Секреты и откровения

Оставшуюся часть ночи и следующий день они провели вдвоем, укрепляя свои узы разными изобретательными способами. Это было замечательное время веселья, отдыха и узнавания друг о друге. Их связь нуждалась во времени, чтобы полностью укрепиться, и они должны были бы периодически усиливать её до конца своей жизни, но это, конечно, никогда не будет рутиной, чтобы сделать это. Хотя Джон и Шерлок любили готовить сами и проводить время наедине, они приветствовали приглашение на ужин в главный дом в этот вечер. Моника обещала приготовить любимое блюдо Шерлока, и Джону до смерти хотелось узнать, что же это такое. Вечер был холодным и темным, но вдоль извилистой дорожки, ведущей к дому, стояли декоративные факелы. Они пришли немного раньше, так что они не торопились, останавливаясь время от времени, чтобы поцеловаться, как подростки и просто наслаждаться ранним осенним вечером. Веселый свет, льющийся из окон кухни, впустил их в дом вместе с восхитительными запахами ужина. Прежде чем они успели открыть рот, чтобы поприветствовать Монику, их тут же поглотили объятия и поцелуи. — Félicitations, mon chou! Я так рада за вас обоих! Теперь вы связаны узами? Так чудесно! А теперь иди к своей бабушке и расскажи ей хорошие новости. Пошли вон! Я занята.- Она не дала им возможности ответить, но прогнала их в коридор и вернулась к приготовлению ужина. Джон и Шерлок улыбнулись друг другу и пожали плечами. Взявшись за руки, они вошли в гостиную и тут же остановились, увидев не только бабушку Шерлока, но и Майкрофта, сидевшего на потертом диване. Джон застыл в шоке, а Шерлок вздохнул, увидев, как расстроен доктор. — Что ты здесь делаешь, Майкрофт? — Шерлок сердито встал перед Джоном, как бы защищая его от брата. Джон положил руку на поясницу своего часового и встал рядом с ним, вызывающе глядя на Майкрофта и прищурившись. К его удивлению, Майкрофт отвернулся и стал вертеть в руках стакан с выпивкой. Неловкость была нарушена Миссис Холмс, которая встала и подошла, чтобы крепко обнять их обоих. Она отступила назад, взяла их руки в свои и крепко сжала. — Поздравляю, мои дорогие. Я так горжусь тобой. Пожалуйста, проходите и садитесь. Майкрофт, принеси им что-нибудь выпить, дорогой. Они неохотно вошли в гостиную и сели на диванчик, стоявший перпендикулярно дивану. Шерлок обнял Джона за плечи, и проводник прижался к теплому телу своего стража. Бабушка Шерлока лучезарно улыбнулась им, и Джон начал расслабляться. — Мы выпьем, поговорим, а потом Моника позовет нас на ужин. Майкрофт, может ты расскажешь своему брату и Джону, что случилось? — Майкрофт поставил на стол бокалы для них обоих и снова уселся на диван рядом с бабушкой. Джон скрестил руки на груди и демонстративно проигнорировал выпивку, когда Майкрофт нерешительно заговорил. — Да, бабушка.- Он откашлялся и выпрямился, глядя прямо на Джона и Шерлока. — За то короткое время, что ты отсутствовал, в башне произошли некоторые серьезные изменения. Но прежде чем я сообщу вам последние новости, я хочу извиниться перед Джоном. — Джон удивленно поднял брови. Майкрофт почувствовал себя неловко и заерзал на стуле. Он побледнел, когда, наконец, пристально посмотрел на лицо доктора и поморщился от синяков и ран, которые он там увидел. — Я глубоко сожалею о том, что случилось с вами, и ужасно сожалею о том, что принял участие в этом деле. Я неправильно понял ситуацию и был не в курсе того, что ты представляешь для Шерлока. — Выражение его лица было очень серьезным. Что-то в Джоне щелкнуло. Не обращая внимания на Майкрофта, он встал и обратился к остальным: — Миссис Холмс, Шерлок. Если вы меня извините, я бы очень хотел поговорить с Майкрофтом наедине в другой комнате. Нам нужно кое в чем разобраться. Мы присоединимся к вам, позже. — И Шерлок, и миссис Холмс были ошарашены, а Майкрофт выглядел еще более смущенным, если такое вообще возможно. Джон многозначительно смотрел на брата Шерлока, пока тот наконец не кивнул, встал и последовал за бывшим солдатом в другую, тускло освещенную комнату напротив. Эта комната явно была