История одного гиппогрифа

      — Думаю, насчет этого волноваться не стоит.        Дверь в жилой корпус распахнулась. Парочка гиппогрифов, увлеченно беседуя друг с другом, вошли внутрь и направились к лестнице, чтобы подняться к своим комнатам. После такой бессонной ночи единственным желанием Лео было как следует отоспаться. Тем более, сегодня у них намечался день, свободный от занятий. Но судьба распорядилась иначе. В поезде было слишком неудобно, а теперь сон и вовсе напрочь исчез. Вместо этого брат с сестрой взялись обсуждать свои планы на день. Сперва им, несомненно, стоило рассказать друзьям о своих подводных приключениях.        — Уверена, они даже не заметили нашего отсутствия, — Сильверстрим кивнула сама себе, преодолевая последнюю ступеньку лестницы, только для того, чтобы поднять взгляд и с удивлением обнаружить стоящую посреди коридора рыжую дракониху.        — Что-то затянулась ваша утренняя прогулка, — хмыкнула Смолдер, сложив лапы на груди, — или лучше сказать ночная?        — Ой, а как ты узнала? — розовый гиппогриф вскинула брови в легком разочаровании, — вам все Галлус рассказал?        Выражение лица Смолдер говорило само за себя.        — Чего? Нет, он только проснулся. Уже двенадцать, как-никак. Поверьте, не так уж сложно понять, что вы что-то задумали.        — Драконья проницательность? — Лео ухмыльнулся. Смолдер ответила ему тем же.        — Можно и так сказать. А теперь давайте, колитесь, чего успели натворить.        Голубой гиппогриф почесал подбородок, вспоминая их «достижения».        — Ну-у, если вкратце, то мы съездили домой, чудом не погибли, попали в плен к морским пони, едва не свели с ума королеву Ново, похитив из замка Небесную Звезду, и почти развязали войну…        — Подожди, ты сказал «морским пони»? — прервала его Смолдер, — вас что, свои же схватили?        — Не совсем. Они — самые настоящие морские пони! — заявила Сильвер, — в смысле, мы тоже настоящие, конечно же! Но их хвосты и плавники, а еще король Шторм…        — Ну-ка притормози, — Смолдер выставила перед собой лапу, — мне только головной боли с утра не хватало. Даю вам пятнадцать минут, потом встречаемся у входа в крыло. Остальные тоже будут. Там и расскажете нам во всех подробностях, как провели ночь.        С этими словами дракониха бесцеремонно развернулась и, махнув лапой, зашагала по коридору. Переглянувшись, брат с сестрой последовали за ней.

***

       — Ого, тебя не было все утро. Я даже почти успел соскучиться, — услышал Лео знакомый голос, заходя в свою комнату. И, конечно же, с первого яруса кровати.        — И тебе привет, Галл. Нет, от меня так просто не отделаешься. И если тебе настолько лень карабкаться к себе наверх, так и скажи, поменяться местами — не такая уж большая проблема.        — И не подумаю, — с наглым спокойствием ответил грифон.        — Что ж, тогда жди на день рождения в подарок подушку из твоих же перьев и кошачьей мяты.        Вложив в свои слова как можно больше угрозы, гиппогриф подошел к письменному столу. К сожалению, небольшие размеры комнаты не позволяли поместить сюда второй такой же, что было бы весьма удобно, ведь делать домашку на подоконнике, кровати и уж тем более на полу — занятие не из приятных. Впрочем, возможно, причиной отсутствия хотя бы стола пошире была банальная экономия. Что еще забавнее, учитывая, что стульев в комнате стояло как раз таки два. Поэтому ребята частенько занимались в читальном зале или общей гостиной. Как бы то ни было, Лео домашняя работа сейчас не волновала. Он мельком глянул на фотографию, сделанную во время их с друзьями недавней поездки на гору Айрис. Это заставило его улыбнуться. Тогда Сендбар едва не уронил свою камеру с балкона их дома, а потом до смерти боялся доставать ее снова. Гиппогриф отвел взгляд и взял со стола кристалл памяти, подаренный ему Оселлус. Задумчиво осмотрел его и взвесил в лапе. Интересно, сколько новых воспоминаний можно в него добавить? Какой вообще объем у таких кристаллов? Странно, он так и не удосужился спросить об этом.        — Кстати, ты переворачивал календарь? — обратился Лео к кровати. Последовавшее «не-а» дало понять, что ему придется сделать это самому. Каково же было удивление гиппогрифа, когда на листе бумаги оказалась цифра «шесть».        — Уже шестое декабря?! А где же снег? У нас вся гора Айрис уже в снегу, а здесь что? Унылое небо в сплошных облаках да замерзшие лужи, — пернатый посмотрел в окно, забарабанив пальцами по столу, — или вы хотите сказать, что у пони и первый снег выпадает по расписанию?        — Так и есть, — послышался голос со стороны двери, — у нас все четко распланировано наперед… эм, простите, что без стука…        — Да ладно тебе, Сендбар, проходи и не стесняйся. Мы же это уже сто раз обсуждали.        — Я не обсуждал! — возмутился Галлус.        — А злостных захватчиков чужих кроватей не спрашивали! — парировал Лео, после чего развернулся к земнопони, — ты что-то хотел?        — Да, я, собственно, по тому, что вы сейчас обсуждали. Мы все вместе хотели посмотреть на «Грандиозное открытие зимы», если это так можно назвать. Сегодня пегасы должны пригнать снежные облака, и мы наконец-то увидим первый снег. И нас уже ждут внизу.        Так вот о чем говорила Смолдер. Что ж, оставалось надеяться, что так называемое «открытие» стоило долгого ожидания.        — Точно, что-то я засиделся, — спохватился Лео и поспешил к выходу. Галлус и Сендбар вышли следом за ним.

