наличие когтей на конечностях, волчий хвост, как, собственно, и их морда. Слабостей у них почти нет, также они способны менять облик, когда им заблагорассудится.       Наёмник уверенно приближался в сторону вервольфа. Чем ближе он подходил, тем лучше он мог его осмотреть. Как оказалось, их было двое, причём один из них сейчас держал на руках другого, склонившись над ним. Видимо, один из них надышался угарным газом, из-за чего либо выключился, либо скончался. Аластор понимал, что сейчас ему придётся драться с озлобленным и серьёзно настроенным оборотнем, который попытается убить его, а затем, если, конечно, у него получится, он доберётся и до его спутниц. Провал был недопустим.  — «Сделай или сдохни, ведь ты наёмник», — сказал он себе, после чего, продолжая идти, взял катану в обе руки.       Вервольф поднял голову и посмотрел на приближающегося к нему Хищника. Опустив своего сородича на землю, он поднялся, задрал свою голову высоко вверх и начал выть.  — ТЫ… ТЫ ВИНОВАТ В ЕЁ СМЕРТИ!!! — заорал он, выпустив когти на обеих руках. — Охотник…  — Правильно. А ты — моя добыча, — с едкой улыбкой на лице сказал Аластор. — Я не оставлю тебе и шанса.  — УБЛЮДОК!!! — вскрикнул оборотень и начал быстро бежать на четвереньках в сторону Аластора.       Парень встал в стойку и приготовился нанести ему колющий удар катаной. Вервольф, подбежав достаточно близко, начал передвигаться зигзагами, из-за чего тому было сложнее поймать момент для своего смертоносного выпада.       Наконец-то Аластор решился атаковать, но промазал. Оборотень взял его за голову и начал приподнимать над землёй, скаля пасть и разглядывая Хищника получше.  — Вот прикончу тебя, слабака, а потом займусь и твоими товарищами, — говорил он, пока готовился проткнуть шею Аластора своими когтями.       Он выронил свою катану, так как его руки не по его воле вцепились в могучую руку оборотня. Мэй, которая опешила от такого зрелища, уже готова была кастовать заклинание огненного шара, однако Мэри натянула тетиву лука и выпустила стрелу, что попала в спину вервольфа. Тот не ожидал подобного, так как думал, что сейчас они находились в состоянии шока и не могли ничего предпринять для спасения своего товарища. Он покачнулся и повернул голову в их сторону, при этом продолжая сдавливать шею наёмника.  — Всех перережу! Всех перекро… — начал орать он на них, однако почувствовал, как что-то проткнуло его руку в области локтя. Боль была острая, в его ране будто что-то шевелилось, причиняя ему ещё больший урон.       Он обернулся, чтобы посмотреть, но увидел, что рука наёмника была воткнута в область его локтя. Глаза Аластора в этот момент будто загорелись красным пламенем, и он, не теряя времени даром, нанёс ещё один удар в ту же область. Оборотень взвыл от боли. Его рука будто обмякла и опустилась вниз. Аластор упал на землю, приземлившись прямо на колени. Он потёр рукой свою шею, после чего быстро подошёл к катане, которая была воткнута в землю. Взяв её, он сделал два шага назад, посмотрел на Мэри и кивнул ей в знак благодарности.  — Плевать… Я тебя одной левой! — вскрикнул оборотень, после чего бросился на Аластора.       Когти у него были немаленькие, по размеру сошли бы под какой-нибудь ятаган (изогнутый клинок средних размеров). Он атаковал наёмника только левой рукой, однако удары его были очень сильны. Аластор предпочёл уворачиваться, так как блокировать их физически не мог. Он искал так называемое «окно атаки» — момент, поймав который, можно было нанести удар по противнику. Увернувшись от ещё пары атак, он увидел это «окно».       Аластор замахнулся катаной и проткнул бок вервольфа. Она «застряла» в нём, поэтому наёмник подошёл ещё ближе, удлинил пальцы на правой руке и воткнул их прямо в центр его груди, пока оборотень ещё не успел отойти от таких повреждений.       Его противник скорчился от невыносимой боли. Тело его уже не слушалось, так как солнечное сплетение было одно из так называемых критических точек. Он упал на колени и задрал голову высоко вверх, после чего посмотрел в бешеные глаза Аластору, который сейчас стоял прямо перед ним.  — Видишь? В одиночку бы я тебя вряд ли одолел… — пока Аластор это говорил, на его лице начала проявляться широкая улыбка. — Ну, я думаю, что пора с тобой заканчивать, — сказал он, после чего вытащил свою руку из бедолаги и взялся ею за рукоять катаны, которая всё ещё торчала в нём. — Ну, приготовься. Сейчас будет больно.       С силой он вытянул лезвие из тела соперника. На землю брызнула кровь, переливавшаяся из-за пожара неподалёку.  — Ну, давай же! ПРИКОНЧИ МЕНЯ, ОХОТНИК! — заорал вервольф, смотря на него. — Всё равно моя жизнь больше не имеет смысла…  — Оу… Как это мило… Меня-то упрашивать не придётся… — сказав это, Аластор занёс катану над своей головой и приготовился нанести рубящий удар по шее оборотня.  — ХВАТИТ! — крикнул кто-то в стороне.       Аластор повернул голову налево, но, вместо Мэй или Мэри, увидел «подругу» этого оборотня, которая уже успела прийти в себя и стояла неподалёку от них на двух ногах, при этом держась одной рукой за живот. Он держал меч наготове. Возможно, это был тот самый отвлекающий манёвр, благодаря которому жизнь Аластора могла бы оборваться в это же мгновение.  — Вот видишь? Всё с ней в порядке… пока что, — сказал Аластор, обернувшись к своему оппоненту. — Уже поздно кого-то спасать, вервольф! — крикнул он ей.  — Совсем не поздно! Тебя ведь нанял тот жирный каджит, да? Чтобы ты с нами разобрался? — говорила она, подходя всё ближе.  — Заказчиков раскрывать нельзя, но… да, так и есть. Всё равно вы здесь сгинете, — тихо говорил он.  — Нет смысла нас убивать, Хищник! — сказала ему она, после чего остановилась в двух метрах от них. — Мы никого не трогали всё это время!       В этот момент с того холмика начали спускаться Мэй и Мэри, с оружием наизготовку.  — Ой, да ладно?! — вскрикнул он, поднеся лезвие катаны к шее вервольфа. — Я не могу быть в этом уверен.  — Вы ведь, Высшие Хищники, не трогаете тех тварей, которые не нападают на мирных жителей! Наши души чисты!  — То есть, для тебя считается нормой поедание домашнего скота, на котором, по сути, и держится вся деревня… Чёрт, ничего не смущает?  — ПОТОМУ ЧТО МЫ НИЧЕГО НЕ МОЖЕМ ЕСТЬ, КРОМЕ МЯСА! Мы не хотели нападать на жителей деревни, потому что мы и сами оттуда выходцы! В лесу нет нормальной добычи, разве что насекомые, но они нам не подходят! У НАС НЕ БЫЛО ДРУГОГО ВЫБОРА!!! — кричала она на него. — Ты же знаешь, что такое проклятье вервольфа, да? И знаешь, что оно делает? Так почему мы должны расплачиваться ЖИЗНЯМИ за то, что нас месяц назад прокляла болотная ведьма? Не она ли заслуживает смерти, а?! ХИЩНИК, ТЫ МЕНЯ СЛУШАЕШЬ?!       Из-за этих слов Аластор убрал катану от шеи вервольфа. Мэй и Мэри, стоявшие неподалёку и слушавшие этот разговор, поняли, что опасность миновала.  — Аластор, не стоит! — сказала ему Мэй, подходя всё ближе к ним.  — Они ведь не виноваты! — крикнула Мэри, убирая лук за спину.  — Даже твои друзья это понимают, Аластор! — громко сказала проклятая. — Ты ведь не глупее их, не так ли? ТАК ПРОСТО ДАЙ НАМ УЙТИ!       Аластор начал молча убирать катану в ножны, смотря на неё.  — Вы ведь понимаете, к чему всё это в итоге приведёт, да? — серьёзным голосом проговорил он. — На вас объявят охоту. И они определённо добьются вашей смерти. Этого по-любому не избежать!  — Но если мы скажем, что разобрались с ними… — начала говорить Мэри.  — А на самом деле отпустили их в другой лес… — продолжила Мэй. — То бессмысленного кровопролития удастся избежать!  — Да, всё, конечно, звучит неплохо, но нам нужны будут доказательства, — сказал он, подходя к своим спутницам.  — Доказательства? Например, какие? — спросил у него раненый вервольф.  — Например, твоя голова, — спокойно сказал он, оборачиваясь в его сторону. — А если серьёзно, то любая часть тела. Я не держал барона в курсе нашего расследования, так что он пока даже не догадывается, кто за всем этим стоит.  — То есть?.. — спросила у него проклятая.  — Вы же и очистили этот лес от всяких животных и чудовищ, не так ли?  — Да, ещё две недели назад…  — Вы убивали нетопыря? Их здесь много раньше водилось. Насколько я знаю, их крылья не сможет пробить даже пуля, — говорил он, указывая на свой револьвер, лежащий в кобуре, — следовательно, вы бы и выбрасывали их, так как они, по сути, несъедобны, да?  — Не знаю. Уилл, ты их выбрасывал же, да? — обратилась она к раненому оборотню.  — Да, лежат на втором этаже, — говорил он, — но только вот досада, наш наёмничек-пироман всё спалил под чистую.  — Обломись! Их кожа и, в частности, крылья огнеупорны! — блеснула своими знаниями Мэри.  — Молодец, садись, пять, — сказал ей Аластор, после чего начал доставать из своей сумки какое-то бутылочку с светящимся красным цветом содержимым.       Он наклонился над раненым оборотнем, после чего, не отводя от него взгляда, открыл её и показательно потряс ею перед ним.  — Открой рот, волчара. Я хотя бы так искуплю свою вину перед вашей парочкой.  — Ч-что это? — с недоумением в голосе произнёс он.  — Зелье регенерации. Десятого уровня. ОТКРОЙ РОТ, Я СКАЗАЛ!  — Ой, Аластор извиняется, поглядите! Извиняется, как умеет! Как это мило!.. — умилялась Мэри, глядя на это.  — Замолчи, прошу тебя, — на мгновение обернувшись к ней, сказал он. — Ну, чего ждём? Ты же и двигаться не можешь. Из-за меня. Давай, за маму, за папу!  — Ладно… — сказал он, после чего раскрыл пасть.       Аластор поднёс бутылочку к его рту и вылил туда примерно половину. Потом он своей рукой схлопнул его пасть, встал и подошёл к его подруге.  — На, тебе тоже пригодится, — тихо проговорил он, протягивая ей бутылочку. — Хоть ожоги исчезнут.  — Спасибо, Хищник. Хоть ты сначала и пытался нас сжечь заживо, а потом и убить, но теперь, когда ты всё понял и осознал, сделал правильный выбор, — сказала она, а затем и выпила оставшееся содержимое бутылки. — Ещё раз спасибо.  — Ты так говоришь, будто тебе уже под семьдесят. Имею ввиду, что высказываешь умные мысли.  — Нет, мне восемнадцать, — сказала она, подходя к её другу.  — Тем более. Не учи меня, я старше тебя на три года и уж точно знаю, что делаю, — сказал Аластор, после чего начал подходить к Мэй.  — Возраст не имеет значения! Мне вот шестнадцать, а я уже так много знаю! Я та-а-акая умненькая! — с гордостью в голосе проговорила Мэри.  — Блин, а мне сто один. И тоже вроде не глупая… — тихо проговорила Мэй, смотря на Аластора, который в этот момент поперхнулся от неожиданности.  — Сто… один?.. — проговорил он хриплым голосом, смотря куда-то в пустоту.  — Да, а что такого? — спросила она у него.  — Сто… один… — продолжая смотреть куда-то, сказал он с обречённым выражением лица.  — Эй, у нас, драконов, по возрасту, я считаюсь ещё молодой девушкой! — возмущённо крикнула Мэй.  — Хе-хе-хе! Аластор сломался! — выбежав перед ним, крикнула Мэри. — Ну ты, Мэй, конечно, могла и попозже ему сказать!  — Эй, Хищник! Эй! — обратился к нему тот оборотень, в тот момент, пока его подруга с силой выдернула стрелу из его спины. — Так ты ещё и избранный?       Аластор «вернулся в этот мир», после чего посмотрел на вервольфа.  — Так ты избранный?  — Да, мы с ней избранные, — сказал он, имея ввиду Мэй.  — Так почему же ты выполняешь заказы, а не бежишь спасать мир? — спросил оборотень, встав на две ноги. — Не по тебе, да?  — Возможно, да. А вообще, после этого заказа, я собирался идти на встречу избранных под Куполом Гнева. Ну, в смысле там эти встречи постоянно и проводятся, — говорил Аластор, доставая из своей сумки свёрнутую в трубочку карту. — Слушайте сюда, вы оба, — тихо сказал он, а потом подозвал эту парочку к себе. — К востоку отсюда есть так называемый «Лес Тысячи голосов». Пройдёте ночью вот по этой тропинке, так как там вообще никто не ходит, боятся бандитов, которых ты, волчара, легко порвёшь на куски, так ещё и сделаешь этот мир лучше. Этот лес не поддаётся здешнему правительству, поэтому никаких деревень, тем более дорог, по которым ездят туда-сюда повозки, там нет. Да и дичи там будет намного больше. В общем, идите туда, живите там, и не подставляйте меня, так как барону я скажу, что в этом здании я перебил семейство нетопырей, которые и являлись причиной исчезновения скота, — сказав это, Аластор вздохнул и посмотрел на волчицу. — Вам всё понятно?  — Продумал всё до мельчайших деталей, Хищник, — сказал ему вервольф.  — Я отдам эту карту за бесплатно. Но помните: не подставляйте меня. На моей памяти это первый раз, когда я «уклоняюсь» от заказа, — сказал он и протянул им карту. — И да, на каком этаже и в каком кабинете валяются это оторванные крылья нетопырей?  — На втором этаже и, если смотреть со входа в это здание, то нужно идти сразу направо до упора, а затем посмотреть налево — там будет дверь со знаком, на котором изображены две пересекающиеся крест-накрест палки, на концах которых какие-то… кирпичи? — ответила ему она.  — Швабры. Уборное помещение, понял. Спасибо, — сказав это, Аластор повернулся в сторону этого здания. — Ну, пожар закончился, а газ остался… Ну, дыхание я могу задерживать на полчаса, в общем, я пошёл.       Аластор быстро побежал в сторону этого здания, из окон которого валил белый дым (видимо, огонь добрался и до баллонов с кислородом). Постояв некоторое время перед входом, видимо набирая воздух, он вбежал в дверной проём и скрылся в темноте. Мэй и Мэри остались ждать его на улице в компании вервольфов. Сказать, что им было неуютно — ничего не сказать.  — Ну та-а-ак… Прости, что в тебя стрелу запульнула… — тихо сказала Мэри, обращаясь к оборотню.  — Всё в порядке, ведь ты пыталась спасти своего… друга?.. — ответил он ей, после провёл ладонью по тому месту, где раньше была воткнута катана. — Тем более его зелье свело на ноль все наши повреждения. Да, Элис? — обратился он к своей подруге.  — Ага… Слушайте, вы же его подруги? — сказала она им.  — «П-подруги»? — заволновалась Мэй.  — Ну, она, скорее всего, да, а я — ученица! — сложив руки перед собой, сказала Мэри. — А что такое?  — Ну, у него ведь в кобуре револьвер, не так ли? И пули к нему, небось, серебряные. Да?  — Она это к тому, что он мог легко прострелить мне голову, а не вступать в рукопашную схватку, — проговорил оборотень. — У него что, кодекс чести?  — Насчёт кодекса… Ну, наверное, да. У Высших Хищников есть кодекс… который я зубрила две недели… — говорила Мэри, опустив взгляд. — Там было правило, связанное с уважением к своему оппоненту: если бы Аластор тебя не уважал, как воина, то всё закончилось бы намного быстрее. Ну, вы сами понимаете.  — Приятно узнать, что тебя уважает Пятый Хищник… — улыбнувшись, произнёс оборотень.  — Мэй, а вас давно сделали избранными? — спросила у неё волчица.  — Ну… ещё и недели не прошло, как я сюда прилетела. Не в этой форме, конечно, — показывая на себя, сказала она. — Мой жрец дал мне книгу, а я и перешла в ЭТУ форму. Так мне с ним удобнее ходить по разным местам.  — Ну, довольно неплохо выглядишь. Для дракона, конечно, — сказал ей Уилл.  — Ой. Спасибо… Не знаю, как на это реагировать, — засмущалась Мэй, а потом обратилась к Мэри, которая в ответ на это просто развела руками.       Тут к вервольфу подошла его подруга, схватила его за ухо и подтянула его к себе.  — Слушай сюда, Уилл. Ты мне сейчас даёшь повод, чтобы я пошла и попросила Аластора тебя не уважать! — серьёзным голосом проговорила она.  — Ой, ладно! — убирая её руку от своего уха, сказал вервольф.  — Слушайте, я этого не стою. Не надо, пожалуйста, — громко сказала им обоим Мэй.  — Ладно, я спокойна. Я расслаблена… Расслаблена… — делая глубокие вдохи и выдохи, говорила Элис. — Всё, теперь точно спокойна.  — А можно у вас спросить? — обратилась к ним Мэри, которая в этот момент поправляла свою сумку.  — Да, конечно. Спрашивай, — ответил ей он.  — И чем же вы не угодили болотной ведьме, что она вас прокляла, а? И ещё, по особенностям ваших тел, могу сказать, что превращаться обратно вы не можете, да? Это ж что за проклятье-то, а?  — Ну, мораль нашей истории проста: никогда не доверяйте ведьмам, — начала говорить Элис. — В общем, мой отец был охотником, таким же, как Аластор. Он ходил по лесам, отстреливал всяких опасных тварей, но однажды он наткнулся на ту ведьму…  — Так как она не хотела умирать, она напала на него первой, — продолжил рассказ Уилл. — Он хоть и был хорошим бойцом, но, как известно, заклинания пробивают любую броню.  — В тот день мы с Уиллом отдыхали на полянке. В какой-то момент у меня сердце на секунду остановилось. Я поняла, что-то случилось, — говорила Элис. — Мы побежали, чтобы узнать. Как вам известно, наша деревня окружена болотами. Повезло же нам встретить по пути домой…  — …Её отца, — продолжал он. — Эта мразь использовала заклинание иссушения прямо на нём, превратив буквально в мумию. Она хотела забрать у него всё, что ему было дорого перед его смертью. Туда же входили, по её мнению, и мы. Мы моментально вырубились, а когда очнулись…  — В общем, как-то так мы и стали вервольфами… — сказала она. — И да, той ведьмы уже нет в живых. Мы постарались.  — Грустная история… — тихо сказала Мэй. — Даже трагичная.  — Зато нас так и не разлучили обстоятельства! — радостно вскрикнула Элис.  — Хе-хе… Хоть прям сейчас роман пиши! Уже вижу: миллионы восторженных отзывов, большое количество вдохновлённых такой историей! — начала говорить Мэй.  — Ну, если напишешь, я, возможно, и прикуплю, — сказал ей Уилл.       В этот момент со стороны здания раздался треск, будто бы разбили стекло. Все обернулись в ту сторону, чтобы посмотреть, в чём причина. Из окна на втором этаже, в левой стороне здания, вывалилось несколько кусков чего-то, а за ними выпрыгнул и Аластор. Он быстро побежал в сторону костра, у которого его уже все заждались. В правой руке он держал несколько обгорелых крыльев нетопырей, все они были разного размера.  — Еле нашёл, блин! — вскрикнул он, когда подбежал достаточно близко.  — Ну, ты всё-таки их нашёл! — сказал ему Уилл.  — Да, но только, блядь, в другой стороне здания. И да, скажите мне, у вас там давно джестер живёт? Ну, такая улыбающаяся херня без носа, век и во-о-от с такой улыбкой, — сказал он, а потом показательно улыбнулся и показал пальцем себе на лицо.  — Кто?.. — скривившись, смотря на это, спросила у него Элис.  — У-у-у… Жуткая херня, как сказал Аластор. Дух заброшенных домов! Вот в таких вот и перерождаются домовые, когда дом пустеет! — блеснула знаниями Мэри.  — Вау, и вправду, Мэри! Ты — ходячий бестиарий с хвостиком! — восхитилась её знаниями Мэй.  — Гы-ы-ы-ы!.. — сделав странное выражение лица, которое так смутило Мэй, промычала Мэри.  — Ну, на второй этаж мы только отходы и скидывали… Никакого джестера мы там ни разу не видели, — сказал ему Уилл.  — Хе-хе, не моя забота! Вот кому-то, блин, повезёт встретить этого ублюдка в тёмном углу комнаты! — говорил Аластор, разминая спину. — Вот, мне повезло. Чуть сердце изо рта не выпрыгнуло. Мы так-то друг друга испугали. Вы меня, блин, видели?  — Ну, видок у тебя, конечно… не ахти… — сказал ему Уилл.  — Ну, сука… Именно поэтому у меня никого и не будет. Чёрт, спасибо, волчара! Минус одна причина, чтобы жить, — раздражённым голосом проговорил он.  — Ой, да ладно тебе… — тихо сказала ему Мэй. — На вкус и цвет…  — Товарищей нет! — продолжила Мэри.  — Ага… Успокоили, — закрыв ладонью лицо, сказал Аластор. — Всё, парочка! Сваливайте! И меня не подставляйте, иначе в следующий раз не буду играть в благородство и возьму револьвер.  — Ладно, Хищник! Не волнуйся! Мы не забудем твою доброту! — сказала ему Элис, после чего раскрыла карту и начала её рассматривать. — Эй, Уилл! Ты идёшь?  — Да, да! Иду! — тихо сказал он, после чего повернулся в сторону Аластора. — Надеюсь, ещё свидимся, — сказав это, он помахал им всем рукой и пошёл за своей подругой.  — Надеюсь… что нет, — прошипел Аластор, провожая его взглядом.  — Эй! Ну всё же в порядке! — вскрикнула Мэри, смотря на наёмника, который был явно из-за чего-то расстроен.  — Если тебя задели его слова, то… — начала говорить Мэй, однако он её перебил:  — Всё, всё! Успокойтесь… пойдёмте лучше заказ сдадим, — тихо говорил, направляясь в сторону старой заросшей дороги, ведущей, по-видимому, к деревне. — И да, нам нужно будет заткнуть ту эльфийку, у которой мы искали зацепки. Мало ли, может и проговориться насчёт вервольфа.  — Да, но давайте мы сделаем это мирно, а? — спросила у них обоих Мэй.  — Да, так и сделаем. Она вроде неплохая! — добавила Мэри.  — Ну, тут как получится, — прошептал Аластор, после чего повернулся в их сторону и поманил их за собой. — Пойдёмте! Уже одиннадцать! Спать-то мне хочется!  — Ну, у нас есть спальные мешки! — сказала ему Мэй.  — Ага, у вас они есть, а вот мой — червяк сожрал. Выбора, в принципе, и нет.  — Ну… Я могу… — начала говорить Мэй, но потом увидела, какое выражение лица было у Аластора. — Что-то не так?  — Не-е-е… Спасибо. Давайте без этого, — серьёзным голосом сказал ей он.  — Ой. Ну хорошо, — тихо сказала она.  — А, может, я с тобой поделюсь? Хе-хе! Я-то поменьше Мэй буду! — вскрикнула Мэри, указывая на свою сумку.  — НЕТ. СПАСИБО. НЕ. НАДО, — медленно проговорил наёмник.       Они уже шли по этой дороге. Колючие репяхи цеплялись за его спутниц тут и там, однако Аластору было нормально — как какая-то несчастная колючка может прицепиться к стали? Под их ногами лежали разные камушки, среди которых можно было увидеть и красные кирпичи, сильно потрескавшиеся, которыми, кажется, и выкладывали эту дорогу когда-то давно. Давным давно. 500 с лишним лет назад.       Их путь продолжался. Лицо у наёмника было очень уставшее: за этот день он успел потратить все свои силы. Однако у Мэй и Мэри с бодростью дела обстояли намного лучше — всё благодаря зерновому кофе, который они выпили, пока дожидались Аластора у того костра. На него он уже нужного эффекта не оказывал, так как он уже успел привыкнуть к нему за эти месяцы, а вот их он мало того, что бодрил, так ещё и заставлял концентрировать своё внимание на чём-то по-максимуму, что было не лишним в их работе.  — Эх, Аластор, скучный ты какой-то! — начала говорить Мэри.  — В смысле?.. — сонным голосом спросил он.  — Ну, я имею ввиду, что ты совсем не шутишь да и постоянно грустишь… Вот почему ты сейчас грустишь, а? Назови причину.  — Я хочу спать. Как тебе? — сказал он ей.  — Ну а когда поспишь, станешь веселее, а? — с надеждой в голосе спросила у него Мэри.  — Вам лучше не видеть меня весёлым — вредно для психики, — спокойно проговорил он, смотря на Мэй, которая шла справа от него.  — А… почему? — спросила у него Мэй.  — Связанно с моим прошлым. Я вам его не буду рассказывать — даже не просите.  — Ну бли-и-ин! [зевает] Почему нет? Мы же тебе о себе ещё давно рассказали! — встряла Мэри.  — Я вас об этом не просил. Вы сами, — хладнокровно произнёс он, после чего увидел, что Мэй споткнулась, и подхватил её правой рукой. — Поаккуратнее, прошу тебя. Если вы не заметили, то под нашими ногами не просто трава… — после этого он указал пальцем вниз — трава и вправду была будто бы живая, пыталась схватить их за ноги, удержать, прям как в Пустоши, только тёмно-зелёного цвета.  — Ну, она не пытается нас сожрать! — сказала Мэри, а потом опять посмотрела на серьёзного Аластора. — Я отвлеклась. Ну, расскажешь нам позже? Мы тебе всю душу изливаем, а ты… эх ты… — качая головой влево вправо, говорила Мэри. — Нехорошо ты поступаешь! Нельзя строить стену и запирать ворота! Иногда нужно и открываться!  — Правда, Аластор. Мэри дело говорит! Ты ведь можешь нам доверять!.. Да? — пока Мэй это говорила, она с опаской взглянула на наёмника, чтобы увидеть его реакцию.       Тот немного помолчал, а потом неохотно кивнул два раза.  — Могу, могу, — тихо сказал он.  — Ну во-о-от!.. Теперь давай рассказывай! Мы слушаем! — похлопав в ладоши, сказала Мэри. — Только о твоём детстве мы знаем — нам рассказали Высшие Хищники. Давай, нам ещё долго топать до деревни! Интересный способ скоротать время, не находишь? — говорила Мэй наёмнику.  — Эх… Ладно. У нас и впрямь не мало времени, — выдыхая, проговорил Аластор.

Далее идёт повествование от лица Аластора.

