Акварельные краски.

      *гроб — системный блок *дрова — драйвера *резак — это катушка для чтения дисков, проигрыватель       Фил с некой тревожностью застёгивает куртку и надевает шапку. До начала уроков было ещё полчаса, но он встал слишком рано и даже успел списать биологию с ГДЗ и поесть, поэтому не видел проблемы выйти чуть раньше обычного. Если честно, то Филу было просто страшно находиться дома одному. Раньше это не вызывало каких-то проблем; он даже любил, когда в доме было тихо: так рисовать гораздо лучше. Вот только сейчас, когда он просыпается три дня подряд утром, вскакивает, как ошпаренный, с кровати, находиться дома было неприятно. У него на душе какая-то тревога и страх, что он неправильный.       Фил всегда знал, что он бисексуален. Так уж получилось, что он оценивал и парней, и девушек. Ему нравились все люди: он видел их красоту, гармоничность, вместе с тем какую-то несимметричность. Его совершенно не волновало, что он мог вздрочнуть на парня. Вот только сейчас, когда это вылилось в привычку и даже потребность, ему казалось это безумием. Влюбиться в парня. В парня, который его бесил. В парня, которого половина школы готова избить за стукачество. В слишком правильного, в слишком вредного, в слишком… Да просто слишком. Для Фила Илья представлял из себя что-то несуразное, будто и плохие, и хорошие качества — их все высыпали в один сосуд в двойной дозе, и пустили это чудо в люди. Чего стоила его любовь к животным? Фил знает историю про участие Ильи в митинге за отмену контактных зоопарков. Никто не знает, а он знает благодаря Кире, которая тоже присутствовала на этом самом митинге. Его любовь к технике: шутка ли? Починить сломанный ноутбук в восьмом классе. И Фил прекрасно понимает, чем Илья его зацепил: своей преданностью. Преданностью к делу; преданностью к людям, которые ему дороги; преданностью своим принципам и идеям. Сам Фил этим не блещет, поэтому это качество в Илье подкупает: лично он меняет свои увлечения, как наскучит. У него в комнате лежит гитара; он может сыграть практически все песни группы «Кино», но он бросил это дело, так как ему надоело. Когда-то он ходил на бокс — бросил, как только стало скучно. Он писал стихи, но прекратил, когда написал пару штук. Единственными привязанностями для него оставались родители, друзья и рисование. У него были цели, были планы, но он меняет их по щелчку пальцев. Ему просто скучно: постоянность изматывает и вызывает отвращение. Он просто не понимал Илью, как тот придерживается своих принципов и зачем. Наверное, когда он найдет ответ на этот вопрос, Муромов ему наскучит. Задача Фила была найти ответ на эту загадку как можно скорее.       Он закрывает дверь за собой и пешком спускается по лестнице. Хочет максимально растянуть время до прибытия в школу. Первым уроком была нудная математика, которую, наверное, дня три назад, он бы добросовестно прогулял.       Фил роется в карманах в поисках наушников и злобно выдыхает, ведь забыл их дома. Видимо, придётся развлекать себя задумками для скетчей, раз прослушивание музыки отменилось. Сзади на плечо ложится чужая рука. Фил вздрагивает от неожиданности и оборачивается на человека, потревожившего его. — Арт? Ты чего так рано? Я думал, что ты с Кирой тусоваться будешь весь день.       Артём еле заметно улыбается и обгоняет Фила, направляясь в сторону школы. Чёрных догоняет его и недоверчиво смотрит на обгрызенный рукав куртки. Мелкие следы зубов, точь-в-точь собачьи. — Ок, я даже спрашивать не буду про это.       