Иная история

Бейхан сидела на кровати, подобрав ноги под себя. Руки девушки были скрещены на животе, а карие глаза подернуты дымкой воспоминаний. Вот она еще юной девушкой узнает о решение отца выдать ее замуж за Ферхата. Молодой и статный Паша быстро пленяет ее сердце. В памяти возникает их свадьба, ночь хны, прощание с семьей, отъезд в свой дворец. Их первая ночь, нежность губ Ферхата, жар его тела. Первая разлука, известие о беременности, счастливое лицо мужчины с по-детски искренней улыбкой. Тяжелые роды и долгожданный сын. Счастье и радость, редкие ссоры и бурное примирение. Первые шаги их малыша, его первое слово… Частые отъезды Паши, множество встреч с влиятельными людьми… Бунт против ее брата, Султана Сулеймана. Казнь и боль потери… Холодная пустота внутри. Ссора с братом, обида и слезы. Решение о ее новом браке было словно оплеухой, неожиданным ударом… Замужество, первая ночь с Пашой, которую Аяс провел в разных с ней комнатах. Холодная вежливость с ее стороны была ответом на всю ту нежность, что Паша выказывал к ней. Известие о назначении ее мужа Визирем Совета и приезд в Стамбул. Частые упреки матери и сестры в том, что она хоронит себя в столь молодом возрасте. Сумбурное решение о том, что стоит попытаться полюбить Пашу. Но полюбила ли она? Даже сама Султанша не могла ответить на этот вопрос. К Паше она испытывала глубокое уважение, нежность и симпатию. А может не симпатию, а любовь? Что же, в любом случаи ее беременность все меняет. Теперь помимо союзника и любовника, в лице Аяса Паши ей придется принять отца своего ребенка. Не сказать, что девушка была не рада беременности, просто она еще не до конца в себе разобралась. Встав с постели, женщина приказала служанкам принести ей бумагу и чернила. Присев за столик для письма, она в нерешительности замерла над листом бумаги, держа в руке перо. Стоит ли писать ему личное послание? Может будет лучше, если он узнает обо всем из гаремных новостей? Нет — решила для себя девушка и старательно начала сочинять текст письма. «Приветствую Вас, Аяс Паша, мой дорогой муж. Надеюсь, что Повелитель и Вы во здравии и вскоре вернетесь с победой. Я Вам хочу сообщить замечательную новость — у нас с Вами будет ребенок. Да, Паша, я беременна и надеюсь, что Вас эта новость обрадует, придаст Вам сил, дабы вы с братом вернулись с победой над неверными. С наилучшими пожеланиями, Ваша законная жена, Бейхан Султан Хазретлери» Отложив перо, девушка еще раз придирчиво прочла письмо, после чего запечатала его, и, положив в тубус, отдала подоспевшему гонцу, Самар Аге. Встав из-за письменного столика, Бейхан направилась к постели. Вскоре она уснула, не убирая руки с живота, где зародилась новая жизнь. *** Утром Гюльфем прибывала в хорошем настроении. Выбрав наряды и прическу, девушка позавтракала и прибывала в томительном ожидании прихода Ульмин-Шарихан Хатун. Девушке не терпелось задать провидице несколько волнующих ее вопросов. Ближе к полудню ее навестила Хатидже Султан и девушки направились в покои Валиде. В ожидании провидицы женщины прибывали в нетерпении. Наконец, двери открылись, и пожаловала Ульмин-Шарихан Хатун. -Госпожи, — старуха, облаченная в длинное черное платье с широкими рукавами, поклонилась. Выглядела эта женщина устрашающе: седые волосы ее выбивались из-под замысловато завязанного платка, впавшие глаза, густо подведенные сурьмой, делали ее лицо еще более темным и старым, сухие губы были нездорового синеватого цвета. -Здравствуй, Ульмин-Шарихан Хатун. Мы ждали тебя, — вежливо сказала Валиде Султан — Проходи и расскажи нам, какое будущее ждет Династию, вернеться ли мой сын с победой? — провидица присела перед большим тазом воды. Женщина разложила какие-то мешочки, затем взяла свечу и зажгла от нее ветку какого-то растения. Пепел медленно падал в воду, никто не смел нарушить тишину, все пристально следили за Ульмин Хатун. -Повелитель вернеться с очередной победой, — сказала женщина низким голосом. -Что ждет Династию в будущем? — повторила вопрос Валиде. -Трон ороситься кровью братьев, лишь тот, что будет матери с сестрой внимать, останется в живых. Долго править будет десятый Падишах, а после него на трон взойдет сын его храбрый. Сына того сберегут мать его, сестра, да с далеких земель девушка, что родит ему троих дочерей и сына. -Ульмин-Шарихан Хатун, — тихо спросила Хатидже — Кто родиться у меня? -Воин с косою… дочь… сильнейший твой союзник. Та, что новорожденной принцессе станет лучшею подругой и соратницей. -Ульмин-Шарихан Хатун, — Гюльфем вскинула голову, глядя прямо в глаза повернувшейся провидице — Значит я дочь рожу? Принцессу? -Родишь, — на лице старухи появилась ухмылка — Но не в этот раз. -А счастливую ли жизнь проживет то дитя, что сейчас я ношу под сердцем? — Гюльфем внимательно смотрела на седовласую Хатун. -Дитя, что станнит бичом для врагов, между детей и внуков своих отправиться в чертог небесный, — вдруг старуха затряслась в страшном припадке, шепча слова — Кровь во дворце прольется, змея логово покинет. Больно жалит ядом, да не вскормить ей отродье. Огонь… огненный дракон погибнет, стену не расплавив, а луна в крови потонет, солнце за собой потянув. Битва великая грядет и ничто не будет прежним…. Женщина вышла из транса, все Султанши сидели несколько напуганные. Робко Бейхан обратилась к ней: -Моя семья счастливой будет? -Аллах благоволит, дорогу правильную лишь выбрать надо. -Вернеться ли во дворец Хюррем или Махидевран. -Дитя вернет суда огонь, а луна потонет в крови. -Спасибо тебе, Ульмин-Шарихан Хатун. Ты можешь идти, — сказала Валиде, подавая женщине мешок золота. Когда провидица покинула покои матери Султана, женщины обеспокоенно переглянулись. На лице Хатидже был настоящий испуг: -Валиде, как понять ее предсказание? -Как не понимай, а в гареме покоя не будет, — Айше потерла переносицу — В конце концов, на все воля Аллаха. -Госпожа, я пойду с Вашего позволения, — сказала Гюльфем. -Иди, Гюльфем, отдохни, — кивнула ей мать Султана. Беременная фаворитка Султана шла по коридору. В мыслях своих пыталась она сопоставить сон свой и слова провидицы. Вдруг перед ней будто из неоткуда появилась Ульмин-Шарихан Хатун. Служанки было хотели заслонить госпожу от старухи, но Гюльфем остановила их. -Возьми это, — провидица вложила ей в руки какой-то мешочек — До самых родов носи с собой, а сыну новорожденному это в кровать положи. Следи, чтобы в постели его всегда был этот оберег. -Спасибо. Так у меня сын будет? — растеряно спросила Гюльфем. Провидица ничего не ответила, лишь усмехнулась. Гюльфем не знала, как расплатиться с женщиной, Сняв с руки браслет с бирюзой, она протянула его провидице — Возьми, пожалуйста. -Нет, — старуха замахала руками — Ничего не возьму. Только помни, если хочешь, чтоб дитя твое выжило, береги его от столкновений с братьями, — сказала женщина, уходя. -Спасибо, — тихо сказала Гюльфем, сжимая в руках мешочек…