Иная история

      Шел второй месяц весны и вся природа начала преображаться. Жизнь дворца Топкапы за это время сильно изменилась. Холодным утром последнего месяца зимы Хатидже Султан разродилась девочкой. И хотя малютка родилась раньше срока почти на месяц, она оказалась достаточно крепкой. Валиде Султан устроила в гареме огромный праздник в честь внучки, которую нарекли Шарифа Хан Султан, что означает Госпожа благородного рода. Весть о рождении маленькой Султанши разлетелась не только по империи, но и личным письмом Валиде прилетела в лагерь. Счастью Ибрагима Паши не было предела, Султан тоже был немало счастлив за сестру, радостная весть застала их на пути домой, который был долгим, ибо на всех завоеванных землях нужно было утвердить верных наместников.       Гюльфем Хатун в тонком платье из дорогого шелка нежного персикового цвета была прекрасна, сложив руки на талии, округлившейся из-за уже заметного животика, женщина шла по коридорам дворца. Улыбка озаряла лицо девушки, обрамленное волнами каштановых волос. Беременность преобразила ее, сделав и без того мягкие черты лица еще добрее и привлекательнее. Позади девушки шли две ее служанки — Рахима и Самида, несшие подарки для новорожденной дочери Хатидже Султан.       Гюльфем вместе со служанками вошла в покои, где на огромной кровати расположилась Хатидже с малышкой, а вокруг на небольших диванчиках сидели Бейхан с сыном и племянниками. Гюльфем радостно улыбнулась, приседая в легком поклоне: -Приветствую Вас, Госпожи, Шехзаде и Султанзаде, — девушка выпрямилась и легкой поступью подошла ближе к ложу Хатидже — Да дарует Аллах долгих лет и процветания новорожденной Шарифе Хан Султан. -Аминь, — нестройным хором пронеслось по покоям. -Госпожа, — обратилась девушка к Хатидже — Примите мои скромные подарки. -Спасибо Гюльфем, — ответила сестра Султана — Хочешь подержать на руках? -С радостью, Госпожа, — Гюльфем аккуратно приняла сверток с ребенком из рук матери. В роскошных шелковых пеленках дремал крошечный ангел, девочке было меньше недели от роду, но уже сейчас можно было увидеть, насколько она походила на своего отца, Ибрагима Пашу. В отличие от Хурыджихан, что была почти что точной копией Хатидже, Шарифа была крепче, носик ее был с небольшой горбинкой, да и личико было более круглым. Малышка смешно жмурилась и причмокивала губами. -Какое чудесное дитя, — сказала Гюльфем, вернув девочку матери. -Скоро и у тебя ребеночек родиться, — сказала Хурыджихан, указывая на живот Гюльфем. -Да, Султанша. Инш Аллах и у меня родиться здоровый ребенок, — добродушно улыбнулась Гюльфем маленькой девочке с кудрявыми волосами. -Не родиться! Папе только моя мама должна детей рожать, никто больше рожать детей ему не будет, — обиженно прокричала Михримах с какой-то странной злобой в голосе. -Михримах, — грозно сказал Мустафа, поднимаясь с тахты — Не смей так говорить! Аллах прогневается на тебя. Немедленно забери свои слова назад. -И не подумаю, — маленькая госпожа гордо удалилась из покоев, не обращая внимания на гневные тирады старших. Гюльфем интуитивно схватилась за живот. -Не нервничай, — подхватив ее под руку, сказала Бейхан — Не обижайся на нее, она не в себе после разлуки с матерью. Заберите детей, — попутно крикнула Бейхан служанкам. Когда все свидетели этого происшествия покинули покои, оставив трех женщин наедине, началась тяжелая для всех троих беседа, итогом которой стало решение о воспитательной беседе с Михримах. Поговорить с ней вызвалась Бейхан., Султан. Самое позднее через три недели, мы вернемся домой… ***       Валиде завтракала в своих покоях вместе с дочерьми и Гюльфем. Последняя вместе с Бейхан находились под ее постоянным контролем, ведь срок рождения ее внуков уже не за горами. Раздался стук, и в покои вбежал Сюмбюль Ага со своей извечной улыбочкой и поклонами: -Госпожи, Аллах благоволит нам. Падишах возвращается домой, — в покоях раздались счастливые возгласы. -Папа уже в пути, малыш, — Гюльфем скрестила руки на огромном животе — Он едет к нам… ***       Хюррем Султан гуляла по небольшой усадьбе дома Валиде в Эдирне. Позади нее шла верная Нурбахар и еще несколько девушек. Под ногами женщин шелестели опавшие листья, холодный ветер гнал их по длинным тропинкам. Октябрь подходил к концу, долгая ссылка затянулась, ибо Падишах не желал возвращаться из похода. От печальных мыслей Златовласую Султаншу оторвал возглас одной из наложниц-служанок. -Госпожа, госпожа, пришла новость из столицы — Повелитель со своим войском возвращаются в Стамбул. -Инш Аллах, — улыбка озарила лицо женщины — Наконец-то моя ссылка закончиться. *** » Свет очей моих, Жемчужная Госпожа, раб твоей любви сгорает в ожидании встречи с тобой. О Аллах, смилуйся надо мной, позволь поскорее взглянуть в родные глаза, коснуться кожи любимой, услышать ее смех. Клянусь, не надо мне большего счастья, лишь бы ты была рядом со мной, Гюльфем моя…» ***       С самого раннего утра во дворце