Скрытые истины

      Лука смотрела на бурлящую воду реки Колумбия. Череда пенящихся порогов и водопадов сопровождала их на протяжении многих миль, пока они гнали табун лошадей вниз по течению.       Служа в форте Далласа во время войны на Кайюзе, Лука видела, как водопады падали на пятнадцать футов, пока не достигали остальной части воды. Теперь в реке стало столько воды, что частично затопленные водопады и превратились в длинный ряд ревущих порогов.       'Надеюсь, дома реки не сильно разлились.' Мысли о семье были с ней каждую милю пройденного пути.       – Босс, смотри! – Крикнул Фин, указывая пальцем.       Перед ними над водопадом болтались деревянные платформы. Перегибаясь через край платформы, индейцы окунали сети на длинных шестах в пенящуюся реку. А вниз по течению, где река была спокойнее, рыбаки на каноэ загоняли копья в воду.       – Они ловят лосося, – крикнула Лука, стараясь перекричать ревущую реку.       На высоких утёсах по обе стороны реки были возведены десятки вигвамов - не так много, как двадцать лет назад, подметила Лука.       Форт тоже исчез. Осталось лишь несколько заброшенных зданий. Однако город, разросшийся вокруг форта, был полон суеты.       Когда Лука со своим табуном вошла в город, люди исчезли с оживленной главной улицы.       Внимание Луки привлекла большая вывеска на одном из домов. "Ванна" - информировала надпись большими буквами.       Её кожа зазудела в ответ. Она не мылась почти две недели.       Дома с купанием проблем не было. Каждую субботнюю ночь Лука перетаскивала в угол кухни жестяную ванну и наполняла ее горячей водой. Нора вешала на стропила простыню, и наступало время семейству купаться. Лука всегда мылась последней. "Потому что папа самый грязный", – объясняла детям Нора. И девочки никогда не ставили это под сомнение.       Когда девочки были маленькими, сразу после купания Нора укладывала их в постель, так они привыкли, что каждый человек во время купания должен находиться один.       Её рабочие не обладали такой же сдержанностью. Поэтому купаться рядом с ними было крайне опасно.       'Позже,' пообещала себе Лука. Она подтолкнула Танцора вперёд и отогнала одного из меринов подальше от ухоженной клумбы, не давая ему полакомиться первыми весенними цветами какой-то хозяйственной женщины.       – Держите их подальше от клумб, парни, – крикнула она.       У неё нет лишних денег, чтобы возмещать ущерб за затоптанные клумбы и огороды.       Они погнали табун к конюшне, и Лука спешилась, чтобы договориться с владельцем. С полчищами горняков в городе ей следует поторопиться, прежде чем займут все ванные.

***

      Лука перекинула через плечо полные припасов новые седельные сумки и покинула галантерейный магазин. Её ботинки стучали по дощатому настилу, когда она шагала к вывеске о ваннах.       Дверь ей открыл китаец со стопкой полотенец в руках.       – Пока всё занято, – сообщил он Луке. – Подождите снаружи.       Ожидая, Лука окинула взглядом оживлённый город, затем посмотрела на горизонт, где вдали маячила белая вершина горы Худ. Знакомая картина заставила её почувствовать себя менее отдалённой от своей семьи и в то же время усилила тоску по дому.       Дверь в одну из купален открылась, и оттуда вышел мужчина, покручивающий свои влажные усы.       Лука ждала, пока китаец отнесёт в купальню два ведра дымящейся воды. Кожа покалывала в ожидании погружения в горячую ванну. Она надеялась, что в комнате будет крепкий засов, чтобы принимать ванну не беспокоясь о том, что кто-нибудь может неожиданно ворваться. На всякий случай она подопрёт дверную ручку стулом.       