офисом. Майкрофт вошел и сел в одно из кресел, а Джон закрыл дверь и подошел к симпатичному камину, в котором весело потрескивал огонь. Майкрофт обернулся и с любопытством посмотрел на него. Джон знал, что не сможет помешать Шерлоку подслушать этот разговор, и ожидал, что они обсудят его позже. У Джона было достаточно времени, чтобы обдумать просьбу Шерлока простить Майкрофта, но если он решился на это, то хотел сделать это на своих условиях. Джон стоял перед камином и смотрел на Майкрофта, по-военному выпрямив спину, высоко подняв подбородок и расправив плечи — идеальная картина непринужденного солдата. Связь с Шерлоком улучшила и стабилизировала его способности стража. По логике вещей, привязанность к Джону должна была сделать то же самое для его эмпатических способностей. И с практикой ему, несомненно, станет лучше. Он лениво размышлял, не стоит ли ему поискать Дугласа и попросить его тренироваться, когда он вернется в Лондон. Если это поможет его работе с Шерлоком, он подумает об этом. Выпустив щупальце сочувствия, чтобы проверить эмоциональное состояние Майкрофта, он обнаружил, что действительно способен читать эмоции быстрее и с большим количеством нюансов, чем до заключения уз. Было странно обнаружить, что старший Холмс искренне раскаивается и расстроен своим участием в случившемся. Но в то же время были и скрытые чувства обиды. Хотя Джон не мог прочитать мысли Майкрофта, он мог сказать, что этот человек не столько сожалел о причиненной боли Джону, сколько был фактически в ужасе от того, что его действия почти лишили его семью возможности приобрести проводника омеги. Гнев застыл на его лице, когда он обратился к Майкрофту: — Во-первых, то, что происходит между мной и Шерлоком, никогда не было и не будет твоим делом, — резко ответил Джон. — Если бы ты действительно доверял своему брату, то понял бы, что он знает, что делает. Майкрофт сказал в своё оправдание: — Я не располагал всеми фактами. Ты сохранил то, что скрывал, и если я… Джон рассмеялся и перебил Майкрофта: — Хорошо подмечено! Да, я сохранил то, что скрываю, по чертовски веским причинам! Вынужденным быть связанным с незнакомцем, заключенным в тюрьму и изнасилованным до тех пор, пока я не забеременею, — это только три очень хороших причины, чтобы держать то, что я скрываю, не так ли? — Майкрофт неохотно кивнул в знак согласия. — И кстати, спасибо за то, что постарался свалить всю вину на меня, — саркастически заметил Джон. — Дело не в том, что я сделал или не сделал. Дело в том, что ты сделал со мной, потому что ты и твоя семья решили, что я неприемлемый партнер для твоего брата. То, что ты сделал, непростительно. За гранью презрения. Тебе было наплевать на то, что может случиться со мной, и я честно не думаю, что ты сделаешь это сейчас, несмотря на то, что ты можешь сказать. Я это понимаю. Я практически незнакомец для тебя. — Майкрофт хотел что-то сказать, но Джон поднял руку. — Быть терпеливым. Я еще не закончил. — Удивительно, но старший Холмс успокоился. — Возможно, я смогу простить тебя за то, что ты сказал мое имя башне. Возможно, я мог бы простить тебя за то, что ты помог охотникам выследить меня, как животное, когда я бежал, спасая свою жизнь. Но я никогда не прощу тебе того, как ты заставил меня поверить, что Шерлок предал меня. Джон смотрел прямо на Майкрофта, который наконец опустил глаза и отвернулся. Его бледные руки с длинными пальцами, так похожие на руки Шерлока, затрепетали у него на коленях, прежде чем он крепко сжал их. — Я… я действительно сожалею о том, что сделал, Джон. Я честно не ожидаю, что ты простишь меня за это. Мои причины поступать так, как мне казалось, в свете имеющейся у меня в настоящее время информации, мелки и неверны. На меня оказывалось давление со стороны нашей семьи. Мы все согласились с тем, что в интересах Шерлока установить контакт с омегой и заставить его бросить опасную профессию, которую он выбрал. Теперь я знаю, что был неправ. За это мне очень жаль. Джон переваривал слова Майкрофта. Этот человек определенно знал, что Джон хотел услышать. Однако, судя