Дальнобойщик-2. По ту сторону Миссисипи

Вопреки опасениям Ньютона, паром, который перевозил транспорт и пассажиров из Канкуна в Корпус-Кристи, не оказался древней развалюхой, того и гляди могущей пойти на дно Мексиканского залива. Во всяком случае, именно такие древние корыта совершали регулярные рейсы между городом Ла-Пас, что располагался на полуострове Калифорния, и материковым портом Альтата. Иногда им приходилось весьма нелегко, однако по-настоящему серьёзных аварий с ними не случалось. Что и неудивительно – ремонтники корпели над этими древними паромами денно и нощно, поддерживая их в рабочем состоянии. Здесь же всё было ровно наоборот. Паром компании «Ferry Service», на который Эстевез загнал свой тягач и прицеп с дизелином, судя по всему, сошёл со стапелей всего лишь несколько лет назад, и выглядел всё ещё почти «с иголочки». Это было совсем не удивительно – «Ferry Service» из Галвестона являлась крупнейшей паромной компанией Конфедерации и обеспечивала бесперебойную связь КША со Свободной Мексикой, Кубой, Ямайкой, Гаити, Пуэрто-Рико и Панамой, значительно упрощая транспортное сообщение с Центральной Америкой и островами Карибского моря. Большие трёхпалубные паромы благодаря своим мощным двигателям были способны развивать скорость до сорока-сорока пяти узлов и предоставляли своим пассажирам максимум комфорта, а служба безопасности компании поддерживала строгий порядок во время рейсов. «Ferry Service» принадлежали все паромные терминалы на пространстве от Нового Орлеана до Колона и от Канкуна до Санто-Доминго и Сан-Хуана, и ходили упорные слухи, что галвестонцы планируют начать строительство четырёх новых терминалов в Южной Америке. Самая верхняя палуба парома, носящего название «Гордон Уоллес», как раз предназначалась для грузовиков и прицепов, перевозящих небезопасный груз. Однажды, ещё когда он только начинал заниматься грузовыми перевозками, Ньютон поинтересовался у одного опытного дальнобойщика, почему у «Ferry Service» так странно относятся к противопожарной безопасности. Ведь в случае возникновения чрезвычайной ситуации вся горючая хрень как раз и потечёт вниз, так не логичнее было бы размещать такие грузовики на самой нижней палубе парома? Ответ был таков – верхняя палуба на паромах FS изготавливалась из очень прочного и огнеупорного сплава под названием фуршинг, который мог выдержать температуру в две тысячи градусов и имел высокий порог кислотостойкости, поэтому именно там и располагались грузовики с небезопасными грузами. В случае возникновения пожара или какой-нибудь иной чрезвычайной ситуации верхняя палуба парома разделялась на несколько изолированных отсеков, а посредством расположенных над палубой мощных манипуляторов на дистанционном управлении аварийный прицеп или грузовик можно было выбросить за борт. Радикальный метод, но зато гарантированный в плане безопасности. А что до машины или прицепа – так это же всего-то кусок металла и пластика. Расстояние в тысячу четыреста пятьдесят семь километров паром преодолел за двадцать с половиной часов. Погода в Мексиканском заливе стояла спокойная, ветра почти не было, поэтому ничто не мешало парому идти с крейсерской скоростью. Большую часть пути Ньютон провёл в жилом блоке своего «МакНилуса», иногда спускаясь в один из баров, чтобы перекусить и выпить чего-нибудь прохладительного. Один раз к нему попыталась было подкатить какая-то развязная молодая особа, скорее всего, из пассажирок парома, однако мексиканец дал ей понять, что ни в какие сексуальные игры он не собирается ни с кем играть. В другое время, возможно, он бы и не отказался приятно провести время, но не сейчас. С приближением парома к судоходному каналу, проложенному через остров Мустанг для упрощения прохода судов в порт Корпус-Кристи, на пароме началась обычная для такого случая суматоха. Палубная команда готовилась к раскреплению автомобилей, немногочисленные пассажиры потянулись на отведённую для них площадку. Паром медленно и осторожно миновал створ судоходного канала и, выйдя в акваторию залива Корпус-Кристи, повернул на юг, беря курс на паромный терминал, принадлежащий всё той же «Ferry Service». Из той точки залива, где сейчас находился «Гордон Уоллес», он как раз был очень хорошо виден – огромное куполообразное здание морского вокзала, украшенное десятиметровыми стилизованными под старину буквами F и S, которые в ночное