Моя Луна. Мой спутник.

Дорога была ровной, отчего внедорожник довольно урчал всеми своими сенсорами, мигая теплым синим светом на панели управления. В машине пахло лаймовым ароматизатором и ананасовым соком, который Билли отыскала на заправке за несколько метров до ее дома. Колеса заскользили по аккуратно вымощенной булыжником дорожке и остановились у железного забора. — Мы разве не уезжаем? — Луна вопросительно изогнула бровь, вытирая фруктовый сок с джинсового комбинезона. В этом наряде она была похожа на садовника: клетчатая рубашка пестрела подвернутыми рукавами, одна из лямок оверсайза спадала, потому что явно была не рассчитана на худые плечи, а на голове спасала от вечернего солнца синяя бандана, идеально сочетающаяся с биллиными волосами. Айлиш оценила полубомжацкий прикид, помогая заколоть длинные волнистые волосы ремешком от браслета. — Уезжаем. Но нужно ведь и вещи кое-какие взять, — Билли вышла из машины, чтобы открыть ворота. Железный засов скрипнул, отчего синеволосая выругалась, мол, нужно купить сигнализацию или электрозамок с видеодомофоном. — От кого? — усмехнулась Луна. — От самой себя? — От тебя, блин, — Билли, наконец, остановила внедорожник у лестницы, ведущей в дом. — Ладно... Знаешь, я ещё хотела показать тебе кое-что. Не боишься вернуться в лес? Луна обернулась, всматриваясь в полоску начинавшегося леса: густые кроны сосен темнели сразу за небольшим оврагом. Тишина стояла не просто мертвая — её можно было потрогать при сильном желании, а это всегда ассоциировалось с немыми фильмами ужасов. Но главный её страх сидел совсем рядом, и страхом-то её назвать уже и язык не поворачивался, или всё же... Сердце больно стукнулось о грудную клетку, точно канарейка в воображаемой ловушке, но Билли вовремя переключила внимание на себя: положила ладонь на нежную кожу торчащей из порванных джинсов коленки. От царапин остались только едва заметные белые полосы. — Снова напугала? — Билли потерла переносицу и нервно взъерошила итак лохматую прическу. — Извини... Но ты же со мной будешь! А кто станет нападать на МЕНЯ? Медведи что ли? Луна прыснула от смеха, рассматривая Билли, принявшуюся корчить смешные рожицы. Теперь образ разбалованной певицы стал не таким эфемерным. Айлиш победно заявила, что в дорогу они отправятся поздно ночью, чтобы сократить время, так как города, которые они будут проезжать, знамениты своими дорожными пробками, а утро и первая половина дня облегчат им путешествие. От Аризоны же до родного Лос-Анджелеса после этого как рукой подать. Поэтому, отправив Луну собирать ручную кладь, Билли торопилась наглотаться таблетками до наступления сумерек. Она всё же решила напоследок показать красивые лесные дебри этого забытого уголка Северной Америки, но без успокоительного не ступала и шагу по старой привычке. — А... Билли? — на лестнице появилась светлая макушка. — Нижнее бельё, тут, — Луна потрясла корзиной с вещами, краснея до кончиков ушей, — может, сама сложишь, а то я здесь ничего не разберу... Билли закатила глаза настолько сильно, что, казалось, она видит свои мозг. — Ну ты и девственница, честное невинное, — Айлиш облокотилась на стеклянную столешницу, скрещивая руки на груди. — Просто покидай всё, а там разберемся. И тащи уже свой прелестный зад сюда, копуша. Через двадцать минут по той же лестнице затопали потрепанные временем кеды, и сама Луна почти съехала с перил напоследок, держа в одной руке черную сумку, а в другой рюкзак. В зубах она несла небольшой конверт. — Докумефты, — через нос проговорила Луна и задержала дыхание, когда Билли рассмеялась и сократила между ними расстояние, хватая губами конверт с другой стороны. Айлиш довольно хрюкнула, вырывая из рук смущенной девчонки всю собранную поклажу, после чего резко развернулась, выключила свет и вышла за дверь, пропустив Луну вперёд. Закинув все вещи в багажник внедорожника, Билли посмотрела самым отстраненным взглядом на свои кроссовки, затем вздохнула, видимо, убеждаясь в их негодности, и со словами "почему я не взяла вторую пару?" схватила Луну за руку и повела по направлению темной лесной полосы. Пока они пересекали заросший длинной травой и диким вереском овраг, концы штанин джинсового комбинезона окончательно превратились в мокрую половую тряпку, и Луна старательно пыталась поднимать ноги, но Билли скакала, как горная козочка, дергая ее за рукав на себя, точно всю жизнь