После ещё двух походов туда-сюда с тяжелыми вёдрами на плечах китаец кивнул, пуская Луку внутрь.       Она бросилась вперёд и столкнулась с мужчиной, который тоже положил глаз на купальню.       Они отступили на шаг назад и посмотрели друг на друга.       Её соперник оказался немного старше, но пониже Луки.       Волосы цвета соли с чёрным перцем торчали из-под коричневой шляпы. Застёгнутое на все пуговицы пальто выпирало со стороны правого бедра, показывая, что незнакомец вооружён.       Затем взгляд Луки пополз вверх и нашёл ещё одну выпуклость. Точнее, целых две. Лука удивлённо моргнула. 'Он...она женщина?'       Лука позабыла о купании, вовсю пялясь на незнакомку.       Много лет назад Тесс говорила, что знает таких, как она, но сама Лука не встречала ни одной женщины, живущей жизнью мужчины.       Может, незнакомка тоже маскируется? Если это так, то следует дать ей несколько уроков. 'Ей следовало хотя бы обмотать грудь и постричься покороче.'       – Иди, – произнесла незнакомка. Её голос не был похож на мужской, и она даже не пыталась сделать его грубее. – Полагаю, ты пришёл сюда первым. – Она махнула рукой в сторону купальни.       Лука задумалась. Она отчаянно желала принять ванну, но десятилетия, прожитые в роли мужчины, не оставили ей выбора. Нора иногда поддразнивала её за джентльменские манеры и предупреждала, что однажды попавшая в беду девица станет её погибелью.       – После вас, мэм, – сказала она и затаила дыхание, ожидая реакции от незнакомки за обращения к ней как к леди.       Когда незнакомка улыбнулась, её черты лица смягчились, и все сомнения Луки улетучились. Перед ней точно женщина.       – Не часто со мной обращаются как с леди, – сказала незнакомка.       Судя по тону, ей не особо это и было важно. Твёрдость в карих глазах подсказала Луке, что незнакомка может сама о себе позаботиться. Тем не менее, судя по кривой улыбке, намёк на уязвимость остался.       Лука могла только представить себе, какой тяжёлой может быть у неё жизнь. Незнакомке не рады в салунах: ни в качестве хозяйки заведения, ни в качестве клиента, потому что она не является мужчиной и даже не пытается за него сойти. Но в таком виде ей также не были бы рады на уроках вязания и библейских занятиях.       Она никогда никуда не впишется, никогда не добьётся уважения, не заведёт семью и друзей.       'Господи, я не смогла бы так жить.' Хотя она и была в прошлом одинокой, теперь она скорее умрёт, чем станет жить без своей семьи. Сокрытие своей половой принадлежности и ложь дочерям - цена, которую она платит каждый день.       – Фрэнки? – Позвала какая-то женщина. Она сошла с тротуара и раскрыла зонтик, прежде чем перейти улицу.       'Кажется, насчёт друзей я оказалась неправа.' Лука наблюдала за приближающейся женщиной. Даже на расстоянии её одежда и движения выдавали в ней даму довольно высокого происхождения. Как она подружилась с необычной Фрэнки?       Лука окинула взглядом гибкое тело женщины и золотистые волосы с несколькими серебряными прядями. Голубые глаза смотрели на неё с неким интересом.       – Л-лука? Это ты?       – Тесс?       Нежные руки обхватили её мёртвой хваткой.       – Тесс, – прошептала Лука на ухо единственной подруге, которая была у неё много лет назад.       Отодвинувшись на дюйм, Тесс чмокнула Луку в губы, здороваясь с ней по-старому, будто прошло семнадцать дней, а не семнадцать лет с их последней встречи.       – Не могу поверить – произнесла Лука.       