время подсвечивались внутренними источниками света, располагалось на северном краю терминала, за рядом доков-причалов, в нескольких из которых находились паромы, либо прибывшие в порт, либо готовящиеся к отплытию. По правому борту отчётливо был виден идущий в сторону морского канала крупнотоннажный сухогруз под флагом Союза Каракас-Барселона, а левее в сторону порта двигался небольшой балкер, корму которого украшал разноцветный ямайский флаг. На подходе к терминалу паром заметно сбавил скорость и теперь едва ли не полз к причалу, руководствуясь указаниями диспетчерской службы терминала. Умело используя подруливающие устройства, рулевой осторожно заводил паром на швартовку, и береговая команда уже готовилась принимать швартовочные канаты, чтобы закрепить их в фиксирующих устройствах. Как только носовая часть парома коснулась причальной стенки, заработали мощные электромоторы, отвечающие за поднятие и опускание грузовых аппарелей. Тяжёлая многотонная стальная плита с ребристой поверхностью для улучшения сцепления колёс с металлом медленно поползла вниз, тем самым подавая сигнал водителям находившихся на верхней палубе грузовиков приготовиться у выезду с парома. «Фронтлайнер» Эстевеза стоял четвёртым во втором среднем ряду, поэтому мексиканцу пришлось подождать, пока паром покинут машины, находившиеся ближе к аппарели. Водители, повинуясь указаниям палубной команды, по очереди покидали паром, съезжая по грузовой аппарели на причал и беря курс на виднеющееся вдали четырёхугольное здание таможни, рядом с которым находилась огромная площадка для стоянки транспортных средств. Наконец, подошла очередь Ньютона покидать паром. Плавно выжав педаль акселератора, дальнобойщик аккуратно съехал по аппарели и направил свой тягач с топливной цистерной-прицепом к таможне. Однако он не успел проехать и сотни метров, как неожиданно откуда-то слева выскочил мощный внедорожник пограничной службы. Дважды коротко взрыкнула сирена, мигнули передние фары, приказывая водителю «МакНилуса» остановиться. Ньютон, несколько недоумённо пожав плечами, подчинился требованию пограничников. Если у тех была какая-то причина для того, чтобы остановить его машину, то было весьма неразумно вступать с ними в конфликт. Это не какие-то там дорожные extorsionistas(1), каковых можно было встретить на дорогах Латинской Америки и которых можно было столкнуть с дороги таранным бампером. Внедорожник остановился буквально в считанных сантиметрах от «МакНилуса». В правом борту его открылась дверца, выпуская наружу невысокого чернокожего пограничника в камуфляжной форме, на поясном ремне которого висела кобура с большим автоматическим пистолетом. - Мистер Эстевез? – обратился он к дальнобойщику на англике. - Да? – Ньютон с подозрением взглянул на пограничника. - Следуйте за нами, - проговорил американец. – Мы сопроводим вас до выезда с территории терминала. Вас ждут в Рокпорте, так что поторопитесь. - Э-э… да, я вас понял, - только и нашёл, что сказать, Ньютон. Пограничник молча кивнул ему в ответ и снова исчез в джипе. Тот, коротко взвыв турбиной, развернулся едва ли не на месте и бодро покатил в сторону от таможенного терминала. Эстевез покачал головой. Да, по всему было видно, что УНБ не зря ест свой хлеб. Очевидно, с самого Белиза мексиканца незаметно для него «пасли» агенты Управления, оставаясь невидимыми для дальнобойщика. Впрочем, могли и просто прицепить к тому же прицепу трейсер, передающий сигнал через спутник. А это означало, что на Эстевеза была сделана довольно крупная ставка. Вот только сам Ньютон ещё не решил для себя, радоваться ему по этому поводу или нет. Выехать за пределы паромного терминала оказалось проще пареной репы. Никто особо и не обратил сколь-нибудь заметного внимания на «МакНилус» с прицепом-цистерной. Встреченный Ньютоном на территории терминала офицер-пограничник перемолвился парой фраз с дежурной сменой на воротах, после чего один из пограничников занёс какие-то данные в свой компьютер и жестом дал понять мексиканцу, что он может выезжать с территории паромного терминала. Убрались заградительные барьеры, вверх поднялся шлагбаум, открывая дорогу. Чернокожий пограничник, встретивший Ньютона сразу после того, как тот покинул паром, едва заметно подмигнул дальнобойщику, после чего потерял всяческий интерес и к нему, и его машине. Впрочем, долго размышлять над всеми этими странностями