Глава 10
15 февраля 2014 г., 22:35
Шок – первое, что ощутил Курт, когда Сантана открыла дверь и увидела его с Блейном в компрометирующем положении. Второе – облегчение от того, что он успел отстраниться, чтобы девушка ничего не заметила. Третье – паника, когда глаза Лопез широко распахнулись, и она все равно поняла, в чем тут дело.
– Сан… – услышал Курт слабый голос Блейна, но из-за крови, что прилила к голове из-за сложившейся ситуации и подействовавшего алкоголя, он так и не различил слов.
– Эротииииииично, – еле связно закричала Сантана и рассмеялась, чуть не привлекая внимание остальных ребят. Обернувшись, она втиснулась между парнями и закрыла за собой дверь.
– Что ты делаешь, Сатана? – потребовал Курт, когда его прижали прямо к стене небольшого шкафа, в котором и так было мало места. Если она собиралась все растрепать, то уж лучше бы сделала это поскорее, а не заставляла их ждать.
– Хотела поговорить с двумя малолетними геями, – Сантана скрестила руки на груди, поглядывая на обоих парней. Блейн уставился на свою обувь, не произнося ни слова; он даже не попытался поправить прическу, зная, что это бессмысленно, да и на шее Курта уже виднелся небольшой засос. А вот поза Хаммела была словно отражением подруги, но, хоть он и скрестил руки, взгляд на лице был настолько свиреп, что таких еще поискать. – Но, похоже, вам интереснее лизаться, правда? – Курт покраснел, но взгляд парня ничуть не смягчился.
– Мы не… мы не вместе, это случайно вышло, – попытался соврать Курт.
Сантана приподняла идеально выщипанную бровь.
– Не морочь мне голову, Хаммел. Я видела, как вы смотрите друг на друга, а эти ваши кокетливые дуэты в хоре… Я предполагала, а теперь мои подозрения подтвердились.
Курт бросил попытки соврать снова.
– Ты сейчас пойдешь и расскажешь ребятам, что маленький невинный Хаммел развлекается со своим сводным братом, так о чем тут «говорить», Сантана?
– Ты меня недооцениваешь, Хаммел, – подмигнула девушка. – Мне плевать, что ты «развлекаешься» с доктором Секси, потому что ты наконец-то нашел с кем это делать, – она рассмеялась, и Курт закатил глаза.
– И что ты хочешь этим сказать? – наконец заговорил Блейн, отрывая взгляд от обуви с непониманием на лице.
– Этим я хочу сказать, что никому не расскажу про маленьких шалунишек. На самом деле, – Сантана встрепенулась и откинула волосы за плечо. – Я вам помогу.
– Поможешь нам? – одновременно спросили Курт и Блейн.
Сантана перебросила руку через плечо Блейна.
– Да, помогу вам. Уверена, что у вас нет времени заниматься всякими неприличными делами?
Курт нерешительно кивнул.
– Что ж, оставьте это тетушке Тане. Я позабочусь, чтобы у вас было больше возможностей выпустить наружу своих гей-монстров.
Курт потрясенно рассмеялся: неужели Сантана в самом деле собиралась помочь им?
– Спасибо?.. – неуверенно сказал Блейн.
– Не за что, хоббит. А теперь пошли, пока Берри не сообразила, что мы тут втроем и не заработала себе стояк, – Сантана быстро открыла дверь, потащив за собой парней.
Оставшаяся часть вечеринки пролетела словно в тумане, и Сантана сдержала слово, предложив Курту и Блейну разделить комнату с ней, но потом, когда все уснули, ушла, оставляя парней наедине в одной из гостевых комнат. (Их было много из-за огромного количества друзей Рейчел и ее пап.)
– Что ж… потрясающая вечеринка, – сказал Блейн, придвигаясь ближе к Курту на кровати.
– Можно и так сказать, – ответил тот и посмотрел на брата. – По крайней мере, лучше, чем я ожидал, – он потянулся и тихонько поцеловал Блейна в губы.