Они идут в сторону школы, громко переругиваясь и обсуждая новый сериал. Фил чувствует облегчение и какую-то забытую радость от общения. Они давно не говорили просто так, по душам, хотя Фил считал Арта лучшим другом (как и Вика, конечно же). Просто в последнее время все как-то резко отдалились друг от друга, а встретиться, как раньше, вчетвером, казалось просто невозможным. — Да ну?! Уделал главного Босса?! Я на этом уровне всю ночь рубился! Это же невозможно! — Ты просто слишком много энергии на мелких сошек тратил, вот поэтому не выходит срубить Босса с маленькой энергией. А я монеты вкачал в питомца, и теперь он с ними разбирается, пока я коплю ману для энергии. — Ну ты мозг!       Они шли в школу, постоянно то увеличивая скорость, то наоборот, замедляясь. В глазах слепило от солнечного света, а в носу свербило от запаха травы. Где-то в тёмных переулках всё ещё оставался снег. — Я собираюсь пригласить Илью погулять. — Муромова?!       Артем спотыкается, быстро восстанавливая равновесие. — Это наш рыжий? Который ещё к Кире клеился?       Фил слышит нотки раздражения в голосе друга и подозрения. — Да, Арт, я про Илью Муромова. А ты чего это такой раздражённый? Вы же, кажется, помирились.       Артём чересчур резко дёргает рукавом куртки и пинает попавшийся под ногу камень. — А ты ему будто сильно нужен? Сдался ты ему, конечно. Он сразу же откажется, ещё и назовет как-нибудь. — Больно ты Ильюху знаешь.       Фил недовольно показывает язык, но сам лишь поудобнее перехватывает лямку рюкзака. И правда, нужен ли он Илье вообще? Они ещё полгода назад готовы были глотки друг другу разорвать, если не больше. А вдруг он откажется и больше не захочет с ним разговаривать?       Дойдя до школы, Фил и Арт слишком быстро разошлись: Артёма подозвал физрук, чтобы обсудить очередные соревнования, а вот сам Фил повернул в сторону гардеробной.       Там уже сидели Илья с Виком и что-то бурно обсуждали. У Фила пересохло горло. Он подходит чуть ближе, чтобы услышать. — Я говорю тебе, что гроб нужно менять. — Может тебе надо всего лишь дрова обновить? Всяко лучше, чем системник выбрасывать. Тем более сейчас компы делают без резака сразу же. — Наверное, ты прав; но, блин, лучше закупиться новым, чем разбираться с этим.       Фил негромко кашляет, прерывая разговор о компьютерах. И Вик, и Илья дружелюбно машут рукой, но один просто молчаливо, что-то мычит под нос, а другой распаляется на приветствия: — Чёрных, ты даже не опоздал?! Теперь понятно, почему снег резко таять начал!       Илья довольно улыбается и переводит взгляд на толпу оголтелых школьников в коридоре. Видимо отыскав наконец того самого, кого искал, он переводит свой сытный взгляд, полный счастья, на Фила. В этот момент у Чёрных всё замирает в груди, а в животе взлетает целый ворох бабочек. — Чёрных, а ты биологию сделал или опять всё с меня слижешь?       Фил задыхается, стараясь посмотреть куда-нибудь в сторону, но невозможно было оторвать глаз от счастливого лица Ильи.       Он совершенно не помнит, как оказался за своей партой и что говорил до этого. Всё, что он помнит, — звук собственного сердца и радостный блеск в глазах Муромова.

***

— Слушай, не хочешь погулять сегодня вечером?       Это предложение для Фила было приятно неожиданным. И вообще, он бы с радостью согласился на прогулку, если бы не одно но… — Пф! С тобой, Муромов, и гулять? Ты что, на солнышке перегрелся? Ты хотя бы какие-то места, помимо библиотеки, знаешь?       … В этом плане Фил был очень тупым. — Как хочешь.       Уже через полчаса Фил слёзно умолял простить своё дурацкое поведение и готов был целовать ноги Илье, лишь бы тот согласился с ним погулять. Муромов для вида поязвил, отказался пару раз, но в конце всё равно согласился.

