История одного гиппогрифа

      Взмах, всплеск, взмах, всплеск.       Небольшая деревянная лодка медленно, но уверенно направлялась к берегу. Лео изо всех сил работал лапами, налегая на весла. Он, конечно, очень любил такую рыбалку, особенно, когда есть, с кем поговорить, но гребля была его нелюбимой частью. Несмотря на наличие крыльев и способность гиппогрифов обратиться морскими пони, подобные лодки или даже целые корабли использовались для ловли рыбы весьма часто. Во-первых, удобно, ведь снасти не нужно держать в лапах или и того хуже — проносить с собой под водой. Да и богатый улов будет, куда положить. Во-вторых, так гораздо приятнее и интереснее. Мерное покачивание на волнах и созерцание водной глади очень успокаивает и помогает собраться с мыслями.       Сегодня Лео даже будет, чем похвастаться перед родными. Долгое ожидание того стоило — рыбы он наловил целое ведро. Пернатый прервался на секунду, чтобы стереть капли пота со лба и обернулся. Взгляд его тотчас же стал хмурым. Гора Айрис была окутана туманом. Странно, на улице было пасмурно, но никакого тумана не обещали. Что-то здесь не так.       Лео сделал несколько гребков и прищурился в надежде что-нибудь разглядеть в этой серебристой завесе. К счастью, гору увидеть ему удалось. Значит, не потерялся. Вот только радость тут же сменилась тревогой и даже ужасом, когда гиппогриф понял, что его дом рушился на глазах. Огромные куски скалы, откалываясь, летели вниз, но не успевали достичь земли и рассыпались словно были сделаны из песка. Из черного песка.       Вода вокруг лодки Лео внезапно потемнела. Возможно, ему стоило бросить весла и долететь домой самому, но паника совсем сбила его с толку. Он не знал, что делать. Меж тем уже лодка стала покрываться черными трещинами. Столь стремительно, что гиппогриф сам не понял, как оказался в воде. Он барахтался, пытаясь удержаться на плаву, но что-то стремительно тянуло его вниз, в непроглядную тьму.       Лишь холодной тишине океана было суждено услышать его последние крики.

***

      Лео распахнул глаза. Первым, что увидели его глаза, стал низкий дощатый потолок. Повернув голову и бегло осмотревшись, гиппогриф пришел к выводу, что очутился в одной из жилых комнат Школы Дружбы, но не своей, а потолок на самом деле был лишь вторым ярусом кровати. Мозг, едва проснувшись, принялся лихорадочно вспоминать последние события. Утренняя поездка на поезде. Пегасы и лавина облаков, застелившая собой небо. Неудачное катание на сноуборде и таинственный разлом… Все, что было после, казалось расплывчатым и нереальным. Лео изо всех сил хотел верить, что все это ему лишь приснилось. С другой стороны, подобное не приснится даже сумасшедшему.       В отличие от разума, тело просыпаться не хотело. С превеликим усилием гиппогрифу удалось оторвать лапу от, судя по всему, одеяла с узором из бабочек и перевернуться на бок. На прикроватной тумбе вместо Тянучки, его «одомашненной» ядошутки, стояла пара крупных кристаллов, закрепленных на металлических кольцах. Об их предназначении можно было лишь догадываться. Но самое главное — Лео был здесь не один. На другой стороне комнаты, оперев голову на копыто, кто-то дремал. Судя по лавандовому окрасу шерстки, это была…       — Т-твай? — слабым голосом произнес гиппогриф.       Аликорн отреагировала молниеносно. Подскочив со стула, на котором сидела, она в ту же секунду оказалась у изголовья кровати. Если бы не ее крайне взволнованный взгляд, такую реакцию можно было бы назвать даже забавной.       — Лео! Ты жив! Кхем… в смысле, как ты себя чувствуешь?       Судя по спутанной гриве и синякам под глазами, Твайлайт точно провела бессонную ночь.       — Будто три недели пролежал под кучей камней, — пернатый усмехнулся, потом заглянул за спину подруги, где стоял Спайк. С крыльями, — а может, и не три. Дружище, откуда у тебя…       — Крылья? Драконья линька! — дракончик горделиво выпятил грудь, — это такой период в жизни любого дракона, когда он взрослеет и отращивает крылья. Спасибо Смолдер, не знаю, как справился бы с этим без нее.       — Какая линька?! — воскликнул Галлус, непонятно когда успевший зайти в комнату. За ним стояли Йона, Смолдер, Сендбар и принцесса Каденс, — Сильверстрим и Оселлус пропали!       Лео обомлел, будто увидел, как на него на полной скорости несется поезд. Ему только начало казаться, что с потрясениями пока покончено.       — Что?! Как?! Когда?! — все, на что хватило его ошарашенного ума.       — Йона не смогла спасти друзей, — огорченно произнесла як и отвернулась.       — Когда мы подошли к тебе, что-то произошло с той портальной штукой у замка, — Смолдер тоже выглядела весьма подавленной, — она стала втягивать в себя все вокруг. Потом затряслась земля.       — Мы ведь говорили им не идти туда! — в сердцах вскричал Галлус, взмахнув крыльями. По тону его голоса было понятно, как сильно грифон злился на себя, — а потом сами отправились за ними.       — Йона не может просто бросить друзей! — як топнула копытом от досады.       В разговор вмешалась принцесса Каденс.       — Боюсь, если кого-то и стоит винить в случившемся, то это меня. Сильверстрим попыталась помочь Оселлус, но угодила в разлом вместе с ней. Я… мне стоило быстрее прийти на помощь, и тогда все обернулось бы по-другому… простите.       Твайлайт успокаивающе приобняла принцессу крылом.       — В любом случае, нужно было срочно что-то сделать с тобой, Лео. Нам пришлось перенести тебя в одну из комнат Школы Дружбы, времени на дорогу до больницы совсем не было. Использовать магию телепортации на тебе я не решилась. С помощью поглощающих кристаллов нам удалось избавить твое тело от излишков той жуткой магии и стабилизировать общее состояние. Так ты и пролежал здесь всю ночь, не просыпаясь. Мы… сильно волновались…       — Большое спасибо за заботу, — прервал ее гиппогриф, — но у нас есть дела и поважнее. Чего мы вообще ждем? Нам нужно отправляться за Сильвер и Селл сейчас же!       Лео рывком встал с кровати, скинув с себя одеяло. Он был готов нырнуть в разлом без промедления в ту же секунду. Внезапно на него накатила страшная слабость. Собственное тело казалось неудобным и как будто чужим.       — Постой, ты еще не полностью оправился. Какое-то время не стоит себя перенапрягать, — предостерегла Твайлайт.       — Мне все равно! — бросил Лео, — Сильверстрим и Оселлус сейчас… невесть где! Мы не можем просто сидеть и ждать!       Принцесса Каденс сделала шаг вперед.       — Мы понимаем твое беспокойство. Но в таком состоянии ты лишь подвергнешь себя лишнему риску. Нам необходимо тщательно спланировать наши действия. К тому же, мне кажется, что ты сможешь пролить немного света на все произошедшее.       — Да, что это вообще был за чудик? Он что-то с тобой сделал? — спросил Сендбар.       Лео вздохнул и уселся на краю кровати, скрестив лапы.       — Я узнал обо всем буквально за секунду. Знаю, звучит странно, но я вовсе не просил, чтобы мне в голову засунули мрачные образы и воспоминания. То существо, с которым мы сражались, на самом деле оно гораздо более могущественное. В моей голове то и дело мелькает имя Маугрис. Но я не могу понять, кто это. В смысле, вообще не могу. Сама суть, скрывающаяся за ним… ее невозможно воспринимать. Его как будто вычеркнули из существования. Возможно, это некто, кому удалось одолеть нашего приятеля. И, судя по всему, ценой жизни. Однако полностью уничтожить Пустоту не удалось. Лишь разбить на тысячи мелких осколков.       — Но зачем ему похищать пони или кого-нибудь еще? — Твайлайт задумчиво нахмурилась.       Лео пожал плечами.       — Думаю, эти осколки проникли в разных существ из сотен миров, в том числе и в нашем. Теперь он ищет их, чтобы стать целым вновь. И поверьте, лучше не знать, что тогда случится.       — Очередной злодей с манией захвата миров? — хмыкнула Смолдер.       — Хуже. Безмозглая, но безграничная сила, движимая только потребностью быть. Его и злодеем-то назвать сложно. В смысле, он по-прежнему уничтожает целые миры и все такое. Но он лишен алчности и честолюбия, как, впрочем, и других эмоций. Ясно лишь одно — от достижения цели его не остановит ничто.       — Это вряд ли объясняет тот факт, что ты вдруг решил полезть с ним в схватку, — рассудительно заметил Галлус.       — Я не контролировал себя, — Лео вздрогнул, — как будто что-то было внутри меня. И оно использовало мои же эмоции против меня. Не уверен, происходило ли подобное с каждым «пораженным». Может, они просто не осознавали свою «силу». Но самое страшное не это, — он сделал паузу, — мне кажется, я — последний из тех, кто ему нужен.       Закончив рассказ, гиппогриф встал с кровати и поплелся к двери. Друзья молча провожали его взглядами. Сейчас ему нужно было подышать свежим воздухом и прийти в себя.       