      В общем, дело было пять месяцев назад. Уже двадцать восемь дней, как я оторвался от Хищников и ушёл в своё путешествие.       Первое время мне буквально нечем было заняться: исследование различных пещер, необжитых территорий, выполнение идиотских заказов — это не то. Для меня не то. Я ведь не авантюрист, чтобы подобным заниматься. Их гильдия — самое мерзкое, что могло случиться с этим миром. Делят друг друга по рангам, постоянно ищут, где бы поживиться, а потом и получают награду, да за такие задания, за которые даже Я не взялся бы… причём среди них нет исключений: все, кого я встречал, не особо отличаются умом и расчётливостью. Вот, например: увидели они энта. И что эта кучка детей сделает? Правильно, нападёт и изрубит бедного хранителя леса на дрова. Такое ощущение, что они вообще не знают, зачем нужны книги, и что это за каракули в них такие, что они вообще означают. И, видимо, они не читали нигде, кто же такие эти Высшие Хищники? Почему к ним такое отношение?       Как вы поняли, моя история будет непосредственно связана с ними.       Я направлялся в Халметч, столицу… змеелюдов. Я, буду честен, недолюбливаю эту расу. Нет, не в том дело, что у них повсюду чешуя, да и хвост, Мэй, ну ты поняла, не из-за внешности. Скорее из-за их поведения. Живут они так богато, благодаря войнам, их король, на голову отбитый тип, внушил им, что они — высшая раса, хотя мы прекрасно знаем, чья раса считается «высшей». Высокомерные куски говна, по-другому и не опишешь. Вообще, пять месяцев назад, я относился к ним, как и к другим расам — со скрытым отвращением, но когда я пришёл туда, то довольно быстро определил их темперамент. Я не один недолюбливаю их, но приходится иногда сдерживаться, потому что как начнёшь своё отношение к ним показывать, то никакие слова тебе уже не помогут: заломают — и в карцер, а потом сиди, мёрзни двадцать один день, и даже не спросят, кого ты имел ввиду.       Пришёл я, значит, в тот город, только хотел передохнуть от всех этих песчаных бурь, но не-е-е… «Вы же Пятый Хищник? Я заинтересован в ваших услугах наёмника!» — говорил какой-то жирный тип их же расы, одетый в форму местных «служителей порядка». Господи, если бы этот мудак ко мне не полез, пока я доедал лапшу, стоя в переулке и никого не трогая… Но не суть. Об этом позже. В общем, он хотел меня нанять, чтобы я разобрался с местными работорговцами, разобрался не в смысле «договорился, чтобы ушли», а именно перебил их всех. Ну, с этим у меня проблем не возникло бы, только вот с рабами я тоже должен был… разобраться… Эти выродки считают их незаконным ТОВАРОМ, который тоже нужно уничтожать, наряду со всякими курительными смесями. Ну вы поняли, насколько этот заказ был… [кашляет] необычным.       Денег тогда у меня было не сильно много… Хватило только на то, чтобы перекусить. Выбора у меня, по сути, и не было. Я знаю, есть выражение — «выбор есть всегда», но это просто выражение, которое придумали, чтобы цепляться за жизнь до последнего. Хе-хе… идиоты…       Пришлось мне, в общем, брать заказ. Тем более мне давали за это два золотых слитка, чего бы мне хватило примерно на два месяца. Два месяца спокойствия.       Готовился я к нему не очень долго: смысла нет — по идее, семью этой Хайхо (ну и имя, блин) будут охранять молодые авантюристы железного ранга (это, считайте, предпоследний на очередь ко дну в их иерархии) около десяти штук, там есть и две жрицы, три копейщика, один ассасин и четыре воина. Господи, они же всего лишь дети, которые захотели найти на жопу приключений! Но кто им объяснил бы, что приключения — не всегда весёлые… О её семье тоже было кое-что известно: сама она, в принципе была ещё молодой, ну, около тридцати лет, муж погиб во время одной из гражданских войн. Имела одного шестилетнего сына и одиннадцатилетнюю дочку… с которыми… ну, я не хотел их убивать. Да и рабов тоже. Эх… Не поехала бы у неё крыша после смерти супруга, то и всей этой возни с несчастными рабами не было бы.       Мне ещё вспоминаются слова того жирного ублюдка: «Сделай или сдохни. Ты же наёмник». С того момента я повторяю их про себя, когда собираюсь пойти на что-нибудь рискованное.       В общем, я выдвинулся. Каким-то образом она узнала, что по её душу идёт Пятый Хищник, но, видимо, думала, что эта шутка. Высшие Хищники ведь только очищали этот мир от всяких чудовищ, все, кроме Джона… и меня. Спрашивается: какая, нахер, шутка?! Она вообще конченная, что не может усилить охрану, или ещё что в этом духе? В общем меня не ждали. И это сыграло мне на руку… пока меня не заметили через окно, которое находилось у входа.       Я подошёл к их входной двери, начал в неё стучать. Хотел для начала поговорить. Может, она могла бы и откупиться. Тем более работорговля — вещь прибыльная, не поверю, что у неё не нашлось бы три лишних золотых слитка. Но эта тварь, видимо, захотела показать, насколько она крутая и как всё у неё схвачено. Всё, что меня встретило, когда предо мной открылись массивные деревянные двери, — удар дубиной с вбитыми в неё гвоздями прямо в челюсть. Один из авантюристов постарался. Ха-ха… Этот идиот и не подозревал тогда, кто перед ним.       Пока я приходил в себя, меня заломали, думая, что мне будет больно. Ну, они-то не знали, что меня собирали буквально по кускам ещё с детства. Мда… Пока эта дура читала предо мной пламенные речи о том, что закон с ней не может справиться, из-за чего посылает за ней какого-то странного вида наёмника, я извернул свои руки так, что удалось нанести удар по кадыку одного из громил, которые меня удерживали. Пока он схватился за горло, я повернулся в сторону другого воина, после чего ударил ему в челюсть (что-то вроде мести). Тот покачнулся и упал на пол. Кажется, тогда я ему выбил несколько зубов. Перестарался… Ну, хоть не убил.       Все тут же переполошились: две жрицы (такого же возраста, как и ты, Мэри) увели эту Хайхо наверх по лестнице, оставив со мной наедине двух воинов, которые были в порядке, в отличие от двух громил, троих копейщиков, а также ассасина, вооружённого одним изогнутым клинком.       Ну, до моей скорости им всем вместе взятым было далеко, поэтому ни капельки урона я не получил. Первых я вырубил двух воинов, которые, похоже, и не знали, что это за слово такое — «тактика». Мне не требовалось доставать клинок: им смерти я не желал, они ещё тупые, как валенки. Может, одумаются после хорошей взбучки. Те три копейщика атаковали меня все вместе, а потом к ним подтянулся и ассасин. В принципе, правильно говорят — «толпою гасят даже льва», но вот же незадача… я ведь не лев. Я быстрее, сильнее и… Хватит лыбиться, Мэри! Я на полном серьёзе! В общем, уворачиваться от их атак не составило труда. Там я уже использовал свои ноги, как оружие ближнего боя. Довольно больно получить такой железякой в живот, а потом и в зубы, не находите, а? Такая судьба ждала этих копейщиков, опять же: смерти я им не желал, поэтому просто вырубал. Но вот с тем парнем, ассасином, пришлось повозиться. Я даже достал клинок, чтобы отражать удары (тогда мои протезы не были СЛИШКОМ прочные).       Малый был довольно проворный, нападал и уворачивался от удара быстро, но атаки его оставляли желать лучшего: блокировать их не составило для меня большого труда. В отличие от меня, у него руки были из плоти и крови, следовательно могли устать. Этим-то я и воспользовался. Два точных удара костяшками пальцев в грудь, а точнее в область солнечного сплетения, затем один, но ровно в нос, да так, чтобы из глаз слёзы полились.       Если бы он меня не измотал, то и отделался лишь простыми ушибами, а не сломанным в мясо носом. Но, надо сказать, что дело своё он знает. Стиль боя очень похож на мой, вот только у меня их около сотни, а у него — пока один. Ну ничего, задатки у него были. [Кашляет] Да-да, я тоже могу кого-нибудь хвалить, не в открытую, конечно, но я думаю, он понял, что означает знак «палец вверх». Мэри, большой палец, а не средний! Ё-моё, Мэри, всё испортила!       