Ньютону не пришлось. Едва лишь «Фронтлайнер» с прицепом вырулил за пределы паромного терминала, как мексиканцу пришлось сосредоточить всё своё внимание на транспортном потоке, который в Корпус-Кристи был весьма и весьма плотен. Автомобили самых разнообразных марок и размеров двигались по Оушен-Драйв в обеих направлениях, соблюдая, в общем, правила дорожного движения. Один только раз на пересечении с выездом с Луизиана-авеню Эстевезу пришлось резко тормозить, чтобы избежать столкновения с каким-то ярко-красным спорткаром, управляемым явным дебилом, решившим выскочить на главную дорогу прямо перед многотонным грузовиком. Правда, злость и раздражение дальнобойщика через пару минут сменились злорадным удовлетворением при виде стоящего на пересечении с Атлантик-стрит у тротуара спорткара, позади которого с включёнными проблесковыми маячками замер полицейский внедорожник. Как говорится, мгновенная карма, понимаете ли. Погода стояла отличная – ни ветерка, ни облачка на ясном голубом небосводе, через который тянулась белая инверсионная полоса от какого-то летящего по своим делам атмосферника. С левой стороны моста был виден идущий в сторону морского канала балкер, вышедший с терминала в Дойле, в заливе Нуэсес зоркий взгляд Ньютона рассмотрел несколько прогулочных яхт. Словом, ничего необычного. Миновав транспортную развязку в Грегори, «Фронтлайнер» свернул направо, на дорогу под номером 361, которая вела в Порт-Аранзас. Здесь движение было куда менее оживлённым, однако Ньютон не терял бдительности. Дураков, знаете ли, хватало везде; к тому же, стоило учитывать и нетривиальность самой ситуации, в которой сейчас находился мексиканец. Впрочем, Ньютона эта самая ситуация только забавляла. И его можно было понять – всемогущее Управление Национальной Безопасности снова обратилось к простому водителю-дальнобойщику, не в силах самостоятельно справиться с какой-то проблемой. И ещё не факт, что его умений и сноровки может для этих целей хватить. В Порт-Аранзасе Эстевез надолго не задержался. Суперинтендант Робертс без лишних расспросов принял цистерну с дизелином, после чего протянул Ньютону запечатанный конверт, в котором явственно ощущалась приятная тяжесть наличности. На вопрос Робертса о том, не нуждается ли сеньор водитель в работе, Эстевез отрицательно покачал головой и ответил, что его сейчас ждут в другом месте. Робертс понимающе кивнул в ответ на эти слова дальнобойщика и больше ни о чём его не спрашивал. До Рокпорта Ньютон добрался без каких-либо приключений. Однако, поскольку в этих краях ему бывать ранее не доводилось, пришлось воспользоваться программой-навигатором, которая ясно показала, что искомая точка расположена на Восток-Маркет-стрит, сразу за перекрёстком Тридцать Пятой дороги, Восток-Маркет и Запад-Маркет. Никаких запрещающих знаков в том месте не наблюдалось, следовательно, подъехать к тому месту ничто не препятствовало. В Судный День район Корпус-Кристи получил сразу шесть термоядерных ударов, которые практически полностью разрушили как сам город, так и его окрестности. Что было в том месте до этого, Ньютон не знал, да его это, если честно, особо и не интересовало. Сейчас же данная местность была застроена добротными жилыми коттеджами, перемежающимися с магазинами, кафе и скверами, а улица, на которой мексиканца ожидал агент УНБ, представляла собой широкую четырёхполосную магистраль, тянущуюся до Юг-Остин-стрит, которая вела на выезд из Рокпорта в направлении Фултона и далее – через Ламар и Тиволи в Викторию и дальше в Хьюстон. Супермаркет же торговой сети «Монолит», которая являлась весьма крупной сетью на территории КША и в настоящее время вела активную экспансию в Свободную Мексику, на Кубу и на Тихоокеанское побережье, занимал едва ли не всё пространство вдоль Запад-Маркет между Тридцать Пятой и Янг-стрит. Первый этаж большого прямоугольного здания из полибетонных панелей занимал собственно супермаркет, на втором и третьем этажах размещались магазинчики поменьше и разнообразные закусочные, владельцы которых арендовали помещения у торговой сети, а также детские игровые комнаты и небольшой кинотеатр. Парковка у торгового центра была забита автомобилями, поэтому Ньютон даже и не стал пытаться туда втиснуться. С габаритами «МакНилуса» это являлось довольно сложной проблемой. Вместо этого он, ничтоже сумняшеся, проехал въезд и выезд с парковки