– Ммм, – согласился Андерсон. – То, что произошло с Сантаной… Черт, я думал, она побежит и всем расскажет.
– Тетушка Тана полна сюрпризов, – спародировал Курт голос Сантаны, и, рассмеявшись, Блейн снова поцеловал Курта, но тот отстранился, прежде чем поцелуй успел стать слишком страстным.
– Как бы сильнее мне ни хотелось продолжить целоваться с тобой, мне не очень комфортно заниматься этим в доме Рейчел, – вздохнул Курт, похлопав Блейна по плечу. Оглядевшись, он увидел десятки фотографий Берри и золотых звезд. Кто вообще разрешил ей декорировать гостевые комнаты?
Блейн согласно кивнул: это действительно было очень странно. Ему было все равно чем заниматься, когда Курт был рядом.
Курт прильнул к груди Блейна, пробормотав «спокойной ночи», и тот удовлетворенно вздохнул, слушая дыхание брата, медленно поглаживая его спину и наслаждаясь тем, как его мальчик обнимал его. Сейчас все было идеально. Он никогда в жизни ни к кому такого не чувствовал. Почему судьба была так несправедлива, и они встретились именно при таких обстоятельствах? Но это все равно никак не могло остановить его чувства к Курту.
– Я люблю тебя, – прошептал Блейн, прежде чем понял, проклятье, он пока не собирался этого говорить.
Андерсон быстро опустил испуганный взгляд на парня, устроившегося на груди. Курт тихо посапывал, и Блейн выдохнул с облегчением. Было приятно высказать наконец это вслух, но он пока не хотел, чтобы Курт знал о его чувствах; может, он не испытывал того же, а Блейн не хотел быть отвергнутым.
Через некоторое время он уснул, задаваясь вопросом, отчего ему так повезло найти такого, как Курт.
***
Следующие несколько дней прошли беспокойно. После вечеринки парни проснулись рано утром и, попрощавшись, уехали домой. Они еле отвязались от Сантаны, которая шептала ребятам советы, чем можно заняться, и как они могут спрятаться от родителей. Блейну показалось это забавным, в то время как Курт пытался сбежать от нее так быстро, как несли его ноги. У них не было шанса побыть вместе, потому что Берт и Анджела всегда были поблизости, а к тому времени, как разойтись по комнатам, мальчики слишком уставали из-за рождественских приготовлений. Сантана несколько раз писала им обоим, спрашивая «сделали ли они это» и хотели ли они прийти к ней домой и поцеловаться, но чтобы Бриттани за ними понаблюдала. Через некоторое время Курт сдался и бросил отвечать, а вот Блейну нравилось подыгрывать, да и Хаммел был рад, что он заводил новых друзей. В основном, Блейн был один, поэтому было замечательно видеть, что он общается с кем-то еще. За день до Рождества они наконец-то остались одни, потому что Берт и Анждела ушли на вечеринку к другу до самого утра. Курт решил, что это идеальная возможность вручить Блейну его подарок. – Блееееееейн, – пропел Курт, входя в зал. Его брат сидел на диване и смотрел телевизор. Заметив Курта, он выключил его, обращая все внимание на парня. – Я решил отдать тебе твой подарок сейчас, потому что я не хочу, чтобы его увидели другие. Блейн залился румянцем и приподнял брови, на что Курт ахнул, поняв, о чем подумал Блейн. – О боже! Нет, ничего такого! – он широко распахнул глаза, и Блейн захихикал. – С Рождеством, Блейн, – улыбнулся Курт, протягивая парню маленькую серебристую коробочку. – Курт… – прошептал Блейн, взяв в ладонь серебряную цепочку с инициалами Курта. – Н-не знаю, что и сказать, – он посмотрел прямо на него и широко улыбнулся. – Спасибо, Курт. Мне так нравится, – он потянулся и поцеловал его. – С Рождеством, детка. Думаю, ты тоже хочешь увидеть свой подарок сейчас, – Блейн подмигнул и встал. – У меня возникла похожая идея. Сейчас вернусь, – Курт наблюдал за Блейном, как тот уходил, испытывая легкое