Лео расположили в комнате на втором этаже жилого корпуса, потому дорога до одного из общих балконов не заняла много времени. Отсюда открывался неплохой вид на Понивилль и Замок Дружбы. Вот только самого замка на месте почему-то не оказалось. Пернатому понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что от некогда великолепного строения не осталось ни пылинки. Теперь там зиял громадный кратер. Ни травинки, ни даже снега. Лишь сухая и потрескавшаяся земля. А в центре — тот жуткий разлом.       — Жаль, что так вышло. Столько хороших воспоминаний осталось, — произнесла Твайлайт за спиной, — но сейчас это уже не так важно.       — Нам ведь… придется отправиться прямо туда, так? — осторожно начал гиппогриф, — почему мы просто не можем послать вооруженный отряд?       Аликорн вздохнула.       — К сожалению, это невозможно. Магия и артефакты в том измерении работать не будут, а обычное оружие бессильно.       Лео было известно об этом, как никому другому. Сотни, тысячи отчаявшихся отправились, чтобы положить конец всепоглощающей пустоте. Но именно они обязаны быть теми, кто сумеет с ней справиться. Ведь у них есть магия, которой в теории будет достаточно, чтобы по крайней мере освободить всех похищенных. Вот только кому-то нужно доставить ее туда. К тому же, Оселлус и Сильверстрим тоже необходимо поскорее вызволить из Пустоты, ведь пребывание там может нанести непоправимый вред кому угодно. Кому угодно, кроме того, у кого она отчасти течет в жилах.       Гиппогриф посмотрел на Твайлайт и положил лапу на грудь.       — Тогда туда отправлюсь я!

***

      Школа Дружбы казалась заброшенной. Снег мягко стелился по нечищеным тропинкам внутреннего двора и протяжно скрипел при каждом шаге. Лео в компании принцессы Каденс стоял около одной из скамеек. Его неожиданная кандидатура на тур по просторам другого измерения вызвала удивление, но не столь большое, ведь каждый понимал, что все до этого и дойдет. Несколько часов его методично обучали использованию разных магических приспособлений, которые дали с собой в дорогу. Никто не рассчитывал на их должную работу, однако это давало хоть какую-то надежду. А теперь принцесса Каденс увлеченно рассказывала Лео о любви, взаимопомощи и прочем. Это должно было воодушевить его, но гиппогриф почти не слушал. Он был слишком нервным и взбудораженным. В конце концов ему захотелось прямо сказать о том, что спасение девочек поважнее всей этой пустой болтовни, но розовый аликорн резко прервалась.       — И самое главное, что может тебе пригодится: этот артефакт.       Каденс магией достала нечто и вложила в лапы пернатому. На ощупь оно было гладким и холодным, как стекло. Разжав ладони, Лео обнаружил сердце темно-бирюзового оттенка размером с яблоко, поблескивающее на слабом свету уличных фонарей.       — Внутри заключено самое сильное заклинание, какое мы смогли создать. Пришлось позаимствовать много энергии Кристального Сердца, сейчас оно сильно ослабло. Повторить нечто подобное получится спустя не один десяток лет, — принцесса положила свое копыто на лапы гиппогрифу, — используй его в случае необходимости. Мы же будем готовить мощное заклинание телепортации, чтобы тут же отправить всех пострадавших по своим мирам и вытащить вас оттуда. Удачи тебе, Лео, в спасении мира.       Закончив приготовления, они отправились к разлому. По пути к ним присоединилась Твайлайт и остальные друзья гиппогрифа. Их выражения лиц давали понять, что они чувствуют по этому поводу.       — И что, мы просто будем сидеть на месте и ждать? — негодовал Галлус.       — Йона согласна! Йона хочет помочь друзьям! — як тоже была недовольна раскладом дел.       Твайлайт с горечью покачала головой.       — Увы, в этой ситуации от нас зависит немногое.       Лео вышел вперед к разлому. Он был с ног до головы увешан разными магическими побрякушками, словно гирлянда. Возможно, внешне казалось, что пернатый полностью верил в свой успех и чувствовал лишь уверенность. На самом деле, ему было очень страшно. Лео казалось, будто он отправляется на сражение с каким-нибудь финальным боссом из «Подземелий и Драконов», вот только цена за поражение была слишком велика. Кроме того, это дорога в один конец. Обратного пути уже не будет.       Гиппогриф обернулся к друзьям. Их поддерживающие взгляды вселили в него надежду.       — Задай ему жару! — подбодрила Смолдер.       Лео кивнул и улыбнулся. Затем сделал глубокий вдох и, подлетев к разлому, тут же в нем исчез.

