Ты-парень по соседству

Ищу любой, даже самый маленький повод, что бы связаться с тобой, тщетно. Так хочется к тебе подойти, спросить любой, даже самый дурацкий вопрос, почувствовать твой взгляд на себе, услышать твоё дыхание, рассмотреть вблизи каждую веснушку, может сосчитать их. Но я не могу, что-то все время останавливает меня. Ты — парень по соседству, живёшь прямо напротив моего дома. Ты переехал совсем недавно, но я сразу тебя заметил. Я заметил все: твои темно карие, практически чёрные глаза, твою идеальную линию носа, мне бы такую, а не вот это вздернутое чудо, твою густую россыпь веснушек на щеках и носу, твои скулы, о которые не сложно порезаться, немного впалые щеки, это нужно исправить, твои пухлые и алые губы, которые ты все время закусываешь, интересно какой у них вкус и насколько они мягкие, и конечно же я заметил твою слегка забавную, но не менее идеальную копну волос, чёрные густые кудри спадающие тебе на лоб, которые ты постоянно пытаешься сдуть, но ничего не получается и ты пробуешь снова и снова, это очень мило, твои идеальные руки и телосложение, а ещё я заметил то, что ты намного выше меня, где-то на голову. А знаешь, что ещё я заметил? То, что ты мой идеал. Честно говоря, я пялюсь на тебя, так откровенно и без стеснения уже пару недель — все время пока ты тут. Впервые я увидел тебя, когда ты выходил из машины и нёс в руках коробку с вещами. Я тогда читал совсем не интересующую меня книгу, поэтому, блять, перечитывал одну и ту же страницу по пять раз. Я все никак не мог сосредоточиться, и швырнул книгу в стену. А когда все-таки встал и решил подобрать ее, то боковым зрение увидел тебя в окне. Ты был такой, такой идеальный. Может, хватит повторять это слово, но я действительно не могу подобрать ничего другого. Идеально полностью описывает тебя, хотя весь масштаб моего восхищения не передать даже ним. На тебе тогда была чёрная, совсем простая футболка, джинсы с порванными коленями, конечно куда без этого, и чёрные кеды с клеткой по бокам. Ты был там, носил своими худыми, но сильными руками эти чертовы коробки. У тебя немного выпирали вены, и я просто не мог насмотреться. Даже представить не можешь, что я начал себе воображать, и что в этих фантазиях ты делал этими же руками. Пару раз я видел твою тень в окне, жизнь меня серьёзно балует, ведь твоё окно прямо напротив моего. И я очень благодарен тебе, хотя бы за это, жизнь. Я видел твои широкие плечи, очень надеюсь, что ты был без футболки, видел, как забавно подрагивают твои кудри, когда ты вытираешь их полотенцем и встряхиваешь головой, мне так хочется однажды запустить в них свою пятерню. Днём ты иногда мерцал в окне, и я видел, как ты раскладываешь свои вещи или играешь на гитаре. Нет, ну ты решил меня в могилу свести? Нельзя быть настолько совершенным. Вот и сейчас я, так же стоял и пялился на тебя. Ты курил на порожке, я не одобряю такую вредную привычку, но когда это делаешь ты я готов смотреть на это вечно. Я так забылся в тебе, что даже не заметил, как вошёл мой лучший друг-Стэн. У него есть ключи от моего дома и ему здесь всегда рады, а ещё я думаю, что моя мать любит Стэна больше чем меня, но они оба это отрицают. Стэн очень любит подкрадываться на своих бесшумных ногах и пугать меня, так что этот раз не был исключением. Он положил мне руку на плече и прошептал в самое ухо. — Эдди, на что ты там смотришь? Я тут же подскочил и обернулся к нему, — Блять, Стэн, прекращай, так делать! — он невинно похихикал и сложил руки на груди, — Ни на что, — ответил я, немного обиженным голосом. И, конечно же, Стэн мне не поверил, поэтому он заглянул в окно и естественно увидел там тебя. — А так вот, оно что, — легкая улыбка тронула его уста. — Боже, Стэн, я такой гей, — закрываю лицо ладошка и плюхаюсь на постель. — Кто он? — спрашивает Стэн, легко улыбаясь одним краем губ. — Самый сексуальный парень, которого я когда-либо видел, — то ли утверждаю, то ли спрашиваю я. — Как долго он здесь? — Около двух недель. — И ты, что не удосужился, хотя бы узнать его имя? — Нет, — в мою сторону летит укоризненный взгляд, — А как ты себе это представляешь? Я подойду и скажу, что-то типа: « Хей, я Эдди, чувак из дома напротив, который все время на тебя пялится»? — Предпочтешь просто стоять, в стороне, и пускать слюни? Снова подхожу к окну и вижу, как ты носком кеда топчешь землю, наверняка тушить бычок, затем выдыхаешь дым в последний раз и идёшь в дом. — Не знаю, Стэн, мне кажется, я проебусь, если попробую, — слегка разочаровано выдыхаю. Я немного не уверен в себе, и понятия не имею, что с этим делать. Я често очень пытаюсь это исправить. Но что-то очень мешает. Не знаю, мне кажется, что все лучше меня, и я просто не достоин ничьего времени, внимания и общения. Кажется, что если попытаюсь поговорить, то скажу какой-то бред. Кажется, что если попытаюсь завести дружбу, то на меня посмотрят, как на придурка и скажу, зачем я вообще к ним пришёл. Да, я толком и не знаю, что говорить. А ещё я слишком много думаю обо всем, что делаю, конечно, в последнее время мои мысли заняты тобой, и летом я почти не выхожу из дома, но все же я слишком погружён в свои мысли и обдумывание всего. Я так заебался от этого. От того, что сердце бьется с бешеной скоростью, где-то в висках, от того что постоянно потеют ладошки и я сам, от того что краснеют щеки, когда я делаю и говорю, казалось бы элементарные вещи. И даже эта, чертова, рамка с надписью «Fake it till you make it», которая вроде как должна вселять в меня больше уверенности не помогает. Иногда я думаю, почему я такой, а иногда мне становится страшно, от того что я могу остаться таким на всю жизнь. Моя голова и мысли — это отдельная вселенная. Иногда я думаю, и мне, становится, грустно, иногда я думаю и мне хорошо, иногда страшно, иногда стыдно, иногда смешно, иногда я вообще не думаю, а бывает и такое, что я слишком отвлекаюсь от реальности и часами выдумываю себе события, которые никогда со мной не произойдут, просто выпадаю из реальности, и проживаю жизнь в своей голове. Живу в мире иллюзий. Это неправильно, так не должно быть, но все же лучше реальности. Я часто не замечаю ничего вокруг себя, ведь думаю о чём-то. Иногда в моей голове такой бардак, что хочется пропылесосить там, выкинуть не нужное, расставить все по полочкам и сохранить, но, увы, моя голова не компьютер. Вот и сейчас, я надумал себе куче всего, связанного с тобой, а даже имени твоего не знаю. — Лучше попробовать и жалеть, чем не пробовать вообще, — говорит Стэн, расслаблено вскидывая брови и приподнимая плечи.