Бездна

— Трикстер жив… — пронесся тихий ропот по рядам асгардских воинов. — Трикстер жив, — он стал чуть громче и намного тверже. — Трикстер жив! — легкий шепоток перерос в озлобленный крик, унося всю трезвость из умов присутствующих. — Он убил царя! Он убил Всеотца! — толпа начала бесноваться. — Схватить убийцу! Схватить! Локи, судорожно вдыхающий теплый воздух, уставился пустым взглядом на цветное покрывало звезд, усевающих бездну, что забрала единственную, чья любовь была ему дорога. Мужчина не замечал яростных криков вокруг: он словно оглох и слышал только донельзя редкое биение своего сердца. Разбушевавшиеся эйнхерии решили перейти от слов к действию, и парочка из них направилась к апатичному Лофту, но в этот момент вмешался Тор. Мужчина быстро очутился рядом со своим сводным братом, одним движением поднял трикстера на ноги, раскручивая попутно молот, и, крепко сжав плечо Локи, молниеносно воспарил с ним в воздух. Бог Грома летел к дворцу, так как лишь там можно было спрятаться на некоторое время от многочисленной стражи Асгарда и обсудить план дальнейших действий. Громовержец переместил себя и растерянного Бога Коварства в пустой полутемный зал, способный укрыть мужчин от посторонних глаз и ушей. — Локи, — ас посмотрел на побелевшего трикстера. — Что мы будем делать? — Она… — хрипло прошептал Лофт. — Она… — он поднял пустой взор на Тора. — Она… Там… — его тонкие губы заметно дрожали. — В бездне… — по бледной щеке бегло проскользнула кристально прозрачная слеза. — Ее больше нет… — Локи! — негромко изрек Бог Грома. — Соберись! — мужчина легонько тряхнул Бога Обмана за плечи. — Сейчас весь Асгард узнал, что ты притворялся Всеотцом целые полгода, и теперь каждый охотится за твоей головой, — Тор был явно чрезмерно напряжен. Взгляд Лофта постепенно начал трезветь. — А ты? — сдавленно спросил он. — Ты на их стороне? — Я все знаю, — спокойно ответил громовержец. — Марибет мне объяснила сложившуюся ситуацию до малейшей детали, и я… — ас сделал небольшую паузу. — Не виню тебя, брат. — Я тебе не… — привычным недовольным тоном начал Локи, но не успел договорить. Тор, поддавшись простым сентиментальным чувствам, крепко обнял трикстера и чуть слышно всхлипнул. — Я думал, что ты умер… — прошептал Бог Грома. — Я думал, что это конец… Не только для тебя, но и для меня тоже… — он поджал свои губы. — Ты бы знал, как я скорбел по тебе, как я скучал… — ас старался не заплакать. — Я не могу описать словами те чувства, которые сейчас бушуют в моей душе. — Тор, — глухо промолвил Лофт, теряя терпение. — Локи, — невозмутимо продолжил громовержец. — Ты для меня всегда будешь братом, и тебе этого не изменить, — Тор чуть качнул головой. — Запомни, Локи: без тебя меня нет. Трикстер дрогнул. — Что, прости? — мужчина вывернулся из его могучих объятий и посмотрел прямо в ясные голубые глаза. Громовержец мягко улыбнулся. — Локи, мы с тобой живем уже долго, и этого времени вполне достаточно для того, чтобы ты стал неотъемлемой частью моей жизни, — Тор вглядывался в немного непонятные эмоции трикстера, смутно написанные на его идеальном лице. Локи потерял дар речи. Он и не мог предполагать, что ас сумеет простить все злодеяния и козни, совершенные за последнее время. Лофт верил, что достоин лишь лютой ненависти окружающих, что презрение — спутник на всю его долгую жизнь, а любовь могла подарить лишь одна… О, как же он ошибался! Тор, несмотря на противоречия между ними, любил трикстера искреннее, как только может любить старший брат. Бог Грома, конечно, иногда злился на Бога Обмана, но эта злоба быстро проходила, когда он смотрел на Локи и видел вместо высокого красивого мужчины с холодными глазами маленького забитого мальчика, чей взор блестел зеленым озорством. — Тор, — трикстер нервно сглотнул подступивший комок. — Я… — Ничего не говори, — уста громовержца растянулись в дружелюбной улыбке. — Сейчас не лучшее время выяснять