головокружение и тревогу от того, что мог подарить ему брат. Через несколько минут Блейн вернулся со среднего размера коробочкой в руке, которая была завернута в черную бумагу («Стильно», – подумал Курт) и перевязана серебристой лентой. – Что же это может быть, – Курт разорвал бумагу и, открыв ее, охнул. Внутри лежало что-то похожее на серебряные карманные часы с изящной гравировкой. – Ах, Блейн, мне нравится! – произнес Курт, обнимая Блейна. – Открой, – прошептал Блейн, уткнувшись в его шею. Курт медленно открыл их и чуть не расплакался от того, что увидел внутри. На левой стороне была их с Блейном черно-белая фотография, на которой они обнимались и улыбались. Это был один из немногих снимков, что они сделали, боясь, что кто-то его увидит, потому что они выглядели влюбленными, а улыбка Блейна была невероятно широкой. – Блейн, это потрясающе, – прошептал Курт, и если бы он сказал это чуть громче, то голос бы дрогнул. – Я рад, что тебе нравится, малыш, – улыбнулся Блейн, притягивая Курта к себе. Они какое-то время просто сидели в таком положении, обнимаясь и шепча друг другу нежности.***
– Я пойду в душ, – заявил Курт, вставая с дивана, на котором они с Блейном обнимались. – Когда вернусь, то начну готовить ужин. Все еще хочешь мне помочь? – Конечно, – улыбнулся Блейн, не отрывая взгляд от задницы Курта, пока тот уходил. Ну а что он мог поделать? У Курта потрясающая задница. Хаммел сбросил всю одежду и встал под душ, выдыхая, когда вода побежала по телу. Он не услышал, как дверь открылась, поэтому не знал, что в ванной есть кто-то еще, пока не почувствовал теплое тело, прижавшееся к его. – О боже, ты меня напугал! – вскрикнул Курт, разворачиваясь к брату. Блейн засмеялся. – Прости, малыш. Хотел сделать тебе сюрприз. – У тебя получилось, – улыбнулся Курт, стирая возмущенное выражение с лица. Они уже не в первый раз принимали душ вместе, и Курту нравились эти моменты. Блейн обернул руки вокруг талии парня и стал медленно покрывать поцелуями его шею. Курт зарычал и схватил Блейна за волосы, отчего тот застонал и прикусил кожу брата. – Блейн, – Курт откинул голову, чтобы Блейну было удобнее. – О боже, Курт, я так сильно хочу попробовать тебя на вкус, – зарычал Блейн, тихонько поглаживая член парня. Курт застонал и соединил их губы; он так хотел, чтобы Блейн сделал это, но не был до конца уверен: они ласкали друг друга только руками, поэтому заниматься чем-то новым было боязно. Блейн скользнул рукой по заднице Курта, нежно ее массируя. – Господи, ты идеальный, – прошептал он в губы брата. – Блейн, прошу… – Что ты хочешь, малыш? – спросил Блейн, оставляя легкие поцелуи на груди юноши, и лизнул его сосок, отчего Курт прогнулся в спине. – Отсоси мне, – простонал Курт, но Блейн не поверил своим ушам. – Правда? – Блейн выглядел счастливым, как щеночек, и Курт бы рассмеялся каким он был радостным и очаровательным, если бы они говорили не о минете, поэтому он просто кивнул, наблюдая, как брюнет медленно опустился на колени, покрывая любимое тело поцелуями. Курт с трудом вдохнул, когда Блейн поравнялся с его членом и осторожно лизнул головку. Он принял это за знак, что можно продолжать, и лизнул по всей длине, срывая стоны с губ Курта. – Блейн, – Курт запустил руки в волосы брата, пока тот посасывал головку, и потянул за его кудри, когда Блейн попытался взять в рот больше, щекоча плоть языком. – О боже мой, – закричал Курт, когда Блейн замурлыкал вокруг его члена, вбирая его в себя и выпуская. Курт не мог и представить более идеального ощущения – рот Блейна был таким влажным, горячим и потрясающим. Андерсон выяснил, что у него нет рвотного рефлекса, и Курт тоже это понял, пока брат вбирал все больше и сглатывал. Хаммел