Скрытые истины

      – Кого хотите? Кобылу или мерина? – Спросила Эми, смотря через плечо на Фрэнки, идущую за ней по двору ранчо.       Кобылы считаются хорошими лошадьми для женщин, тогда как большинство мужчин предпочитают жеребцов, считая, что кобылы капризные и их слишком легко отвлечь.       Кого предпочтёт Фрэнки? Для Эми женщина всё ещё оставалась загадкой. Когда Фрэнки выезжала с рабочими ранчо, чтобы посмотреть земли, на ней были штаны и парик с короткой стрижкой. Большинство соседей, которые им встречались на пути, принимали Фрэнки за мужчину, и она их не исправляла. А когда в воскресенье они выбрались в город, Фрэнки надела платье, женственный парик под элегантную дамскую шляпку и изящные туфли, от одного взгляда на которые у Эми начинали болеть ноги. Фрэнки болтала с горожанками о последней моде Востока и, казалось, чувствовала себя такой же непринуждённой, как в седле.       – Кобылу, – сделала выбор Фрэнки. – Я предпочитаю кобыл, а Салли уже слишком стара, чтобы скакать по холмам на помощь попавшим в беду девицам. – Фрэнки ей подмигнула.       Эми покраснела и хотела возразить, не считая себя "девицей в беде", но улыбка Фрэнки её обескуражила.       Они пришли к табуну в загоне и в приятном молчании переходили от лошади к лошади. Почему-то это напомнило Эми прогулку с папой, когда они проверяли лошадей. 'Странно, что эта женщина напоминает мне папу.' Фрэнки перевернула всё её представление о том, какой может быть жизнь женщины. И она стала задаваться вопросом, что это значит для неё самой? Похожа ли она хоть в чём-то на Фрэнки? Сможет сама определять свою судьбу и самостоятельно принять решение не выходить замуж?       Остановившаяся рядом Фрэнки усмехнулась:       – Я всё ещё сбиваю тебя с толку, да?       Щёки Эми обдало жаром от стеснения:       – Нет, нет, я просто...       – Всё нормально. – Фрэнки ей улыбнулась. – Я сама много лет не могла определиться.       Трудно было представить уверенную в себе Фрэнки неопределившейся молодой женщиной.       – Тебе же нравится так одеваться? – Спросила Эми.       Фрэнки провела рукой по внешнему шву своих штанов:       – Да, это удобно.       У них есть что-то общее.       – Но ты и в платьях чувствуешь себя комфортно, правильно я поняла?       – Да. Мне нравится носить и то, и то, в зависимости от ситуации. Женщине не обязательно носить штаны, чтобы быть сильной, Эми, – сказала Фрэнки.       – О, мне это известно.       Мама - самая сильная из всех знакомых ей женщин, и Эми никогда не видела её в штанах.       – Я росла немного похожей на тебя. – Фрэнки указала на барак и загон. – В мире мужчин. Я жила в шахтёрском лагере с отцом и пятью братьями. Ты когда-нибудь видела шахтёрский лагерь?       Эми отрицательно покачала головой:       – Папа однажды перегонял в Силвер-Сити табун лошадей, но сказал, что я слишком мала, чтобы ехать с ним.       – И он был прав. Шахтёрские лагеря суровы. За исключением нескольких китаянок, я была единственной женщиной на сотни миль, и мой отец одевал меня в мальчиковую одежду, чтобы уберечь от любых нежелательных приставаний.       Мысль о том, что за ней ухлёстывает орда немытых шахтёров, вызывала у Эми отвращение.       – Я наслаждалась предоставленной свободой, – сказала Фрэнки. Она опёрлась руками о перила загона и засмотрелась вдаль. – Я могла бродить по местности со своими братьями вместо того, чтобы прятаться в палатке. Мне потребовались годы, чтобы понять, что одеваться в женскую одежду тоже весело, и что быть женщиной - замечательно.       