отношения и решать, кто прав, а кто виноват, — Тор положил сильную руку ему на плечо. — Я помогу тебе, Локи, — мужчина вмиг посерьезнел. — Никто из Девяти миров не посмеет и пальцем тебя тронуть, пока я жив, и я… — он сделал небольшую паузу. — Должен тебе. — За что именно? — Бог Коварства пришел в себя и уже изогнул тонкие губы в лукавой улыбке. — Ты спас Джейн в мире темных эльфов, — тихо ответил ас. — Поэтому я помогу тебе спасти Марибет. Локи заметно помрачнел. — Я был там, — его взгляд на один момент потух. — Бездна убивает быстро. — Но я видел, как она сражалась, — парировал Тор. — Эту девушку непросто победить. — Иной ограбил одно древнее царство, которое создало в свое время множество артефактов, — сказал Бог Обмана. — У нее есть потенциал и силы, но она беззащитна перед этой магией, — он покачал головой. — Я стараюсь не давать жизнь одной дурной мысли, но она успела пустить свои цепкие корни в мое сознание, — Локи казался потерянным. — Я боюсь, что Марибет… — его голос дрогнул. — Мертва. Вдруг трикстер получил сильную пощечину, от которой он чуть ли не потерял равновесие и не упал. — Соберись! — неожиданно рявкнул Тор. — Что с тобой такое? — в глазах громовержца засверкали молнии. — Я не узнаю своего брата! У тебя всегда был план, ты всегда знал наперед шаг каждого, ты никогда не сдавался! — мужчина опасно прищурился. — Если ты в течение последующих нескольких секунд не придумаешь, как найти Марибет, я тебя ударю, но на этот раз Мьёльниром. Бог Коварства был полностью обескуражен обещанием могучего аса. — Ну, — нетерпеливо произнес Тор. — Я тебя слушаю. — Есть одна идея, — тихо прошептал Локи. — Если кое-какие древние истории не врут, то мы узнаем, цела ли она или нет. — Что нужно сделать? — Бог Грома заметно подобрел. — Ничего, — мужчина взял Тора за предплечье. — Я сам все сделаю, — Лофт хмыкнул и перенес себя и аса в зал Мирового Ясеня. Громовержец с интересом посмотрел на своего сводного брата. — И зачем нам Иггдрасиль? — Тор перевел взгляд на дерево. Локи же скрупулезно искал что-то глазами на крепких ветвях. — Миры, брат, а точнее… — по лицу трикстера пронеслась волна облегчения. — Мир, — мужчина указал рукой на блеклую сферу в углу. — Что это? — Тор смотрел на шар, медленно подходя к Лофту. — Чье это измерение? — Это Эфиг, — твердо ответил Локи. — Мир Марибет, — Бог Коварства тщательно смотрел на неяркое сияние. — Он и она связаны между собой. — А, точно, — Бог Грома кивнул. — Марибет сказала, что она родом оттуда. Трикстер моментально поменялся в лице уже который раз за день. — Что? — прохрипел Лофт, поворачиваюсь к брату. — Что ты сказал? Тор вскинул вверх свои светлые брови. — Сегодня я пришел в библиотеку, а она читала какую-то старинную книгу, — мужчина никак не мог понять, почему Локи так быстро помрачнел. — Марибет дала мне ее прочесть, и там было сказано, что она — принцесса мира под названием Эфиг. — Нет… — трикстер покачнулся. — Только не это… — Богу Коварства резко стало дурно. — Это конец… Катастрофа… — Локи, — встревожено произнес ас. — В чем дело? — Она всю жизнь считала себя сиротой и думала, что она обычная девушка, — у Локи потемнело в глазах. — Я только недавно узнал, что Марибет из этого мира, и я хотел ей рассказать правду, но не мог придумать, как сделать весь процесс безболезненным. Тор мигом все понял. — Ты укрыл от нее правду? — возмущению мужчины не было предела. — Ты представляешь, что может произойти, Локи? Ты это осознаешь? — Да, Тор, — бледные губы Лофта сжались в тончайшую полоску. — Более чем, — трикстер устало потер переносицу. — Возможно, лучше, чем кто-либо во всей Вселенной. Бог Грома судорожно вздохнул. — И что теперь? Что нам делать? — спокойно спросил он через минуту звенящего молчания. — В Асгарде небезопасно, сейчас каждый меч направлен против нас. — Я бы не сказала, что прям каждый, — со стороны двери прозвучал знакомый строгий голос. Мужчина