Без оригинала

      — Такой, как я, и занимаюсь самой низкой работой… — без остановки жаловался белый единорог, драя свой доспех.       — Заткнись и внимательнее три, он должен блестеть не хуже, чем у капитана Армора! — говорю ему, время от времени бросая в сторону аристократишки короткий взгляд.       Свои доспехи я и так давно отполировал и сейчас только заполнял некоторые бумаги. В ответ же слышу всё те же возмущения, только голос стал тише, а в фоне добавляется гнева…       Вечер приема закончился довольно спокойно, даже несмотря на взгляд Селестии, который не сулил мне ничего хорошего. Проблемы возникли лишь позже, когда меня понемногу начало отпускать похмелье. Мне отправили письмо с двумя сообщениями, одно о повышении, а другое с предупреждением. В первом говорилось, что за мои заслуги перед народом пони мне присуждают внеочередное повышение до звания сержанта и, вместе с этим, казарма переходит под мою ответственность. Сказать, что я охренел от такой новости, ничего не сказать, и с этим я наведался к сестрам за уточнением. Новая должность, конечно, означает прибавку к зарплате, что радует, но вместе с этим и новую жопу, с отменой прописанного в контракте рабочего времени. Правда, на деле все было куда лучше, чем я думал поначалу и мой график не менялся, а лишь добавлялись некоторые обязательства.       А вот в предупреждении говорилось, что я по незнанию нарушил сухой закон Эквестрии… Оказалось, что производить и употреблять выпивку, по количеству алкоголя превышающую сидр, строго запрещено. Мне выдвинули предупреждение, чтобы я больше таким не занимался. По моему резонному замечанию на то, что я не являюсь пони, сказали, что это актуально для любых рас на территории страны. Исключения могут быть выданы только тем, кому удастся перепить любого аликорна, что, учитывая их быстрый вывод токсинов из организма, было почти нереально. Они даже захмелеть толком не успеют, когда взрослый дракон уже будет лежать в отключке… Я, конечно, понимаю, что в чужой храм со своим писанием не ходят… Но запрещать человеку пить… Нет, я не сдамся! Не то чтобы я не уважал решения дневной принцессы, но они сильно недооценивают человеческую вертлявость и смекалку. Я их законы так нагну, что такой позе даже рак позавидует!       Плюсом на меня неожиданно сбросили Блюблада, который был в не меньшем шоке от своего нового положения. Как выяснилось в дополнительном документе, его временно зачислили в гвардию, дабы он прочувствовал все на собственной шкуре. Я сначала попытался спихнуть его на кого-нибудь званием повыше, но был мягко послан в настолько дальние края, что туда даже птички не долетают. В результате, пришлось разбираться с этим недопринцем самостоятельно.       Первое знакомство с коллективом было… В принципе, никто не ожидал чего-то нормального от того, кто родился с платиновой ложечкой в ​​жопе. Глейв мы тогда едва удержали, чтобы она не выгнула копытом морду герцога внутрь. А сколько проблем из-за него на нас свалилось… По ненависти к себе он смело перегнал меня всего за два дня. Каюсь, сам иногда спорю с начальниками, но наедине, а не как он — в строю, на плацу, из-за того, что не хотел идти на дежурство! Не знаю, каким образом мы тогда его не забили ногами, едва он зашел в казарму… Обошлись тем, что я его следующие день и ночью дрючил так, что отрубился он сразу, как голова коснулась подушки. В ответ он писал на нас жалобы, даже напрямую своей царственной тётушке отправил несколько, но в ответ была только тишина. Это немного умерило его безмерное эго, но ситуацию не сильно меняло.       Тогда он откопал в давно устаревшем издании устава строчки, где говорилось, что он может вызвать на дуэль своего командира и, в случае победы, занять его место. Я даже спорить не стал, он бы в любом случае не добился абсолютно ничего. Каково же было его удивление, когда он весь в амуниции, огреб по полной от «Макаки с палкой». Причем ему даже магию использовать не запретили, а у меня из инвентаря была только деревянная лопата, которую я швырнул в него сразу после старта. Подставленный щит отбил оружие в сторону, но по какой-то причине он не стал его поддерживать, что дало мне возможность приблизиться. Оглушил ударом ладоней по ушам, вмазал коленом по подбородку и вырубил локтем в челюсть. Дуэль закончилась на пятой секунде…       Следующие несколько дней он ходил, как шелковый, хотя время от времени и ворчал себе что-то под нос. Но продолжалось это недолго и аристократическая жилка вернулась, хоть и куда слабее, чем раньше. Мне же запретили любое насилие в его сторону, кроме спаррингов.       В результате мы оказались там, где начали… Он начищает свой доспех, а я заполняю бумаги и проверяю каждую деталь инвентаря на наличие. Единственное, что радовало, это новая премия в размере двух тысяч бит, которая сразу упала в фонд моего будущего благосостояния.       — Будь рад, что ты в Эквестрии, а не на Земле. Пизженный был бы каждый день и за куда меньшие косяки… — спокойным голосом говорю в пространство, беря последнюю бумагу из стопки.       — Дикари… — буркнул он в ответ.       — Сказал пережиток средневековья… — закончив с бумагами, парирую в ответ.       Потягиваюсь, чем вызываю волну хруста в суставах и позвонках. Так, не мешало бы после такого размяться, да и о тренировках забывать не стоит… Хоть выносливость и приоритетное для меня направление, но и о силовых нагрузках забывать не надо. Кто знает, когда это может понадобиться и для чего. Даже если я и не сравнюсь с местными, сие не значит, что должен плюнуть на это направление развития. Как говорили философы древности: «Человек должен быть развит как телом, так и умом!». В моем случае это даже актуальнее, потому что судьба иногда подбрасывает такие кульбиты, что не всегда одним умом обойдешься.       — И что ты делаешь? — после некоторого молчания говорит блондин, сосредоточившись на мне.       — Упражнение на развитие мышц ног, не видно? — стоя в «полтора», отвечаю.       — Выглядишь глупо.       — А теперь вспомни, как схлопотал коленом, через защиту и повторы! — отвечаю, чувствуя, как ноги начинают трястись.       — Я был не готов, да и ты ударил, когда я не видел! — сразу начал оправдываться он. — Да и вообще, это была бесчестная атака!       — А какой дурак будет заморачиваться честью, если его соперник в разы сильнее за счет врожденных особенностей? — встаю и опираюсь спиной о стену. — Если бы выбрал играть в долгую, ты бы тупо заперся под щитом и стал бы в меня бросаться чем попало.       — И с чего ты взял, что так будет? — уже озадаченно спрашивает он.       — А разве не логично? Не дать к себе добраться и в полной безопасности атаковать тем, чем можешь. Я-то магией не владею и навряд ли пробился бы сквозь щит. Вообще не понимаю, почему ты сразу его снял…       На самом деле, некоторая догадка у меня была… Нехватка боевого опыта. Теорию он наверняка знает хорошо и арсенал заклинаний у него может быть выше среднего. Но толку от этого, если в стрессовой ситуации нет натренированных рефлексов. Да и откуда им появиться, когда он живет в тепличных условиях приближенного к короне?       — В результате получается, что за пределами своей ниши ты как младенец…       — Легко такое говорить, когда ты безродный оборванец, на котором не лежит ожидание семьи! — неожиданно сорвался он. — Тебе легко говорить, никто не маячит на краю зрения, наблюдая, чтобы ты держал свой статус и не занимался чем-то «недостойным»!       — История стара как мир: «Я не виноват, что мудак, это все вина моей семьи и окружения!» — уже раздраженно отвечаю. — А если ты такая уж жертва, то почему не плюнул на все и не сбежал к едрени фени? С шелковыми простынями не хотелось расставаться? Или домработницами, которые делают всю работу за тебя? Или не хотелось менять изысканную пищу на то, что едят обычные пони?       Блюблад был раздражен, но ничего не говорил. В фоне так и чувствовалось, что он хочет что-то сказать, но нотки осознания останавливали от этого. Он давно и ясно осознал, что бросаться в меня чем-то, помимо аргументов, чревато тем, что я отвечу без видимых усилий, и в который раз втопчу его в землю.       — Жизнь сложная штука с миллиардами нюансов и оправдывать свои плохие стороны чьим-то влиянием — невероятно тупая затея. Эта жизнь принадлежит только тебе и зависит от твоих решений, за которые ты, и только ты несешь ответственность! — вбил я последнюю мысль, словно гвоздь в его протухшую голову.       В принципе, я мог бы быть к нему добрее, но он слишком сильно трепал мне нервы последнее время. Не сказал бы, что мое мнение лишено предвзятости, но оно в конце концов мое. И оно говорит, что некоторым дай хоть тысячу шансов, они ими не воспользуются, как бы ни кричали, что являются жертвами.       — Жалость не зазорная, только когда стараешься что-то менять. В остальных случаях это лишь оправдание, или паразитизм на чьей-то доброте.       Выхожу из казармы, понимая, что нормально потренироваться здесь не получится. Вслед за мной выбегает Сержант, после чего быстро карабкается по одежде на плечо. Привыкнуть к этому было непросто, в первый раз чуть не запулил его ногой в стену от неожиданности. Но сейчас это стало привычкой, на которую я почти не обращаю внимания.       У начальства, конечно, появлялись претензии, что мы завели животное, но мне удалось отбрехаться, что это лишь житель королевского сада, немного изменивший дислокацию. Реально, там прямо-таки настоящий зоопарк, жители которого почему-то убегают от любого, кто пытается к ним подойти или погладить. Как потом оказалось, сад был куском леса, который был на месте современного Кантерлота, а животные просто остались на своей территории, которую несколько облагородили. Такой себе заповедник под копытом… Больше меня удивило, когда я увидел феникса Селестии. Птица, у которой вместо перьев буквально был огонь, сидела на жердочке, рядом со столом, полным свитков и других документов. Нет, я понимаю, что бессмертной правительнице бессмертный питомец, но зрелище все равно невероятное. Легенда во плоти и магии!       