***

      В Пустоте было холодно.       Все тело нестерпимо обжигало, при этом лапы не дрожали, а из клюва не шел пар. Лео падал в неизвестность, не в силах пошевелить крыльями, прежде чем нащупал твердую поверхность под ногами. Хотя, учитывая, что вокруг царила непроглядная тьма, гиппогриф вообще не был уверен, что идет по чему-то. Дабы развеять свои сомнения, он достал светящуюся палочку и как следует встряхнул. Зеленовато-желтый свет тут же одарил пространство в двух метрах от него. Этого было достаточно, чтобы Лео разглядел странный кристалл в форме октаэдра, висящий в воздухе. И еще один. И еще с десяток таких же. Они располагались на одинаковом расстоянии друг от друга, но внешне выглядели безобидно.       Даже в такой ситуации гиппогриф не мог спастись от любопытства. Потому он не придумал ничего лучше, чем коснуться одного из кристаллов. Раздался звон, который постепенно становился все громче. Лео прикрыл уши лапами, пытаясь заставить его пропасть. Не помогло.       В тот момент, когда голова гиппогрифа, казалось, готова была взорваться, внезапно все стихло. Он хотел выдохнуть с облегчением, но это действие далось ему с трудом. Как и любые другие действия. Пернатый обнаружил, что почти не мог двигаться. Все его тело обволакивала какая-то странная и мерзкая на ощупь субстанция, похожая на как следует полежавшее желе. Она позволяла дышать, но не свободно двигаться. Проклиная все на свете, Лео потянулся за светящейся палочкой, чтобы хоть что-то увидеть, но остановился, услышав приглушенные голоса. Добраться до их источника мешали мутноватые упругие, но прочные стенки.       — Дать тебе немного своей магии контроля разума было отличной идеей. Ты замечательно справилась, малышка. Обманом завести сюда шестерых существ, это впечатляет, — произнес кто-то властным, но гордым голосом.       В ответ послышалось что-то неразборчивое, как будто второй собеседник запинался от плача. В Лео словно молнией ударило. Это была Оселлус! А рядом с ней… неужели сама королева Кризалис?!       — Улей благодарен тебе, — продолжила старший чейнджлинг, — может быть, я даже дам тебе больше магии и научу кое-каким хитростям. С такими, как ты, наша империя будет процветать!       Лео понял, что находился в одном из коконов для пленников в Улье Чейнджлингов. Но как такое возможно? Он же секунду назад был… где-то в другом месте! Это точно какой-то обман, хоть и выглядело все вокруг до жути реалистично. Нужно срочно что-то делать! Гиппогриф попробовал использовать артефакт с заклинанием телепортации, затем силы, и под конец взрыва. Как назло никакой из них не сработал. Когти и клюв тоже не смогли разорвать мембрану кокона. На помощь пришел небольшой топорик, абсолютно немагический, но надежный.       Хватило крошечного надреза, чтобы Лео вывалился наружу вместе со всей противной жижей, словно рыба из разбитого аквариума, и распластался на полу. Теперь он смог полноценно оценить обстановку. Судя по неровным каменным стенам, пернатый оказался в пещере. Рядом с его коконом стояли еще пятеро. Внутри виднелись знакомые силуэты, но что-то подсказывало, что они ненастоящие. Оселлус лежала на полу, уткнувшись лицом в лапы. Похоже, именно она плакала. Вот только подруга выглядела иначе. Если точнее, в своей «старой» форме, с черным хитином и отверстиями в копытах. Но голубой гиппогриф был уверен: это — настоящая Оселлус. Услышав звук со стороны, она подняла взгляд.       — Л-лео? — чейнджлинг тут же бросилась к нему, заключив в объятия. Ее голос был слабым и дрожал, — я так рада, что с тобой все порядке! Наши друзья… я… я их…       Сердце гиппогрифа готово было разорваться. Он приобнял ее крылом, прижав к себе на несколько долгих секунд. А про себя пообещал, что расправится с тем, кто стоит за всем этим, любой ценой.       — Все в порядке, Селл. Ты никому не причиняла вреда, поверь. Эта пещера ненастоящая, и внутри коконов не наши друзья.       — Но почему ты так в этом уверен? — Оселлус всхлипнула, — ведь ты был в одном из них.       Вопрос заставил Лео на секунду задуматься, но он тут же взял себя в лапы.       — Я прощался с ними буквально несколько минут назад. Во всяком случае, мне так показалось. Не знаю, как здесь идет время. Но одно знаю точно: мы не в Эквестрии, и нам еще нужно спасти настоящую Сильверстрим. Поэтому давай-ка убираться отсюда поскорее.       