и, включив аварийную сигнализацию, остановил тягач у края проезжей части. Запрещающих так поступать дорожных знаков он нигде не заметил, по правилам дорожного движения он поступил правильно, так что никакой проблемы в своих действиях Эстевез не увидел. А в УНБ достаточно хорошо знали его «МакНилус», так что у агента не должно было возникнуть проблем с идентификацией. Мимо тягача неторопливо прошуршал покрышками большой рейсовый автобус, на электронном табло которого горела надпись, свидетельствующая о том, что автобус этот следует из Корпус-Кристи в Хьюстон. Из-за тыльной стороны торгового центра вырулил грузовой фургон-пятитонник местной логистической компании. Словом, самый обычный день самого обычного североамериканского города, которому посчастливилось оказаться на территории, на которой существовали и действовали законы и правила. Поблизости по-прежнему не было видно никого, кого можно было бы при-нять за оперативника Управления, и Ньютон несколько расслабился. Откинувшись на спинку водительского кресла, мексиканец взял в руки купленный им по пути спортивный журнал и с интересом принялся за чтение. - Сеньор водитель – вы не будете против, если я к вам присоединюсь? – услыхал он спустя пару минут знакомый голос, раздавшийся одновременно со звуком открывающейся пассажирской дверцы. Ньютон оторвал глаза от статьи, в которой рассказывалось о недавно завершившемся очередном чемпионате Национальной Хоккейной Лиги, который совершенно неожиданно для всех выиграл клуб «Денвер Джетс», до этого момента особых лавров на хоккейном поприще не снискавший, и посмотрел в сторону дверцы. - За то время, что мы не виделись, ты разучился разговаривать, Ньют? – с улыбкой произнесла Кристина Леннокс, закидывая внутрь кабины «Фронтлайнера» объёмистую дорожную сумку и ловко забираясь в пассажирское кресло. – Или твоя реакция означает что-то другое? - Интересно как получается, - медленно проговорил Ньютон, неспешно сворачивая журнал и запихивая его куда-то на верхнюю вещевую полочку. – Столько времени от тебя не было ни слуху, ни духу – и вдруг вот, здрасте! - Я, вообще-то, агент УНБ, причём специальный, - отозвалась Леннокс, проталкивая сумку в жилой блок «Фронтлайнера» и захлопывая за собой дверцу, - так что, сам понимаешь, времени у меня не так уж чтобы очень было. - Даже позвонить? - Позвонить? Из Экваториальной Африки? - А что ты там делала? - Может, всё-таки ты тронешься с места? - Тронусь, если ты и есть тот агент, что должен меня здесь встретить. - Это я и есть. Теперь ты доволен? - Пока ещё не решил. - Ах, вот как? Эстевез в ответ лишь покачал головой, но продолжать словесную пикировку не стал. Вместо этого он протянул руку к рулевой колонке, чтобы запустить двигатель тягача. - Так куда едем, агент Леннокс? – Ньютон осторожно тронул тягач с места, пропустив перед этим несколько легковушек. – Или это тоже государственная тайна? - Двигай на выезд из города, в сторону Бродвея, потом через Фултон и Ламар едем в сторону Хьюстона. А вообще – наша предварительная конечная точка находится в Монтгомери, это Чёрные Штаты. - Предварительная конечная точка? – удивлённо переспросил Ньютон. – А это как? - Ньют – это действительно пока вся информация на данный момент, - не-сколько виновато произнесла Леннокс. – Всё будет зависеть от того, сумеет ли наш нью-йоркский коллега благополучно добраться до Монтгомери и сколько времени у него это займёт. - Нью-йоркец? - Да. - Это связано с тем, что мы обсуждали тогда, в Патагонии? - «Ангелы Ада»? – Кристина прищурила левый глаз. – Да, связано. Всё ещё тешишь себя надеждой сгонять в Анкоридж? - Ну да. Понимаешь, «МакНилус», конечно, машина хорошая, но «Урал-44648 Медведь» куда лучше. – Ньютон побарабанил пальцами по рулевому колесу. – Полный привод, пятнадцатилитровый турбированный дизельный движок, крейсерская скорость сто двадцать километров в час, бортовой когитатор последнего поколения, жилой модуль «Мещера-22»… Словом, это настоящий дом на колёсах, с автономностью пробега в полторы тысячи километров. Но стоит эта машинка больших денег… - Если мы выкрутимся из этой передряги, ты себе запросто сможешь позволить такую тачку, Ньют. Но для этого придётся немного постараться. - Я тоже рад тебя видеть, Криста, - хмыкнул мексиканец. – Но, помнится, мы ещё кое о чём тогда говорили… - Не перегорел за эти месяцы, а? – спросила американка. – Или, быть