Удерживать
23 июля 2020 г., 12:00
Уилл наконец немного расслабился, откинулся на спинку дивана и принял предложенный Ганнибалом бокал вина. Лектер стоял у камина со своим собственным, представляя собой идеальную фигуру в тусклом свете.
— Почему ты улыбнулся в тот день? — спросил Уилл, — в комнате, когда я разговаривал с той мёртвой девушкой.
Ганнибал повернулся к нему, и на его лице отразился золотистый свет пламени. Он слегка кивнул, как будто ожидал этого вопроса.
— Боюсь, мой ответ может поставить тебя в неловкое положение, — ответил Ганнибал, подходя ближе к Уиллу.
Грэм сделал глоток вина и пожал плечами.
— Ну, с этой информацией, ты позволишь моему воображению взять бразды правления в свои руки? — спросил Уилл.
Ганнибал тихо рассмеялся и сделал еще один шаг к Уиллу.
— Возможно, и нет, — сказал он, — если я позволю тебе строить догадки без моего участия, это может привести к печальным последствиям.
Ганнибал сел, положив одну руку на спинку дивана и повернув бёдра так, чтобы его торс был полностью обращен к Уиллу.
— Я нахожу твой ум восхитительно очаровательным и провёл бы остаток своей жизни, только наблюдая за тобой, если бы мог. Я нахожу всё в тебе таким же милым, как и всё остальное, и хочу сохранить твоё счастье, когда оно будет найдено.
Уилл почувствовал нервный трепет в животе, но его руки не дрожали, как он думал. Он уставился на губы Ганнибала, не в силах отвести взгляд дальше.
— В тот день, когда я наблюдал, как ты разговариваешь с этой девушкой, я понял благородство твоего сердца. Я мог видеть истинную степень твоих способностей, и это было завораживающе. Ты можешь легко проникнуть в сознание другого человека и видеть и чувствовать то же, что и он. В твоём сознании есть зеркала, которым ты позволяешь отражать только умы убийц и жертв. Ты работаешь, чтобы поддерживать мир, когда можешь, и ты боишься того, что может предложить собственный ум.
Ганнибал поставил бокал на столик. Он снова повернулся к Уиллу и слегка наклонил голову, встретившись с ним взглядом.
Его глаза поймали свет огня, как золотые капли среди черного, и Уилл застыл. Он чувствовал, как бьется сердце в груди, как кровь стучит в ушах и пальцах. Ганнибал был серьёзен. Всё, что он говорил, было правдой. Под слоем осторожной вежливости скрывалось нечто большее, о чём Ганнибал умолчал.
— А что ещё? — спросил Уилл, сам удивляясь своему вопросу.
Ганнибал мягко улыбнулся. Он медленно, почти незаметно приближался к Уиллу. У Грэма была возможность сказать ему, чтобы он остановился или отошёл, но он этого не сделал.
— С того самого дня, как я встретил тебя, я был очарован, зациклен. С того дня, как ты спас мне жизнь, я люблю тебя, — признался Ганнибал, и это прозвучало совсем не как признание. Это были священные факты, которые текли с его языка, как молитва.
Уилл не успел полностью осознать эти слова, как его губы были запечатлены в нежном поцелуе, когда Ганнибал наклонился вперед. Уилл чувствовал, что его сердце вот-вот разорвётся, но он вцепился в переднюю часть пиджака Ганнибала, как будто если бы он отпустил его, то погиб бы. Лектер был на вкус как вино, которое они пили, как ужин, который они разделили.
Вспышки воспоминаний пронзили внутренности черепа Уилла, заставляя его задыхаться.
Холодно. Смертельно холодная зима, заперты в хижине. Ужасный человек. Миша. А потом она исчезла. Детский дом. Спасаясь. Франция.
Ганнибал слегка отстранился, с беспокойством глядя на Уилла.
— Уилл, что-то случилось? — спросил Ганнибал.
Уилл сморгнул образы крови, капающей на снег, и ванны, бурлящей на плите.
— Я так не думаю, — сказал Уилл, качая головой, — больше нет. Мне кажется, я только что видел кое-что из твоего прошлого.
Ганнибал закрыл глаза, улыбнулся и прижал их лбы друг к другу.
— Замечательный человек, — прошептал он, — я никогда не смогу предугадать тебя. Скажи мне, что ты видел?
Уилл сглотнул, притягивая Ганнибала ближе за руку, которую тот всё ещё держал на пиджаке.
— Ты так замёрз, — сказал он, чувствуя, как комок подступает к горлу, — ты был смертельно холоден. Миша. Ты пытался защитить её. Ужасная пузырящаяся ванна на-
Уилл замолчал, когда Ганнибал снова поцеловал его. Он видел медицинскую школу во Франции. Он видел этого ужасного человека в его маленьком ресторанчике вместе с дочерью. Он видел остальных, пытавшихся убить его из страха за свою жизнь. Канада, где последний ждал, ничего не зная.
— Ты убил их, — выдохнул Уилл, оторвавшись от него, — из-за Миши. Они это заслужили.
Ганнибал кивнул.
— Я так и сделал. Если бы рядом со мной был призрак, я бы выбрал Мишу. Она не будет преследовать меня, но утешит своим присутствием. Она не заслуживала смерти.
— А как насчет остальных? — спросил Уилл.
Ганнибал нахмурился, но Уилл снова поцеловал его, прежде чем он успел ответить.
Парочки во Флоренции, сделанные так, чтобы походить на картину, которую Ганнибал так часто видел в галерее. Таблица, которую Ганнибал сделал в Штатах. Люди, которые были грубы и умерли за это.
— Разве они заслуживали смерти? — спросил Уилл.
Ганнибал закрыл глаза, прерывисто дыша.
— Как ты думаешь, по чьим правилам я действую? — спокойно спросил он.
Уилл вздохнул.
— Только по своим — ответил он, — ты сделал это, чтобы улучшить мир. Из всех злодеяний в этом мире ты не можешь терпеть только тех, кто беспричинно невнимателен друг к другу.
Ганнибал с новой силой впился в губы Уилла, их тела прижались друг к другу. Уилл почувствовал, как его спина вдавилась в подушку, а тело повернулось вбок, и Ганнибал полностью навалился на него.
— Ты не отталкиваешь духов, как я думал. Ни одного из них. Ты не отталкивал их, а пожирал. Ты съел их, и их души были поглощены твоей.
Вошёл олень. Уилл не знал как, но он был там, позади него. Рога глубоко врезались в его спину и плечи. Было больно, но что-то в этом ощущении было отравляюще приятное.
— У тебя кровь идёт, — пробормотал Ганнибал Уиллу в рот.
Уилл что-то промычал в ответ.
— Я начинаю принимать свою тёмную сторону, — сказал Уилл.