***

       — …А потом Тетушка Ново отправила нас обратно сюда. Так и закончилось наше приключение. Здорово, правда?        Сильверстрим только закончила рассказывать о их ночных похождениях. Причем Лео даже не пришлось добавлять ничего от себя. Он бы и не смог — сестра выпалила все на одном дыхании и теперь, довольная собой, ждала реакции друзей.        На улице тем временем собиралось все больше и больше народу. Начало зимы в Эквестрии считалось особенным событием, хоть и не таким, как ее конец. Больше всего это время года здесь любили, конечно же, за День Согревающего Очага — большой праздник, когда все собираются семьей и, позабыв на некоторое время о тяготах и невзгодах повседневной жизни, проводят время вместе, украшая свое жилище и даря друг другу подарки. Подобного праздника у гиппогрифов не было, однако его задумка пришлась по душе очень многим из них. Поэтому королева Ново всерьез задумалась над введением Дня Согревающего Очага в Гиппогрифии, пусть и под другим названием. Вполне вероятно, что теплая и уютная атмосфера нового праздника застанет Лео и Сильверстрим уже на этих зимних каникулах. Голубой гиппогриф даже загорелся идеей пригласить кого-нибудь из друзей в гости, чтобы отпраздновать вместе. Хотя им наверняка захочется провести каникулы в кругу семьи, да и они ведь только недавно уже побывали на горе Айрис. С другой стороны, ему почему-то казалось, что Оселлус бы согласилась. А Сильверстрим может предложить Галлусу… В любом случае, до каникул еще далеко.        От созерцания пространства перед собой Лео отвлекло наглое нарушение его личного пространства.        — Вы только посмотрите, мы все стали такими пушистыми! — Сильвер провела лапой по шее брата, затем с хихиканьем отдернула ее, уворачиваясь от щелкнувшего клюва.        — Друг-чейнджлинг не изменился, — заметила Йона.        — Да, наш хитин остается таким же и зимой, и летом, — Оселлус улыбнулась.        — И что, вам совсем не холодно? — Сендбар удивленно приподнял брови.        Словно в ответ на его вопрос чейнджлинг вздрогнула всем телом и поспешила прижаться к теплому боку Йоны.        — Летом хитин позволяет нам регулировать температуру тела и не страдать от жары, но зимой… он совсем не спасает от холода. Поэтому приходится надевать побольше теплой одежды.        — Или согревать друг друга объятиями! — предложила Сильверстрим.        Толпа вокруг восторженно загалдела. Все смотрели и показывали куда-то на небо. Только прищурившись, Лео сумел разглядеть разноцветные пятна. И двигались они очень быстро, буквально разрезая облака, как очень острые ножницы бумагу, без каких либо усилий. Тут же откуда ни возьмись прилетела еще одна группа пегасов, принеся с собой целый шквал новых облаков. Словно лавина, они пронеслись по небосводу, застилая собой все свободное пространство. Выглядело это зрелище так же великолепно, как и абсурдно. В голове Лео просто не укладывалось, как можно заставить идти дождь или снег, просто притащив нужные облака. И он ловил себя на этой мысли нередко, каждый раз удивляясь, как впервые.        — Ух ты-ы! Это просто потрясающе! — Сильвер не смогла усидеть на месте и взлетела.        — На шесть из десяти потянет, — заявил Галлус.        — Я бы даже дала пять, — с деловитым видом кивнула Смолдер.        Сендбар театрально закатил глаза.        — Ладно вам, не будьте такими занудами. На вашем месте я бы лучше как можно скорее побежал в кладовую с инвентарем и раздобыл сани, пока не разобрали.        — Ты смеешься? — Галлус выразительно посмотрел на землю под собой без какого-либо намека на снег.        — О, не переживайте, через полчаса все будет в сугробах. Первый снегопад у нас обычно очень «щедрый».        