по всему, Майкрофт действительно сожалел о том, что действовал, не располагая всей информацией. Доктор вздохнул и сжал пальцами переносицу. У него болела голова, и он начинал чувствовать себя нехорошо. Тем не менее, Шерлок хотел этого, и Джону придется попытаться разобраться с его старшим братом. Но Майкрофт отнюдь не облегчал ему задачу. Старший Холмс наклонился вперед в своем кресле и заговорил более уверенно, как будто почувствовав трещину в обороне Джона. Его тон был несколько самодовольным. — Ты должен признать, что тоже был неправ. Скрывая то, кем ты был, ты нарушил закон. Ордер на арест был выдан должным образом, и тебе всё ещё придется столкнуться с властями Тауэра в Лондоне, когда ты вернешься. Есть обвинения в уклонении от ордера и нападении на многочисленных защитников в законном преследовании ордера. Это потенциально серьезные обвинения, Джон. Возможно, тебе также придется столкнуться с гражданскими правоохранительными органами за взлом и проникновение в ту квартиру. Твой друг Лестрейд не сможет помочь тебе в этом. Джон облизнул губы и кивнул, ничуть не смущенный этими фактами. Он гадал, какими будут последствия, когда они с Шерлоком вернуться в Лондон, и теперь знал наверняка. Джон не был настолько наивен, чтобы думать, что башня просто бросит ордер или погоню. Фицхью потеряет лицо и статус для всех остальных альф башни, особенно потому, что большинство из них действительно были свидетелями побега Джона. Однако он чувствовал, что у него есть достаточно оснований для своих действий и он может защитить себя от этих обвинений, особенно если ему будет позволено какое-либо судебное разбирательство. Возможно, ему придется заплатить штраф или отсидеть какое-то время, но это, скорее всего, будет минимальным. С хорошим адвокатом он мог бы даже полностью отделаться. В его голосе звучало удовлетворение от того, что он высказал свою точку зрения, и Майкрофт откинулся на спинку стула. — Однако, Джон, как твой новый шурин, я могу сделать так, чтобы большинство этих обвинений исчезло. Есть много людей в правительстве и в башне, которые должны мне определенные услуги. Наша семья может позволить себе лучших адвокатов в стране, чтобы защитить тебя, если дело дойдет до суда. Джон бесстрастно посмотрел на старшего Холмса. — Неужели ты думаешь, что это будет ценой моего прощения? Попросить тебя использовать свое влияние, чтобы снять обвинения? А это сработает? — Майкрофт ободряюще улыбнулся ему, и Джон понял, что это действительно забавляет его. Покачав головой, он ответил: — Прости, но нет. Я планирую взять на себя ответственность за то, что я сделал. Но все равно, спасибо. — Я не думал, что это сработает, но ты не можешь винить меня за попытку. Однако я сделаю все, что ты позволишь мне сделать, чтобы помочь тебе в этом деле. Джон мог сказать, что Майкрофт был абсолютно честен и открыт в этом вопросе, и это его ободрило. Он действительно не хотел тратить недели, пытаясь очистить свое имя, когда вернется домой. Если бы ему пришлось это сделать, по крайней мере, у него была бы хоть какая-то поддержка. Майкрофт, возможно, и не заботится о Джоне, но он действительно заботился о своем младшем брате и, вероятно, сделает все, что он попросит. Майкрофт продолжил: — Что касается того, что ты не подходишь моему брату, то я должен быть честен и сказать, что придерживаюсь этого мнения. Шерлок — исключительный альфа и страж, возможно, один из самых талантливых представителей своего поколения. Мама хотела, чтобы у него была пара с равными талантами и семейными связями. Найти кого-то столь же гениального, как Шерлок, было довольно безнадежно, но другие… атрибуты могли бы преодолеть это. — Ты имеешь в виду, что ваша семья считала, что приобретение молодого, красивого, хорошо связанного, но потенциально пустоголового омеги для него было лучше в долгосрочной перспективе, чем обычный, старый и покрытый шрамами бывший военный врач, который поддерживал его в его «хобби»? На лице Майкрофта появилась неловкая гримаса, и он отвел взгляд. — По существу, это так. Это признание ранило его