Также вспомнил о документах на гражданство, о которых когда-то думал. Оказалось, такая штука есть… но номинально… На практике ее никто толком и не делал для себя из-за отсутствия необходимости. «Копыта и къютимарка — вот мои документы!», как-то так звучал ответ на этот вопрос. В принципе, логично, если ты пони, то ты по статистике являешься гражданином Эквестрии, и никто с этим даже спорить не станет. Другие расы, которые селились на территории страны, тоже производили документы по желанию, и никто их не заставлял. Для пони это было чем-то вроде «заграна», который не нужно обновлять и который не сильно-то и нужен в нынешнем обществе. И в сущности, они были правы, потому что границы стран здесь не регулируются почти никак и обозначены только на бумаге. Пропускных пунктов нет, заборов не стоит, а пограничник — работа, которая ничего толком не делает. Им больше подошло бы название «дозорные». Прямо рай для наркокартелей и контрабандистов…       Процедура оказалась не сложной и крайне дешевой. Маленькая металлическая пластинка, зачарованная специальным образом и содержащая каплю крови владельца. На ней же были выгравированы некоторые данные владельца. Ничего необычного: Имя, раса, день рождения и страна издатель документа. Неожиданный затык произошел с датой рождения, потому как с ней было неясно. Вот вроде введи земную и делов-то, но по их календарю получилось, будто я еще даже не родился. Тупо, но бюрократия отказывалась быть гибкой. В результате, после некоторого времени препирательств и раздумий мне выдали документ, где перед датой стояли «Н.Э.Л.» Что означало: Не Эквестрийское Летоисчисление.       Зачем я вообще решил получить «паспорт»? А почему бы и нет? Иметь документальное подтверждение, что я гражданин и избежать даже возможности назвать меня чужаком на земле, где живу. Бредово, учитывая информацию, которую я получил раньше, но повешенная на цепочку пластинка лишней точно не ощущалась. Возможно, просто сказывалась закладка с Земли, что гражданство подтверждает лишь соответствующий документ. Хотя, учитывая прошлое, где я его никогда не имел, звучит странно.       — Григорий, — вырвал меня из мыслей кто-то.       — Да, — на автомате отвечаю, поворачиваясь на голос. — Чем об… А, опять вы…       Напротив стоял чейнджлинг, которого я обнаружил, на автомате приподняв очки для проверки. Они, несмотря даже на официальный статус, все равно набрасывали маскировку при выходе в народ. Впрочем, винить их нет смысла, все же подлинная форма мало чем симпатизирует пони и это лишь для облегчения взаимодействия обеих сторон. Не сказал бы, что у такого решения нет очевидных недостатков, но это не мое дело.       — Что на этот раз нужно королеве Кризалис? — вздохнув, спрашиваю у псевдо аликорна.       — Я здесь не по ее поручению… — как-то черезчур торопливо ответил он, что я на автомате принял за их игру.       Правда, фон говорил об обратном, оно действительно чувствовало неловкость с нотками… чего-то похожего на искорки восхищения, но не столь сильное… Здесь два варианта, или оно действительно такое, или чейнджлинги научились подделывать и эмоции. Называл же «оно», по причине, что под маскировкой почти нереально различить их пол, так как голос тоже меняется. А заглядывать каждому под задний плавник я не намерен.       — Тогда по какой причине?       Нда, прямо-таки грубое исключение из своего народа. Вместо критериев сильного характера наподобие уверенности в нём плещется что-то вроде… Дисайза? Ну тогда, когда он разговаривает с кем-то незнакомым, или на тему в которой почти не разбирается. Уверенности хватает разве что на то, чтобы стоять и говорить, больше ни на что.       — Ой, простите меня за грубость! — что-то вспомнив, встрепенулось оно. — Меня зовут Торакс.       — Гриша, — коротко киваю в ответ. — Так что ты хотел?       Что ж, имя на женское не сильно смахивает. Хотя и Куно вообще на имя не сильно-то похоже, скорее на обидную кличку, поэтому заморачиваться не стоит. Решено, будешь зачислен в ранг мужиков, Торакс, сын Улика!       — Просто я хотел… хотелось бы… если можно… — начал мяться он, что уже не радовало, а стало немного раздражать. Все же твердохарактерные жучки гораздо лучше, чем такие вот мямли. Понимаю королеву с ее предпочтениями…       — Равняйсь! — командным тоном повышаю голос, на что он на автомате встает в позу. — Смирно!       Нд-да, прямо армия в пределах расы… Хотя, по сути, так и есть, глядя на то, какое место в истории они заняли. Выращенные и воспитанные агенты спецслужб, как раз для сбора еды, добычи информации и атаки… Логично, что такие рефлексы у них в подкорке сидят.       — А теперь говори, — даю добро, после чего черныш снова стушевался.       — Я хотел бы персонально выразить благодарность тому, благодаря чьим действиям мы смогли свернуть с пути вражды, — уже нормально ответил он.       — Можешь не заморачиваться, большая часть заслуг как раз на правителях. А я так, толкнул слегка, — махнул рукой и подошел к турнику.       Единственный турник на всем стадиончике, установленный по мере моих сил. Пони такой инвентарь без надобности, их хуфы не столь сильны, чтобы схватиться за гладкую перекладину. Не говоря уже о том, чтобы подтянуться.       — Но ведь это не так! — подойдя ближе, возражает рогатик. — Ваш вклад нисколько не меньше, если не больше! Не думаю, что что-то подобное было бы возможно без вашего присутствия.       — Знаешь, — прыгаю и хватаюсь за турник. — Это, в основном, случайность. То, что я заметил одну из вас, то, как произошла погоня, и то, к чему это привело, — подтягиваясь, объясняю чейнджлингу всю подноготную событий.       На самом деле это именно так, и один момент вытекал из другого. Если бы я тогда не сморозил шутку, не погрустнела бы Мунденсер. Если бы не пошел ее успокаивать, не столкнулся с ее резкой реакцией и с меня не слетели очки. Если бы всего этого не было, я бы просто жил дальше, не зная о подготовке атаки на Кантерлот. Все зависело только от случайности…       — Если бы не та роковая случайность, то, скорее всего, без жалости отбивался бы от вас потом, — пожимаю плечами, вновь спустившись на землю.       — Но это значит, что сама судьба решила присудить вам такую ​​роль! — несколько радостно улыбнулся он, ударив передними лапками друг о друга.       — Судьба та еще сука и потаскуха с переменчивым характером… Так что я бы на нее не надеялся… — это прозвучало несколько более грубовато, чем я ожидал.       — Но это все равно чудо, что все так произошло, — с каким-то непробиваемым оптимизмом настаивал он.       — Надеяться на чудо — тоже плохая идея. Можешь его просто не дождаться, или оно придет так поздно, что уже и не нужно. — В памяти проявляются хорошие воспоминания из предыдущего мира. Не все люди плохие, как и не каждый день пасмурный… — Поэтому, если хочешь увидеть чудо — сделай его сам.       Поговорив с ним еще немного, расходимся каждый по своим делам. Сержант же, который был рядом все это время и пытался повторять некоторые упражнения за мной, что-то пискнул и жестами показал, что пойдет обратно. Правда, в последнее время, ближе к вечеру в казарме его уже было почти не увидеть. Лишь однажды спросонья, когда пошел в туалет, удалось застать, как он возвращается в свой домик. На вопрос «куда он постоянно пропадает» ясного ответа он дать не смог. Но в целом это не мое крысиное дело. Может, он вообще романсы где-то устраивает с другой лисехвостой. Главное, чтобы деток с барышней сюда не привел, а то не хватало еще стать рассадником крыс…       Покончив с тренировками, прикидываю дальнейший план на остаток дня. Свои обязанности я закончил, тренировку тоже, на дежурство заступать буду только послезавтра… Прикинув в голове время, понимаю, что скоро принцессы сменят день на ночь. Что ж, можно и в библиотеку наведаться, обновить знания и потренироваться в магических формулах. За последнее время было мало моментов, когда я мог заниматься, а значит, надо это догнать. Плюс Мунденсер после того дня я не встретил ни разу, так, краем глаза что-то похожее отмечал. Надеюсь, удастся встретить ее сегодня, а то расстались тогда на плохой ноте.       Что ни странно, таки нашел ее. Только не в библиотеке, а во «Вкусном угощений», куда заглянул, чтобы немного подкрепиться перед мозговым штурмом. Не то чтобы этот ресторанчик стал невероятно популярным, но уж точно не то место, которое раньше загибалось без клиентов. Столики теперь были не только внутри, но и снаружи, заполняя собой место переулка. Кое-где сидели группки пони, что-то обсуждая за едой. Некоторые столики пустовали, а за одним сидела моя знакомая и, уткнувшись в книгу, ела какие-то пирожки с тарелки рядом. Она была так сосредоточена, что даже не заметила, как я подсел рядом. Спохватилась она только тогда, когда я уже озвучивал заказ.       — Скоро будет готово! — прочирикала в ответ явно новенькая официантка.       — И давно ты здесь сидишь? — бестактно спросила она.       — Ну, где-то четыре пирожка назад подсел, — отвечаю, после чего добавляю. — И тебе привет.       — Ну и как тебе это удалось? — не обращая внимания на слова, упрямо перла она как танк.       — Что именно? — спрашиваю я, хотя понимаю, что она имела в виду.       — Как тебе удалось убедить принцесс и чейнджлингов примириться? — продолжила буравить меня взглядом Мунденсер.       — Слова, — пожимаю плечами и гашу небольшое раздражение внутри. — Убеждения, факты, угрозы, аргументы, планы… Так работает развитое общество — говорят, договариваются и идут на уступки.       — Не может все быть так просто. — Прищурилась она. — С грифонами связи наводили десятилетиями, а здесь не более месяца. Явно так просто все это не кончится…       — Может, но что есть, то есть, а дальше разберемся, и принцессы решат все проблемы, по мере их возникновения. — Вздыхаю, когда мне приносят заказ. — Лучше расскажи, как ты провела это время? В книгах? Что-то новое и интересное нашлось?       — Ничего нового, та же магия, — подняв телекинезом книгу, она закрыла ею мордочку. «Эффект Ван Фана» — было написано на обложке.       — И что, ты ничем кроме этого не занимаешься? — подозрения были и раньше, но пазл сложился только сейчас.       