Скрытые истины

      Лука перевела через ручей последнюю лошадь:       – Давайте разобьём здесь лагерь и...       Её прервал стук копыт. Она потянулась к своей винтовке. Лука подала сигнал Чарли и Фину подойти к ней, те вытащили свои винтовки и приготовились.       На вершине холма появилась первая лошадь.       Лука опустила винтовку. Синяя форма всадника оказалась ей знакомой. Она носила точно такую же много лет назад.       Позади первого всадника ещё около дюжины солдат остановили своих лошадей.       Двое из них оставили своих лошадей и спустились с холма, остальные остались их дожидаться. Бросив взгляд на знаки отличия на униформах, Лука поняла, что главный у них лейтенант.       – Добрый день, – представился старший по званию. – Лейтенант Мойлан из восьмого кавалерийского полка.       Лука приподняла шляпу.       – Лука Гамильтон из долины Уилламетт, – сказала она, – мы переправляем лошадей в форт Бойсе. Что привело вас в Уиллоу Крик? Вас ведь не отправили сопровождать нас, верно?       – Боюсь, что нет, – ответил молодой офицер. – Мы ищем группу индейцев, укравших скот и убивших одного из наших людей. У вас были проблемы с индейцами?       Танцор сместился под ней, почувствовав напряжение своей хозяйки.       – Нет, – как можно спокойнее ответила Лука. – Как видите, все наши лошади на месте.       – Значит, вы не заметили в горах никаких признаков индейцев? – Спросил лейтенант.       Рядом с ней Чарли прочистил горло, но ничего не сказал.       – Нет, – ответила Лука. – Может, ваши воры присоединились к бандам на реке Оуихи. В это время года горы не особо гостеприимны.       Лейтенант Мойлан кивнул, но бородатый сержант, стоящий рядом, не отводил от Луки взгляда. Он догадался, что она солгала? Только долгие годы практики помогли сохранить на лице маску безразличия.       – Мы знакомы? – Спросил сержант.       Каждая мышца в теле Луки напряглась. Они с Норой много лет боялись этого вопроса. Она пристально посмотрела на мужчину, пытаясь рассмотреть черты лица под густой бородой. Его лицо показалось ей знакомым.       – Гамильтон... – Сержант косо на неё смотрел. – Вы ведь не Лука Гамильтон, воевавший в Мексике?       Тело Луки покинуло напряжение. Из драгунов лишь один мужчина знал её настоящий пол, и он давно мёртв. Она попыталась представить лицо сержанта на двадцать лет моложе. В голову пришло имя.       – Пит Джонсон?       Сержант заулыбался.       – Так точно. Лейтенант, этот человек не раз спасал мою шкуру на мексиканской войне. – Он посмотрел на лейтенанта. – Может, мы можем вернуть ему должок, сопроводив его и его друзей в форт Бойсе? В любом случае, конокрадами тут не пахнет.       После недолгого колебания лейтенант Мойлан кивнул:       – Хорошо. По крайней мере, наша миссия не будет полностью провальной. Мне известно, что полковник ждёт этих лошадей.       'Ох, просто потрясающе. Вот моя награда за героя войны.' Теперь не только два мужчины, но ещё и двадцать солдат будут следить за каждым её движением. Найти широкий куст, чтобы облегчиться, будет не так просто.       – Чёрт возьми, босс, я и не знал, что ты воевал в Мексике, – сказал Чарли, когда они разбивали лагерь. – Ты всегда говорил, что не хочешь сражаться на чужой войне.       Лука пожала плечами:       – Я был молодым и наивным.       Война была идеальным способом присоединиться к драгунам, не подвергаясь тщательному осмотру армейского врача. Научившись стрелять и ездить верхом, она получила нужную квалификацию. Тогда она отчаянно нуждалась в порядке и дисциплине, которую драгуны привнесли в её жизнь.       – А я знал, что ты был драгуном на Мексиканской войне, – сказал Фин. – Нетти рассказала. Но не знал, что ты хороший лжец, – понизив голос до шепота, добавил он.       Лука криво ему улыбнулась. 'Если бы ты знал, насколько.'       – Ага, – согласился Чарли. – Ты почти убедил меня, что по пути нам не встречались индейцы. Но зачем было врать? Зачем прикрывать красномордых ублюдков, укравших наших лошадей.       – Полегче, Чарли. – Лука грозно на него посмотрела. – Мне не понравилось, что они украли наших лошадей не меньше, чем тебе, но они не стали с нами сражаться, поэтому сомневаюсь, что это те же индейцы, которые убили солдата. Лейтенанту это было бы неважно. Он жаждет отмщения. И плевать, если перед ним будет лишь один молодой воин со стариком и двумя женщинами. Я не хочу быть ответственным за их смерть. – Она выдержала взгляд Чарли, пока тот первым не отвёл глаза. – Ладно. Давайте разобьём лагерь.