не так сильно, как могло бы ранить до того, как он связал себя с Шерлоком. Однако это разозлило его больше, чем следовало. Майкрофт продолжил: — Но теперь я знаю, что ты не только проводник, но и омега, и это имеет огромное значение. — Джон нахмурился, опустив брови. Увидев это, Майкрофт напряженно продолжил: — Я могу говорить только за себя, но мне приятно и почетно знать, что теперь ты часть нашей семьи. Я искренне верю, что Шерлок хорошо выбрал свою пару и не мог бы сделать это лучше. Ты был прав в том, что я должен был доверять ему, чтобы знать, что он делает. Я должен извиниться перед вами обоими. Кивнув, Джон сделал глубокий вдох и громко выдохнул. — Штраф. Я предлагаю перемирие. — Майкрофт настороженно посмотрел на него и, казалось, заинтересовался. — Мы с Шерлоком уже говорили об этом. Мы надеемся завести детей, и он очень хочет, чтобы ты был частью их жизни. — Джон почувствовал, как Майкрофт обрадовался этой новости. Его лицо посуровело. — Однако я тебе не доверяю. Тебе придется заслужить моё доверие, прежде чем я позволю тебе стать частью нашей семьи. Это будет нелегко, потому что доверие дается мне с трудом. Для начала тебе придется согласиться на определенные условия и они не подлежат обсуждению. Майкрофт посмотрел на него с подозрением. — А что это за условия? — Я принимаю эти решения в одностороннем порядке — Шерлок не имеет права голоса в этом вопросе. Я не приму от тебя ничего, кроме полного послушания. Условия таковы. Во-первых, ты не будешь входить в квартиру без звонка в дверь. Во-вторых, ты не будешь устанавливать камеры наблюдения в квартире без специального разрешения от нас обоих. В-третьих, ты никоим образом не будешь вмешиваться в мою или Шерлока жизнь. И, наконец, ты не будешь делиться информацией о нас ни с кем. Это только четыре условия, которые я хочу, чтобы ты выполнял, прежде чем я даже подумаю о том, чтобы позволить тебе войти в нашу жизнь. — Выражение лица Майкрофта было упрямым. Джон мог бы сказать, что ему не нравится, когда ему диктуют, но это было слишком плохо. — Тебе вовсе не обязательно любить меня, потому что сейчас ты мне определенно не нравишься. Но я заслуживаю твоего уважения, как избранный Шерлоком брачный союзник и тот, кто будет иметь от него детей. Джон почувствовал, что Майкрофт не хочет принимать его условия. У него также было отчетливое ощущение, что старший Холмс пытается найти какой-то способ выманить согласие или причину для отступления, как только он согласился. Пора идти на убийство. Это было немного рискованно, но Майкрофт подписал закон О государственной тайне, поэтому он был уверен, что дальше этого дело не пойдет. — Ты думаешь, что знаешь меня, прочитав моё досье. Но на самом деле ты ничего обо мне не знаешь. Если ты согласишься на это, а потом я узнаю, что ты пошел против любого из моих условий и в конечном итоге подвергаешь Шерлока или кого-либо из моей семьи такой же опасности, в которую ты подверг меня на прошлой неделе, я хочу, чтобы ты запомнил эти три слова: Гулам Наби Келай. Мое кодовое имя было «док». — Джон скрестил руки на груди и стал ждать реакции Майкрофта. Майкрофт несколько мгновений моргал, глядя на Джона, и на его лице ясно читалось замешательство. Пока Джон пристально наблюдал за ним, его наконец осенило. Майкрофт заметно побледнел и задохнулся от шока, когда его глаза открылись очень широко. — Ты… Ты был частью этой операции? Ты был «док»? О боже мой. — Выражение его лица было испуганным. Джон рискнул предположить, что Майкрофт может знать об этой операции из-за своих связей в правительстве. Это была единственная миссия, в которой команда Хендерсона косвенно объединила свои силы с другой организацией, и существовали фактические письменные отчеты, фиксирующие эти события. Это была ситуация с заложниками, когда довольно небольшая, но злобная группа талибов захватила несколько британских VIP-персон и угрожала обезглавить их, если не будут выполнены определенные условия. Их цитадель была хорошо защищена, и SAS были посланы туда, но, неизвестный солдатам, в Саудовской Аравии находился