только и делала, что бегала по камням и перескакивала через ямы. Может, так и было... Во всяком случае, когда они вошли в сам лес, намокшая одежда неприятно липла к телу, а сырой воздух непроходимой чащи только усиливал страх перед таинственными тропами, уходящими в темноту. Высокие вековые ели кажутся страшными гигантами, а сосны дышат корнями, торчащими из земли, как будто им тесно в ней. Туман лоскутами лежит по колено, что кажется, сейчас выйдет из-за тумана индеец с Трубкой Мира. Билли перепрыгивает через толстое поваленное и отсыревшее бревно, в коре которого копошатся рогатые жуки, и тянет руки к Луне, собираясь перетянуть ее на свою сторону, потому что видит, как девчонка мнется в намокших джинсах, собирая с волос зацепившиеся веточки. Луна заглядывает за бревно, а там... Крутое ущелье, и словно тьма разверзлась под ногами синеволосой. Луна отрицательно качает головой и пятится назад, как рак. — Давай, прыгай, я поймаю! — Билли начинает нервничать, дергая нижним веком. Там еще свежо напоминание о шраме. — Всего-то через деревяшку перелезть! Чего затормозила? Ухватись рукой за ветку, а я тебя за плечи вытяну... Луна послушно доверяется Билли. В конце концов, Айлиш, наверняка, знает лес вдоль и поперек. И Билли не обманывает: заглядывая в земляное ущелье уже на другой стороне, Луна видит темный ров, заросший бархатным мхом, там солнце проникает длинными полосками света, и на земле пляшут его круги, настигая все живое и мертвое — соединяя их в одно целое, создавая вечный мир природы. Пахнет землей и болотом, но, когда они спускаются, запахи перемешиваются, выливаясь в ни с чем не сравнимый аромат солнца. Так пахнет летом в плюс тридцать. Билли опускается на землю, подзывая к себе Луну. — Здесь красиво. Правда. Как в сказке, и тихо очень, даже птиц не слышно... Они все наверху, а мы точно в утробе земли, как младенцы... Здесь даже тепло. Даже солнце проникает желтыми точками. Смотри, они словно живые! — шепчет Луна, указывая на лучи света и опуская голову на плечо Билли. — Ты это хотела мне показать? — Не совсем, — Билли прижимает указательный палец к губам, а потом раздается словно трель соловья. Луна удивленно смотрит на Айлиш, точно заговорившую на мёртвом языке. Санскрите, не иначе. За деревьями, из самого мрака, показывается песочного цвета бархатистый бок с пятнышками вдоль туловища. Большие уши прислушиваются, а черный нос вдыхает солнечные крупицы. На середину рва медленно выходит молодая лань, почти детеныш, а на задней ноге красиво сияет повязанная голубая лента. Ресницы животного словно дрожат. — Билли... — Луна смотрит то на Билли, то на осторожное создание. — Это что, она? Та самая? — Я потом вернулась к пруду, — Билли довольно улыбается, доставая из карманов крупные красные ягоды и вкладывая их в ладони Луны. — Не думала, что лань настолько выносливое животное... Да и странно, что ее не нашли другие хищники, всё же она прилично крови потеряла. А это ублюдок Родж даже не вернулся проверить капкан, ну и... Я выходила эту малютку... Совсем кроха. Тебя напомнила. Знаешь, она ведь еще молочная, но, может, будет эти ягоды. Посмотри... Луна протягивает ладонь, подзывая молодую лань, и та, видимо, узнав в лице Билли кормилицу, весело виляет хвостиком и скачет к той, что ее приручила. Билли касается тыльной стороной ладони мокрого черного носа, а Луна подносит ягоды, и лань берет лакомство теплыми губами. — Я думала, что ты питаешься такими, как она. Разве нет? Билли, ты такая добрая, — Луна гладит теплый рыжеватый бок, а лань упорно ищет что-то в складках безразмерной биллиной толстовки. — Она привыкла, что я кормлю ее с бутылки молоком, а сегодня у меня ничего, кроме ягод, — лань уходит к сырой траве, принимаясь живать проросшие стебельки. Билли закрывает глаза, подставляя лицо солнечным зайчикам. — Я не охочусь и не убиваю. Мой вирус питается только страхами людей и, возможно, их кровью, но я контролирую эту жажду. А так я за мир во всем мире, как бы слащаво это не звучало. — Звучит очень слащаво, — улыбается Луна, опуская голову на теплые колени Билли. — Слащаво, но так, черт возьми, правильно... Билли проводит ладонью по белым, слегка спутанным волосам Луны и наклонившись целует ее в кончик вздернутого носа, отчего последняя заливается смехом. Лань поднимает голову и слегка наклоняет, точно знакомится с такими странными людьми впервые за все это время...