заметил, что другой рукой Блейн ласкал себя, и застонал, возбуждаясь все сильнее, если такое вообще было возможно. – Блейн, я близок, – тихо захныкал он, потянув парня за волосы, но тот не поддался. На самом деле, Блейн стал посасывать быстрее, поднимая и опуская голову и при этом постанывая вокруг эрекции Курта. – Блять, Блейн! – закричал Курт, кончая в рот брата, но тот проглотил все, и Хаммел подумал, что отключится. Блейн выпустил его изо рта с неприличным чмокающим звуком и улыбнулся Курту, а тот, не задумываясь, поднял Блейна на ноги, набросившись со страстными поцелуями, чувствуя свой собственный вкус на его губах и, о боже, он и не думал, что это будет так горячо. Его член заинтересованно дернулся, но прошло слишком мало времени. – Курт… – застонал Блейн, лаская рукой и доводя себя до оргазма. Курт опустил взгляд на сперму, оказавшуюся на его животе, и с интересом провел по ней пальцем, поднося к губам, чтобы попробовать. Блейн застонал, заметив его действия, и притянул к себе, чтобы снова горячо поцеловать. Когда они оторвались друг от друга, Курт захихикал. – Ого… – произнес он, не зная, что еще сказать. – Знаю, – произнес Блейн, заводя их под струи воды. – По крайней мере, сейчас легче привести себя в порядок, – Блейн подмигнул, и Курт расхохотался, обнимая его крепче. Блейн чувствовал, что этот момент был идеален, чтобы сказать эти три слова, которые так и пытались сорваться с языка. Но он просто не хотел рисковать самым дорогим, что когда-либо случалось с ним.***
Курт не особо ждал рождественской вечеринки. До нее оставалось еще несколько часов, а он уже нервничал. Каждый год этот день Хаммелы проводили у тети Джун, довольно приятной женщины, но вот только когда она напивалась (а напивалась она всегда), то постоянно говорила Курту такое, отчего он готов был сгореть со стыда. Он уже предупредил Блейна, но тот отмахнулся со словами «да что она такого может сказать» и прижал поцелуй к губам Курта, который перерос в более долгий, заставляя забыть о времени, которое было дано им, чтобы «Блейн больше не выглядел, как злодей из романтических комедий восьмидесятых годов». Блейн практически пожалел, что сказал те слова, когда увидел, насколько все плохо, а он всего лишь зашел в дом тети Курта и уже был схвачен в охапку с криками: «Ты невероятно роскошный!» – Джун! – закричал Берт, отрывая сестру от Блейна и обнимая ее, пока она не смутила кого-нибудь еще. – Я вижу, ты уже выпила, – хихикнул он, ласково похлопав ее по спине. – Это Анджела, моя жена, и ее сын Блейн, на которого ты только что напала, – Джун покраснела, уставившись на парня, и Блейн задался вопросом, передавалась ли способность краснеть по наследству в семье Курта. – Приятно познакомиться, – сказали Блейн и Анджела. Они прошли в зал, где Блейн познакомился с другими родственниками и друзьями Курта и улыбнулся, когда его брат разговорился с людьми, которых видел всего раз в год. Джун выпила еще, пристально наблюдая за Куртом и Блейном весь вечер. Когда все сели за стол, выпивая и хохоча, Джун, видимо, решила, что пришло время подоставать Курта. – Ну что, Куртси, ты уже нашел себе мальчика? – спросила она, следя за реакцией Блейна, который оставался спокоен и взглянул на Курта с поддельным интересом. Курт был шокирован – он не ожидал такого вопроса. – Нет, я концентрируюсь на учебе, – улыбнулся он и продолжил болтать с кузиной Арлин, но Джун заговорила снова. – А ты, Блейн? – сладко улыбнулась она. – Не-а, никакого мальчика, – нервно улыбнулся он. – Девочка? – спросил муж Джун Джеймс. Он не думал, что Блейн был натуралом, и ничего не имел против геев, кроме того, Курт был его любимым племянником. – Нет, я гей, – как само собой