высокопоставленный предатель, который снабжал информацией Аль-Каиду и Талибан. Команда SAS попала в засаду и попала в плен. Команда Хендерсона была послана, чтобы извлечь выживших из SAS и гражданских лиц. Они специализировались на освобождение заложников. Их команда имела преимущество в том, что Хендерсон и Форрестер были стражем и проводником. Талибы не использовали пары «страж-проводник», потому что они считались злыми агентами шайтана. К сожалению, как и в случае с SAS, тот же самый предатель узнал о второй попытке спасения и сообщил об этом талибам. Враг уже давно поджидал их. К счастью, половина команды осталась в запасе. У них было достаточно информации от Форрестера, чтобы понять, что здесь есть предатель, что команда попала в засаду, и они должны были завершить миссию до того, как потеряют связь. Внезапно Джон оказался офицером, ответственным за эту операцию. Они должны были планировать свою атаку с нуля. К счастью, талибы думали, что они взяли всех спасателей и не ожидали Джона и его товарищей по команде. Они были слишком заняты пытками и подготовкой к казни Хендерсона и Форрестера, как только те узнают, кто они такие. Джон не очень-то умел пользоваться своей эмпатией, но он чувствовал, через что они заставляют Форрестера пройти, и он был в бешенстве. В тот день доктор кое-что узнал о самом себе. Он обнаружил, что не только обладает талантом к тактике, но и может быть абсолютно безжалостным ублюдком. Джон спланировал атаку, которая сработала безупречно, и вместе со своими товарищами по команде успешно проник в крепость в течение четырех часов после захвата их лидеров. Благодаря тренировкам Форрестера, Джон смог использовать свою эмпатию, чтобы точно определить местоположение каждого человека в компаунде. С этой информацией Джон и его команда превратились в молчаливую, безжалостную и смертоносную силу. Как только их удар начался, они пронеслись через весь комплекс в течение одного часа. Когда они закончили, все талибы в крепости, кроме одного, были мертвы. Заложники были возвращены живыми, хотя и не без ранений. Джону удалось спасти Форрестеру жизнь, но он был близок к этому. Прежде чем они двинулись, Джон и его товарищи по команде использовали боеприпасы, хранящиеся там, чтобы полностью стереть комплекс с лица земли. Их пленник мог бы рассказать кое-что интересное. Несколько недель спустя предатель, которого опознали, но который бежал за своей никчемной жизнью, чтобы спрятаться со своими друзьями-талибами, был найден чрезвычайно и беспорядочно мертвым. Его убийцы так и не были пойманы. Джон и его товарищи по команде действовали очень тщательно. Благодарные SAS и VIP — персоны не знали настоящих имен своих спасителей, но некоторые из их кодовых имен попали в некоторые отчеты. Кодовое имя " док " занимало видное место. Джон был удовлетворен реакцией Майкрофта. — Ты постоянно недооцениваешь меня и мое значение для твоего брата. По какой-то причине ты считаешь меня довольно слабым человеком, которым легко манипулировать. Теперь ты знаешь, что я сделал, чтобы спасти своих товарищей по команде. Ты же знаешь, что я убивал ради Шерлока. Можешь себе представить, на что я готов пойти, чтобы защитить своих детей? Майкрофт всё ещё был бледен и явно чего-то боялся. Пытаясь скрыть это, он выпрямился на кресле и сумел выдавить из себя протестующий возглас. — Ты что, мне угрожаешь? — Нет. Я предупреждаю, что прикончу тебя, если ты своими махинациями причинишь вред мне, Шерлоку или кому-либо из моей семьи. Я думаю, что это больше похоже на обещание. Съежившись в кресле, Майкрофт громко сглотнул и побледнел ещё больше. — Так мы договорились? Ты уверен, что можешь сделать так, как я прошу? Шерлок очень этого хочет. Твой брат любит тебя и думает, что ты можешь стать великим союзником для наших детей. Он хочет, чтобы ты участвовал в их жизни. Если ты согласишься на перемирие и докажешь, что можешь соблюдать мои условия, я позабочусь, чтобы ты участвовал в их жизни. Все сопротивление покинуло Майкрофта, и он, казалось, сдался. Сочувствие Джона говорило о том, что