Часть её думала, что они никогда больше не увидятся. За эти годы они обменивались только письмами, но она не могла доверить свои секреты клочку бумаги.       – Что ты здесь делаешь? Из последнего письма я узнал, что ты была в Монтане со своим партнёром Фрэнком.       – О, мы там были. Но когда Фрэнки отправили в Орегон, мы решили навестить вас. Я не упомянула об этом в своём последнем письме, потому что не хотела разочаровывать, если работа Фрэнки займёт больше времени, чем ожидалось. Вчера мы отправили вам письмо, но мы можем добраться до ранчо раньше его получения.       Тесс перевела взгляд на кого-то позади Луки. На полных губах появилась улыбка.       Лука обернулась.       Незнакомка в мужской одежде наблюдала за ними склонив голову на бок.       'О.' Картина прояснилась и Лука поняла, что бессовестно пялится на женщину.       'Так Фрэнк это Фрэнки? Партнер Тесс, человек, с которым она решила прожить жизнь, женщина?' Выходит, Тесс тоже не хотела доверять секреты письмам, которые могли попасть в чужие руки?       – Нам нужно многое наверстать, – сказала Тесс. – Ты останешься в городе на несколько дней? Нора тоже здесь? – Она огляделась по сторонам в поисках старой подруги.       – Нет, – сказала Лука. Отсутствие рядом Норы было похоже на постоянно ноющую рану. Она страстно желала обнять жену и ощутить тот дикий вихрь эмоций, плавно перетекающий в спокойствие. – Нора дома, присматривает за ранчо, а я перегоняю табун лошадей в Форт Бойсе. Я останусь в Далласе до завтрашнего рассвета.       Тесс положила руку на изгиб руки Луки:       – О, не волнуйся. У нас ещё будет время поговорить, когда ты вернешься домой. Мы остановимся у вас на несколько недель, если вы с Норой не против. Мы даже подумываем о том, чтобы обосноваться в Орегоне.       Лука накрыла лежащую на своей руке ладонь. Мысль о живущей неподалёку старой подруге стёрла с лица усталость. Она широко улыбнулась:       – В самом деле?       – Мы ещё не приняли окончательного решения. У Фрэнки есть кое-какие дела в городе, а после мы поедем на Запад, навестить твою семью. Мне не терпится увидеть Эми и познакомиться с Нетти.       Ещё один тяжкий груз упал с плеч Луки.       Тесс может убедиться, что с Норой и дочерьми всё в порядке.       – Босс? – Окликнул её Фин с другой стороны улицы.       Он подбежал к ним и уставился на Фрэнки и Тесс с далеко не приветливым выражением лица.       Облегчение Луки куда-то испарилось. В животе поселилось беспокойство. Если работники ранчо увидят её с женщиной, одетой в мужскую одежду, они могут что-то и о ней заподозрить. Вещи, которые они никогда не ставили под сомнение, начнут иметь смысл, если сравнивать её с Фрэнки.       Но Фин не смотрел на Фрэнки. Его взгляд был прикован к Тесс:       – Не хочу вас прерывать, но...       – Расслабься, – сказала Лука. – Это моя старая подруга, Тесс Свенсон.       – Ну не такая уж я и старая, – подмигнула Тесс.       'И то верно.' Годы пощадили Тесс. Она всё ещё оставалась красивой женщиной. Лишь несколько морщинок возле глаз и рта рассказывают о её нелёгкой жизни.       – Это Финеас Шарп, моя правая рука на ранчо.       После секундного колебания Фин приподнял шляпу, и обратился к Луке:       – По-моему, сено в конюшне заплесневело. Не уверен, что им можно кормить лошадей. Можешь пойти посмотреть?       – Прямо сейчас?       Фин кивнул.       Лука с сожалением посмотрела на Тесс.       – Мы остановились в гостинице напротив. – Указала Тесс. – Приходи, отужинаешь с нами, когда закончишь. Спроси Тесс Свенсон и её кузину.       