может, завёл себе какую-нибудь сеньориту из какого-нибудь Манагуа? - А тебя это волнует? - Ну… не то чтобы… - повела плечами Леннокс, - но было бы гораздо приятнее знать, что ты не трахаешь какую-нибудь Эстеллу или Изабеллу. - Да неужто? - Да неужто. - Так вот, специальный агент Леннокс – не трахаю я никаких сеньор. Нет желания. - Ух ты, как интересно! – оживилась Леннокс. – А чего так? - А того так! – неожиданно вскипел Эстевез. – Или по-твоему я что, ходячий член?! - Ньют, не кипятись ты так! – оторопела Кристина. – Я не собиралась ничего такого обидного тебе говорить… и я действительно рада тебя видеть. - Да? - Да. Ньютон хмыкнул и, плавно вывернув руль влево, выехал на широкую магистраль, ведущую в сторону Фултона. - Что ж, раз мы оба рады друг друга видеть, - проговорил он, не отрывая глаз от дороги, - думаю, это хороший знак. Ехать далеко, мы уже не такие малознакомые люди, как год назад… - Ньют – наберись терпения, - улыбнулась Кристина. – Всему своё время. К тому же, мне надо ввести тебя в курс дела. Мы ведь не на увеселительную прогулку собрались. - Увеселительная прогулка в компании спецагента УНБ? Вот это уже из разряда фантастики, знаешь ли! - Ну, всё ведь когда-нибудь бывает в первый раз! При этих словах Леннокс Ньютон лишь криво усмехнулся. Оно, конечно, бывает в этом мире всё, но всё же есть некие границы, за которые обычно не переходят. Впрочем, про себя рассудил дальнобойщик, поживём – увидим. Обновление от 06.06.2020. Территория Великой Североамериканской Пустоши, Семьдесят Первая магистраль, вблизи Вест-Ланкастера. Большой серый нью-йоркский пикап модели F450, тихо шурша покрышками, медленно съехал с магистрали и аккуратно подрулил к автозаправочной станции, над крышей которой виднелась пожелтевшая от времени и непогоды аляповатая фигура, изображающая нечто, отдалённо похожее на койота. Правда, сходство с оригиналом было весьма поверхностным, но хозяевам заправки, по всей вероятности, на это было глубоко наплевать. Как и на не совсем чистую территорию самой АЗС. Впрочем, для Пустоши это было вполне обычным явлением. То ли не было сил и времени, то ли просто не было желания навести порядок. Дилан Гослинг остановил свой пикап рядом с заправочной колонкой и заглушил двигатель. Вынув ключ зажигания из рулевой колонки, он открыл дверцу со своей стороны и вылез наружу, придерживая висящую на поясном ремне кобуру с автоматическим пистолетом. Заправочная станция, к которой подкатил бывший курьер по доставке готовых обедов из коммуны Аттика, располагалась перед подъёмом с Семьдесят Первой магистрали на Олд Ю-Эс Тридцать Пять и выглядела так, словно была построена задолго до Судного Дня. Во всяком случае, именно такое впечатление сложилось у Гослинга при виде здания, в котором размещался небольшой магазин, а второй этаж занимали жилые комнаты, в которых проживала семья хозяина заправки. Впрочем, совсем запущенным его назвать не поворачивался язык. Скорее, не слишком аккуратным. Покинуть коммуну Аттика для Дилана не явилось сверхсложным делом. Он просто уведомил Мигеля Вегу, что уезжает из города в силу личных обстоятельств. Понятное дело, что Вега огорчился, так как Гослинг успел прийтись ему по нраву, но не держать же его в Аттике насильно? Получив расчёт и погрузив свои нехитрые пожитки в грузовой отсек пикапа, Дилан покинул Аттику и двинулся в сторону Нового Цинциннати, отстроенного заново несколько восточнее старого города, разрушенного во время Третьей Мировой войны четырьмя термоядерными боеголовками. Со стороны можно было подумать, что Гослинг является одним из многочисленных странствующих жителей Пустоши, что колесят её просторы в поисках лучшей доли, подолгу не задерживаясь на одном месте, однако на деле всё было совсем не так. По просторам Пустоши Дилан Гослинг, оперативный агент полицейского управления Свободного Города Нью-Йорк, колесил не просто так, ради острых ощущений. Причина для этого у него имелась весьма и весьма веская, и носила она название «Ангелы Ада». Эта моторизованная армия отморозков и убийц являлась головной болью для Свободных Городов Северной Америки с того самого момента, как её возглавил Гаррисон Берг. Если до того момента «Ангелы» особо не досаждали нью-йоркцам, то после прихода к власти Берга на границы контролируемой Свободным Городом территории началось сильное давление. Судя по всему, Берг решил на полном серьёзе