он капитулировал. Майкрофт поднял голову и посмотрел Джону прямо в глаза. — Да, Джон. Я сделаю так, как ты просишь. И я буду упорно работать, чтобы завоевать твое доверие. Ты будешь замечательным родителем для детей Шерлока и я хочу быть частью их жизни. Я хочу быть им дядей, потому что они будут блестящими и невероятными, с вами обоими как их родители. Это будет непростая задача, и я с нетерпением жду её. Эмоции Майкрофта были так же ясны на его лице, как и на лице Джона, проникнутым сочувствием. Он был совершенно искренен, и доктор почувствовал сильное чувство уважения и восхищения, исходящее от старшего Холмса, которое было определенно впервые. Джон кивнул и протянул ему руку. Майкрофт встал и пожал её. Джон отступил назад и посмотрел на часы. Удивительно, но они пробыли в комнате не более нескольких минут, хотя казалось, что прошли часы. Он посмотрел на Майкрофта. — Тогда все в порядке. Кажется, мы поняли друг друга. Давай вернемся к Шерлоку и твоей бабушке. Я бы хотел услышать о том, что происходит в Лондоне. Похоже, Майкрофт почувствовал облегчение, когда они вернулись в гостиную. Шерлок выглядел очень довольным, но и хотел услышать, о чём они говорили. Он явно прислушивался, но кое-что из разговора не понял. Джон указал на то, что они поговорят позже, когда он сел рядом со своей парой. Шерлок быстро прижал его к себе и нежно поцеловал в висок. Шерлок, по-видимому, держал Миссис Холмс в курсе этого разговора. Она одарила Джона милой улыбкой. — Вы уже разобрались в своих разногласиях? Я не слышала никакого биения фарфора или разбивания зеркал, так что я предполагаю, что вы пришли к цивилизованному соглашению? Джон усмехнулся и кивнул. — Да, мэм, это так. Все будет хорошо, спасибо. Майкрофт также дал понять, что согласен. -Мы обещали работать вместе на благо нашей семьи, бабушка. К счастью, Джон разумный человек. Джон хотел было закатить глаза, но решил, что это будет невежливо. — Итак, Майкрофт. Что ты можешь рассказать нам о том, что произошло, пока нас не было? Ты предположил, что в башне произошли какие-то серьезные изменения. Что там происходит? — Ну, как только вы покинули башню, возникла значительная путаница относительно того, что произошло. Только утром были обнаружены веревки и ремни, которыми вы пользовались, чтобы спуститься с башни. Они до сих пор понятия не имеют, куда ты пропал. В то же время были вопросы от прессы и некоторых лиц в местном правительстве о тебе, и требования встретиться с тобой. Поскольку никто не видел тебя с тех пор, как ты был взят в башню, некоторые предполагают, что ты был убит или серьезно ранен. Слухи и сплетни безудержно распространяются по телевидению и интернету. Никаких комментариев или заявлений от руководства башни не поступало, они находятся в полном молчании по этому поводу. Однако я слышал из очень надежного источника, что в ночь вашего побега произошло серьезное столкновение между альфами. Лидерство Фитцхью было официально оспорено, и, как вы знаете, каждый лидер выбирается единоборством. Победитель забирает все. Короче говоря, Фицхью был избит и изгнан из Лондонского Тауэра на определенный период времени. Судя по тому, что я слышал, он не был серьезно ранен, но потерпел сокрушительное поражение. Никто не знает, куда он ушел. Именно из-за этого переворота башня не ответила на запросы относительно вашего местонахождения. В настоящее время они находятся в переходном периоде, и я уверен, что все немного хаотично, если не сказать больше. Я ожидаю, что они сделают заявление, как только все будет более урегулировано. Новая Альфа-Прайм теперь Мойра Хейз. Возможно, вы встречали её гида, Джеймса Дугласа. Это был, по-видимому, запланированный политический шаг для консолидации власти Дугласом и Хейсом, и события предыдущей недели просто ускорили их график работы. Большая часть того, что я знаю — это слухи, но у этих двух, по-видимому, есть некоторые очень радикальные и инновационные идеи для приведения башни в двадцать первый век. Часть их плана состоит в том, чтобы прекратить денежную поддержку традиционалистских