Подруга отстранилась и согласно кивнула. Теперь нужно лишь выяснить, куда им дальше идти. К счастью, королева Кризалис решила ускорить ход их мыслей. Лео почти забыл, что она вообще здесь была.       — Как вы смеете?! Отсюда не уйти никому!       После этих слов с другого конца пещеры за спиной Кризалис хлынула целая волна из других чейнджлингов. И выглядели они точно не дружелюбно. Парочке ничего не оставалось, кроме как со всех ног устремиться в противоположном направлении под дьявольский хохот королевы. Они еще долго слышали его даже когда забежали в первый попавшийся тоннель. Спустя несколько поворотов Лео решил, что гораздо лучше будет где-нибудь спрятаться. Он взглядом отыскал большой сталагмит и вместе с Оселлус тут же за него нырнул. Ребята сидели молча несколько минут, пока жужжание множества крыльев не стихло. Лишь тогда им удалось перевести дыхание. Гиппогриф обернулся к подруге и удивился, заметив, что та вернула свой прежний облик.       — Селл! Ты… вернулась!       — Да, я почему-то не могла сделать этого там, в пещере, — чейнджлинг смущенно улыбнулась, — наконец-то я чувствую себя… собой.       — Если тебе будет легче, черный неплохо подчеркивал цвет твоих глаз, — заявил Лео, деловито подняв указательный палец вверх.       Оба коротко усмехнулись. «Совет номер один: всегда сохраняйте положительный настрой!» — вспомнился один из первых уроков Радости от Пинки Пай. Сейчас пернатый был крайне благодарен никогда не унывающей земной пони. Его взгляд сменился на обеспокоенный.       — Хорошо, что я нашел тебя быстро. Вам с Сильвер очень опасно здесь находиться. Как ты себя чувствуешь?       Оселлус задумчиво нахмурилась.       — Довольно странно. Как будто меня изнутри по кирпичикам разбирают, — она сделала паузу, насторожившись, — ты… тоже слышишь этот шум?       — Да, — Лео согласно кивнул. Шум становился все ближе с каждой секундой, и его глаза расширялись в такт с ним, — похоже на во…       В ту же секунду ребят вместе со сталагмитом буквально смело мощным потоком воды, как будто кто-то пустил в пещеру настоящий водопад. От неожиданности гиппогриф даже не успел толком задержать дыхание. Он в панике потянулся к шее, но вспомнил, что его кристалл превращения сломан, а новый заполучить не удалось. Затем попытался использовать амулет подводного дыхания, но в такой суматохе у него это сделать не получилось, потому гиппогриф просто прикрыл голову лапами, попутно пытаясь взглядом отыскать Оселлус.       Спустя несколько секунд течение ослабло. Однако вода никуда не делась, и Лео отчаянно нуждался в хотя бы одном глотке воздуха. Внезапно он разглядел перед собой вспышку света. Затем кто-то схватил его за плечи и потащил наверх. С негромким всплеском они вынырнули на поверхность, и Лео зашелся кашлем, судорожно хватая клювом воздух. Поразительно, но именно вода, его вторая родная стихия, так часто и настойчиво пыталась его прикончить.       — Ты в порядке? — спросила Оселлус, ныне пребывавшая в облике морской пони. Ее заботливый тон оказался почти полностью поглощен ревом волн.       Лео зажмурился от брызг, попавших ему в глаза.       — Да. Думаю, да. Где мы, черт возьми?       — Похоже на море или океан, — ответила чейнджлинг и показала лапкой куда-то в сторону, — кажется, я вижу отсюда берег. Наверное, нам стоит направиться туда.       Ребята обогнули плавучий колокол, который обычно служил ориентиром для кораблей. Из-за шторма на море его бросало из стороны в сторону, а звон не прекращался ни на секунду. Оселлус оказалась права — в конце концов им удалось выйти на песчаную набережную. Отряхнув лапы от воды, Лео поднял взор к непроглядной черноте неба. Огромный силуэт возвышался на фоне темных облаков. Гиппогрифа посетило осознание — это была гора Айрис. Конечно, непогода часто настигала их обитель, но здесь скорее царила атмосфера запустения и отчужденности. Громкие шаги где-то совсем рядом заставили Лео встрепенуться. Они здесь явно не одни.       Быстро окинув взглядом пляж на предмет места, где можно спрятаться, чейнджлинг и гиппогриф решили устроиться за большим прогнившим стволом дерева, лежавшем неподалеку. Они тут же легли на холодный песок и замерли, надеясь, что их не заметят. К счастью, так и произошло. В последний момент Лео успел выглянуть из-за укрытия и рассмотреть незнакомцев. Его пробрала дрожь. Это были солдаты короля Шторма! Двое верзил, вооруженных громадными копьями, шли, оглядываясь по сторонам — вероятно, прочесывали местность. Вот только выглядели они еще более жутко, чем когда пернатый видел их в последний раз.       — Лео, смотри! — Оселлус легонько дернула его за лапу, указав куда-то в сторону моря.       В нескольких десятках метров над водой парили около дюжины воздушных кораблей. Похоже, король Шторм привел сюда свой военный флот. Это зрелище не на шутку встревожило гиппогрифа, ему едва удалось убедить себя в том, что настоящая гора Айрис в полном порядке.       — Ладно, давай найдем место побезопаснее, а там решим, где искать Сильвер.       Собственные слова показались Лео крайне глупыми. Его сестра может быть где угодно. Может, ее вообще схватили. Но об этом думать не хотелось. Ребята осторожно прокрались к подножью, где уже росли деревья. Вариант спрятаться в домах отпал сразу — солдат там скопилось предостаточно. Сейчас же им удалось наткнуться на небольшую пещеру, поросшую мхом и лианами. Не уютная гостиная, но здесь хотя бы можно укрыться от ветра.       Внутри было прохладно и сыро. Оселлус обнаружила, что не может использовать рог для заклинания света, потому Лео пришлось достать последнюю палочку. Спустившись по скользким от влаги камням, они наткнулись на грот. В самом его центре расположилось небольшое озеро. Капельки воды, срываясь со сталактитов, коими был усеян весь потолок, то и дело с тихим стуком падали на его темную поверхность. Ребята расположились на парочке сухих камней, и Лео наконец-то смог выбросить бесполезные амулеты. Как оказалось, почти все, что у него были.       — Я решила не надоедать расспросами сразу, так как нам угрожала опасность, — начала Оселлус, — но… что произошло там, у школы? Откуда взялась эта странная магия? И что случилось с тобой? Понимаю, нам стоит искать Сильвер…       Лео махнул лапой.       — Все в порядке. Конечно, нам стоит ее искать. Вот только я ума не приложу, где она может быть. Что же до вчерашнего… скажем так, Древнее Зло решило нанести нам визит. И пришло оно за мно-о…       Гиппогриф не успел договорить. Кто-то прыгнул на него сзади и утащил за собой в воду. Судя по второму всплеску, та же участь постигла и Оселлус. Светящаяся палочка раскололась о камень и потухла, погрузив пещеру во тьму. Кто-то взял Лео за лапу, и его тело окутал букет знакомых чувств. Он превратился в морского пони. Подняв взгляд, он заметил Сильверстрим, перепуганную, но безумно счастливую.       — Наверное, мне стоит прикупить лотерейный билетик, — гиппогриф усмехнулся, — мы и не надеялись найти тебя так ско…       Сестра сдавила его в объятиях. Крепких, но мягких, на какие не способен больше никто. Лео с радостью на них ответил.       — Я… думала, что осталась здесь одна, — Сильвер шмыгнула носиком, — Король Шторм, он вернулся! Я успела убежать и спрятаться здесь, и… я больше не видела никого из родных. Какое счастье, что я вас нашла!       — Эта гора Айрис ненастоящая, — произнесла Оселлус, высвободившись из объятий, которые настигли и ее. Лео кивнул, подтверждая слова подруги.       — Н-но как же так? Там ведь его солдаты… — Сильверстрим все еще слабо дрожала, однако, кажется, начала сомневаться в своих словах, — подождите, мы ведь были у школы! Я помню, как хотела спасти Селли, и потом как-то оказалась здесь…       — Лео вызволил меня из Улья. Я думала, что предала вас всех, заманив прямиком в лапы королевы Кризалис, — чейнджлинг вздрогнула, — потом мы сбежали и вышли на берег неподалеку.       — Но ты ведь не могла так поступить! — Сильвер ободряюще приобняла подругу.       — Так же, как и король Шторм не мог вернуться, — Лео приложил плавник к подбородку, — но где же «главное» действующее лицо…       — Подожди, Лео, — сестра выглядела крайне обеспокоенной, — там, возле школы, когда я тебя увидела… я так сильно за тебя испугалась! Что случилось?       Ее слова тронули гиппогрифа. В тот момент он стал монстром, жаждущим разрушения в бесконечной злобе на весь мир. И даже не был способен остановиться. Но Сильверстрим боялась не его, а за него.       — Почему ты резко погрустнел? Я сказала что-то не то? — сестра подплыла ближе.       Лео вздохнул и отвернулся. Ему совсем не хотелось расчувствоваться в такое время. Видимо, получалось плохо.       — Нет. Просто… это из-за меня вы попали сюда. Я мог натворить столько плохого… Мне стоило лучше себя контролировать, или придумать какой-нибудь другой способ, или…       — Глупости какие! — Сильвер прервала его внезапными объятиями, — главное, никто не пострадал, и теперь мы вместе!       Оселлус присоединилась к обнимашкам. Она тоже хотела что-то сказать, но Лео резко поднял плавник:       — Ладно, ладно, уговорили, теперь унываю не так сильно, — он усмехнулся, после рассмеялась уже вся троица.       Однако тратить время на глупости вроде самобичевания ребята не могли. Потому Лео решил быстро и кратко рассказать девочкам о событиях после того, как они вернулись в школу после прогулки. Упомянул разговор с друзьями, Твайлайт и принцессой Каденс и вкратце описал таинственную сущность, с которой им пришлось столкнуться.       — По итогу мы имеем то, что судьба нашего мира висит на мне, — закончил пернатый с нервным смешком, — здорово, правда? Не то чтобы я сведущ в вопросе спасения миров. И я уже говорил, что не знаю, как нам отсюда выбраться?       Оселлус пристально осмотрела дно озера, провела лапкой по мокрому камню.       — Судя по тому, что нам рассказывали на уроках Магии, это похоже на иллюзию. А иллюзию можно развеять. Может, артефакты Лео помогут?       Голубой гиппогриф лишь хмыкнул.       — Вряд ли, большинство из них стали просто безделушками. А сердце лучше припасти на «особый» случай. Кстати, Сильвер, ты смогла воспользоваться ожерельем. Оно работает?       — Да, только кристалл потемнел, — ответила сестра.       — Может, какая-то магия здесь рассеивается быстрее, — предположила Оселлус, — я могу перевоплощаться, но с большим трудом. А вот заклинания творить не получается.       Лео поднял взгляд.       — Тогда я бы предложил выйти на поверхность. Не хотелось бы застрять здесь, если что-то пойдет не так.       Друзья вновь оказались в темной пещере и стали искать хоть что-нибудь, что могло им помочь. Промелькнула идея отправиться наружу, но желанием выходить туда не горел никто из них. В конце концов они решили перестать бродить из угла в угол и как следует подумать.       — На самом деле, иллюзию можно развеять, убрав ее источник, или воздействием особого заклинания, — размышляла Оселлус, — но эта иллюзия осязаема. Подобных я еще не встречала.       — И все же это иллюзия, — Сильвер подложила лапу под клюв, — кто-то просто взял побольше злобной магии и разбросал повсюду. Как художник наносит краски на холст.       Лео призадумался, и тут его осенило.       — Художник… Сильвер, ты гений! — он стал ходить взад-вперед, бормоча себе под нос, — краски… но что делает художник, когда хочет исправить свою работу? Он стирает краски, слой за слоем… если я — художник, смогу ли я тоже их стереть?       Взгляды девочек все еще выражали крайнее смятение, но гиппогриф решил ничего не объяснять, а сразу показать. Если, конечно, у него получится. Он подошел к стене и приложил к ней лапу. Почувствовал ее шершавую и холодную поверхность. Сосредоточился, затем резко провел лапой вниз. В другом случае сие мероприятие ограничилось бы вскриком и ссадиной. Однако твердый камень в месте прикосновения расплылся, почернел и осыпался песком.       — Ого! Как ты это сделал? — пораженно спросила Сильверстрим.       — Не знаю, — честно ответил Лео, — я просто подумал, что раз уж немного этой магии есть и во мне, я сумею с ней взаимодействовать. Нужно было догадаться раньше.       Разумеется, гиппогриф не собирался применять свою «силу». Ему хватило и того, что случилось вчера. Еще несколько раз он провел лапой по стенам, создавая большие темные трещины. В один момент они соединились друг с другом, и вся пещера в одночасье обернулась песком и развеялась. Теперь ребята стояли где-то в другом месте. Судя по холоду и темноте, это была сама Пустота. Лео хотел выразить свою радость по поводу того, что они выбрались, и обернулся к Оселлус и Сильверстрим. Те выглядели бледными. В самом буквальном смысле. Цвет их хитина, шерстки и перьев как будто вымыло водой. Верный признак того, что пора поторопиться.       — Как здесь темно, — тихо проговорила Оселлус и прищурилась, — я ведь… не одна это вижу?       Лео проследил за ее взглядом. Постепенно его глаза привыкли к темноте, и он смог различить в ней сотни мутных силуэтов. Оставалось лишь гадать, были ли это те самые пропавшие существа из разных миров, или же просто несчастные, которых настигла ужасная судьба. Что, если вся Пустота состоит из таких же маленьких миров-иллюзий, как те, в которых оказались Сильверстрим и Оселлус, а их жертвы постепенно теряют себя и в конце концов отдаются воле забвения?       