И действительно, крохотные снежинки в мгновения ока превратились в объемные и пушистые хлопья, кружась в воздухе и стелясь тут и там мягким и слегка холодным ковром. Друзья решили не тратить время и отправились во внутренний двор школы, а оттуда — в кладовую. Хотя на деле это был настоящий склад внушительных размеров, забитый всякой всячиной — от инструментов до разноцветных плакатов и даже воздушных змеев. Именно отсюда Лео «позаимствовал» топор для своего розыгрыша в походе. И абсолютно честно вернул через три дня, до этого зачем-то пряча у себя в комнате. Но самое главное — в кладовой была куча разного спортинвентаря. Большинство вещей можно было брать без разрешения, только не забудь потом положить обратно на место. К примеру, Йона, Сендбар и Сильверстрим присмотрели себе большущие сани, в которые даже четверо влезут. Остальные решили либо к ним присоединиться, либо довольствоваться санями поменьше. Но взгляд Лео остановился на белом чехле, висящем на стене. Внутри обнаружился совсем новый сноуборд черного цвета с узором из красных полос. На горе Айрис подобные штуки, как и лыжи, были очень популярными. По крайней мере, родственники уже успели отправить им с дюжину фотографий своих катаний, ведь там-то снега предостаточно.        — Эм, разве нам можно это брать? — неуверенно спросила Оселлус, завидев живой интерес гиппогрифа.        — Не знаю, но я всегда хотел прокатиться на этой штуковине. Не пылиться же ему тут всю зиму.        С этими словами Лео нацепил на лоб очки, судя по всему, от снега, закинул за спину чехол и вышел на улицу. Вскоре к нему присоединились и остальные.        К сожалению, Понивилль располагался на ровной местности, потому пригодный для спуска холм пришлось еще поискать, но в конце концов им посчастливилось отыскать именно такой. К тому моменту, как компания добралась до места, снега нападало уже почти до колен. Вдыхая морозный воздух полной грудью, Лео воззрился на мир перед собой, словно осматривая свои владения.        — Лучше бы помог дотащить эту штуку, — пробормотала Смолдер, бросив на землю поводья саней, — не то чтобы я сомневаюсь в силах Йоны, но все же.        — Уверен, ей это не составило труда, — снисходительным тоном ответил гиппогриф и вновь посмотрел на город внизу, — вы только посмотрите на все это! Романтика!        — Романтика полетит кубарем, пытаясь меня догнать, — Галлус вскочил на свои сани и со свистом унесся к подножью холма, — до встречи внизу, неудачники!        Ребята не стали долго ждать и поспешили присоединиться к грифону. Всего миг — и Лео остался один. Он одарил сноуборд задумчивым взглядом.        — Что ж, а теперь моя очередь. Осталось только разобраться с этим. Как-то…        Гиппогриф потратил почти минуту, чтобы закрепить одну заднюю ногу. Довольно улыбнулся, когда сделал то же самое со второй. И только тогда понял, что весь мир вдруг резко стал двигаться назад. У него получилось!        — Ха! Ну и что вы теперь скаж… кхе-кхе… Ай! Поберегись!        Счастливая поездка продлилась не более пяти секунд, когда пернатый, потеряв равновесие, свернул в заросли и оказался в сугробе целиком. Выплюнув попавший в клюв снег, Лео попытался прокопать себе путь наружу. Что-то схватило его за хвост и неожиданно сильно потянуло назад.        — Друг-гиппогриф в порядке? — спросила Йона, судя по всему, и вызволившая его из плена.        — Да, спасибо, — Лео усмехнулся, — мне просто нужно больше практики.        Он поднялся на задние ноги, пытаясь удержать равновесие. Собирался сказать что-то еще, но так и замер с раскрытым клювом от увиденного. Посреди лесной поляны зияла пропасть размером с целый дом. Пропасть не на земле, а в воздухе. В самом буквальном смысле. Гиппогрифу не раз приходилось видеть порталы, изучать принцип их работы, заклинания, нужные для их создания, вспомнить хотя бы его день рождения. Но это… это было что-то другое. Шрам, трещина на стекле. Стекле самой реальности.        — Что у вас здесь произошло? — раздвигая ветки деревьев и не забывая приправлять это далеко не ласковыми изречениями, к ним подошла Смолдер. Посмотрела на ребят, затем на их находку, и присвистнула, — ого, вот это уже интересненько!        — Это… просто черный дым? — Сендбар недоуменно склонил голову набок.        — Ага, который просто так оказался на самой обыкновенной поляне в разгар зимы, — скептически усмехнулся Галлус.        Смолдер сделала несколько шагов к разлому.        — Ставлю все кристаллы Драконьих Земель, это какая-то опасная магическая штуковина!        — Может, здесь какие-нибудь подземные источники? — Сендбар неопределенно покрутил копытом, — думаю, нам стоит рассказать об этом учителям.        Источники? Они что, не видят ЭТОГО? Впрочем, может, это у Лео от эквестрийской магии уже рассудок помутнился.        — Или не стоит, — Галлус поднял лапу в жесте недовольства, — почему именно мы вечно должны разбираться со всякой магической чепухой?        — Друзья должны рассказать! — почти выкрикнула Йона и притопнула, дав понять, что возражения не принимаются.        — Хорошо, но давайте лучше сделаем это позже. Вдруг их еще нет в школе? Только время зря потеряем, — лениво предложил Лео. Ему никак не улыбалось тащиться на эту гору снова.        Смолдер кивнула и подошла к их большим саням.        — Согласна, мы ведь, вроде как, кататься сюда пришли. Сомневаюсь, что эта штука, чем бы она там ни была, сбежит до возвращения учителей. В общем, вы как хотите, а я обратно наверх.        Добровольцев, чтобы сбегать в Школу Дружбы, не нашлось. Ребята сошлись во мнении, что у них еще предостаточно времени, и присоединились к драконице, на лице которой теперь сияла самодовольная ухмылка.        — Мы просто обязаны поиграть в снежки! О, а еще снеговики! Мы ведь можем слепить снежного дракона или даже целый снежный замок! — Сильвер взмахнула крыльями от нетерпения, подняв в воздух облако снежинок.        — Я бы ограничился катанием, — Сендбар поежился, — не хочется заболеть в первый же день.        — Куда ты денешься. В Драконьих Землях нет снега, так что считай, что я вижу его впервые. И упускать такой шанс я не намерена, — Смолдер хищно оскалилась, заставив жеребца еще сильнее укутаться в шарф.        — Йоне придется достать очень много чая, — улыбнулась як, и ребята дружно рассмеялись. Да, каникулы уже совсем скоро, и все они разъедутся по домам. Но до тех пор у них еще предостаточно времени, чтобы провести время вместе. Столько интересного еще можно успеть, и это не ограничится игрой в снежки. Лео был полон предвкушения.        Но сперва ему как-то нужно осилить хотя бы один спуск со сноубордом.

***

       Коридоры Школы Дружбы пустовали. Мерное тиканье старинных напольных часов сопровождало тишину, царившую вокруг. Вот маленькая стрелка достигла тройки, и по всему этажу эхом разнесся звук их боя, который, однако, едва ли кто-то услышал. «Тихий час» — именно так Лео называл мгновения тишины, царившие в школе в обеденные часы. Атмосфера так и располагала собраться у камина за чашкой чая, завернувшись в плед, почитать какую-нибудь книгу или просто расслабиться, слушая потрескивание поленьев. Ну, или, в конце концов, прилечь и немного вздремнуть. Каждый пользовался этими моментами по-своему.        По возвращении в школу друзья разошлись по своим делам, по традиции договорившись свидеться вновь после обеда. Твайлайт по дороге встретить им не удалось, однако Йона и Оселлус заявили, что обязательно ее отыщут. Лео же сидел за столом в своей комнате и задумчиво созерцал пейзаж за окном. Проще говоря, маялся бездельем. Галлус отправился в библиотеку вернуть книги, которые он взял, но так и не отдал обратно, постоянно находя оправдания, чтобы этого не делать. Разумеется, отправился не по своему желанию — Лео выставил его за дверь со стопкой выше головы, ведь такой «богатый» источник знаний попросту негде было хранить. Да и вообще в их комнате не помешало бы навести порядок — пыли скоро наберется столько, что из нее плед можно будет сделать.        Гиппогриф задумчиво нахмурился, подложив лапу под клюв. Та… штука, за неимением лучшего слова, которую они нашли на лесной поляне, все никак не выходила у него из головы. И это было действительно странно, ведь смертельно опасные артефакты и аномалии уже стали частью его повседневной жизни. Так почему же одна лишь мысль о таинственном разломе заставляла его вздрогнуть всем телом?        Внезапный стук в дверь вывел Лео из тягостных раздумий. Причем стучали весьма нетерпеливо. «За ним что, библиотекарь погнался? Видать, уже успел головой приложиться, раз забыл, что дверь открыта». Стук повторился. Вздохнув, пернатый нехотя поплелся ко входу.        — Слушай, мое терпение не безгранично, Галл. В следущий раз будешь спать в коридоре, ты…        Лео остановился на полуслове, с удивлением обнаружив у порога Твайлайт. Видок у той был, мягко сказать, нервный и потрепанный, как будто библиотекарь гнался уже за ней. Оставалось надеяться, что она не прознала про их с Сильвер поездку.        — Могу чем-то по…        — Лео, мне нужно, чтобы ты пошел со мной. Прямо сейчас. Это очень важно!        