политиков в парламенте и отозвать политическую поддержку для ожидающего принятия закона об ограничении руководства и омега-реформ. Джон и Шерлок удивленно переглянулись. Это была очень приятная новость. Если что-то хорошее и могло произойти от пережитого Джоном испытания, то именно это. Его настроение поднялось и он улыбнулся Шерлоку, который улыбнулся в ответ и крепко сжал его плечи в праздновании. — Насколько я понимаю, это обнадеживающий шаг со стороны новой администрации башни. Они также обещают большую прозрачность и с деньгами, которые они сэкономят, когда перестанут покупать политиков, башня надеется, что сможет предложить работу и образовательные возможности для новых гидов, которые хотят прийти для обучения и объединения. Вместо принудительного соединения или конкуренции за проводников, они хотят начать организовывать функции, где гиды и часовые встречаются и принимают свои собственные решения о соединении. Я подозреваю, что больше гидов начнут приходить добровольно, как только это станет достоянием общественности. Я не хочу вдаваться в подробности, но, похоже, это начало новой эры для лондонского Тауэра и всех гидов и часовых Англии. — Улыбка Майкрофта была сдержанной, но искренней. Миссис Холмс была в восторге. — Ну, это отличная новость. Как только лондонская башня осуществит эти изменения, другие башни обязательно последуют. — Похоже, наш Джон был катализатором всего этого. Я предлагаю тост. К новым начинаниям. К новым связям часовых и проводников, альф, бет и омег. И за новые семьи тоже. — Она подняла свой бокал с вином, и чистый звук хрусталя зазвенел по комнате, когда Джон, Шерлок и Майкрофт коснулись бокалов. Это было искренне и должно было стать благословением для новой совместной жизни Джона и Шерлока. Это был довольно сентиментальный момент, но Джон не мог унять свое сердце, когда он улыбнулся своему будущему альфе, стражу и брачному партнеру. Он чувствовал счастье Шерлока от того, что его семья приняла Джона и волнение за будущее. Чуть позже Моника позвала их на ужин. Раньше Джон был очень голоден и с нетерпением ждал, когда шеф-повар приготовит ему обед. Но теперь он чувствовал себя не в своей тарелке. Он слегка покраснел, но голова всё ещё болела. Он пытался отдать должное удивительным блюдам, которые ему подавали, но просто не мог заставить себя есть. Стычка с Майкрофтом сильно разозлила его, но не настолько, чтобы он заболел, тем более что результат был настолько положительным. Должно быть, это из-за того, что у него начался жар, но он честно не мог вспомнить, как это было в первый раз. Шерлок и Майкрофт перешептывались и не обращали на него особого внимания, но миссис Холмс внимательно наблюдала за ним. После того, как он около десяти минут гонял еду по своей тарелке, ничего не съев, она протянула руку и потрогала его лоб. Шерлок остановился на середине фразы и в ужасе уставился на Джона. Миссис Холмс откинулась на спинку стула и озабоченно посмотрела на него. — Джон, дорогой, у тебя легкая лихорадка. У тебя болит голова и живот? Я заметила, что ты не ешь. — Извини, но я сейчас не очень голоден. На самом деле я чувствую себя довольно плохо. Шерлок встал и обошел вокруг стола. — Ты хочешь вернуться в коттедж? Желудок Джона начало сводить судорогой. — Да. Я думаю, так будет лучше всего. — Он быстро встал и повернулся к миссис Холмс. — Мне очень жаль. Пожалуйста, извинись за меня перед Моникой. Миссис Холмс встала и обняла его. — Да, я вижу, что у тебя начинается жар. Я все прекрасно понимаю. А теперь тебе лучше уйти. Я пришлю к тебе Шерлока через пару часов. Я уверена, что к тому времени ты почувствуешь себя лучше, как только все закончится. Я свяжусь с вами обоими через несколько дней. Я прослежу, чтобы Моника принесла еду, которую легко переварить, как только ты сможешь есть снова. Просто помни, что я тебе говорила и как важно оставаться увлажненным. В главной спальне есть небольшой холодильник, наполненный бутилированной водой. — Джон этого не заметил, но наверняка будет искать. Это действительно звучало божественно. Ему было