В общем, разобравшись с ними всеми, я потопал на верхний этаж. Пока поднимался, на меня вылетела шаровая молния, по-видимому вызванная одной из тех жриц. Я в магии разбираюсь, поэтому мне достаточно было просто не дышать и подождать, пока она пролетит мимо меня. В конце концов она начала опускаться на первый этаж, где сейчас очухивались их друзья, и, насколько я знаю, шаровые молнии, в основном, не могут определить кто друг, а кто враг, поэтому я кинул прямо в неё свечку, стоявшую недалеко от меня, чтобы её нейтрализовать. После того, как я поднялся, эти две девчушки начали угрожать мне, будто испепелят меня своим огненным шаром последнего уровня. Они, конечно, могли это сделать, только вот чтобы это заклинание заработало, нужно объединить свои силы и стоять, сливать туда ману около пятнадцати минут, а они только что буквально на моих глазах, начали это делать. Чтоб вы знали: за всё это время, пока я бился с ними всеми, я не проронил ни слова, но тут я выдал суровое «с дороги».       Боже, не передать словами, какие у них всех лица были в этот момент. Когда с тобой разговаривает какая-то хрень на металлических тонких ножках и с жуткой белой маской на лице в виде черепа и, возможно, именно эта хрень только что перебила всех твоих товарищей, ты не будешь стоять с каменным лицом.       После моих слов одна из них так сильно распереживалась и чуть ли не заплакала, но её подруга, по-видимому, начала её успокаивать и задала мне один вопрос: «Ты нас не тронешь?»       В ответ на это я отрицательно покачал головой и показал им рукой в сторону лестницы, по которой я сюда поднимался. Господи, они думали, что я убил их товарищей! Ну, возможно, они и встречали людей похуже меня, но я не настолько отбитый, чтобы лишать жизней тупых детей. Не по мне это всё.       Но что мне ТОЧНО нужно было сделать, так это лишить жизни эту Хайхо. С такими индивидами у меня разговор короткий. Никакого сожаления я не буду испытывать. А вот насчёт детей и рабов… пусть основные силы порядка разбираются — тогда думал я. И правильно думал, в принципе. Но я не забывал о возможном запасном варианте.       Она кричала что-то о детях-сиротах, о тяжёлой жизни, о том, что другого выбора нет… Тогда мне было плевать на её слова. Я медленно, но верно подходил к ней. За неё спрятались её дети, но я не хотел травмировать их психику… да и свою… тоже…       Хватит на меня так смотреть! Моя душа не до конца прогнила, Мэй!       Я молча показал им рукой на выход. Сказал, чтобы убирались. Но нет. Паренёк наоборот выбежал вперёд и начал закрывать свою мать своим телом.  — Не подходи ближе, демон! Забирай меня, а не её! — храбро крикнул он, после чего она наклонилась к нему и, видимо, сказала бежать, а затем и шепнула своей дочери то же самое. {Почему так сложно было её послушаться?!}       Но парень не захотел. Храбрый, видимо. Он продолжал стоять, не отрывая от меня взгляда. «Господи, куда ты вляпался, Аластор?!» — подумал я в тот момент. Хотя девочка отбежала в сторону дверного проёма… вся в слезах. Да что не так было с тем пацаном, а?!  — С дороги, — тихо проговорил я, не переставая подходить. — Ты не моя цель.       «А ничего страшнее ты не мог сказать?» — думаете вы сейчас, наверное. Хорошо, хоть молча, без комментариев выслушивайте. Вопросы, давайте, как я закончу.       В общем, всё сводилось к тому, что я должен был, на глазах этого пацана, лишить жизни его матери. Мне такой расклад совсем не нравился. А ей, видимо, нравился… Мразь… Хоть бы его отогнала тогда. Но мне пришлось сделать это самому.       Подойдя достаточно близко, я быстро наклонился к нему, чтобы он смотрел мне прямо в глаза. Вы знаете, какие резкие у меня движения, но это не по моей воле. Такие импланты. Я так привык.       Он глотнул слюну, на секунду испугался, но потом сделал мужественное лицо. Господи, не передать, что я чувствовал в тот момент. Тогда маска у меня была твёрдая, негнущаяся, но сейчас, благодаря стараниям Кая, эмоции более выразительные. За этой твёрдой маской было выражение лица, полное сожаления. Но они-то этого тогда не видели. И жаль, что не видели. Может, другой эффект был бы.  — Уйди с дороги, парень. Ты и сам прекрасно знаешь, кто твоя мать, — тихо проговорил я, смотря ему в глаза.  — Не важно, кто она там, в обществе! Это моя мама! Я её тебе на растерзание не отдам! — кричал он прямо мне в лицо.       В этот момент, Хайхо с траурным выражением лица взяла его за плечи и повернула к себе. Я не выпрямлялся, глядя на это. Честно сказать, не думал, что такое простое в выполнении задание окажется таким сложным… в плане морального выбора.  — Ничего не бойся, мой милый! Дядя о тебе позаботится и о твоей сетрёнке, а мне нужно поговорить с этим наёмником, — пока она это говорила, по её правой щеке начала стекать слеза. — Всё будет в порядке, ты уже большой, всё понимаешь!..       Но тут он её перебил. Да ещё как перебил!  — Я знаю, что вы с этим наёмником не будете говорить! ОН ТЕБЯ ПРОСТО УБЬЁТ, МАМА! Я МОГУ ВСЁ ИСПРАВИТЬ! БЕГИ!!! Я его… — и тут… она его обняла.       Я не бессердечный, но мог бы таковым стать, так как я уже не был уверен, что искусственные затяжки в моём сердце выдерживали эту бешеную аритмию. Я выпрямился, упёр левую руку в бок, а потом схватился за рукоять у меня на поясе.       На это я смотреть не мог долго, но и убивать её я не хотел. Что же будет с её детьми? Хер с ними, с рабами — их и так освободят служители закона, если не она сама. Но то, что мне заказал тот ублюдок… Это же будет равносильно поступку того вурдалака, который тогда УБИЛ ВСЮ МОЮ СЕМЬЮ. Ещё большим чудовищем я не хотел становиться. Нужно было что-то решать.  — Мисс Хайхо… — начал я, из-за чего она встрепенулась. — У меня есть к вам… деловое предложение, — да, вы правильно поняли, что я собрался сделать.  — Говори, демон! — огрызнулась она на меня.  — Вашу охрану, а также этих авантюристов… я покалечил. Не убил. Полагаю, теперь вы меня выслушаете, — холодно говорил я, глядя на них. — Вы можете… «купить» свою жизнь… за три золотых слитка.  — За три?! — вскрикнула она (видимо, с деньгами у неё была напряжёнка).  — Вас и всю вашу семью заказали за два, — говорил я, смотря на пацана, который в этот момент стоял рядом с ней.  — Дам четыре слитка, если скажешь, кто заказал!!! — громко говорила она, поднимаясь с колен.  — Местная гвардия, а точнее… ну, толстый неприятный тип с чешуёй коричневого цвета. По званию вроде… адмирал. Их у вас там мало, уверен, найдёте, кто это может быть, но, к сожалению, вы должны будете распустить всех рабов, — в этот момент она заикнулась, смотря на меня. — Вы всё же хотите, чтобы я вас всех здесь вырезал? Вот оно как… могу устроить…  — Нет, не надо, демон! Хорошо, я их выпущу, но за это я дам тебе три золотых слитка и ещё пять пластин сверху! И так рабы все… низкосортные были… — говорила она, подходя к железному сундуку с кодовым замком. — Так… пойдёт?  — На уступки я обычно не иду… Ладно, пойдёт! — говорил я, проходя мимо её сына, который стоял посередине комнаты. — Давайте уже быстрее!  — Слушай, демон… Могу ли я тебя повторно нанять? — говорила она, отдавая мне в руки три этих слитка со звенящими золотыми пластинами, лежащими на них сверху. — На этого адмира… — начала говорить она, но я её перебил.  — Нет… нет, блядь… спасибо… — махая в разные стороны свободной рукой, прошипел я. — С меня сегодня достаточно, — тихо говорил я, направляясь к выходу. — Эй, парень. Не ной. Всё в порядке, — обратился я к тому пацану. — Демон сегодня добрый. Достаточно ДЕТЕЙ съел, — в этот момент у меня на лице непроизвольно появилась та мерзкая улыбка, потом я отвернулся и пошёл в сторону той лестницы, чтобы спуститься на первый этаж.       Я не оборачивался, чтобы посмотреть, какие эмоции они испытывали. Не было смысла. Я просто вышел из её дома, после чего направился к выходу из города.       Такие задания мне и не нравятся… Дети, как правило, всё портят.       У главных ворот меня встретил тот адмирал и хотел уже расспросить меня, но я, ничего не говоря, показал ему средний палец и прошёл мимо. Пускай гадает, что его ждёт в будущем…       С того момента я и не брал заказов на убийство людей разных рас… какими бы они не были.       Последние пять месяцев, перед нашей встречей, я выполнял заказы на истребление гоблинов, и даже пришлось разобраться со старым самцом гиппогрифом, который слишком многое себе позволил на старости лет.       Я больше хотел рассказать о том случае в Халметче, потому что он был из ряда вон. Вот и всё. О детстве вы моём и так знаете.

Дальше повествование пойдёт от третьего лица.