'Кузину?' Лука еле сдержалась, чтобы не фыркнуть. Тесс и Фрэнки были похожи друг на друга не больше, чем она и Нора. Но у них нет выбора. Если бы они представились влюблёнными, их бы немедленно выгнали из города. По крайней мере, Лука избавила Нору от необходимости скрываться, когда решила продолжать жить как мужчина.       Пока она следовала за Фином в конюшню, её разум всё ещё удивлялся неожиданной встрече.       Один брошенный взгляд на сено в конюшне заставил ее сердито посмотреть на Фина:       – С сеном всё в порядке. Тут даже намёка на плесень нет, да ты это и сам знаешь.       – Хотел на всякий случай убедиться, что…       – Чепуха, – сказала Лука. – Я хорошо тебя обучил. Раньше я был тебе не нужен, чтобы решить, съедобно ли сено для лошадей. Так почему сейчас?       Фин пошаркал ногам. На мгновенье она увидела в нём того неуклюжего подростка, которым он был, когда попал к ним на ранчо.       – У меня сложилось такое впечатление, что ты просто хотел увести меня от подруги. На поверхность всплыла необходимость защитить подругу. Она никогда не позволяла другим относиться к Тесс не как к леди. Но Фину ничего не известно о прошлом Тесс. Любой, кто посмотрит сейчас на Тесс, подумает, что она богатая дама со странным выбором своих спутников.       – В чём дело?       – Ни в чём, – ответил Фин. – Мне просто стало интересно... – он мешкал.       – Что? Давай. Выкладывай уже, парень!       Терпение Луки подходило к концу. У неё и без того было мало времени побыть с подругой, и она не намерена была тратить его впустую.       Фин поднял взгляд и посмотрел ей в глаза:       – Мне просто стало интересно, что бы подумала миссис Гамильтон, узнай она, что ты встречаешься в гостинице со своей "старой подругой".       'С чего бы Норе иметь что-то против того, чтобы я ужинала с... А!’ Когда Лука, наконец, поняла в чём дело, она засмеялась.       – Фин, – обратилась она к парню. – Ты же хорошо меня знаешь. За годы брака я ни разу не взглянул на другую женщину.       – Ты поцеловал её, – с обвинением в голосе напомнил Фин.       Защита её брака и чувств Норы согревало сердце, но в то же время раздражало то, что Фин сомневается в её верности Норе. 'Может, я слишком хорошо поддерживаю мужской имидж, раз люди считают меня донжуаном.'       – Тесс - моя старая подруга, – сказала Лука. – Также она является и подругой моей жены, и познакомились мы с ней ещё до Норы.       – Но ведь она не всегда была только другом?       Сгорая от нетерпения поскорее закончить разговор, Лука хотела сказать, что это не его дело, но остановила себя.       Фин не просто помощник на ранчо. Он часть семьи.       – Это было несколько десятилетий назад, Фин. Теперь мы только друзья. И Норе это известно. Она никогда не сомневалась в моей верности, и ты не должен.       Фин потёр свою светлую бородку, из-за которой он выглядел как викинг из книг Нетти.       – Извини. Не хотел ни в чём тебя обвинять. Я просто никогда не видел тебя настолько фамильярно общающегося с женщиной, кроме миссис Гамильтон. Думаю, я почувствовал себя сыном, заставшим своего отца с любовницей.       – Тесс не моя любовница, и я слишком молод, чтобы быть твоим отцом. – Лука шутя хлопнула его по плечу.       Ухмылка прогнала серьёзное выражение с лица Фина:       – Не намного.       – Тогда мне лучше навестить мою подругу до того, как я стану достаточно взрослым, чтобы пригласить её на ужин, - сказала Лука.       Но сначала она примет долгожданную ванну.