Как бы то ни было, ответ на свой вопрос Лео вряд ли получит. Странное чувство окутало его. Как будто пространство вокруг становилось все более плотным и тяжелым. Непонятно откуда вновь появился этот страх. Всю дорогу гиппогриф думал, где же то существо, что вторглось к ним в Эквестрию? Почему оно сразу себя не показало? Неужели ему хватило коварства дождаться, пока он сам к нему придет? Теперь Лео понял: вся тьма, что их окружает — и есть это существо. И теперь оно пришло, чтобы вернуть то, что ему принадлежит.       — Что происходит? — встревоженно спросила Сильверстрим.       Лео напрягся. Девочки смотрели на него с надеждой. Надеждой на то, что он знает, что делать. Эта ответственность давила на него еще сильнее. Как вообще спасителем мира может быть тот, кому сейчас едва удается унять дрожь в коленках? Он должен сидеть за партой, слушая скучные лекции, искать приключения на круп или в конце концов просто спать. Как самый обычный гиппогриф. Однако мысль о том, что всему этому не бывать из-за одного глупого промедления, взбодрила разум пернатого. Да, он знал, что делать. Во всяком случае, у него была идея.       — Думаю, сейчас самое время использовать эту штуковину, — Лео снял с пояса кристальное сердце, — я сейчас собираюсь сделать кое-что, о чем, возможно, хотел бы пожалеть, но не имею права. И сделать это смогу только я. Вам лучше отойти.       Гладкая поверхность сердца пульсировала мощной энергией. Но что-то подсказывало, что ее может оказаться недостаточно. Нужно дать артефакту небольшой толчок. И у Лео как раз была такая возможность. Его магии должно хватить, чтобы создать диссонанс и выпустить наружу всю мощь артефакта. Вот только если магия Сердца вредила ему самому, останется ли он вообще жив после такого?       — Будь осторожен, — произнесла Сильверстрим. Они с Оселлус отошли на несколько шагов.       Голубой гиппогриф кивнул. Конечно, он выживет, иначе и быть не может!       Момент истины настал. Лео сосредоточился на своем теле. Самому призвать эту магию так, чтобы не дать ей себя поглотить, оказалось сложно. Но отступать уже поздно. Гиппогриф положил сердце на «пол» и с криком «а как тебе это!» со всей силы ударил по нему. Вспышка ярче самого солнца больно обожгла ему глаза, а все тело словно пронзило насквозь сотней раскаленных игл. Он упал на спину, надеясь унять накативший жар, пока Оселлус и Сильверстрим пытались до него докричаться. Сильно болели лапы — основной удар магической волны пришелся именно на них. Но в остальном Лео чувствовал себя вполне живым и относительно невредимым.       — Уф, надеюсь, это хорошая причина не задавать нам домашку, — он глупо усмехнулся, — если мы до нее доживем.       — Как ты себя чувствуешь? Сильно больно? — спросила Оселлус.       — Ну, магия любви, оказывается, сурова. Но в целом неплохо.       Пространство вокруг пестрело ярко-белыми трещинами, как будто ребята были в темном стеклянном шаре, который кто-то приложил о пол. Вот только как им теперь отсюда выбираться? К счастью, ответ не заставил себя долго ждать.       — Соскучились по мне? Я тут как тут!       Из огромного портала вылетел парусный корабль. Сделав пару кругов, он приземлился у троицы, и с его борта спустилась веревочная лестница.       — Все на борт, ребятки, у нас плотный график, вообще-то! — вновь повторил знакомый голос.       — Дискорд! — Лео помог девочкам, после поднялся следом за ними, — ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть!       — Конечно, представляю! — драконикус был одет в ярко-синий мундир и такую же треуголку, а в зубах держал большую курительную трубку, — где еще вы отыщите такого замечательного друга? Но довольно обо мне. Давайте-ка вас поскорее отсюда вытащим!       С этими словами Дискорд резко крутанул штурвал, и судно устремилось вверх, к порталу. Лео был так счастлив оставить весь этот ужас позади. Он посмотрел на Сильвер и Оселлус. Судя по их лицам, они радовались не меньше него. Гиппогриф зажмурился, когда дневной свет ударил ему в глаза, позволил ветру взъерошить ему перья.       Сейчас его не волновало, что случилось с остальными похищенными или самой сущностью.       Главное, они наконец-то были дома.