Неудержимая юность

      На следующий день у нас в школе была запланирована выставка талантов, в которой на удивление вызвалось принять участие большое количество учащихся. Прохаживаясь по стадиону вдоль ряда различных цветастых палаток, я с интересом отмечала новые для себя вещи. Женя Железнов оказался самым настоящим механиком, гением техники. Он ловко конструировал, собирая из, казалось, бесполезных и ненужных вещей, которым самое место на помойке, что-то новое и стоящее, даруя им второй шанс на жизнь. Васька Сидоров поразил всех комиксом собственного сочинения, иллюстратором которого выступила Снежка. Варечка же устроила самый настоящий показ мод, нарекнув своей моделью несчастного Влада. И пускай сам он любил светить лицом, зачастую ведя себя как нарцисс, но тут даже его терпения не хватило, чтобы усмирить нрав Ветровой. Абрикосов показывал очередное шоу с огнём, фаерболами и толпой визжащих девчонок вокруг, мечтающих стать его девушкой. Даже смешно. А этот недофакир и рад стараться. Любитель женского внимания, плюс нарцисс впридачу — нелучшее комбо получается. Похлеще чем Владика его заносит.       — Власть портит людей, — бросила я, проходя мимо его площадки, уверенная в том, что моя фраза погрязла в криках поддержки, исходящих от толпы, и никак не ожидала услышать ответ.       — Только если править в одиночестве, моя королева.       Я замерла, в следующую секунду стремительно оборачиваясь. Глазами пыталась отыскать его в толпе, поймать взгляд кофейных глаз, но безуспешно. Пораженная произошедшим, я не спеша побрела прочь от дурацкой палатки. Почему-то мне показалось, что он сказал это мне. Щемящее чувство в груди стало тому подтверждением. Это не было совпадением. Иначе бы я не услышала крик. Какую же игру ты затеял, Абрикосов?       Потерянная и погруженная в свои мысли я петляла между различными палатками, потеряв всякий интерес к происходящему вокруг. Одна фраза, одна единственная фраза оказалась способна выбить меня из колеи. У меня не хватало понимания, как такое возможно. Почему какой-то самовлюбленный мальчишка волнует моё сознание? Почему я думаю о нем, не в силах выкинуть из головы его лицо. Насмешливое и победное каждый раз когда он обыгрывал меня в баскетболе, доброе и сочувствующее, когда я, сдерживая слезы, зажимала новую рану на колене, болезненное и разочарованное во время очередной ссоры. Действительно, загадка.       Палатки мелькали где-то на фоне, на периферии моего сознания. Я не обращала на них никакого внимания, пока не раздался дивный голос. Его обладателем была девушка и пела она так грустно, что мне снова стало больно.

Please, carry me, carry me, carry me home…

      Словно околдованная я пошла на зов, в котором так и звучало «помоги мне, пожалуйста, спаси меня». Но никто не слышал этого крика о помощи. Все люди были погружены в свои заботы и забавы, не замечая самого главного.       На небольшой площадке возле фонтана примостилась моя знакомая с чёрной гитарой наперевес. Алиса надрывно выводила строчку за строчкой, смотря куда-то вдаль. Пальцы одной её руки обхватывали гриф, зажимая лады, другой она ударяла по струнам. Было заметно, как девушка хмурится, снова и снова не попадая по нужным аккордам, и как трудно ей это даётся.       — Не знала, что ты поёшь, — вырвалось у меня, и Алиса прекратила играть, поднимая свои бирюзовые глаза. Она смотрела на меня, но взгляд этот был настолько отчужденным, что несложно было догадаться — мыслями она не здесь.       — А это ты… Алёна, — наконец произнесла Алиса, и я сделала вид, будто не заметила, как долго она пыталась вспомнить моё имя.       — Ты в порядке? — вопрос был крайне не уместным, потому что по одному взгляду на девушку было понятно, что она не в порядке, но я просто не знала, как вести себя в подобной ситуации.       — Конечно, — сказала она, улыбаясь как можно шире, заставляя меня подавить злобу, возникшую внутри. Зачем ты врёшь? А следом возник и другой вопрос: а чего я, собственно говоря, ожидала? Что она изольет душу первой встречной? — Я пойду, меня уже ждут. Было приятно повидаться.       И, убрав её в чехол, девушка повесила гитару на плечо, на прощание махнув мне рукой. Осадок после этого разговора был ощутимым. Я вздохнула.       И пускай никто не замечал или только делал вид, что не замечает, но Алиса была нездорова. Об этом говорили большие мешки под её глазами, вечно грязные, забранные в кривой пучок розовые волосы (которыми девушка безумно гордилась ранее), дрожащие руки и отсутствие аппетита. Она сильно осунулась за последнее время, заставляя меня забеспокоиться. Мы никогда не были с ней подругами, но почему-то я отчётливо ощущала, что должна ей помочь. Просто обязана.       Я последовала за ней, стараясь не выдать своего присутствия, и оказалась у очередного шатра. Надпись при входе гласила: Королевство кривых зеркал Алисы из Страны Чудес.       — Забавно, — подумалось мне. Только на деле все вышло не так радужно, как могло показаться.       Из палатки послышался голос незнакомой мне женщины. По интонации я поняла, что она зла. Не сумев пересилить собственное любопытство, обошла шатёр кругом и обнаружила небольшую дырочку в ткани. Её было достаточно для подглядывания. Отогнав все мысли о неправильности происходящего, я примкнула правым глазом к отверстию, тут же замечая Алису.       Она стояла перед большим зеркалом, единственным не искажающим суть, во весь рост и смотрела на свое отражение, откуда на нее глядела худая до ужаса девушка с торчащими костями, впавшими глазами и щеками. Отвращение и ненависть к себе лились через край, как и желание стать прекраснее. То самое желание, которое и довело её до такого состояния.       — Мало тебе? Еще хочешь? — женщина, стоящая позади, еле сдерживала слезы, но продолжала отчитывать Алису, не понимая, что этим делает только хуже. — Посмотри на кого ты стала похожа. Это красиво по-твоему?       Алиса молчала, возможно, просто не знала, что ответить. Смотрела на себя в зеркале и пыталась отыскать отблески прошлого. Она не помнила, когда именно это началось и что послужило причиной резкого желания сбросить вес. Помнила только бесконечные тренировки до потери пульса, всевозможные диеты и мечту стать чуточку красивее и стройнее.       Я стояла за углом, прикрыв рот ладонями. Полученная информация просто не желала укладываться в моей голове. Тем временем ткань палатки отодвинулась, и грозная женщина покинула её, не оборачиваясь напоследок. Изнутри послышался тихий плач. Недолго думая, я влетела в палатку, падая на колени перед шокированной Алисой и крепко обнимая её.       — Тшш, девочка, всё в порядке.       Возможно, это было неправильное рвение, и девушка имела право злиться на меня за то, что я влезла в её жизнь, но так я узнала одну важную вещь: у Алисы была анорексия. И она медленно умирала от этого.