была жуткая беготня, сегодня к вечеру ожидали возвращения Повелителя. Калфы сновали по дворцу, наложницы чистили полы и стены, а все женщины Султанской семьи, за исключением самых молодых из них — Михримах, Хурыджихан и новорожденной Султанши, беседовали в покоях Валиде. Вместе с радостной новостью о возвращении Султана пришла и новость пугающая — Хюррем возвращается в Топкапы. Нужно было срочно принимать какие-то меры. -Матушка, может, стоит повременить с открытыми действиями? — Бейхан вопросительно смотрела на мать — Ну, Хюррем же не самоубийца? Она не начнет сразу действовать, ведь тогда Повелитель поймет ее замыслы. -Кто знает? Нужно перестраховаться, — женщина взглянула на Гюльфем — Как ты? -Все в порядке, Госпожа, — ответила девушка задумчиво — Я усилю охрану покоев и постараюсь не вступать с Хюррем в конфликты до рождения ребенка. -Это конечно разумно, но этим ограничиваться не стоит, — тактично заметила Хатидже — Валиде, предупредите слуг, пусть все будут наготове. -Да, я уже распорядилась. Гюльфем, что с тобой? — женщина испуганно посмотрела на искаженное гримасой боли лицо девушки — Лекарей! -Гюльфем, Гюльфем! Что с тобой? — Хатидже взяла девушку за руку. -Я, кажется, рожаю, — крик девушки разнесся по покою. ***       Счастливою Хюррем ехала в карете вместе с Нурбахар и еще двумя девушками. Женщина была очень хороша в алом платье с золотой вышивкой и соболиной шубе. Голову ее венчала корона, а на шее блестело золотое колье. -Госпожа, Вы вся светитесь от счастья — заметила Нурбахар. -Конечно, теперь вновь настанет моя эпоха, Султан приехал за мной… ***       Во дворце, итак полном суеты в связи с предстоящим возвращением, началась настоящая паника. У Гюльфем начались роды, ее отнесли в ее покои. Вокруг нее кружились лекари, девушка истошно кричала. Мухсина Калфа пыталась ее успокоить: -Госпожа, дышите, дышите, — Калфа держала девушку за руку. -Я больше не могу, — девушка устало откинула голову на подушку. -Тужься, Гюльфем, ребенок должен родиться, ты же не хочешь его погубить, — Рахима промокнула лоб девушке. -А-а-а-а-а… ***       Через несколько часов ожидания Валиде Султан послала несколько служанок, чтобы узнать новости. Новости были не утешительными — роды проходили очень тяжело. В главной комнате гарема начался молебен о здравии рождающегося ребенка. Все девушки и прислуга молились вместе с Султаншами, когда в комнату пожаловал Сюмбюль Ага: -Госпожа, Султан Сулейман и Хюррем Султан прибыли… -Я сообщу сыну, — Валиде поднялась и отправилась в Главные покои, жестом остановив дочерей, вставших вслед за ней –Ожидайте Хюррем… ***       Хюррем Султан шла по коридору, лицо девушки сияло — она вернулась! На середине пути она столкнулась с матерью Султана. Лицо Валиде было озадаченное, а в глазах плескалось беспокойство, но стоило ей взглянуть на Хюррем, как там отразились презрение смешанное с ненавистью и враждебностью, златовласая наложница поклонилась: -Валиде Султан, какая долгожданная встреча. Я рада Вас видеть, — в голосе девушки звучало ехидство. -Хюррем, какая встреча, — Султанша удостоила фаворитку сына высокомерным взглядом и прошла дальше, неторопливо шурша тканью платья. Хюррем отправилась в гаремное помещение. ***       Сулейман озадаченно стоял посреди главных покоев — его не встретили ни мать, ни сестры, ни Гюльфем… Что-то произошло… Мужчина хмурил брови и все никак не решался позвать слуг, чтобы узнали новости в гареме. -Сынок, — позвала его Валиде, вошедшая в покои как раз в тот момент, когда он собирался отправиться в Гарем. -Матушка, — он поцеловал протянутую руку — Что происходит? -Сынок, прости, что не встретили достойно. У Гюльфем начались роды… -Что? Валиде, разве уже срок? — Сулейман удивленно смотрел на мать. -Да, сынок, уже время пришло. -Как проходят роды? — все мысли его переместились к той, что сейчас рожает его ребенка. -Тяжело… — печальна сообщила женщина. Повелитель сорвался с места и быстрыми шагами направился в гарем, следом за ним торопливо шла Валиде Султан. *** -Давай Гюльфем, давай, еще чуть-чуть, — уговаривала лекарша обессилившую девушку. Роды шли уже седьмой час… -Не могу, не могу больше, — Гюльфем тяжело дышала. По покоям раздался долгожданный крик ребенка. Гюльфем бессильно опустилась на подушку. ***       Хюррем металась по покоям в ожидании вестей. Когда пару часов назад ей сообщили о том, что эта змея рожает, Русская Госпожа заметно занервничала. Лишь поприветствовав детей, она велела служанкам докладывать ей обо всем. Ничто не могло унять ее дрожь –а если Шехзаде? -Мама, а правда, что Гюльфем родит отцу дочь? — спросила Михримах, сидя подле матери — Будет еще одна принцесса? -Инш Аллах, — прошептала Хюррем. -Нет, — девочка надула губы — Пусть сына родит или никого. Я одна — принцесса Османов. Посетовать на эгоизм дочери Хюррем не успела. В покои вошла Нигер: -Госпожа. -Ну! Говори! — Хюррем с бессильной яростью смотрела на Калфу. -Шехзаде…