Выражение лица аликорна и тон в ее голосе не сулили ничего хорошего. Такой серьезной гиппогриф ее еще никогда не видел. Ему ужасно хотелось спросить, в чем дело, но почему-то он был уверен, что ответа не получит. Потому он просто коротко кивнул и вышел в коридор, прикрыв за собой дверь. Не теряя ни секунды, Твайлайт зажгла рог. Зажмурившись от яркой вспышки и вновь открыв глаза, Лео понял, что находился уже не в Школе Дружбы. Его взору предстали стены из сверкающего кристалла сиреневого оттенка, к тому же весьма искусно обработанного. А судя по высоте потолков, сюда с легкостью пролезет и взрослый дракон. Чем-то это место напоминало Кантерлотский дворец, вот только обставлено все было более уютно, а коридоры не казались холодными и пустыми.       За все время их пути Твайлайт не проронила ни слова, и это не на шутку тревожило гиппогрифа. Едва ли она привела его сюда, чтобы он по достоинству оценил великолепие местной архитектуры. За поворотом их встретили массивные двери, какие обычно можно встретить у входа в тронный зал. На деревянных створках был вырезан герб с изображением всех Элементов Гармонии, похожий на таковой в Школе Дружбы, но побольше. Отворив одну из них с глухим скрипом, аликорн вошла внутрь. Лео ничего не оставалось, кроме как робко последовать за ней.       Гиппогриф не ошибся в своих догадках — внутри действительно оказался внушительных размеров зал. Вот только тронным его назвать можно было с большой натяжкой. Никаких изысканных украшений, роскошной мебели, высоких витражных окон и гигантской люстры на потолке. Лишь несколько картин с пейзажами Понивилля в разные времена года, книжных шкафов и причудливых растений в горшках, стоящих на одной длинной скамье. Большую часть комнаты занимал широкий стол и шесть похожих на троны кресел, сделанных из того же кристалла, что и сам Замок Дружбы. Именно там, как думал Лео, он и очутился. Пернатому уже не раз приходилось видеть это сооружение снаружи, ведь оно находится совсем недалеко от Школы Дружбы. Но вот изнутри — никогда. Здесь и проживала Твайлайт вместе со Спайком. «Интересно, сколько времени они тратят на уборку?» — подумал гиппогриф.       Кресла вокруг стола, который на самом деле оказался объемной и, несомненно, магической картой Эквестрии и близлежащих земель, были заняты подругами Твайлайт. Каждая из них являлась носителем одного из Элементов Гармонии. И если вместо того, чтобы заниматься своими делами, они вдруг решили собраться здесь, да еще и надев сами артефакты, значит, дело серьезное. К тому же другие принцессы-аликорны — Селестия, Луна и Каденс — тоже присутствовали. Даже Дискорд как-то сюда затесался — стоял чуть поодаль, с мрачным видом глядя в пустоту. Что ж, теперь Лео был абсолютно уверен, что что-то стряслось. Вот только какое отношение к этому имеет он?       — Мы прибыли настолько быстро, насколько было возможно, — произнесла принцесса Селестия и кивнула Твайлайт, — полагаю, теперь все в сборе и мы можем начать.       Лавандовый аликорн подошла к карте, затем повернулась к Лео, взглядом призывая его к ней присоединиться. Тот заметно нервничал, ведь все взгляды почему-то были направлены на него, но все же повиновался.       — И-извините за любопытство, — робко начал гиппогриф, запинаясь от волнения, — но для чего я здесь понадобился?       — У нас есть несколько вопросов, которые мы бы хотели тебе задать, — бесстрастным тоном ответила принцесса Луна.       Вопросы? Значит, Твайлайт все-таки узнала об их с Сильверстрим выходке? И что, теперь их исключат из Школы Дружбы? Но зачем для этого понадобились принцессы и Элементы Гармонии? Глупые рассуждения, но в такой ситуации Лео был готов поверить и в это.       — Не стоит переживать, юный гиппогриф. Мы ни в коем случае не собираемся тебе вредить, — поспешила заверить принцесса Каденс, видимо, заметив его беспокойство, — думаю, будет лучше, если мы сперва объясним, что происходит.       — Если никто не возражает, я бы хотела взять это на себя, — заявила Твайлайт, обведя присутствующих быстрым взглядом.       Последовала череда одобрительных кивков, и лавандовый аликорн, прочистив горло, заговорила:       — Итак, в последнее время участились случаи пропажи жителей Эквестрии и стран по соседству с ней. Ни в выборе конкретной жертвы, ни в их очередности закономерности замечено не было. Более того, насколько мне известно, пострадавшие исчезали буквально на ровном месте. По крайней мере, исходя из слов очевидцев. Кто-то упоминал некий странный темный силуэт и черный песок, которые, впрочем, испарялись вместе с жертвой. Вдобавок в разных уголках Эквестрии нам удалось обнаружить скопления странной материи, изучением которой сейчас занимается Старсвирл Бородатый.       