      Аластор, пока рассказывал об этом, не заметил, что они, фактически, уже дошли до деревни. Спутницам было очень интересно его выслушивать, однако Мэри постоянно хотела задавать ему вопросы ВО время его рассказа, но Мэй попросила, чтобы она отложила их на потом.  — Аластор, — обратилась к нему Мэй. — Ты не чудовище.  — Ой, да ладно, — махнув рукой в её сторону, сказал он.  — Аластор Зубодробильник! Как тебе? — вскрикнула Мэри. — Кстати, не такой уж ты и хладнокровный.  — Просто ты прячешь свою натуру. Не надо так, Аластор, — сказала Мэй, а затем похлопала ему по плечу. — Даже в рассказе ты стараешься скрыть свои эмоции. Делаешь из себя кого угодно, но не себя.  — Просто замечательно… Мой рассказ закончился тем, что вы меня начали обсуждать, — говорил он, сложив руки. — Ну, хоть не ОСУЖДАЕТЕ. И на том спасибо.  — Интересно, и за что же мы тебя должны осуждать? — поинтересовалась Мэри.  — Запугивал детей, перебил авантюристов в рукопашную и так далее. Нет? Не это? — громко выговорился он.  — Нет, — спокойно сказала Мэй. — Ты во время этого задания сделал правильный выбор и остался тем Аластором, который и был. Не за что тебя осуждать. Тем более, как ты сказал, у тебя не было выбора.  — Вообще, неплохо. Ну и история, конечно… Только давай, ты с нами будешь разговаривать не только по определённым вещам и когда мы тебя об этом просим, но и так… просто. Хорошо, Ал? — с серьёзным лицом сказала Мэри. — Нельзя отрываться от коллектива, каким бы маленьким он не был, понимаешь?  — У-у-у… Ну ладно, как пожелаете, — тихим голосом проговорил он. — Кстати, хоть сейчас и ночь, но к той эльфийке мы обязаны сходить прямо сейчас.  — Чтобы её «заткнуть»? — спросила у него Мэй.  — Или выбить зубы? Что из этого? — добавила Мэри, на лице которой сейчас была саркастичная улыбка.  — Я ТЕБЕ ЩАС ВСЕ ЗУБЫ ВЫБЬЮ!!! — громко крикнул он, пока замахивался в её сторону.  — А-а-а-а!!! Ни-на-да!!! — крикнула Мэри, уворачиваясь от этого медленного удара. — Хе-хе… Ладно, никаких подколов!  — Вот и замечательно, — сказал он, убирая руку. — Всё, без шуток. Пойдёмте побыстрее.  — Ну вот он и наш Аластор! — тихо сказала Мэй, смотря на то, как он выходит вперёд них.  — Какой. Есть, — сказал он и поманил их за собой.       После того, как они подтянулись к нему, вся троица в полном составе пошла к дому той девушки. На улице было не очень светло: фонари выключаются в полночь, а сейчас уже час ночи, хотя их, по идее, должны заменять те светящиеся грибы, коими полон этот городок.       Пока они шли, Мэри напомнила наёмнику за те таблетки, которые в итоге и не пригодились. Он решил поведать ей этот рецепт, но только ей, потому что Мэй этого знать было не обязательно. Основными компонентами были травы из Светлых Земель, вроде так называемого конского хвоста, который имеет хорошие целительные свойства, и розы ветров, которая произрастает только в серой пустыне около Пустоши и является (в приготовленном виде, конечно) хорошим энергетиком. Но всё дело было в дополнительном ингредиенте… человеческой крови, поэтому и этот металлический привкус во рту. Когда он сказал ей об этом, она вздрогнула от неожиданности и уже хотела назвать истинную причину вымирания человеческой расы — Аластор их всех пустил на таблетки, но он сказал ей, что для того, чтобы эффект был именно таким, кровь должна быть не просто человеческой, а ещё и четвёртой группы со знаком «+», а такая кровь была только у Анны, поэтому она и сохраняла её в пакетиках. Только в этом случае все компоненты взаимодействуют друг с другом как надо, а не превращают эту смесь в один из опаснейших ядов в мире. После этих слов Мэри заулыбалась и поблагодарила Аластора за новенькую психологическую травму.       Мэй чувствовала себя как-то неловко, смотря на то, как Аластор и Мэри что-то обсуждают без неё, да ещё и отошли на край дороги. Тот заметил это и сказал ей, что эта информация, связанная с рецептом этих таблеток, деликатного характера и нужна она только Мэри, так как может пригодиться в её путешествиях. Он считал, что забивать голову совершенно не нужными вещами, которые тебе вообще не пригодятся — глупая затея.       В этот момент он заметил, что этот домик, в который они хотели зайти, был уже перед ними. Осталось только постучать. Но тот факт, что хозяйка этого дома уже спит и третий сон видит, не давал покоя всем троим.       «Придётся вламываться, если не откроет?» — думали Мэй и Мэри, пока он стучал по калитке сначала пальцем, а потом и начал стукать кулаком.       Аластор уже начинал нервничать, но вдруг дверь дома приоткрылась, и оттуда выглянула сонная эльфийка. Увидев, что это те самые наёмники, она вышла из дома, закрыла входную дверь, а затем начала подходить к закрытой калитке.  — Ой! Здрасте! Ну, как успехи? Поймали вервольфа? — с сонным лицом говорила она, пока открывала калитку. — Ну, проходите!       Хищник зашёл во двор первым, а за ним подтянулись Мэй и Мэри.  — Ну, это конечно были вервольфы… Только… в общем, вот, — тихо сказал Аластор, а потом показал отрубленные крылья нетопырей, которые были испачканы в саже.  — Ну это же… — начала говорить девушка, но наёмник её перебил:  — Вы всё правильно поняли, это не куски вервольфов. В общем… — складывая крылья обратно в мешок, говорил он.  — В общем, этими вервольфами была парочка, которая раньше жила в этой деревне, но потом их прокляла ведьма, и они пытались выжить любой ценой с этим жутким проклятьем на их плечах: путём истребления всяких тварей в этом лесу и, когда уже те закончились, принялись за домашний скот! — выговорилась Мэри, после чего сделала глубокий вздох. — Всё!  — Не всё. И ещё Аластор сначала дал им прикурить, а потом, когда один из них очухался и рассказал эту грустную историю, отправил их в другой лес, а за возможную причину исчезновения скота и царапин на ваших крышах мы хотим выставить как раз-таки этих нетопырей! — продолжила Мэй.  — И если вы кому-нибудь скажете, что Пятый Хищник уклонялся от заказа… на следующее утро не проснётесь. Понятно?.. — сложив руки и приподняв правую бровь, сказал Аластор.  — Божечки! Понятно, понятно! Столько информации на меня вылили! — вспелснув руками, сказала эльфийка. — Никому я не рассказывала, что вы ко мне тогда приходили! И не расскажу! Главное — что больше не будет пропаж!  — Замечательно, — тихим голосом проговорил Аластор, разминая пальцы на руках. — Вот и договорились.  — Простите, что мы так… грубо к вам вломились, да ещё и угрожали… — сказала Мэй, отводя взгляд в сторону.  — Ой, ничего страшного! Мне каждый день угрожают расправой! — сказала она, а потом ехидно улыбнулась и посмотрела на Аластора, который, пошатываясь, подошёл к её забору и опёрся на него. — Слушайте, а может…  — МОЖНО МЫ У ВАС ПЕРЕНОЧУЕМ?! ХОТЯ БЫ АЛАСТОР! ЕГО СПАЛЬНЫЙ МЕШОК ПЛОТОЯДНЫЙ ЧЕРВЬ СОЖРАЛ! ЕМУ СПАТЬ НЕГДЕ! — громко говорила Мэри, размахивая руками. — Пожалуйста!  — Мэри! Ты чего?! — взволнованно крикнула Мэй.  — А что?! Сама ведь хотела предложить! — ответила ей та.  — Ну, да… Но не в таком ключе, блин! — отводя взгляд от неё, сказала Мэй. — Ну так…  — Ну, если он не против, — потирая мешки под глазами, сказала девушка и посмотрела на него.  — Мне похер, — хладнокровно сказал он. — Не боитесь в дом впускать демона?  — Он согласен! Согласен! Это у него язык такой! — умоляла её Мэри.  — Ла-а-адно! Пойдём, Аластор! В комнате моего дяди поспишь! Он и так в отъезде! — говорила она, подходя к входной двери и открывая её. — И вы тоже идите! Поспите в зале! Там диван стоит! Разложить можно!       Аластор с недовольным лицом отошёл от забора и потопал в её сторону. Его спутницы к тому моменту уже стояли с ней рядом.  — О-о-о!.. Спасибо вам! — протягивая ей руку, начала говорить Мэй, но потом запнулась, так как не знала её имени.  — Хель! — громко сказала она и пожала ей руку. — Очень приятно!  — Взаимно! А меня Мэй! А это вот Мэри! — сказала она, а потом взглянула на девочку, которая уже вытянула руку, чтобы поздороваться.  — Опа-а-а!.. — вскрикнула эльфийка, а потом с размаху схватила Мэри за ладонь правой рукой. — Очень приятно, Мэри!  — Уи-и-и! Взаимно! — пищала она, не отпуская её руку.  — О господи… — тихо сказал Аластор, закрыв ладонью лицо. — Может, уже пойдём? И да, вот плата за одну ночь. За троих, — сказал он, протягивая ей три серебряные пластины. — Хватит или нет? Или монетами расплатиться?  — Нет, нет, что ты! Не надо мне ничего! — отпихивая его руку, сказала Хель. — Вы же спасли целую деревню от голода!  — ЗАМОЛЧИ И ВОЗЬМИ, — дернув кистью, сказал он.  — Ладно, ладно! Ёлки-палки, а ты настойчивый! — с изумлённым лицом сказала она, а потом взяла плату. — Ладно, пойдёмте!       Хель открыла дверь и вошла в дом, Мэри сразу же прошмыгнула за ней, а Аластор и Мэй ещё стояли на улице. Он сложил руки и смотрел на часы, пока Мэй застёгивала до конца большой отдел в своём рюкзаке. Когда она закончила, то посмотрела на него: наёмник стоял на месте и притопывал правой ногой, не отрывая взгляда от часов.       