немного холодно, как всегда, когда его слегка лихорадило. Горячий душ и уютная кровать с прохладной бутылкой воды звучали абсолютно замечательно. Шерлок проводил его до задней двери. — Ты точно не хочешь, чтобы я поехал с тобой? Джон поцеловал его и улыбнулся. — Не сомневаюсь, милый. К сожалению, я слишком хорошо помню эту часть пребывания в течке и ты точно не хочешь быть там. — Джон ещё раз быстро поцеловал его. Шерлок превратил поцелуй в объятие и прошептала ему на ухо: — Тогда увидимся через пару часов. Если я тебе понадоблюсь, номер телефона главного дома лежит на кухонном столе. — Джон неохотно отпустил Шерлока и помахал ему рукой, прежде чем тот вернулся в главный дом. Судороги усилились, когда Джон направился к коттеджу, и он ускорил шаги, боясь, что с ним случится несчастный случай, прежде чем он доберется до туалета. К счастью, он добрался до коттеджа и без труда поднялся наверх. Его кожа начала зудеть и казаться странной и ему не нравилось ощущение своей одежды. Быстро сняв её в спальне, он как раз вовремя добрался до туалета. Технически он знал, что это было началом его жары. Его тело очищало все вокруг, готовясь к тому, что слизистая пробка в вагинальном отверстии будет безопасно выброшена. Он надеялся, что все пройдет как надо. Прошло уже много лет с тех пор, как у него был последний жар. Обычно не рекомендуется подавлять тепло так долго, но он слышал о более длительном подавлении без вреда для себя. Как только его организм очистился, он принял душ и надел шелковый халат Шерлока. Это было чудесно и чувствительно на его коже. Он нашел дополнительные одеяла в шкафу для проветривания и положил их на кровать. Дополнительные полотенца, вероятно, были хорошей идеей, поэтому он принес их. Вполне вероятно, что они в конечном итоге будут использовать обе спальни, поэтому он убедился, что во второй спальне тоже были дополнительные простыни и полотенца. Жара вызывала чрезмерную смазку, которая была очень грязной, и гормоны также затрудняли ясно мыслить, когда все начиналось, поэтому он пытался думать обо всем, что им может понадобиться, прежде чем он дойдет до этого момента. Оба они будут рабами своих гормонов еще несколько дней. Он нашел холодильник, о котором упоминала Миссис Холмс, и принес из кухни во вторую спальню дополнительную воду. Он понятия не имел, сколько бардака они устроят, но подозревал, что его будет очень много. К счастью, в коттедже была стиральная машина с сушилкой, так что они могли постирать свое собственное постельное белье. Он содрогнулся при мысли о том, что Моника или одна из горничных Миссис Холмс должны были делать всю грязную стирку. Джон был очень скрытным человеком, когда дело доходило до чего-то подобного. Закончив все приготовления, которые он мог придумать, он поднялся наверх и лег в постель, чтобы дождаться своего альфу. Сквозь окна он увидел далекую вспышку света в темноте и услышал очень слабый раскат грома. Бури были прекрасны и не было ничего более приятного, чем лежать в постели и слушать, как гром и дождь барабанят по крыше. Он запоздало вспомнил, что захватил с собой роман, который читал в квартире, и откинулся на спинку кровати, чтобы насладиться им. Однако сосредоточиться оказалось труднее, чем он предполагал. Лихорадка ещё не совсем прошла и он чувствовал себя то горячим, то замерзшим. Его кожа всё ещё чувствовала себя немного странно, хотя шелковый халат очень помог. Вдобавок ко всему, теперь он определенно был зудящим и чувствительным между ног. Приложив руку к своему отверстию, он слегка потер его и чуть не выпрыгнул из кожи от электрического ощущения, вызванного его пальцами. Мышцы были мягче, чем обычно, и невероятно чувствительны. Решив проявить смелость, он легко просунул туда два пальца и ощупал их в качестве эксперимента. Сразу же он обнаружил, что вход в его влагалище был открыт и влажен. Его живот запульсировал от возбуждения, и он задрожал, убирая пальцы и рассеянно вытирая их о простыню. Не совсем готов, но почти готов. Разочарованно вздохнув, он свернулся калачиком на подушках и стал ждать Шерлока.