'Так ли это на самом деле?' Эми гадала, придёт ли она сама когда-нибудь к такому выводу. Будь она мужчиной, могла бы управлять ранчо, избежав непослушания работников вроде Адама, придирающегося к ней на каждом шагу. 'Тогда мои чувства к женщинам не были бы ошибкой.'       Она подавила вздох и заставила свои мысли вернуться к жизни Фрэнки, а не собственной.       – Как вы стали детективом Пинкертона?       Эми росла, думая, что у женщин нет иного выбора кроме как выйти замуж и воспитать кучу детей, но она никогда даже не помышляла, что женщины могут стать сыщиками и маршалами.       Улыбку как сдуло с лица Фрэнки. Она повернулась лицом к Эми и прислонилась боком к загону.       – Моего отца убили за пригоршню золота.       – Соболезную. – Эми не знала, что ещё сказать. Мысль о потери собственного отца её ужасала.       Фрэнки кивнула. Пелена печали заволокла обычно ясные глаза.       – Его убийцам чуть не сошло это с рук. Но потом их выследил детектив Пинкертона. Я никогда этого не забуду. Когда я наткнулась на объявление, тут же подала заявку на работу в агентство.       – Они набирали женщин-детективов? – Эми искренне удивилась. Может, Восток и вправду волшебное место, каким представляет его Нетти.       – Нет. – Улыбка вернулась на лицо Фрэнки. – Они искали секретаршу. Но я могу быть очень убедительной. И мой успех это только подтверждал. Я раскрывала одно дело за другим, сближаясь с жёнами, сёстрами и любовницами подозреваемых так, как не мог ни один из мужчин-детективов.       – А ваша кузина? Она тоже была детективом Пинкертона?       Губы Фрэнки скривились в усмешке:       – Нет. Она помогает мне выполнять работу, но Тесс никогда официально не была Пинкертоном. Она предпочитает работать сама на себя.       Они бок о бок побрели по загону, снова присматриваясь к лошадям.       – Как вам эта? – Эми указала на гнедую кобылу, склонившую голову, чтобы полакомиться клевером, растущим под изгородью загона. Белесое одеяло без единого пятнышка припорошило её бедро. – Её зовут Зебра. Не шибко высокая лошадь, но очень быстрая.       Фрэнки усмехнулась:       – Зебра?       Эми кивнула, глядя на тёмные полосы на ногах кобылы:       – Ага, ну, однажды Нетти прочитала мне рассказ о зебрах. Судя по всему, они похожи на лошадей и полосы вроде этих.       – А что насчёт неё? – Фрэнки указала на другую кобылу.       – Мышь?       У них целый табун красивых, хорошо обученных лошадей масти Аппалуза, а Фрэнки выбрала себе простую серую кобылу?       Тёмная бровь исчезла под полями шляпы Фрэнки:       – Мышь?       – Ну, она...       – Серая, – закончила за неё Фрэнки и рассмеялась. – Именно поэтому она мне и приглянулась. Для моей работы нужна неприметная лошадь, которую никто и не вспомнит, а не красавица Аппалуза. Итак, сколько ты за неё хочешь?       – Вам следует обсудить этот вопрос с моей мамой. – Даже когда папа был дома, мама всегда имела право голоса в отношении финансов. Затем ей в голову пришла другая мысль. Появился шанс вернуть Рике долг. – А ещё лучше поговорите с Рикой. Я купила Мышь за её деньги, так что, думаю, вам лучше спросить у неё, захочет ли она продать кобылу.       – Хорошо, – сказала Фрэнки. – Я с ней поговорю.       – Хотите опробовать её перед покупкой?       Это было бы испытанием не только для кобылы, но и проверка навыков Фрэнки в роли наездницы.       Пусть Фрэнки и двоюродная сестра лучшей подруги мамы, всё же Эми не продаст ей Мышь, если у той не будет опыта, чтобы справиться с пугливой кобылой.       Уверенная усмешка приподняла уголки рта Фрэнки, давая Эми понять, что поняла истинную причину такого предложения:       – А то.