***

— Кажется, дождь будет сегодня.       Фил высоко задрал голову вверх, смотря на затянутые серые тучи в небе. Слишком рано нынче дожди. Но как любил говорить его отец — это Питер, тут либо дождь, либо снег. И так всё время. — Надо найти место, где можно спрятаться.       На углу улицы был небольшой магазинчик с яркой белой надписью. Из-за расстояния надпись рябила, прочитать, что там написано, было невозможно.       Первая капля дождя упала Филу на нос. — Эй, Муромов, а давай в тот магазин побежим наперегонки. — Смеёшься, Чёрных? Какой мне толк бежать с тобой наперегонки за просто так?       Фил видит заинтересованность в глазах Ильи. Словно маленькие искры пламени, в его уме вспышками образуется идея за идеей. — Давай на желание.       Они бежали на полной скорости, не прерываясь даже на такую мелочь, как сбитое дыхание. Крупные капли дождя, что так и норовили заползти под толстовку, лишь добавляли скорости.       Фил и сам не заметил, как холодное стекло витрины обожгло горящую кожу. Илья подбежал чуть позже. — Муромов, ты проиграл.       Фил был счастлив. Он, запыхавшийся и довольной жизнью, стоял под карнизом небольшого магазинчика. Разве что-то может быть не так? — Да-да, Чёрных. Я понял, как ты крут! — Я невероятно крут!       Он готов был кричать от счастья. Сердце сильно стучало, то ли от бега, то ли от весны в душе. — Зайдём внутрь?       Над дверью звучит колокольчик, и тёплый воздух вырывается наружу, сразу распаляя горячие щеки. Книжный. У Фила вырывается истеричный смешок. — Так и знал, Муромов, что ты не удержишься и потащишь меня в библиотеку, книжный ты червь. — Да я сам не знал, что этот магазинчик окажется книжным. — Врёшь, рыжик. Это был твой скрытый план — затащить меня сюда.       Илья не отвечает, отворачиваясь, и обиженно сопит. А сам Фил с необычайной гордостью преодолевает расстояние до книжной полки с надписью "Фантастика". Книжки были немного потрепанные. Видимо, здесь продавали списанные из библиотек. На самом деле, он любил читать, просто бросал книгу сразу, как наскучит. Но Илье это знать необязательно. — Хей, ты когда-нибудь читал что-то помимо энциклопедий по физике и биологии?       Илья выглядит оскорбленным, но Фил на это лишь довольно улыбается. Это было весело. По-настоящему весело. — Ой, да брось!       Илья цокает языком, но всё же подходит ближе. — Что будем делать, пока дождь на улице идёт? — Давай сыграем? — Во что? — Ну…       Фил погладил корешок книги и со смехом посмотрел на Илью. — Ты когда-нибудь гадал по книге? По очереди будем задавать вопросы. Затем, называем страницу и номер строчки. Открываем книгу на нужном моменте и читаем — это будет ответом на наш вопрос.       Илья закатил глаза, но с усмешкой потянул Фила на себя, в сторону классики. — Окей, но книги будем менять и выбирать каждый раз другую. Так будет интересней.       Фил не уверен, из-за чего он краснеет: то ли из-за духоты в здании; то ли из-за того, что Илья так крепко держит его руку и ведёт в сторону книжной полки. — Задавай вопрос, Чёрных.       У Фила непривычно быстро колотится сердце. Он даже не успевает сообразить, что нужно говорить. Но, кажется, успел среагировать. — Какое настроение у меня будет завтра?       Филу вообще наплевать, каким он будет завтра, лишь бы Илья снова взял его за запястье. — Да, ты сама оригинальность. Хорошо, для такого случая возьму вот этот сборник рассказов Бунина. Называй страницу и строчку. — Страница тридцать два, пятая строчка снизу.       