На этом моменте Лео напрягся. Пернатый догадывался, к чему все идет, но изо всех сил надеялся, что ошибался. Однако все надежды рухнули, когда Твайлайт посмотрела на него.       — Лео, похожую… магию я обнаружила в тебе, когда мы нашли тебя в пустыне. Тогда я не придала ей особого значения, ведь у нас были дела поважнее, но сейчас, — она сделала паузу, подбирая слова, — меня поражает, как тебе вообще удалось выжить.       — Да уж, Твай, подбадривать ты умеешь, — вздохнула Рейнбоу Дэш, увидев, как побледнел от услышанного Лео.       В разговор вмешалась принцесса Селестия.       — Дело в том, что это не совсем магия, а темная материя, которая ее поглощает. И ее влияние на любого жителя нашего мира вне зависимости от его расы, способности творить заклинания или могущества крайне пагубно. Она растворяет саму твою сущность, то, чем ты являешься. Возможно, не сразу, а постепенно, но последствия могут стать необратимыми.       — В этом и кроется странность! — воскликнула Твайлайт, — концентрация этой материи в магической структуре Лео была колоссальной, когда мы впервые встретились. Она словно вплетена в нее, при этом не доставляя неудобств, как болезнь без симптомов.       Эпплджек задумчиво поправила шляпу.       — А что, если предположить, что у всех пропавших была такая же проблема, как и у Лео? Правда, это означает…       Гиппогриф сглотнул. Очевидно, это означает, что он тоже может исчезнуть в любой момент. Нет! Он не может допустить, чтобы подобное произошло еще раз! Не после всего, через что ему пришлось пройти и обещаний, что он дал.       — Что ж, — осторожно начал Лео, — в-вы ведь хотели задать какие-то вопросы?       — Йона и Оселлус рассказали мне, что вы сегодня видели нечто странное на окраине Понивилля. Я сама проверила и вновь наткнулась на эту странную магию, — Твайлайт положила копыто на плечо гиппогрифу и с надеждой заглянула ему в глаза, — может быть, тебе удалось заметить что-то необычное?       — Ну-у… — Лео неловко поковырял когтем пол, — это было похоже на большую трещину, как на разбитом зеркале. И она как будто втягивала в себя весь воздух вокруг.       — А твои друзья, они что-нибудь видели? — поинтересовалась Селестия.       Гиппогриф пожал плечами.       — Лишь странный черный дым, больше ничего.       — Очень похоже на пространственный разлом, — произнесла принцесса Луна, — и вряд ли он образовался сам по себе. К тому же, судя по всему, видеть его способны лишь немногие.       Эта беседа все больше и больше нервировала Лео. Ведь буквально полчаса назад он с друзьями наслаждался приходом зимы и мечтал о том, как проведет каникулы. В какой момент все пошло не так? Судьба решила, что ему слишком хорошо живется?       — Древо Гармонии тоже неспокойно. Новая магия пришлась не по душе и ему, — Твайлайт обреченно вздохнула и опустила голову, — не знаю, что и думать.       — Что-то очень нехорошее проникло в наш мир. И оно уже близко, — неожиданно для всех заговорил Дискорд.       Такой серьезный тон резко контрастировал с хитрой, ребячливой натурой Духа Хаоса. И это совсем не облегчало их и без того непростое положение.       — Что ты имеешь в виду? — Принцесса Селестия нахмурилась. Возможно, она думала, что драконикус как-то причастен ко всему этому.       Дискорд не успел ответить. Что-то изменилось в атмосфере вокруг, но Лео не мог это описать. Наступило напряженное молчание. Казалось, само время застыло в ожидании неизвестного.       В следующий момент у дверей тронного зала материализовалось нечто. Никто даже не успел заметить, как и когда незнакомец успел появиться. Внешне существо напоминало пони, вот только его темный силуэт был крайне непостоянным, то и дело мерцая и переливаясь, будто горячий воздух. Даже свет вокруг него искажался, мешая сфокусировать на нем взгляд. Незнакомец излучал невероятно могущественную ауру, как если бы нечто большое, наделенное безграничной силой было втиснуто в его тело. Это существо было близко к божеству, как ничто другое, однако было в нем что-то чужеродное.       