Кобылка промолчала, а я принялся за еду. Подруг у нее нет, знакомых по копытам пересчитать, родителей тоже никогда не видел рядом, из интересов только магия и ничего, что с ней не связано. Создается ощущение, будто она застыла в моменте и даже не пытается из него выбраться. Нет, конечно, есть те, кто посвящает себя чему-то одному и достигает таких вершин, что выжигает свое имя в истории. Но даже такие иногда отвлекаются, чтобы не выгореть самим. Здесь же полное погружение в тему без кислородного баллона и поддержки с поверхности.       Раньше, когда мы только начали общаться, и она мне объясняла нюансы, было видно, что она немного тает, и в ее глаза начинает возвращаться душа. Но в один момент это погасло, будто кто-то пальцами загасил огонек свечи. Не знаю, что с ней случилось, но по ощущениям именно она снова заковала себя в лед, накинув маску «мне всё равно».       — Я так понимаю, напомнил тебе нечто очень неприятное, при нашей последней встрече, — доев свою порцию, подаю голос.       — Не твое дело, — коротко взглянув на меня, бросила единорожка.       — Полностью твое дело. — Поднял я ладони в жесте примирения. — Захочешь, расскажешь, не захочешь, не стану заставлять. Решения полностью в твоих руках.       Пространство заполнил привычный шум подобных заведений. Негромкий разговор, звон приборов о тарелки и ходьба официантов с гостями. Каждый думал о чем-то своем. Я же принялся анализировать все, что есть в памяти об этой нелюдимой единорожке. К удивлению, всплыло довольно много воспоминаний, причём не всегда они отличались какими-то необычными моментами. У меня что, память стала лучше работать? Или просто некоторые дырки дуршлага забились мусором?       Отвергнув эту заразную мысль, возвращаюсь к основному делу. Насколько знаю, у нее были подруги, по крайней мере, одну она назвала прошлой. А потом что-то произошло… Не ручаюсь говорить что-то конкретное, но это, скорее всего, полностью отбило у нее желание заводить друзей, да и сближаться с кем-то вообще. А я тут случайно сумел залезть под этот панцирь и тем самым приблизиться ближе, чем она обычно подпускала. Заметила кобылка это поздно, потому так резко и отреагировала. Она сознательно выбрала одиночество, чтобы никто не смог ее ранить снова. Правда, приспосабливалась она к этому грубовато, отталкиваясь от всех и забивая голову учебой.       — Ты напомнил мне о моей прошлой лучшей подруге, — внезапно начала она, опустив книгу и вздохнув. — Вернее, я считала ее подругой.       — Значит, она чем-то тебя обидела?       — Вернее забыла с такой легкостью, будто меня никогда не было рядом, — раздраженно выплюнула она в сторону. — Даже не вспомнила обо мне после переезда…       — Может, не было времени или возможности, пока пыталась освоиться на новом месте? — выдвинул догадку я.       — За более чем год? Она даже приезжала сюда несколько раз и ни разу даже не пыталась прийти, чтобы хотя бы поздороваться, — почти сквозь зубы процедила она, сдерживая одновременно желание разозлиться и расплакаться. — Завела новых подруг и переехала в этот треклятый Понивилль…       При таких вводных неудивительно, что потеряешь веру в любые отношения. Странно, как она вообще не переехала в какой-нибудь домик на окраине, чтобы меньше контактировать с кем угодно… Так, стоп! Понивилль? Она еще когда-то говорила, что училась в «Школе для одарённых единорогов». Избегала этой темы, но все равно иногда проскакивала время от времени в разговоре тема с тех занятий. А единственная, кто тоже там училась и потом переехала в Понивилль, на моей памяти, это хранительница Элемента Магии, ученица принцессы Селестии и сестра нашего капитана, Твайлайт Спаркл… Возможно, я ошибаюсь, но все как-то слишком хорошо складывается в единую картину.       — Это случаем не младшая Спаркл? — озвучиваю свое предположение, что вызвало резкую озадаченность у Мунденсер. — Просто сопоставил некоторые факты и, кажется, попал…       Снова молчание. Эмоциональный фон хоть и загрязнен посторонними парами, но различить эмоции единорожки несложно. Все равно, что у аэрозоля в магазине одеколонов стоять. Сейчас она металась между желанием рассказать что-то и попыткой отбросить этот порыв, закопать поглубже. Бороться с внутренними демонами не идеальная стратегия, но лучше, чем поддаться им.       — За день до возвращения Принцессы Луны… — решилась она наконец рассказать. — Я готовила вечеринку в честь окончания учебы в школе. Я редко участвовала в праздниках, преимущественно отдавая приоритет учебе. Не стоит и говорить, что это была первая вечеринка, инициированная полностью мной. Я тогда пригласила некоторых друзей и знакомых. Нет, я не виню ее, что она не пришла! Все же спасение мира действительно веская причина и обижаться на это было бы в крайней степени эгоистично. Но после этого она даже не вспомнила обо мне…       — А ты писала ей письма? — анализируя услышанное, невольно перебиваю.       — Конечно, написала! — как-то резко ответила она. — Правда, в ответ ничего не пришло, ни через неделю, ни через месяц. Только потом, когда пересеклась с ее отцом, узнала, что она завела себе новых друзей… Новых, с которыми была знакома всего день, и которыми она легко заменила меня и остальных. Со временем прошлые подруги отдалились и от меня. Если рядом нет ученицы самой Принцессы Селестии, то поддерживать связи нет большого смысла! Даже когда она приезжала в Кантерлот, все время проводила только со своими новыми друзьями, даже не думая прийти и хотя бы поздороваться. В конечном счете осталось только учиться магии, которая никогда не предаст и не отвернется, — подавленным голосом закончила она.       Что ж, ситуация из разряда: «Я считал тебя другом, а ты меня знакомым». Неприятная, прямо-таки мерзкая история, что показывает дочь семьи Спаркл не в лучшем свете. Буквально выбросила прошлое ради кучки незнакомцев. Что сказать… Классно поступила Магия! Просто десять из десяти! Элементы прямо в яблочко попалили с носителем!       — Да и х$й с ней, с этой Твайлайт! — пожимаю плечами, придя к заключению.       — Что? — такой ответ несколько сбил с толку кобылку, немного выдернув из апатичного состояния.       — Если ей на тебя все равно, то какой смысл тебе переживать и страдать от этого? — видя озадаченность в ее взгляде, улыбаюсь, радуясь, что смог так легко изменить ее фон. — Да, я понимаю, что она, скорее всего, стала для тебя чем-то вроде первого друга или лучшей подруги. Но если она так легко оборвала эту связь, то какой смысл тебе на этот счет переживать? Плохой друг сам решил от тебя уйти, значит, зачем цепляться за лживую дружбу. Лучшее, что можно в этом случае сделать, это плюнуть и жить дальше, а не рыть яму из сожалений и обиды.       — Ага, довериться еще кому-нибудь, чтобы это повторилось? — раздраженно выплюнула она, явно то, что постоянно крутилось у нее голове.       — Возможно. А может быть, ты в процессе увидишь закономерность и не наступишь на те же грабли, — пожимаю плечами и опираюсь локтями на стол, опустив подбородок на сложенные в замок ладони. — Но одно остается правдой — меня, несмотря на твой панцирь, оттолкнуть не удалось. Пусть ты не доверяешь, пусть пытаешься держать дистанцию, но от подруги я не отказался. — На лице чувствуется легкая улыбка.       Пусть наши разговоры в прошлом были больше по делу, но ее искренний интерес подкупал. Да и не редко сквозь щели панциря просачивалось наружу бессознательное желание довериться хоть кому-то. Пусть это и маскировалось под холодный тон или научный интерес, но ей нужен был собеседник. Груз прошлого, как мертвый щенок, которого ты когда-то сильно любил. Носишься с ним, притворяешься, будто оно живет, а оно только воняет, гниет и причиняет этим ещё большую боль. Иногда лучше похоронить болезненное прошлое, чтобы освободить место для будущего.       Н-да… Что-то на меня самого нахлынули воспоминания из прошлого… Да и не только моего. Друзья Оригинала, которые после выпуска из детдома разошлись. Знакомые, которые то появлялись, то исчезали на протяжении лет. Ну и несчастные бездомные, с которыми судьба крайне несправедливо пошутила. Каждый из них имел свои переживания, мечты, пути их достижения, груз побед и поражений. Каждый из них внешне не выделялся, но у каждого была собственная история, которая западала в память… Что-то даже самому тоскливо стало от того, что больше никого из людей встретить не смогу. Но и жалеть уже нет смысла! Сейчас идет новый виток моей жизни, в которой я способен решить, как жить, а не бегать от наступающей на пятки смерти!       — А Твайлайт пусть сама со всем гребется. Пройдет год-два — и ее не самое лучшее нутро точно всплывет. Посмотрим, останутся ли с ней друзья тогда… — насмешливо закончил я.       — Не смей так говорить! — резко ударила по столу единорожка, моментально привлекая внимание всех присутствующих. Но довольно быстро смутилась, стараясь стать как можно незаметнее. — Хотя, думаю, ты в чем-то прав. Какой смысл от всех этих переживаний?       — Теперь понятно, как произошло это межвидовое примирение? — с ехидной улыбкой говорю я.       На некоторое время кобылка зависла, отчего у меня в голове появился образ облака, в котором заводная обезьяна с тарелками в руках периодически ими била друг о друга. После чего она несколько сдержанно захихикала.       — Действительно, у них даже не было шансов. Странно, что твой талант не свиток с пером и ты не сидишь где-нибудь в парламенте.       — Ой, не напоминай… — нахмурившись, махнул рукой. — Меня они туда не затащат даже если всей Эквестрией тащить будут. Тоже мне, уважаемая должность… Жопа в мыле с документами, повсюду паразиты, которые хотят тобой воспользоваться, а ты их послать не можешь из-за «статуса».       — Не думаю, что все так уж критично…       — Лучше давай не будем поднимать эту тему вообще. — несколько раздраженно перебил я, а когда все-таки успокоился, добавил мягче: — Извини, но в последнее время эта тема всплывает чаще, чем мне бы этого хотелось…       Снова молчание. Единственное, что изменилось, это немного возросшее внимание в нашу сторону.       — Так… Тебе известно, когда намечается свадьба Шайнинг Армора и Принцессы Ми Аморе Каденции? — решила сменить тему единорожка.       