основать собственную империю, только вот он забыл спросить граждан Свободного Города, согласны ли они на такой поворот событий. Чёрные Штаты – как говорится, хрен с ними, к этим чудикам Гослинг относился с изрядной долей иронии. Вояки из них никакие, правда, в случае с «Ангелами» им удалось на время отбить тем охоту лезть на западный берег Саванны, по которой, собственно, и проходила граница между Чёрными Штатами и Пустошью в направлении Атлантического побережья. А что касается Нью-Йорка… После Судного Дня сильно разрушенный атомными ударами Нью-Йорк ещё около ста двадцати лет простоял практически пустым – ведь после атомной войны мир охватила эпидемия «песочной чумы», сильно сократившая оставшееся после войны население планеты, и выживших жителей Большого Яблока это коснулось тоже. Однако спустя вышеозначенный временной интервал люди потихоньку стали возвращаться на руины одного из крупнейших городов планеты. Сначала они восстановили Йонкерс, Нью-Рошелл и Бронкс, потом приступили к отстройке Куинса и Бруклина. Южный Манхэттен восстанавливать не стали, вместо домов там разбили огромный мемориальный парк, как дань памяти всем погибшим в той бессмысленной войне. А уже после этого нью-йоркцы принялись восстанавливать окрестные территории и наводить там порядок. В 628 году ПСД тогдашний мэр Свободного Города Руди Фолкнер заявил, что Нью-Йорк достаточно встал на ноги для того, чтобы начать проводить политику, присущую полноценному государству, а посему городским силам безопасности надлежит навести порядок на прилегающих к Свободному Городу территориях и очистить их от кочевых банд, коих в окрестностях Нью-Йорка развелось немало. Были даже пираты с островов Мартас-Винъярд и Нантакет, доставлявшие немало хлопот судоводителям Нью-Йорка, Бостона и Нью-Хейвена, и имевшие, по слухам, тесные связи с пиратами Исландии. Поодиночке борьба с ними представлялась довольно непростой, но Фолкнер сумел убедить мэров Бостона и Нью-Хейвена, что им стоит объединить свои усилия в плане борьбы с бандитизмом и пиратством. Пока отряды береговой охраны бостонцев и нью-хейвенцев топили пиратские суда и зачищали Мартас-Винъярд и Нантакет, силы самообороны Нью-Йорка начали крупномасштабную операцию сразу в трёх направлениях. Их целью стали Скрэнтон, Рединг и Довер, где на тот момент находились три крупные бандитские группировки, представлявшие серьёзную угрозу для Свободного Города, да и не только для него. Расправившись с этими группировками, Нью-Йорк мог претендовать на расширение сферы своего контроля, отодвинув свои границы на юге до Потомака, включив в свои владения Новую Филадельфию и Вашингтонский Городской Альянс, на западе переступив через Саскуэханну, отодвинув границу в том направлении до Хейгерстауна и Лок-Хейвена, а на севере вплотную подошёл к границам Вермонта и Федерации Онтарио. Что, собственно, и получилось. Противостоять хорошо обученным и превосходно вооружённым и экипированным солдатам Свободного Города бандиты на смогли, в результате Нью-Йорк существенно расширил свою территорию. Установив на подчинённых себе территориях закон и порядок, Свободный Город начал усиливать свою военно-экономическую мощь. Исландские и бермудские пираты почувствовали это на своих шкурах, а вторые так и вообще со временем исчезли с военно-политической карты мира, частично уничтоженные нью-йоркцами и бостонцами, частично нашедшими приют в Исландии. Статус крупнейшего морского порта на Атлантическом побережье Северной Америки позволил Нью-Йорку сильно упрочить своё экономическое положении и благосостояние своих граждан. Торговые суда Свободного Города можно было встретить не только в водах Атлантики, но в Средиземном и Чёрном морях, в Балтийском море и в Индийском океане, а нью-йоркские контейнеровозы считались лучшими в своём классе морских судов. Две трети всей внешней торговли североамериканских коммун и общин шло именно через Нью-Йорк, Нью-Хейвен и Лонг-Айленд, равно как и точно такое же количество импортных товаров поступало через эти же порты… Дилан Гослинг снял заправочный пистолет с топливораздаточной колонки и, открыв крышку топливного бака своего пикапа, вставил сопло внутрь, фиксируя одновременно с этим спусковой крючок. Где-то в недрах раздаточной колонки что-то со скрежетом провернулось, раздался странный звук, похожий на полувсхлип-полувздох, послышался щелчок, и нью-йоркец