повернули головы и увидели леди Сиф. — Сиф, а с каких пор ты стала идти против Асгарда? — Тор как-то глупо улыбнулся, смотря на воительницу. — С тех самых, как познакомилась с тобой, — девушка усмехнулась. — Конечно, вы наделали шума, — она покачала головой. — Особенно ты, — ее взгляд метнулся к Лофту. — Как ты смог обмануть всех? — Я могу рассказать эту очень интересную и захватывающую историю как-нибудь вечером у камина, а сейчас момент не очень-то подходящий, — горько ухмыльнулся Локи. — Возможно, ты не заметила, но у нас есть небольшие проблемы. — Я как раз и заметила, — Сиф закатила глаза. — И пришла помочь, — она едва заметно улыбнулась. — Троица постарается повести эйнхериев по ложному следу, а вам следует укрыться. Тор посмотрел на Локи. — Где мы будем в относительной безопасности на некоторое время? — Бог Грома непроизвольно сжал в своей руке молот. Трикстер повернулся к нему. — Знаю одно место, — он подошел к асу. — И ты там уже был сегодня, — льдисто-серые глаза Бога Коварства странно свернули. — Готов для повторного перемещения? — Да, — Тор кивнул и взглянул на воительницу. — Сиф, спасибо тебе. — О, пустяки, — она махнула рукой. — Ты просто будешь моим вечным должником. По залу прокатился раскатистый смех Бога Грома. — Конечно, Сиф, — мужчина подмигнул валькирии. — Как же без этого. — Так, — Локи грубо развеял дружескую атмосферу. — Будете рассчитываться и обмениваться любезностями после того, как все утихнет, — трикстер крепко взял Тора за руку. — Спасибо, — сухо сказал Локи, мельком посмотрев в сторону леди Сиф, и через пару мгновений мужчины стояли в покоях, где мирно спал Всеотец. Тор посмотрел на Верховного Бога Асгарда и тяжело вздохнул. — И что теперь, Локи? — пара голубых очей переместили в темный угол комнаты, скрывавший в своем мраке на удивление спокойного Бога Коварства. — Мы должны дождаться пробуждения Всеотца, — Локи предпринял попытку сконцентрироваться на их проблеме, но мысли о Марибет упрямо лезли в его голову. — Тогда все и разрешится. — Но когда он пробудится? — Тор заметно напрягся. — Когда? — Всеотец просыпается лишь тогда, когда он действительно нужен, — из огромной постели раздался несколько глухой ответ. — Думаю, сейчас тот самый момент. Мужчины молниеносно оказались у кровати, в которой лежал проснувшийся Один. — Сон пошел мне на пользу, дети мои, — царь Асгарда развеял золотую пелену, накрывавшую его словно одеяло, и приподнялся. — Локи, — мутный от длительно сна глаз внимательно смотрел на него. — Теперь я спокоен, потому что знаю, кто будет достоин трона, — сухие губы Одина Всеотца изогнулись в легкой улыбке. — Коронация через месяц, и это не обсуждается. У Локи подкосились ноги, и если бы не вовремя схвативший его Тор, он бы упал. Да здравствует царь! Да здравствует Локи из Асгарда! И как можно было догадаться, Один быстро разрешил проблемы, в которые впутались его нерадивые сыновья. Асгард успокоился, асы немного поворчали, но трикстеру были благодарны: по идее, именно он восстановил мир и порядок после нападения Малекита Проклятого, и эту заслугу нельзя было не оценить по достоинству. Пожалуй, Бог Коварства чуть отвлекся водоворотом событий, который возник после оглашения даты коронации, но иногда он возвращался всей душой и сердцем в своей знакомой незнакомке, канувшей в бездну, когда-то забравшую и Лофта. Локи всеми силами пытался найти Марибет, но ни одно поисковое заклятие не помогло ему в этом, даже заговоренный медальон, связанный с золотым украшением девушки, не был в силах показать местоположение мага льда. Богу Обмана оставалось лишь только верить, что с ней все хорошо. И пока все занимались подготовкой к предстоящей коронации Локи, никто не заметил, что на одной из сильных ветвей Мирового Ясеня, в самом верху, сфера, тысячелетиями издававшая тусклый свет, загорелась ярким белым сиянием. И мечи столкнутся, ведь скоро случится вечная зима…