***

      Сметая с курятника грязную солому, Рика чихнула, когда пыль и крошечные частички перьев защекотали нос.       Пёс выскочил из-под веранды и с лаем помчался по двору.       Рика подняла голову. Её руки сжали метлу, готовясь защищать кур и остальную часть ранчо.       Но вместо ожидаемого койота Тесс закрыла за собой дверь нужника.       – Хантер! – Крикнула собаке Рика. – Перестань поднимать шум. Ты же знаешь, что Тесс не чужая.       Хантер рысцой вернулся к Рике. Его виляющий хвост забился об её юбку, и Рика наклонилась, чтобы почесать его за ушами.       Медленно, не сводя взгляда с собаки, Тесс подошла к ним:       – Я впечатлена. Он тебя слушается.       – Он привык ко мне, и Эми пару раз позволила мне его покормить, так что он хочет остаться в моей милости. – Рика запустила пальцы в лохматую шерсть. – В первую неделю моего здесь прибывания он тоже лаял каждый раз, как я приближалась к курятнику.       – Он защищает свой дом, – сказала Тесс. Она наклонилась и позволила Хантеру понюхать одну из рук. – Кстати, о доме, ты, правда, не против пожить у Эми? Когда ты согласилась сдать нам хижину, ты, наверное, думала, что мы останемся на одну или две ночи. Но прошло уже десять дней. Я понимаю, что не этого ты ожидала. Если мы причиняем тебе неудобства, мы можем остановиться в каком-нибудь другом месте.       – Да нет, всё в порядке. Так я могу лучше приглядывать за Эми.       Эми действительно нуждается в заботе. Недавно Рика проглядела, и Эми ускакала кататься с Фрэнки, несмотря на её предупреждение держаться от седла подальше.       Золотистая бровь выгнулась дугой, и что-то в выражении лица Тесс заставило Рику покраснеть.       – Всё в порядке, - повторила Рика. - Если Финеас хоть немного похож на Гамильтонов, он бы одобрил.       Взгляд Тесс стал заинтересованным:       – Ты с нетерпением ждёшь встречи с ним?       'А жду ли?' С одной стороны ей хочется познакомиться с Финеасом, так как Эми и остальные члены семьи хорошо о нём отзываются, а с другой, большая часть её боится его возвращения. Не сговариваясь, она и Эми избегали разговоров о помолвке, так что большую часть времени она не думала о том, что привело её в Орегон. Впервые в жизни она была вольна быть самой собой, а не послушной дочерью, безотказной нянькой или прилежной фабричной работницей.       Здесь её ценность не измеряется количеством выполненной работы. Возвращение Финеаса заставит её снова проявить себя и взять на себя ещё одну роль - роль Джо Брюггеман.       – Не знаю. – Она подняла плечи, затем позволила им упасть. – Я его не знаю, а потому не знаю чего ожидать. Я знаю, что многие люди думают, что быть невестой по переписке необычно и даже аморально, но...       Её прервало мягкое прикосновение к предплечью.       – Я не осуждаю тебя, – сказала Тесс. – Видит Бог, не мне судить кого бы то ни было за его жизненный выбор. Просто мне кажется, – она пожала плечами, – что тебе это самой не по душе.       Рика удивлённо моргнула. Неужели её так легко прочесть?       Десятки ответов проносились в голове Рики, и все были ложью, которая была вполне правдоподобна и может заставить Тесс прекратить свои расспросы. Но что-то в голубых глазах заставило её отбросить ложь и сказать правду.       – Я уже однажды была замужем и знаю, какова жизнь одинокой вдовы. Я едва зарабатывала на жизнь в Бостоне и жила в постоянном страхе потерять работу на хлопковой фабрике. Вот я и подумала, что брак с незнакомцем не может быть хуже того, что я уже пережила.       – Но?       Теперь, после стольких недель, проведённых на ранчо, у неё сложилось ощущение, словно она нашла место, в котором хочет остаться и людей, которые ей приятны и которым она начала доверять. При мысли об отъезде на сердце накатывала тоска.       