Лео внезапно охватил страх. Первобытный страх, пробирающий каждый уголок разума. Гиппогрифу захотелось оказаться как можно дальше отсюда. Вместе со страхом в голову стали приходить образы и воспоминания. Холодные, пустые миры, оставленные на растерзание вечности. Оборванные жизни, изувеченные судьбы. Отчаяние от осознания невозможности противостоять неизбежному. Эти образы роем пчел гудели в голове гиппогрифа. Он приложил лапу ко лбу, изо всех сил стараясь сосредоточиться. Где-то на краю сознания прозвучал голос принцессы Селестии:       — Кто ты и что тебе нужно в нашем мире? — она обратилась к таинственному гостю. Тот не ответил.       — Лео, ты в порядке? — Твайлайт, стоящая рядом, обеспокоенно посмотрела на гиппогрифа.       — В-вряд ли, — пернатый нервно усмехнулся, — что ж, во всяком случае, мне кажется, мы нашли причину, по которой пропал я и остальные. А еще мне кажется, что этот парень… эта штука пришла за мной. И она о-о-очень сильная.       — Это мы еще посмотрим, — принцесса Луна в ту же секунду вскочила с кресла и запустила в незнакомца пучком мощной магии из рога. Каким бы ни было заклинание, оно рассеялось, едва достигнув цели. Селестия последовала примеру сестры. К несчастью, ее попытка тоже не принесла результатов.       Существо внезапно сдвинулось с места и направилось прямиком к Лео. Прогулочным шагом, словно бы издеваясь, оно все приближалось, а аликорны продолжали осыпать его заклинаниями. Под «копытами» незнакомца ковром стелился угольно-черный песок, который, казалось, поглощал все, до чего касался.       — Девочки, самое время использовать Элементы Гармонии! — в панике воскликнула Твайлайт.       Не теряя ни секунды, шестеро пони встали вместе, закрыв глаза. Рог лавандового аликорна вспыхнул, и ослепительно яркий разноцветный луч магии, вылетевший из него, устремился к существу. Выглядело весьма эффектно, как будто Твайлайт буквально запустила в него радугой. Вот только и этого оказалось недостаточно. Судя по изумленным лицам, удивлен был не только Лео.       — Я н-не понимаю, — шокированно пробормотала принцесса Дружбы, — самые могущественные артефакты в Эквестрии не сработали. Что же нам делать?!       Принцесса Каденс призадумалась.       — Эта аура, она кажется мне знакомой. Неужели это… Сомбра? — она вдруг широко распахнула глаза, — Берегитесь!       Лео не понял, что произошло. Он услышал грохот и опомнился только когда его щека коснулась чего-то холодного. Он лежал на снегу около Замка Дружбы, в стене которого теперь зияла огромная дыра. Незнакомец, как ни в чем не бывало, неуклонно шел в его сторону, а пески послушно следовали за ним. Оправившись от головокружения, гиппогриф увидел остальную компанию около себя. К счастью, они не выглядели сильно ранеными.       — Дискорд, Твайлайт и другие Элементы, вам лучше озаботиться эвакуацией учеников Школы Дружбы в безопасное место, — быстро распорядилась принцесса Селестия, — мы же придумаем, как одолеть это, чем бы оно ни было.       Шестерка пони кивнула и отправились к школе. Даже драконикус не стал спорить и присоединился к ним. В любом случае, даже магия хаоса едва ли поможет с этой непростой ситуацией. Лео услышал, как обратились к нему. Сказали что-то про побег, но он пропустил эти слова мимо ушей. Больно обожгло грудь. Посмотрев вниз, гиппогриф с удивлением обнаружил, что его кристалл превращения треснул и шипел, слабо пульсируя. Должно быть, он принял на себя основной удар темной магии и не выдержал.       Новая волна чувств приливной волной захлестнула разум Лео. Он вспомнил, как впервые надел свой кристалл. Каким гордым, должно быть, он выглядел, ведь это такая честь — испытать столь особенное изобретение. И ему даже позволили оставить его себе. А теперь ОНО забрало у него счастливые воспоминания. У скольких еще гиппогрифов, пони, яков, грифонов оно так же их отнимет? Просто, словно по щелчку пальца, обрываются чужие судьбы — десятки, тысячи. Нет, это существо не было Сомброй. С ледяным равнодушием оно погружало целые миры в пучину забвения, но не ради жажды власти, завоевания или мести, так как подобные стремления обычно свойственны личности. Им же руководила лишь потребность существовать. Но Лео не мог допустить, чтобы ужасная судьба постигла и его мир. Даже если это означало, что ему придется разобрать с Вселенским Злом голыми лапами.       