разумеющееся заявил Блейн, и Джун запищала. – Берт! Как ты мог жениться на девушке, у которой в сыновьях идеальный парень для Курта?! – она драматично поднесла руку к губам. Женщина была пьяна в стельку. Берт нервно хохотнул. – Ты бы притормозила с бренди, – в комнате послышался согласный гул. Джун покачала головой. – Нет, вы только посмотрите на них, – после этих слов все обернулись на Курта и Блейна, которые сидели рядом с непонимающим выражением лиц. – Разве они не очаровательны вместе?! – женщина радостно хлопнула в ладоши. – Джун, хватит, – сурово отрезал Джеймс. За столом повисла неловкая тишина, когда люди стали переглядываться, а Джун продолжила внимательно таращиться на парней, словно думая, что они внезапно облачатся во фраки и поженятся. Блейн первым прервал тишину. – Вы смотрели игру с Buckeyes вчера вечером? Присутствующие подхватили разговор об игре, и Курт благодарно улыбнулся Блейну, не замечая, что Берт внимательно следил за ними, словно пытался что-то понять.***
После пережитого в Сочельник, Рождество стало долгожданным праздником. Все обменивались подарками. Блейн нахмурился, увидев подарок Курта, – новые ботинки, потому что его выглядели «как у бомжа». Андерсон попытался возразить, что потертость придавала уникальности, но Курт даже слушать его не желал. Блейн подарил ему DVD «Любовь не умрет никогда», чтобы пополнить его коллекцию (фильм не был таким же потрясающим, как «Призрак Оперы», но Хаммелу все равно нравился). Курт и Анджела оставили Берта и Блейна в зале смотреть рождественские комедии, а сами ушли на кухню готовить праздничный ужин. – Я прошу прощения за вчерашнее поведение моей сестры, Блейн, – раздраженно бросил Берт. – Если она выпьет, то ее несет не в ту степь. Блейн только кивнул и улыбнулся Берту, показывая, что это ничуть не задело его, хотя на самом деле Джун попала в точку. Берт и правда женился на его матери, отчего Курт стал недостижим. То есть, для других он был бы недостижим, но Блейну нравилось бороться за то, что ему по-настоящему нравилось. Еда, конечно же, была замечательной, так как готовил в основном Курт. Но сам ужин за столом получился каким-то неловким. Парни переговаривались, но им сложно было вести себя как обычно, потому что братья боялись, что Берт и Анджела невольно вспомнят вчерашние слова Джун. Последнее, что им было нужно, это чтобы кто-нибудь узнал, когда у них все было так хорошо. Оставшаяся часть каникул прошла неплохо, и вот уже наступил вечер Нового Года. Ужасно извиняясь и закидывая ребят обещаниями, Берт и Анджела оставили Курта и Блейна в этот вечер одних. Те пытались притвориться расстроенными, но на самом деле только и грезили о том, чтобы провести время наедине. Их приглашали на несколько вечеринок, но парни всем отказали, соврав, что родители хотели устроить семейный вечер. Курт и Блейн обнимались на диване, смотря новогодние программы. До полуночи оставалась всего минута, и Курт был взволнован – он собирался поцеловать Блейна в самую первую секунду нового года. Он никогда не думал, что у него будет такая возможность. Пять. Курт посмотрел в глаза Блейна и улыбнулся. Четыре. Блейн провел ладонью по щеке Курта. Три. Дыхание Курта участилось, и он наклонился ближе. Два. Блейн улыбнулся, надеясь, что никогда не забудет это мгновение. Один. Парни прильнули друг к другу, касаясь губами. Не замечая фейерверков и визгов в телевизоре и соседних домах, они тонули друг в друге, потому что все, что было важно в этот момент, это то, что они были друг у друга. С Новым Годом! Оторвавшись от чужих губ, Блейн со всей искренностью посмотрел в глаза брата, больше не боясь своих чувств. – Я люблю тебя. И после этих слов Курт пораженно замер.