Прежде чем она успела озвучить свою мысль, их прервал топот копыт.       Эми и Фрэнки скакали в их направлении и остановили своих лошадей, принёсших за собой облако пыли.       При виде Эми верхом на лошади сердцебиение Рики участилось. 'Господи, она такая упрямая.' Она просила Эми держаться подальше от седла, и вот та разъезжает по ранчо с Фрэнки. Не успела Эми спешиться, а Рика уже подошла к ней.       Руби навострила уши в сторону Рики и замерла на месте. Кобыла дёрнула за удила и подняла голову, чтобы посмотреть на Рику. Капля зеленовато-белой пены упала на рукав Рики, и, попытавшись его стряхнуть, она лишь его растёрла.       'Это точно не безотлагательная поездка.' Рика прищурилась, будто целилась в Эми. Девушка, всё ещё восседая в седле, над ней возвышалась. Задрав голову, Рика посмотрела ей в глаза.       – Разве я не говорила тебе воздержаться от поездок на какое-то время?       Эми сдвинула шапку на затылок, позволяя той болтаться на спине.       Вспыльчивость, которой люди обычно оправдывали цвет её волос, вспыхнула в её глазах:       – Ты мне не мать.       Рика прижала руки к животу, словно получила удар кулаком:       – Я считала себя твоей подругой.       Мышцы вокруг рта и глаз Эми расслабились:       – Да. Извини. Просто Фрэнки хочет купить Мышь, и я хотела ей продемонстрировать, как далеко она продвинулась в своём обучении. Прошло уже десять дней, и мои рёбра должно быть уже зажили.       При виде блеска в глазах Эми и раскрасневшихся от ветра щёк Рика не смогла сдержать раздражения.       Её прервала Тесс, подошедшая и коснувшаяся шеи Мыши.       Фрэнки наклонилась и поцеловала Тесс в щёку, приветствуя кузину с нежностью, которую Рика с самого приезда заметила между ними. Несмотря на то, что она помогала растить своих братьев и сестёр, Рика никогда не была близка со своими родственниками.       – Здесь так много красавиц Аппалуз, а ты остановила свой выбор на невзрачной кобылке по кличке Мышь? – Тесс усмехнулась.       Именно такой Рика часто чувствовала себя среди своих сводных братьев и сестёр, работниц фабрики и даже здесь, на ранчо. По сравнению с хорошенькими женщинами она некрасива и неинтересна.       – Она не невзрачная, – вступилась Эми.       Страстный огонь, вспыхнувший в глазах девушки, что-то пробудил в Рике. 'Интересно, а обо мне она также думает?'       – Посмотрите на её поведение. – Эми указала на кобылу. – С хорошим наездником и чуть большей подготовкой она станет лучшей лошадью, что у вас когда-либо была. Если вы её выберете, конечно.       Фрэнки положила руку на плечо Тесс:       – Уже выбрала. – Она повернулась к Рике. – Итак, сколько ты за неё хочешь?       – Я?       – Я купила её на деньги, которые тебе оставил Фин, так что она принадлежит тебе, – сказала Эми.       – Но именно ты заботилась о ней и обучала. – Рика не хотела забирать Мышь у Эми после долгих часов, проведённых за тренировками в загоне. В любом случае эти десять долларов были не её.       – Я обещала вернуть тебе деньги, и это единственный способ, – сказала Эми. Она виновато опустила голову и посмотрела на Рику. – Она твоя.       После секундного колебания Рика кивнула. В любом случае, о Мыши позаботятся лучше, чем это сделала бы Рика. Лошадь может принести пользу где-то за пределами ранчо.       – Значит, позже договоримся о цене. – Фрэнки выскочила из седла и взяла Тесс под руку.       Во двор ранчо с грохотом въехала повозка.       – Эми! – Крикнула Нора, останавливая Старину Джека. – Что ты забыла в седле? Разве мы не условились, что ты отдохнёшь ещё несколько дней?       Рика не смогла сдержать улыбки, расплывшейся на её лице:       – Вот она, – кивнула она на Нору, – твоя мать. И тебе не избежать разговора.       – Спасибо за напоминание, – пробормотала Эми и поспешно выбралась из седла.