Он поднял голову, чтобы посмотреть на неё: она стояла в такой же позе, смотрела на него и будто что-то ждала.  — Ну, чего ждём? Уже час ночи, — тихо сказал Аластор, указывая на наручные часы.  — Да так… просто… — ответила ему она и подняла голову вверх.  — Мэй, не тупим. Вперёд и с песней! — сказал ей он, а потом торжественно указал руками на входную дверь.  — Иду, иду… — говорила она, пока направлялась ко входу. — Ты прям джентльмен, Аластор!  — [Раздражённый выдох] Иди уже… — прошипел он, пока она мимо него проходила.  — Иду-у-у, — многозначительно улыбаясь, произнесла Мэй, пока входила в домик.       Давно Аластор так себя не чувствовал. Неловкость, которая сейчас окутала его, буквально не давала ему дышать несколько секунд. Чуть постояв на пороге, он вошёл в этот дом.       На потолке висела круглая люстра, освещающая всё светло-голубым светом. На стенах были обои белого цвета с нарисованными на ними розами ветров, лепестки которых и в пустыне около Пустоши имели бледно-красный цвет, пол был устелен ламинатом серого цвета. В принципе, такой интерьер для парня не был в новинку. Всё это он уже видел и в других домах. Все остальные комнаты в этом доме тоже были сделаны в таком стиле, что было странно.       Пока Хель с Мэй раскладывали диван, Аластор вошёл в зал только для того, чтобы спросить, где его комната на эту ночь, на что эльфика ему сказала: «Если идёшь от входных дверей вперёд, то первый поворот налево! И да, вещей его там нет. Располагайся, как хочешь!»       Аластор махнул рукой своим спутницам, подразумевая, что он идёт спать, на что они ему пожелали «спокойной ночи».       С серьёзным выражением лица он вошёл в комнату. Кровать была, мягко говоря, не очень для него удобная: в целом, неширокая, с небольшой подушкой, которая может «подстроиться» под положение его головы, пока он спит. И опять же — всё комната (даже кровать) была выдержана в белом цвете, который так бросался в глаза.       Бросив походную сумку на серую тумбочку, Аластор, не снимая с себя своей серой кофты с капюшоном, рухнул на кровать, уткнувшись лицом в эту подушку. Лежал он так примерно десять минут. Он слышал, как Хель пожелала спокойной ночи Мэй и Мэри, а потом они, видимо, просто лежали и, как ему казалось, обсуждали его рассказ. Мысли об этом выводили его из себя, он хотел крикнуть им, чтобы помолчали, но не сделал этого, зато в голову пришла новая мысль — выключить свет в комнате, так как такое количество белого просто не давало ему нормально заснуть.       Приподняв голову, он, потирая глаза, начал снова вставать с кровати и медленно, качаясь, пошёл в сторону выключателя. Сделав несколько шагов, ему показалось, будто к его горлу подступил ком.       Опёршись рукой на стену, он начал кашлять, но этот кашель был неконтролируемым. Он понял, что ничем хорошим это не закончится, если его услышат, поэтому, закрывая рот ладонью, чтобы сдержать кашель таким образом, он подошёл к дверному проёму, дотянулся свободной рукой до ручки двери и с треском закрыл её.       Кашель всё нарастал и нарастал, и вот, что-то начало выходить наружу. И тут он неожиданно выплюнул изо рта сгусток этой тёмно-зелёной жижи, а за ней и несколько капель крови.       Скорчившись от боли, он сделал два шага назад и сел на кровать. На полу в луже крови лежал этот сгусток, который, как ему казалось, двигался. Аластор подумал, что ему показалось, поэтому отвлёкся от созерцания этой нелицеприятной картины.  — Какого… хера… — хрипел он, держась обеими руками за своё горло. — Я же… сегодня уже выпил… эту драную НАСТОЙКУ!..       Когда кровавый кашель отступил, он дотянулся до сумки, которая лежала на тумбочке, стоявшей недалеко от кровати. Аластор судорожно открыл её и начал искать эту настойку. После минуты копаний в ней, он таки достал её, затем открыл и сделал два глотка.  — Как это работает?.. Почему… мне только хуже?.. — говорил он, пока закрывал бутылочку. — Надо прибраться. Чёрт…       Немного посидев на кровати, он достал из сумки несколько бумажек, которые использовались как документ для принятия заказа. Выбрав из них самые старые и бесполезные, он, с их помощью, завернул в них этот мерзкого вида сгусток, после чего подошёл к окну, открыл его и кинул как можно дальше: бумажка попала прямо в куст, который рос неподалёку от деревянной ограды соседей напротив дома Хель. Осталось вытереть с пола его кровь.       Аластор носил с собой в сумке стерильные бинты и различные шприцы с обезболивающим, приобретённые на всякий случай ещё в Новом Дрейке. Ему пришлось открыть одну из четырёх упаковок и немного позаимствовать из рулона бинта, так как он хорошо впитывал жидкости, в особенности кровь любых типов и рас.       Сначала он вытер кровь с подбородка, а потом и с зубов, потом подошёл к луже крови, нагнулся и начал вытирать пол этим же бинтом. Спустя некоторое время не осталось и следа. Он завернул эту окровавленную ткань, а затем подошёл к сумке и одной рукой достал оттуда пакетик, в который он её и положил. Смысла выкидывать сейчас не было: кто-нибудь, да заметит, что он выходит из дома, поэтому он решил положить пакет в свою сумку, чтобы избавиться от него позже.       Аластор наконец-то сел на кровать. Глаза его смотрели куда-то в пустоту, и в голове его засел всего один вопрос: почему кашель усиливается, несмотря на то, что в этот день он уже выпил лекарство. Он сидел так довольно долго, но потом всё же решил пойти и выключить этот яркий и неприятный для него свет.       Наконец-то сделав это, он пошёл в сторону кровати. Мало того, что он устал за весь этот день, так его ещё и «добил» этот случай с его проклятьем. С треском он завалился на кровать и укрылся одеялом. Аластор не спускал своего взгляда с окна, в которое он выбрасывал эту живую слизь. Его пугал тот факт, что он, возможно, умрёт не во время боя или, что смешно, от старости, а от того, что в один прекрасный момент он начнёт плеваться кусками своих же лёгких и именно это его и погубит.       Он пытался прогнать ТАКИЕ мысли из своей головы изо всех сил, однако они всё лезли и лезли… Пролежав с траурным выражением лица где-то полчаса, он наконец-то закрыл глаза и попытался заснуть. Усталость, которая накопилась за эти два дня, проблемы, которые нужно было решить, встреча с другими избранными, которые, скорее всего, не будут к нему доброжелательны — вот, что его беспокоило в этот момент. Но он обязан был уснуть, иначе это добавит ещё парочку проблем в его «копилку».

***

      Аластор проспал аж до одиннадцати. По идее, от усталости не должно было остаться и следа, однако чувствовал он себя неважно.       Он встал с кровати, заправил её, достал из сумки зубную нить, так как у него было ощущение, что запёкшаяся кровь осталась между его передних зубов. После нескольких минут он привёл их в порядок. Аластор чувствовал, что его маска скрывает за собой просто огромные и, если бы была нормальная кожа, а не искусственные мышцы, чёрные мешки под глазами, но делать было нечего, поэтому он закинул в рот сосательную таблетку, которая должна была нейтрализовать этот неприятный запах. Взяв с собой сумку и убедившись, что он ничего не оставил, парень вышел из комнаты и пошёл к выходу.       В доме на этот момент никого не было, однако, через открытые окна, можно было услышать, что откуда-то с улицы доносится голос Мэри, которая, по-видимому, на что-то жаловалась.       Открыв входную дверь, он вышел во двор, чтобы посмотреть, чем же таким занимается его ученица, что её жалобы слышно аж в доме.       Около сарая он увидел Хель, которая, на пару с Мэй, вытаскивала оттуда куски вяленого мяса, а Мэри недалеко от сарая сидела на ведре, которое было перевёрнуто вверх дном. Девочка, завидев наёмника, выходящего из дома, лениво ему помахала и попросила подойти. Аластор кивнул ей и начал медленно идти в её сторону.  — Что случилось, Мэри? — спросил он, после чего поперхнулся. — Доброе утро.  — Доброе! — вскрикнула она, после чего указала обеими руками на Мэй и Хель, которые по кускам выносили вяленое мясо из сарая. — Смотри, что они делают!  — Выносят из сарая вяленое мясо. И что тут такого? — спросил он у неё, разводя руки.  — Это всё нам! — возмущённо крикнула она.  — Не любишь вяленое мясо? — поинтересовался Аластор.  — А то! Оно же солёное… И сухое… Так просто и не съешь! — говорила девочка, смотря на него.  — Кто тебе мешает запивать его водой? Так, кстати, его и едят.  — Всё равно солёное… — сложив руки, сказала она.  — Подрастёшь — поймёшь, — тихо сказал ей Аластор. — Оно долго не портится. Моряки его частенько с собой в плавание берут.  — Ну, это его единственный плюс… — сердито сказала Мэри.  — Я что, тебя заставлять буду его есть? — спросил у неё парень. — Мы же не будем питаться ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО этим мясом. Не загоняй себя.  — Ла-а-адно… Не буду, — согласилась с ним девочка. — Смотри, а они так заняты, что и твоего прихода не заметили, — сказала она, указывая в их сторону пальцем.  — Ага, все в работе… — тихо сказал парень, после чего повернул голову в их сторону. — Эй! Зачем так много?! — крикнул он им. — Доброе утро!       Они встрепенулись от неожиданности, после чего повернулись в сторону Мэри, сидящей на ведре. Рядом с ней стоял Аластор, сложив руки.  — Ой! Доброе утро! — крикнула ему Мэй. — Хель нам предложила запастись мяском! Бесплатно! Вот я и согласилась.  — Доброе, Аластор! Вам в походах пригодится! У меня его навалом, поэтому и отдать вам не жалко! — громко сказала ему эльфийка.  — Да, это, конечно, хорошо. Благодарю. Но зачем так много?! — говорил Аластор, а затем указал правой рукой на Мэри. — Вот ей не нравится вяленое мясо! Да и мне, в принципе, тоже, не смотря на все его плюсы, не нравится! Мэй, ты готова будешь есть его в таких количествах?!  — Вот-вот! Хитрая Мэй! Всё для себя!.. Всё для себя!.. — тихо говорила Мэри, смотря куда-то в сторону.  — Ну, это всё же лучше, чем отбирать у вас вкусную еду, — сказала им Мэй. — И ничего я не хитрая! Просто запасливая!  — Как хомяк… — тихо сказал парень.  — Что? Ты что-то сказал? Я не слышу! — обратилась к нему она, пока Хель начала точить нож, чтобы отрезать кусок нужного размера.  — Не, не… тебе послышалось. Просто послышалось, — улыбнувшись, произнёс он, а потом похлопал Мэри по плечу. — Эй, скоро пойдём. Не напрягайся без причины.  — Ладно, не напрягаюсь… — тихо сказала она. — А куда пойдём?  — Ну, я собрался связаться с другими избранными. Скоро же встреча под Куполом Гнева. Нужно узнать, когда она будет проходить.  — Ну… ты же меня с собой возьмёшь? — тихо проговорила Мэри. — Просто… Что мне тут делать одной? Помогать Хель по хозяйству?  — А я и не против! — крикнула ей эльфийка.  — Не, спасибо, это не по мне! — приложив руку к груди там, где сердце, громко сказала она. — Я не привыкла топтаться в курином навозе с утра до ночи… — тихо добавила девочка, чтобы это мог услышать только Аластор, стоящий рядом.  — Пойдёшь с нами. Я ведь твой [кашляет] учитель, — сказал он, смотря куда-то вдаль. — Ничего нам и не предъявят.  — О-о-о… Спасибо!.. — умилялась Мэри. — Спасибо, Аластор! — сказала она, а потом обняла его за талию.       Он не ожидал от неё подобного. Надо сказать, он не привык к такому вообще, поэтому и реакция у него была не очень… адекватная.  — Ты чего? — возмущённо спросил он, приподняв свои руки вверх от неожиданности. — Эй, не надо этого!  — Ой, да ладно! — сказала она, убирая от него руки. — Тебя вообще никто не обнимал?  — Обнимали, но… не часто. Скажем так, я не привык. Так что… в будущем… не надо этого, — говорил парень, медленно поворачивая голову в её сторону.  — Ладно! …В какой раз я за этот день говорю «ладно»?.. — гладя одной рукой усы, сказала она.  — В третий, кажется… — тихо сказал он. — А вместе с этим уже в четвёртый.  — Опа! Спасибо! — сказала она, щёлкнув пальцами на левой руке.  — Обращайтесь… — тихо добавил парень, а потом посмотрел на Мэй, которая пыталась разложить всё упакованное мясо в большой отдел своего портфеля. — Ну! Ты скоро? Может, помочь?  — Спасибо, не надо… — говорила она, с силой пропихивая свёрнутый в светло-коричневую бумагу кусок мяса в свой рюкзак, сказала она. — Вот! Кажется, всё!  — Ну, еды теперь у вас навалом! — с гордостью в голосе сказала Хель, уперев руки в бока. — Теперь я могу только пожелать вам удачи! Во всём удачи!       Мэй подошла к Мэри и протянула ей руку, чтобы та легко поднялась. Неуклюже встав с её помощью с этого ведра, девочка потопталась на месте.  — Ну, потопали? — радостным голосом спросила у них Мэй.  — «Хорошо, что она не видела, как меня тут чуть не задушили…» — подумал Аластор, смотря на неё. — Да, пойдёмте. Сначала получить награду, а потом и узнать, когда будет встреча избранных.  — Дыа-а-а-а! Награда-а-а!!! Денежки!!! — подняв руки вверх, кричала девочка.  — Ага, денежки, — сказал Аластор, после чего подошёл к калитке и открыл её. — Спасибо вам, Хель, — обратился он к эльфийке.  — Ой, да не за что! — немного смутилась она, так как думала, что Аластор не такой общительный. — Удачи вам там!  — Спасибо за всё! — хором ответили ей Мэй и Мэри. — До свидания! — крикнули они, а затем прошли через калитку и вышли на дорогу, дожидаясь Аластора.       Он вышел за ними и уже хотел закрывать за собой калитку, как вдруг к ней подбежала Хель и закрыла её сама. Парень на прощание просто кивнул ей, после чего развернулся и пошёл к его спутницам, которые уже были на пути к башне барона Майера.       Придя туда, перед ними сразу открылись эти ворота, а откуда-то сверху этого тёмного лестничного пролёта донеслось тихое «входите».       Поднявшись туда и открыв нужную дверь, ведущую в тот широкий зал, они немного постояли у входа в неё, после чего вышли в центр комнаты. Там их застал барон, однако одет он был уже не по-домашнему. Чёрный смокинг, белая рубашка и чёрный галстук, ко всему этому добавлялись ещё и очки с золотой оправой, что выглядело немного нелепо.  — Ой, рад вас видеть! — радостно сказал им Майер. — Наверное вы хотите спросить, почему я одет в парадную форму, да? Так вот, ко мне приезжали товарищи из Столицы. Не вовремя, блин.  — Исчерпывающе, конечно, — сказал Аластор. — Мы выполнили заказ. Причина — семейство нетопырей, которые жили в старой заброшенной больнице. Вот, доказательство. Я их оттуда выкурил, а Мэй и Мэри помогли добить, — говорил парень, вытаскивая из мешка крылья чудовищ.  — Ох… Молодцы!.. — сказал Майер, после чего подошёл поближе к ним. — Молодцы!  — Ой, да ладно! — отмахнулась Мэй. — Не сильно сложный заказ был!  — Да, мы так-то ещё те молодцы! — сложив руки, сказала Мэри. — Мы их выследили по запаху. Аластор выследил!  — Спасибо вам всем! Если бы не вы, то здесь, в деревне, уже и нечего было есть! — всплеснув руками, сказал барон. — Слушайте… А можно взять одно крыло? Ну, в качестве трофея.  — Нет, — отказал ему парень, засовывая их обратно в мешок. — Они токсичны и в скором времени просто разложатся на куски, что добавит ещё больше забот. Не стоит, барон. Я вам их не отдам, даже не просите.  — Сколько проблем… — с грустным лицом сказал Майер.  — Награда? Награда будет? — спросила у него Мэри.  — Ой, да! Конечно, будет! Даю вам ШЕСТЬ пластин, так как вы всё быстро сделали! — сказал он, а потом подошёл к своему сейфу, открыл и достал оттуда их награду. — Вот! Возьмите! Заслужили!       Аластор взял эти пластины и отдал по две Мэри и Мэй, а оставшиеся оставил себе. Девочка была несказанно рада: это ведь её первый выполненный заказ! Мэй поблагодарила его и положила их в свой рюкзак.  — Пропажи прекратятся. Это мы вам обещаем, — спокойно сказал Аластор, убирая свою долю в походную сумку.  — Надеюсь на это! — сказал барон и пожал им всем по очереди руки. — Почаще заглядывайте! Я вас всегда жду!  — Стой, Майер. Пока не прощаемся. Ты знаешь что-нибудь о встрече избранных? Когда и как она будет проходить? — обратился к нему Аластор.  — Да, знаю. Завтра в полдень возле каждого из избранных открываются порталы, — говорил он, посматривая на них. — Туда всего лишь нужно зайти, и всё — вы под Куполом! Будет что-то вроде совета, соберутся все главы государств!  — Ну, спасибо. Хоть вы в курсе, — сказал ему Аластор, после чего начал выходить из комнаты. — Разрешите откланяться. Нам пора идти.  — Да, мы, наверное, ещё побудем у вас в деревне! — сказала Мэй. — Смысла куда-либо идти нет.  — Да, я тоже за! А то мы просто от дома к дому, а ведь хочется ещё и достопримечательности посмотреть! — говорила Мэри, выходя из комнаты за Мэй.  — Ну, если ОНИ так решили… — с иронией в голосе сказал наёмник.  — То придётся тебе здесь остаться ещё на денёк, да? — добавил Майер.  — Ну и хрен с ним. Я и не против, — махнув рукой, сказал парень. — До встречи, барон.  — Ну, давайте там! Покажите другим избранным! — сжимая кулак на правой руке, крикнул барон выходящему из комнаты Аластору.  — Да-да, само собой, — эхом раздался его голос в лестничном пролёте.  — Эх… Молодёжь… Такая насыщенная жизнь… А я?.. А что я? А я только и делаю, что раздаю всем указания на старости лет, потому что возраст не позволяет делать что-то и в правду полезное… — сказал сам себе барон, оперевшись рукой о стол.       Наконец-то у них выдался спокойный денёк. Они могли позволить себе отдохнуть от всей той жести, которая с ними творилась в последнее время. Впереди их ждала встреча с другими избранными, которая, скорее всего, и определит их судьбы.       Мэй и Мэри страшились этого дня, переживали, а Аластор, напротив, был полностью спокоен и расслаблен и даже пытался их успокоить. Каким бы не был будущий день, нужно жить настоящим — такому принципу он сам придерживался и им же советовал делать тоже самое.