услыхал, как по шлангу начал подаваться дизелин. Гослинг кривовато усмехнулся. По внешнему виду этой колонки можно было сделать вывод, что она появилась на этот свет чуть ли не сразу после Судного Дня. Однако устройство исправно работало, о чём свидетельствовала крутящаяся механическая шкала, отмеряющая топливо. Сработал расположенный внутри ствола топливного пистолета пружинный ограничитель, отсекая подачу топлива, чтобы предотвратить его перелив. Гослинг вынул его из горловины бака и вставил в держатель. Посмотрел на индикатор, на котором виднелись цифры, показывающие, сколько литров дизелина было залито в бак и какую сумму Дилан должен будет заплатить. Индикатор здесь был не цифровой, а аналоговый, и даже более чем аналоговый – насколько Дилан сумел разобрать, индикатор внутри этой колонки представлял собой вращающийся вокруг своей оси самый обычный диск с цифрами, который приводился в движение простым электромотором. Где хозяин заправочной станции откопал такой раритет, Гослинг не знал, да это его, если честно, особо и не интересовало. Защёлкнув крышку топливного бака, Гослинг неторопливо двинулся в сторону магазинчика, чтобы заплатить за залитое топливо. Само собой разумеется, ключ зажигания нью-йоркец забрал с собой, дабы не вводить в соблазн лихих людишек. А завести без ключа его пикап было крайне непросто, если вообще возможно. Проще было бы просто утащить его на буксире или прицепе, впрочем, на прицепе – лучше. Ведь хитроумный замок зажигания был не единственной хитростью, наличествующей в F450. Входную дверь магазина смазывали, должно быть, лет эдак за сто до рождения Гослинга, судя по тому скрипу, с которым она отворилась. Этот звук мог, наверное, перепугать и демона, однако нью-йоркец с абсолютно невозмутимым лицом переступил порог, не обращая никакого внимания на противный скрип. За прилавком, который явно знавала лучшие деньки, сидел пожилой негр, держащий перед собой электронный планшет, и внимательно что-то там рассматривающий – или читающий, со стороны нельзя понять понять. Из его рта торчала сигара, а стоящий на прилавке стакан с виски довершал картину. Гослинг едва заметно усмехнулся. Прям какой-то «дядя Том»! Сказать честно, на территории Пустоши встретить негра не было каким-то из ряда вон выходящим событием – нормальные чернокожие американцы предпочитали жить где угодно, только не в Чёрных Штатах. В Пустоши хоть и не было общепринятых законов и за пределами коммун и общин жизнь человеческая зачастую не стоила и ломаного цента, но всё же здесь можно было спокойно жить и заниматься своим делом, соблюдая определённые меры безопасности. Спрятав усмешку, Дилан подошёл к прилавку и деликатно кашлянул, привлекая к себе внимание. Хозяин заправочной станции поднял голову от планшета и внимательно посмотрел на вошедшего. От Гослинга не укрылось то, что правая рука «дяди Тома» скользнула под прилавок, но в этом хозяина АЗС нельзя было обвинять. Слишком много отморозков колесило по дорогам Пустоши, и для них жизнь человеческая стоила даже меньше того самого пресловутого ломаного цента. - Добрый день, - вежливо произнёс Дилан, слегка касаясь кончиками пальцев полей своей шляпы. – Я тут у вас топливом заправился… - Я видел, - отозвался владелец заправочной станции. – С вас семьдесят пять долларов. - Вот, - Дилан положил на прилавок несколько купюр. – Мне бы ещё воды питьевой, если есть… - Пятилитровые канистры по два пятьдесят, семилитровые – по три доллара. Есть десятилитровые, пять шестьдесят. Вам какие? - Гм… - Гослинг потёр подбородок. – Давайте пять трёхлитровых. - Десять долларов. На прилавок легла десятидолларовая банкнота, тут же исчезнувшая в недрах денежного ящика, со стуком выдвинувшимся из кассового аппарата. Хозяин заправочной станции отложил в сторону планшет, встал на ноги и, подойдя к большому термоизоляционному шкафу, открыл его и вынул оттуда пластиковые трёхлитровые ёмкости с питьевой водой. - Держите, - негр поставил ёмкости на прилавок. – Ещё чего-нибудь желаете? Ответить хозяину заправочной станции Гослинг не успел. За спиной нью-йоркца раздался скрип открывающейся входной двери, вслед за которым до ушей Дилана донёсся тяжёлый перестук обутых в крепкие ботинки ног. Лицо хозяина заправочной станции при виде вошедших сразу же напряглось, однако хвататься за оружие он не стал, что могло свидетельствовать о том, что он не считает