***

      Лука одёрнула рукава своей самой чистой рубашки и провела ладонями по жилетке, убеждаясь, что под одеждой не видно и намёка на грудь. 'Успокойся. Тесс и так знает, что у тебя под одеждой.' И всё же, раз уж Тесс пригласила её на ужин, хочется выглядеть настоящим джентльменом.       В последний раз разгладив штаны, она покинула свой гостиничный номер и постучалась в дверь Тесс.       Открыла элегантно одетая женщина. И это была не Тесс.       – Ой. Извините. – Лука сняла шляпу и сжала её между ладонями. – Я, должно быть, ошибся комнатой... – Она замолчала, внимательно изучая женщину перед собой. – Фрэнки?       Вместо суровой женщины в мужской одежде перед ней стояла стройная дама с искусно уложенными волосами.       – Да. Фрэнки Каллаган. А ты, должно быть, Лука. – Она взяла Луку под руку, как подобает леди, и провела в номер. – Мне показалось, что тебе стало не по себе, когда твой рабочий увидел нас вместе, поэтому я решила принарядиться к твоему приходу. – Она заморгала длинными ресницами. По всей вероятности, такими же фальшивыми, как её начёсанные волосы.       – Фрэнки! – По комнате разнесся дымчатый смех Тесс. – Не смущай его.       – Его? – Переспросила Фрэнки.       'Она рассказала Фрэнки обо мне?' Лука перевела взгляд на Тесс. Та Тесс, которую она знала в Индепендесе, никому не доверяла, не настолько, чтобы делиться чужими секретами.       Тесс пожала плечами:       – У меня голова шла кругом от подбора местоимений, поэтому я всегда старалась использовать местоимения мужского рода. Конечно, за исключением тех случаев, когда мы занима...       – Тесс! Разве не ты только что сказала Фрэнки, чтобы она меня не смущала? - Кончики ушей Луки горели.       Тесс затряслась от смеха.       – Приятно знать, что ты не изменился. Я всегда находила твою невинность бодрящей. – Она взяла Луку под другую руку. – Давай. Пошли ужинать.

***

      – Пожалуй, вернусь-ка я в наш номер, – сказала Фрэнки сразу после ужина в столовой гостиницы.       Когда Фрэнки начала подниматься, Лука подскочила со своего места и отодвинула её стул:       – Нет необходимости туда идти из-за меня.       – Я знаю свою двоюродную сестру, – Фрэнки подмигнула Тесс, – она хочет побыть с тобой наедине. – Она подняла руку, останавливая протесты Луки, и понизила голос. – Всё в порядке. Я давно перестала ревновать.       Ошеломлённая, Лука смотрела вслед уходящей женщине. Она наблюдала, как собрав юбки платья, Фрэнки поднимается по лестнице.       – Она потрясающая, не правда ли? – Мечтательно произнесла Тесс.       Лука обернулась. Она никогда не видела лицо Тесс, излучающее такую любовь и нежность.       – Правда. – За ужином Лука наблюдала, как изящно Фрэнки обращается со своими столовыми приборами. От женщины в брюках, с которой Лука встретилась у купальни, не осталось и следа. – Всё притворство для того, чтобы соответствовать?       – Нет, – ответила Тесс. – Фрэнки сама по себе такая.       – Тогда кем была та женщина с оружием в штанах?       Сначала ей показалось, что она встретила человека, близкого себе по духу, но теперь Фрэнки сбила её с толку.       Тесс улыбнулась, будто прочитала мысли Луки.       – Это тоже часть Фрэнки. Мне потребовалось много времени, чтобы осознать, что Фрэнки не такая, как ты. Похожа, но не во всём. Она управляется с револьвером так же искусно, как и с иглой. И нравится ей и то, и то.       Мысли Луки путались, и она пыталась понять, что Тесс до неё хочет донести. Она никогда не думала, что можно совмещать. Большую часть своей жизни она прожила как мужчина, и знала, что пути к становлению обратно женщиной у неё нет.       – Кажется, у меня начинает кружиться голова. – Она допила свой стакан пива.       