Илья перелистывает страницы, довольно улыбаясь. Филу дурно. Чёрт побери, почему здесь не могут открыть окна?! — "Настолько, что на улицах в изумлении останавливались при встрече с ним прохожие".       Илья чуть задумчиво оглядел страницу, но затем хитрым взглядом смотрит на Фила. — Везёт же тебе, Чёрных. Видимо, что-то очень хорошее. Ну, теперь я. Веди меня.       Он опять широко улыбается, заставляя Фила тяжело вдыхать и выдыхать. — Итак, влюблён ли в меня кто-нибудь? Страница тринадцать, шестая строчка сверху.       Илье было весело. Очень. А вот Фил нервничал так сильно, что не глядя взял книгу. Кажется, это Александр Дюма.       Страницы выскальзывали из рук, но он всё-таки находит нужную страницу: — "Филипп покраснел. Быть может, он подумал, что должен был предупредить"...       Фил и вправду краснеет, неловко убирая книгу на место. Илья же стоит рядом и смеётся в голос. — Мог бы и предупредить меня, что ли! Ха-ха-ха!       Они играют ещё минут двадцать и сразу же выбегают на улицу, когда дождь перестаёт стучать по стеклу. Филипп знатно вспотел. В этом магазине нужны хорошие кондиционеры. — Слушай, дождь, кажется, и не собирается останавливаться.       Несмотря на скудные облака, дождь всё ещё лил. Вероятнее всего, он совсем скоро должен был начаться с новой силой. — Пошли во дворы. Спрячемся в каком-нибудь детском домике.       Идея казалось Филу до безумия заманчивой: сидеть в узком пространстве рядом с Ильёй и робко прижиматься к нему плечом.       Он чувствует себя не на своем месте, когда Илья случайно касается его руки. Внутри словно фонтан — брызг! — искрами вырывается наружу. Если Муромов его ещё и поцелует в щеку случайно, Фил словит микроинфаркт. Но этого, конечно же, не будет. — Твои предположения, кто победит: жираф или зебра? — Что?       Фил не совсем понял суть вопроса. Он только витал в облаках, когда Илья дёрнул его за рукав куртки и спросил это. Фил даже не уверен, что он услышал то, что нужно. — Зебра или жираф? — А в чем суть вопроса? — Кто победит: зебра или жираф? — Зебра.       Вообще Филу было искренне наплевать, кто окажется победителем в этой борьбе, но он безумно хотел услышать, к чему это. — А я думаю, что жираф: он выше, у него угол обзора больше.       Фил медленно понимал суть игры. Они просто должны объяснить друг другу почему одно травоядное круче другого. С каждой минутой спор становился интереснее. Он перетекал из темы в тему. Они обсуждали от книг до обычных инстаграмм моделей. — О нет! Сталкер? Серьёзно? Я думал, что ты не задрот, Муромов. — Ха-ха-ха! Это ты меня ещё плохо знаешь.       Фил восхищенно смотрит на медь в волосах Ильи. Он хотел узнавать всё больше и больше, раскрыть наконец этот сундук Пандоры. — Ох, блин, Чёрных, мне уже пора.       Фил возмущен, когда Илья в спешке выпрыгнул из маленького домика на площадке. Всё же было отлично! Почему Муромов решил сбежать? — Что? Только шесть на часах!       Фил следом выбегает из их маленького убежища и дёргает Илью за руку. Они не в сказке, чтобы отпускать Золушку, не узнав причины её отбытия. — Я должен прийти домой пораньше. Нужно доделать кое-что.       Заметив, что Илью не остановить, Фил подстраивается рядом и идёт с ним вместе до автобусной остановки. По крайней мере, он его хотя бы проводит.  — А что именно?       Филу было интересно, из-за чего решили прервать их общение. Хотя бы узнать, почему Илья так спешит. — Всё тебе расскажи, Чёрных!       Высунув язык, Илья забегает в приехавший автобус, на прощание махнув ему рукой. Фил растерян и счастлив одновременно, когда ему машут из окошка. Он ещё стоит минуту, провожая автобус взглядом. А затем идёт домой.       Это был хороший день.