***

      Как только молодой лейтенант ушёл в свою палатку, из одной из седельных сумок солдаты вытащили колоду карт и бутылку виски.       Чарли тоже протянул свою жестяную кружку.       Лука не стала его останавливать. От одного стакана ничего не будет, и она надеялась, что у него хватит здравого смысла, чтобы отказаться от второго. Когда бутылка дошла до неё, Лука передала её следующему мужчине. Она наблюдала за игрой в карты, но сама присоединяться не стала.       Даже во время Мексиканской войны она не была дружна с солдатами своей роты. Скрывать свой пол значило держаться обособленно, независимо от того, насколько одинокой она себя чувствовала. Но чтобы хоть как-то вписаться, играла со своими сослуживцами в карточные игры и смеялась над их непристойными шутками. Теперь же подобные развлечения больше ей не интересны.       В прошлом проживая мужскую жизнь среди мужчин, она потеряла связь со своей женской стороной. Но последние семнадцать лет в доме с тремя женщинами очень её изменили. Она по-прежнему умела находить с мужчинами общий язык, но больше не пыталась быть на них во всём похожей.       Теперь ей просто хочется быть самой собой.       – Ты в порядке, босс? – сидящий в противоположной стороне от огня спросил Финн.       Он тоже отказался от солдатского виски.       – Да, – ответила Лука. – Просто задумался.       – Хм, я тоже. – Фин обошёл костёр и уселся рядом с Лукой. – Интересно, как идут дела дома.       Лука каждый день задавалась этим вопросом.       – Ну, если твоя невеста не белоручка, думаю, Нора могла уже вернуться к преподаванию.       – С чего ты взял?       – Я знаю свою жену, – ответила Лука.       Нора практичная женщина, и если возникнет потребность в деньгах, переложит рутинную работу на ранчо на плечи молодых и вернётся к своим преподавательским обязанностям.       – Как думаешь, Джоанне придётся по душе на ранчо?       В свете огня Лука заметила беспокойство в его глазах. Он сделал предложение, даже не встречаясь со своей невестой, и теперь понятия не имел, станет она ему хорошей женой или нет.       На губах Луки появилась улыбка при воспоминании о первых попытках Норы развести огонь и испечь хлеб.       – Ей придётся многому научиться, – сказала она. – Не переживай. Даже если Нора и правда вернётся к преподаванию, Эми с Нетти всему её обучат.       – Эми будет давать моей будущей невесте уроки о том, как стать хорошей женой работнику ранчо. – Фин рассмеялся. – Звучит пугающе.       Грубые слова были готовы сорваться с губ Луки, но она сумела сдержаться. Фин не стал бы критиковать Эми. И всё же Эми не из тех женщин, на которых большинство мужчин женятся или ставят в пример. Порой Лука задавалась вопросом, не обрекла ли она своим воспитанием дочерей, а в особенности Эми, на одиночество.       Фин вырвал из-под ног сухую траву.       – Если ты так волнуешься за Джоанну, зачем сделал предложение женщине, с которой лично не знаком? – Поинтересовалась Лука. – Почему не ухаживал за одной из соседских девушек, выросших на ранчо?       – Ой. – Фин бросил траву в огонь. – Они глупы как курицы.       – Прямо уж все? И во всей долине нет ни одной женщины, которая тебе нравится?       Фин облизнул нижнюю губу.       – Значит, всё-таки есть. – Усмехнулась Лука, слабо хлопнув Фина по плечу. – Почему не сделал предложение ей?       – Я ей не ровня. – Фин смотрел на языки пламени. – Не смогу дать того, что она заслуживает.       – Я думал также, когда впервые встретил Нору, – сказала Лука.       Фин не отводил от огня взгляда:       – Это другое.       'Ты даже себе не представляешь, насколько.'       – Мне проверить лошадей? – Спросил Фин.       Лука поднялась с пня:       – Нет. Сам схожу.       Ей было необходимо отыскать укромное местечко, чтобы разгрузить свой мочевой пузырь.       Под защитой темноты и навостренных ушей лошадей, пасущихся поблизости, она нырнула за куст полыни и облегчилась. Когда она стала натягивать на себя штаны, одна из лошадей фыркнула.       Лука всматривалась сквозь ветки кустарника, застегивая последнюю пуговицу и поправляя в штанах подкладку.       Двое солдат шли к яме для нужд, у одного в руках была лопата.       – Лейтенанту не следовало соглашаться с Джонсоном, – сказал тот, что повыше. – Теперь придётся нянчиться с кучкой коневодов вместо поисков проклятых индейцев, убивших Роя.       – Тфу, Мойлан - зелёный офицер, не участвовавший в военных действиях. Он вздрагивает от каждого воя койотов. – Он сплюнул и на полынь, за которой пряталась Лука. – Он ждал повода вернуться в Форт.       – Может, нам стоит дать ему повод не возвращаться в Форт? - Предложил другой солдат.       – Какой?       Его друг усмехнулся:       – Если мы отпустим и отгоним подальше несколько лошадей Гамильтона, а лейтенанту скажем, что их спёрли конокрады...       От гнева по телу Луки пробежал жар. Никто не использует её лошадей для такого плана. Изношенная рукоятка револьвера успокаивала её ладонь. Взведя курок, она вышла из своего укрытия, наступая ботинком на несколько веток.       Оба солдата обернулись на треск.       – Если хоть одна из моих лошадей пропадёт, я застрелю обоих, – произнесла она.       – Не посмеешь, – сказал тот, что повыше. – Наши товарищи собственными руками тебя линчуют.       Лука улыбнулась ему. Она точно знала, как их припугнуть.       – О, это только если поймут, что убил вас я. А так я скажу вашему лейтенанту, что вас убили те самые индейцы, что украли ваших лошадей.       В ночной тишине было слышно, как сглотнул низкий солдат:       – Это была шутка. Мы не собирались красть ваших лошадей.       – Мне не нравится твой юмор, рядовой.       – Не наша проблема, что у тебя нет чувства юмора, - сказал высокий солдат.       Лука обратилась к нему, ведь именно он был зачинщиком:       – Так постарайся, чтобы это не стало твоей проблемой. Если все мои лошади доберутся до форта Бойсе, мы расстанемся друзьями. Если нет, что ж, возможно, ваши товарищи помянут вас добрым словом.       Двое солдат молча на неё пялились. В почти кромешной тьме Лука не могла раглядеть выражения на их лицах, но по-прежнему не отводила взгляда.       – Ладно, – наконец произнёс высокий солдат. – Мы оставим лошадей в покое.       Он зашагал в сторону отстойника, и его друг последовал за ним.       Лука опустила револьвер, провожая их взглядом. 'Замечательно.' Вместо того чтобы наслаждаться безопасностью кавалерийского эскорта, придётся спать с открытым глазом. Поправив штаны, она пошла обратно в лагерь, чтобы сообщить Фину и Чарли.