Тесс похлопала её по руке:       – Просто дай ей время. Если ты дашь Фрэнки шанс, уверена, она тебе понравится.       – Я бы не сказала, что она мне не нравится, - сказала Лука. За ужином Фрэнки составила ей приятную компанию. – Она просто...меня смущает.       – О, меня она тоже смущает. – Рассмеялась Тесс. – В самом приятном смысле этого слова.       Лука смотрела на старую подругу, наслаждаясь тёплым светом в искрящихся голубых глазах. В прошлом Тесс не была такой беззаботной. Неужели Фрэнки пробудила этот блеск в её глазах?       – Никогда не думал, что ты будешь с женщиной. Думал, для тебя это просто баловство.       Улыбка исчезла с лица Тесс:       – Ты значил для меня гораздо больше, чем просто баловство. – Она перегнулась через стол, и прошептала: – Если бы тогда ты постучал в мою дверь, а не Норы, ответ бы тоже был положительным.       Кровь отхлынула от лица Луки, заставляя почувствовать головокружение.       – Ты хочешь сказать..., что ты?       Тесс мечтала начать с ней новую жизнь, а Лука не дала ей такой возможности?       – Не переживай ты так. – Тесс усмехнулась. – Я люблю тебя, но никогда не была в тебя влюблена. Но ты был так чертовски добр и благороден, что ни одна женщина в моём заведении не ответила бы "нет" на твоё предложение руки и сердца.       – Они бы ответили согласием на предложение Лукаса, а не Луки.       Вот что на самом деле имеет значение. Женщинам она нравится такой, какой она позволяет себя видеть - Лукасом Гамильтоном, мужчиной.       – Нора намекала в своих письмах, что точно знает, кто ты и что из себя представляешь, и она всё равно с тобой, потому что ответила тогда "да", не только Лукасу, но и Луке.       По телу Луки разлилось тепло, и она улыбнулась:       – Да. Нора особенная. Она принимает и мужское, и женское во мне.       – В таком случае я рада, что ты постучал в её дверь, а не в мою, – с искренностью во взгляде сказала Тесс.       – А что насчёт вас с Фрэнки? – Спросила Лука. – Она знает о твоём прошлом? Знает, где мы с тобой познакомились?       Фрэнки намекнула, что ревновала, узнав, что в прошлом Лука и Тесс делили постель.       Взгляд Тесс остался спокойным, как небо в тёплый летний день:       – Фрэнки знает обо мне всё. У нас нет секретов друг от друга.       – Мм.       Лука не была уверена, что ей это нравится. Всю жизнь она держала свой секрет в тайне, на нынешний день о нём знали лишь три человека, и вот теперь Тесс рассказала о нём Фрэнки, не посоветовавшись с ней.       – Прости меня, – сказала Тесс, прочитав её эмоции с такой же лёгкостью, как семнадцать лет назад. – Я, правда, хотела сначала спросить твоего разрешения, но не хотела писать об этом в письме, потому что кто знает, кому оно может попасть в руки.       А так вполне могло произойти. Нетти научилась читать в четыре года и с тех пор читает всё, что попадётся под руку.       – Правильное решение.       Тесс всматривалась в её лицо:       – Так вы не рассказали об этом Нетти и Эми? Они всё ещё считают своего отца самым мужественным человеком по ту сторону Миссури?       – Потише! – Лука потёрла шишку на переносице и огляделась по сторонам, дабы убедиться, что никто не подслушивает. – Я их отец во всех смыслах этого слова.       – Значит, ты никогда не думал рассказать им?       – Мы с Норой обсуждали это. Но тогда девочки были ещё слишком малы. А когда они стали для обсуждения этой темы достаточно взрослыми, я уже слишком долгое время их обманывал, позволяя считать себя их отцом. – Она наклонилась над столом и прошептала: – Как я могу теперь, спустя столько лет, рассказать, что я им не отец? И вообще не мужчина?       На какое-то время между ними повисло молчание. Тесс не стала переубеждать, что она не права, скрывая правду от своих дочерей, но и не сказала, что Лука права. Она просто смотрела в глаза подруги.       – Ты доволен своей жизнью?       Вопрос удивил Луку. Никто никогда не спрашивал её об этом.       – Да, – ответила она. – Я счастливее, чем того заслуживаю. Я разделил свою жизнь с женщиной, которую люблю, и у меня есть две замечательные дочери. Чего ещё мне желать?       От правдивости слов по телу разлилось тепло.       Тесс улыбнулась и потянулась через стол, чтобы сжать ладонь Луки:       – Тогда я рада. Мне не терпится увидеться с Норой и познакомиться с вашими дочерьми.       Единственное, о чём сожалела Лука, так это о том, что её не будет дома большую часть визита Тесс. Ей бы хотелось увидеть, как Нора обрадуется приезду старой подруги, и ей любопытно узнать, что жена подумает о Фрэнки. Зато Тесс сможет передать Норе и девочкам, что на момент встречи их "отец и муж" был жив и здоров. После того как она отправила Кита с раненым мерином обратно домой, Нора, должно быть, беспокоится о её преодолении оставшегося пути лишь с двумя мужчинами.       – Когда доберешься до ранчо, пожалуйста, сообщи Норе, что со мной всё в порядке.       – Она волнуется?       – При детях она притворяется, что не переживает за меня, но я то её знаю.       Во взгляде Тесс появилось беспокойство:       – И не беспочвенно, верно? Фрэнки говорила, что из-за правительства, пытающегося переселить местные племена, дорога до Форта Бойсе может быть опасной.       Лука покачала головой:       – В основном это лишь несколько разрозненных групп, а не целые племена, вышедшие на тропу войны. Сюда мы добрались благополучно, и потому я уверен, что и дальше всё будет в порядке. Как только мы доставим лошадей, у нас будет больше времени на обратную дорогу. Меня больше беспокоит, как там дела на ранчо.       Фину признаваться в своих страхах она не стала, а поделиться ими с Тесс, несмотря на то что с последней их встречи прошли годы, казалось правильным.       Золотистые брови приподнялись:       – А есть повод беспокоиться?       – Нора зовёт меня наседкой, но управление ранчо - большая ответственность. Многое может пойти не так. – Лука знала об этом не понаслышке. Её первый год на ранчо выдался тяжёлым.       – Наседкой? – Усмехнулась Тесс. – Лука, вспомни, Нора была деловой женщиной задолго до вашей встречи.       Любое воспоминание о прошлом Норы, проведённом в борделе, вызывало у Луки гнев.       – Речь не о Норе. Нора может дать совет, но в моё отсутствие ранчо управляет Эми.       – Малышка Эми? – Тесс улыбнулась. Казалось, в её воображении всплыло лицо маленькой девочки, которую она когда-то знала.       Лука засмеялась:       – О, при ней тебе лучше не называть её так. Она больше не малышка.       Ей трудно это принять, но обе её дочери уже почти взрослые женщины.       – Значит, Эми больше не убегает из дома, чтобы покормить лошадей яблоками? - С усмешкой спросила Тесс.       Попытка Эми покормить лошадей в конюшне Индепенденса была первой встречей Луки и Эми. Сейчас Луке это казалось почти нереальным. Она с трудом могла вспомнить время, когда в её жизни не было Норы и девочек.       – О, я бы так не сказал.       Несколько раз она заставала Эми ночью в конюшне, когда та навещала лошадей. У неё возникало такое чувство, что с лошадьми Эми делится своими мыслями и переживаниями, как когда-то она, до встречи с Норой.       – Снова это выражение. – Тесс указала на лицо Луки.       – Какое выражение?       – Очень похоже на курицу-наседку.       Когда Лука прищурилась, Тесс рассмеялась.       – Я не могу быть курицей-наседкой. Как минимум петухом.       – О, не беспокойся. Мне понравилось такое сравнение. И я обещаю проверить твоих цыплят.       – И маму-курицу, пожалуйста, – добавила Лука.       Тесс улыбнулась:       – Как же без неё.