Хоть она и перевела тему, но все равно это было несколько неудачно… Все же точная дата пока хранится в тайне от обычных пони, хотя и важность такой секретности была под большим вопросом.       Пододвинувшись поближе, оглядываюсь вокруг, чтобы не допустить большей утечки информации.       — Ровно через месяц, но не распространяйся пока этими данными, — прошептал я ей на ушко, после чего в ответ получил короткий кивок.       — И что думаешь об их паре? — когда я вернулся на свое место, спросила она.       — Хэппи-энда явно не будет, — пожимаю плечами в ответ.       — Потому что она аликорн, а он единорог?       — Даже если проживут душа в душу до конца его дней — принцесса все равно будет страдать. В этом моменте мне их даже жалко.       — Действительно, пережить всех, кого ты любишь, это сильно ранит, — с сочувствием подтвердила Денсер.       — На самом деле, я имел в виду несколько другое, — поясняю сказанное. — У них отняли возможность умереть естественным образом. В результате их конец может быть либо насильственным, либо суицидным. Конечно, если аликорна вообще можно убить… — задумчиво перебираю в уме возможные варианты их бессмертия.       — Не понимаю я тебя, кого вообще могут интересовать мысли о смерти, — поежилась кобылка. — Это же жутко!       — И это когда-нибудь коснется каждого из нас. Если постоянно бояться и трястись от чего-то неизбежного, то можно и всю жизнь упустить, — пожимаю плечами и улыбаюсь. — К тому же, тебе самой не интересно, какого именно типа у аликорнов бессмертие?       — Учитывая все исследования, которые есть на данный момент, их бессмертие обусловлено тем, что они больше энергетические создания, нежели физические, как мы, — спокойно перешла в режим лекции единорожка. — Это роднит их с бесплотными духами, иногда встречающимися в зонах повышенной концентрации магии. Теоретически, если концентрация магии в пространстве будет достаточно высокой, аликорны смогут обходиться без еды и сна.       — А как насчет питательных веществ для тела? — вставил я, когда она набирала воздух для продолжения.       — На то это и теория, что пока провести подобный эксперимент никому не удалось. Все же принцесса крайне занята, и тратить ее время на что-то подобное никто не решался. Теоретически, любая смерть тела для них должна быть лишь временным явлением. Но нет подтверждений, что это так.       — Последнее не с фениксов списано? — обозначаю похожую деталь.       — Они тоже пример границы между плотью и духом, что дает больше данных о созданий такого порядка. Хотя отличия тоже есть, вроде того, что фениксам необходимо время от времени сгорать и перерождаться. Что неприменимо для аликорнов или духов.       То есть их возможно только сдерживать и никак не победить… Правда, в отличии от того же драконикуса, они приближены к пони по природе и мышлению. Но, возможно, удаляются от этого, потому что стоят у власти… Некая бомба замедленного действия, которая время от времени нагнетается, и хрен знаешь, через сколько времени повторится легенда о Лунной Кобыле. И повторится ли? Какие гарантии, что в следующий раз бомбанут не все разом, превратившись в угрозу похлеще всяких духов хаоса.       Ладно, меня как-то занесло…       — Нда-а-а… Бессмертные, для которых, в теории, смертельная рана — лишь временное неудобство…       Еще некоторое время поговорив, отправились в библиотеку…

***

      Этот день опять близко… День, когда борьба идет на выживание, и любая ошибка может стать роковой. В первый раз я имел неосторожность недооценить свою соперницу и чуть не поплатился за это жизнью. В последующие годы я готовился заранее и все равно терял абсолютно все силы в борьбе, после чего приходилось брать отгул на пару дней, чтобы восстановиться.       — Шайни! — нараспев позвала меня Каденс.       — Иду, иду! — поспешно поворачиваюсь и вижу свою будущую жену.       Хотя это пока не проявлялось визуально, но уже чувствовалось, как ее магия начинает усиливаться, резонируя с подступающей датой дня сердец и копыт. Ближе к этой дате ее начинает наполнять энергия любви, которая витает в преддверии праздника, и пиком которого становится конкретный день. Это не только делает мою любимую сильнее во всех смыслах, но и очень любвеобильной. Если бы на ее месте была какая-то другая кобылка, это стало бы для меня не проблемой, а приятным занятием, для спуска напряжения. Но учитывая, что Каденс принцесса любви, удовлетворить ее становится просто титанической проблемой. Я никогда не жаловался на недостаток выносливости, к тому же, будучи достаточно сильным единорогом, мог то, на что большинство не способны. Но когда подступал этот злосчастный день, я серьезно задумывался, доживу ли я до свадьбы. В такой момент в голове начинает вертеться мысль, что нападение чейнджлингов могло бы уберечь меня хотя бы на один год.       — Переживаешь насчет свадьбы? — спрашивает она, глядя на меня всё теми же полными любви глазами.       — Да, думал, какой мундир мне лучше надеть, дедушкин или другой, более презентабельный, — подстраиваюсь я под ее догадки.       — Не переживай ты, уверена, ты будешь прекрасен в любом из них! — мило улыбнулась она, а меня обдало волной ее силы.       На этот год в ней любовь начала сосредотачиваться раньше, чем в прошлые. А значит, и пик будет куда мощнее, чем раньше… Надо всеми силами избежать своего присутствия рядом с ней на время праздника, иначе он рискует стать последним. И никакие приготовления меня уже не спасут!       — Что-то не так? — спросила Каденс, отчего внутри все остыло.       Она что-нибудь заметила? Нет, не могла! Что меня выдало?       — Знаешь, тут такое дело…       Думай, Думай, ДУМАЙ! Что сказать, чтобы не обидеть ее и иметь возможность выжить! Работа? Нет, второй раз не пройдет… И так в прошлый раз пол дня форы себе выиграл. Путешествие с родителями? Нет, не согласятся… Они хотят провести время только вдвоем. Срочная задача принцесс? В позапрошлый раз не получилось… Потом пришлось отдуваться за вину еще больше.       — У нас запланирован… — неожиданная идея, как молния, промелькнула в паникующем разуме. — Мальчишник… Который мои друзья запланировали на день сердец и копыт… Вот думаю, согласиться мне, или все же провести этот день с тобой.       Иду в ва-банк, ставя на весы последнюю, сколь-нибудь весомую причину. День влюбленных хоть и раз в году, но мальчишник всего раз в жизни!       — Ох, точно, мы совсем забыли… — резко вскочила Принцесса Любви. — Надо же еще девичник устроить!       — Так ты… не против? — осторожно спрашиваю, опасаясь, что выдам себя.       — Конечно нет! — радостно ответила аликорн. — Ты ведь в последнее время зарабатываешься, со всеми этими приготовлениями и бумагами по передаче своих полномочий. Поэтому у тебя есть полное право как следует отдохнуть с друзьями, чтобы быть полностью готовым к свадьбе.       Что же, кажется получилось, и я смогу пережить этот день… Осталась только одна проблема. С кем и как провести этот самый «мальчишник». Насколько помню, все мои знакомые или работают, или взяли отгул для праздника. Будет странно, если я в результате буду один, что вызовет подозрения и повесит на меня вину за ложь. Надо придумать, кого позвать, чтобы все выглядело натурально. Но кого? Кто тогда будет свободен и согласится быть… как возможность дальше от… Кантерлота… В голове сразу вспыхивает знакомый двуногий образ. Сопоставляю даты, и как раз выходит, что в этот день у него будет выходной, а значит, утром покинет город! Идеально, осталось только договориться и пригласить еще кого-нибудь для компании!

***

      Причина, по которой меня вызвали к Шайнингу прямо посреди дежурства была не ясна. Единственное, что тот гвардеец сказал: «Это срочно!». В результате меня подменили, а я поспешил на коврик к начальству. Идей, чем я заслужил этот вызов, не было. Вроде бы нормально выполняю работу, не косячу, а донести на меня никто не рискнет, чтобы не подставить свою задницу… Вздохнув, стучу в дверь кабинета.       — Войдите.       — Сержант Горнов по вашему приказу прибыл, — салютую уже в кабинете.       — Вольно. Садись, есть один разговор, — напряженно и явно серьезно произнёс он, указав передней ногой напротив стола.       Когда я сел, воцарилось молчание. Кэп напряженно смотрел в стол, сложив копыта перед мордой и думал над чем-то. В фоне же плескались сомнения, решительность и страх. Что-то подсказывает, что причина вызова не в моих действиях…       — У меня есть одна просьба к тебе, — нарушив тишину, начал единорог. — Это может прозвучать необычно, но надеюсь ты согласишься.       — Зависит от того, что за просьба, — недоверчиво, немного отодвинулся от стола я.       — Такое дело, мы с Каденс перед свадьбой устраиваем девичник и мальчишник. И я хотел бы тебя попросить… — несколько замялся он. — Взять меня с собой на следующий твой выходной.       — При чем здесь я? Мне казалось, такие мероприятия проводятся в кругу близких друзей и знакомых, — озадаченно спрашиваю я.       — Такое дело, что на день Сердец и Копыт у всех есть планы, и они не могут отозваться, — почесал он затылок.       — А я здесь при чем? — действительно, как мой отдых может быть связан с его последним холостяцким праздником?       — Говорю же, пригласить некого, потому решил, так сказать, присоединиться к тебе в естественном туризме.       Что-то явно не так, он прямо-таки напрашивается, причем даже с некоторым напором!       — А если я откажусь? — подозрительно интересуюсь я в ответ.       Сейчас нет смысла в званиях и должностях, так как это персональная просьба. К тому же, мой возможный отказ его обеспокоил, а значит, он в этом заинтересован в первую очередь.       — Тогда это будет приказ, — с несколько серьезным тоном сказал он.       — Не подействует, Армор, — кратко пересек я возможность такой манипуляции. — На выходных ты мне не можешь приказывать. Разве что я нарушу закон, и тебе придется меня задержать. Но приказы в мое нерабочее время могут отдавать только принцессы.       Выслушав это, он еще несколько секунд побурил меня взглядом и вздохнул. Он понимал, что это правда.       — Прошу тебя, позволь мне покинуть город на период праздников вместе с тобой… — чуть ли не взмолился он.