возникшую ситуацию определённо угрожающей. - Хозяин – есть что выпить? – раздался позади Гослинга грубый басовитый голос, свидетельствующий о предрасположенности его обладателя к курению и чрезмерному употреблению спиртных напитков. – А то глотки пересохли – охренеть! Дилан неторопливо повернул голову и взглянул в сторону источника голоса, одновременно с этим оценивая возможную степень угрозы. То, что предстало глазам нью-йоркского оперативника, ему сразу не понравилось. Трое вошедших в магазин при АЗС верзил, затянутых в кожу и обутые в тяжёлые армейские ботинки на толстой подошве, все бородатые и длинноволосые, сразу вызвали у Гослинга стойкое недоверие. И не только потому, что у каждого на правом бедре висела кобура с тяжёлым автоматическим пистолетом «Стерлинг М-17», а через плечо был перекинут автомат онтарианского производства. Но ещё и потому, что на куртке каждого из бородачей виднелся хорошо знакомый оперативнику символ, означающий принадлежность к «Ангелам Ада». Скорее всего, эта троица здесь оказалась просто проездом, так как мобильные отряды «Ангелов» раскатывали по Пустоши, как по своему двору, но Гослинг привык во всём видеть самое плохое. Это качество натуры полицейского из Свободного Города не раз спасало ему жизнь в экстремальных ситуациях. Пусть даже это и случайность, но когда имеешь дело с байкерами Берга, никогда не знаешь точно, что может произойти в следующую секунду. Они способны просто так пристрелить вызвавшего у них антипатию человека. Ну, и заодно прикарманить себе его вещи, деньги и транспорт. - Есть, - с едва заметной ноткой тревоги в голосе отозвался негр. – Чего джентльменам будет угодно? Байкеры переглянулись меж собой, затем, как по команде, уставились на спокойно стоящего у прилавка Гослинга. - И чего уставился, а? – осведомился у Дилана байкер, через чьё лицо от левого виска до правой скулы тянулся плохо заживший шрам, похожий на шрам от ножа. – Чего такого удивительного узрел? - Да ничего, собственно, - пожал плечами Гослинг, протягивая руку к ёмкостям с питьевой водой, чтобы забрать их и спокойно уйти. Вступать с боевиками «Ангелов Ада» в конфронтацию ему сейчас было совершенно не с руки. Его путь пролегал дальше этого городка, туда, где должна была состояться его встреча с агентом спецслужб Конфедерации, о которой Нью-Йорк и Даллас договорились несколько недель назад. - Гм… - байкер нахмурился. - Это твой джип там стоит у колонки? – задал вопрос третий байкер, неопрятного вида детина с небольшим брюхом. - Если мой – то что? - Да ничего! – хохотнул боевик. – Просто ничего так тачка! - У вас свои есть, - спокойно отозвался Гослинг. - А лишние колёса никогда не бывают лишними! – байкер со шрамом на роже довольно заржал от своей собственной, как ему показалось, очень остроумной реплики. - Наверное, - пожал плечами Гослинг. - Продашь? – прищурился тот, первый, в ком намётанный глаз нью-йоркца сразу определил лидера этой компании. - С чего вдруг? – пожал плечами Дилан. - Ну… может, деньги тебе нужны? - Спасибо за предложение, парень, но мне машина самому нужна. Работу, знаешь ли, ищу, а пешком по Пустоши переться – удовольствие не из приятных. - Работу? – хмыкнул байкер. – А к нам не хочешь присоединиться? Деньги, выпивка, жратва, бабы – это всё есть у нас! - Присоединиться к «Ангелам»? – усмехнулся Дилан. – Да нет, спасибо. Я лучше на ферме какой… - Чё, по-твоему, лучше в коровьем говне копаться? – хохотнул боевик со шрамом. - Мне так спокойнее, - пожал плечами Гослинг. - Ну, наверное, так и есть, - пожал плечами главарь троицы, и Дилан облегчённо вздохнул про себя. Судя по всему, эти байкеры не собирались его задирать, не то пришлось бы их здесь и оставить. С дырками в бошках. А привлекать к себе излишнее внимание он не хотел. – Что ж – не хочешь продавать, так не хочешь. Мы бы и так могли твой пикап забрать, но мы торопимся, а ты, похоже, не из тех, которые ссать начинают в штаны при виде ствола. А пулю в лоб никто не хочет просто так схлопотать. - Верно подмечено, - кивнул Гослинг. Подхватив с прилавка ёмкости с водой, он спокойно направился к выходу из магазина. Направился, не обращая никакого внимания на байкеров. Его интуиция отчётливо подсказывала ему, что на сей раз драки не будет. Эти «Ангелы», похоже, оказались не имбецилами, и вступать в схватку с ним из-за пикапа не стали. Что было для них очень правильным решением.