Не обращая внимания на выкрики принцесс-аликорнов, лазурно-голубой гиппогриф ринулся прямо к темной фигуре. Он сам не понимал, когда его страх исчез без следа, уступив место чистой и пылающей, словно раскаленный клинок, ярости. Откуда взялась эта уверенность? Его это не волновало. Взгляд Лео был прикован лишь к своему противнику.       И они столкнулись — неистовый гнев и бескрайнее безразличие. Разум гиппогрифа не успевал осознавать, что вообще происходит. Он наносил удар за ударом, делал молниеносные выпады, использовал магию. В голове один за другим вспыхивали вопросы: откуда у него вообще магия? Почему он двигается так быстро? И почему раны заживают почти моментально? Но они тут же тонули в потоке более сильных мыслей и эмоций. Не принадлежащих ему. Увы, даже внутренне осознавая это, Лео не мог остановиться. Тело совсем не хотело слушаться.       Однако даже помутненный рассудок понимал, что одолеть ничто, саму Пустоту — крайне сложно, если вообще возможно. Гиппогриф не чувствовал усталость. Наоборот, он чувствовал себя живым и полным энергии, как никогда. Однако незваному гостю не было дела до его стараний. Внезапно обожгло левое плечо. Эта рана болела намного сильнее и почти не заживала.       — Прости, Лео! — обеспокоенно воскликнула принцесса Каденс, зависшая рядом, — я подумала, что магия Кристального Сердца сможет нам помочь! Но она… не должна была ранить тебя!       Внутри гиппогрифа вспыхнул гнев, но тут же угас, стоило ему понять, что теперь он мог мыслить здраво. Опустив взгляд, пернатый едва не вскрикнул от ужаса. Он стал похожим на того, с кем сражался! Более того, последствия их столкновения были видны невооруженным глазом: около двух десятков домов стояли в руинах, а у самого Замка Дружбы зиял громадный разлом, намного больше того, что они видели до этого. Им нужно было срочно что-то делать. И у Лео была идея. Он не хотел рисковать жизнями друзей и жителей Понивилля. С другой стороны, победить темную сущность просто так они тоже не могли. Зато они могли выиграть какое-то время. И магия Кристального Сердца, раз уж она причиняла вред ему самому, окажется очень кстати.       — В-все в порядке, — Лео поморщился, — кажется, я придумал, как нам избавиться от этой штуки на какое-то время.       — Ты уверен? — голос принцессы Каденс дрожал от напряжения.       — Нет, но выбора у нас немного. Подготовьте чего-нибудь помощнее. Ваша магия, возможно, сможет его задеть. Мы отправим нашего приятеля домой!       Сказав это, гиппогриф направился прямиком к разлому. Сражаться стало гораздо сложнее, хоть его движения все еще были стремительнее молнии. Одна ошибка, и ничто могло запросто утащить его в пустоту к остальным своим жертвам. Именно этого оно и добивалось.       Итак, а теперь самый ответственный момент. Либо у них все получится, либо Лео тоже затянет в разлом. Тогда на спасение можно уже не надеяться. Он завис в воздухе, считая секунды. С каждым ударом сердца существо сокращало дистанцию. Вот оно уже совсем близко…       — Давайте! — крикнул гиппогриф, уворачиваясь от щупальца тьмы, едва не пронзившего его насквозь.       Яркая вспышка озарила небосвод, когда луч бирюзового цвета столкнулся с темной фигурой, не причинив той существенного вреда. Однако свою работу магия сделала — толчок был достаточно сильным, чтобы отбросить сущность прямиком в разлом. Лео сдавленно зашипел — его тоже немного задело. Он еще несколько секунд в неверии смотрел вслед их «гостю». Неужели у них получилось?       Гиппогриф опустился на землю. Его вновь охватил страх. Что теперь подумают о нем друзья? А Сильвер? Ведь он стал настоящим чудовищем. Пернатый сфокусировался на своем теле, пытаясь прогнать ту магию, что вторглась в него. Однако, судя по всему, ее было слишком много, потому она стала буквально сжигать его. Что-то подобное Лео ощущал в той самой дурацкой пустыне.       Со всех сторон послышались встревоженные голоса. Лео смог узнать Твайлайт, принцесс и… Сильверстрим? Сестра склонилась над ним, в ее глазах стояли слезы. Он так хотел сказать ей, что все в порядке. Ведь он же обещал, клялся, что ни за что не оставит их.       Земля задрожала, но голубой гиппогриф этого почти не заметил.       Нет, он их не оставит.       Просто немного поспит.