Охриненный

Чонгук только что вышел из здания студенческой службы, покидая встречу со своим советником, чувствуя себя несколько довольным. Он официально сменил специальность на цифровые коммуникации и мультимедиа. Конечно, он никогда бы этого не сделал, если бы ты не заставила его почувствовать, что он может это сделать. Прошла уже целая неделя с тех пор, как закончились каникулы, и он чувствовал себя как в аду, зная, что ты где-то поблизости в кампусе, но еще не зная, захочешь ли ты его видеть. Если вообще когда-нибудь захочешь. Он только что закончил покупать свой обед и собирался найти столик, чтобы сесть снаружи, когда наконец увидел тебя. Ты выглядела такой чертовски хорошенькой, твои волосы были красиво заплетены, а ты туго закутана в огромную куртку. Ты всегда ненавидела холодную погоду, вспомнил он. Но ты была не одна, Яра и Тэхён сидели с тобой и смеялись между собой. Вы трое вместе выглядели настолько нормально, что не успев остановиться, он обнаружил, что идет к вашему столу с сердцем, застрявшим в горле. - Привет, ребята. Все разговоры прекратились, три студента повернулись лицом к осторожному парню из братства, выглядевшему знакомо, но все же по-другому. Слова Чонгука неловко прозвучали в воздухе, когда Яра и Тэхён обменялись быстрыми взглядами. Не нужно было видеть Чонгука, чтобы понять, что эти слова исходили от него. Ты сразу же узнала мягкий тембр его голоса, твои глаза остановились на джинсовой ткани твоих джинсов. Блять. На мгновение Чонгук забеспокоился, что его приветствие может остаться вообще без внимания. Эта мысль вызвала у него тошноту, потому что за три недели он потерял трех самых важных для него людей. Тэхён оторвался от пристального взгляда Яры, благодарно сверкнув на него искренней улыбкой - Давно не виделись. Как прошел твой перерыв? Ты позволила себе украдкой взглянуть на Чонгука, когда Тэхён сел и обнял его, на что тот с благодарностью ответил. Ты была удивлена. Его волосы уже не были лохматыми и длинными, как ты их помнила. Вместо этого он был свежевыстрижен, выглядел здоровым и аккуратно уложенным впервые с тех пор, как ты познакомилась с Чонгуком. Но, несмотря на его чистый взгляд, в нем было что-то странное. Что-то такое, что заставляло тебя чувствовать себя виноватой. - Все хорошо.- Чонгук ответил равнодушно. В конце концов, именно из-за тебя он и приехал. Его желудок сжался, когда он обнаружил, что твои глаза резко отворачиваются от него, направляя внимание куда угодно, только не на него. - Присаживайся, приятель.- Пригласил Тэхён, не обращая внимания на смертоносный взгляд, брошенный с стороны твоей подругой. Чонгук задумался на мгновение, но кивнул и нерешительно присоединился к столу. - Привет, Яра.- Он начал вежливо, явно осознавая, что девушка, о которой идет речь, смотрит на него так, словно он был жвачкой на ее туфле, в которую она наступила. - Придурок... - Маленькая девочка сухо ответила ему. Ты почувствовала, как его внимание переключилось на тебя. Боже, пожалуйста, не надо. - Т/И. - его голос был мягким и извиняющимся, и тебе хотелось кричать. Ты бы солгала, если бы не играла с мыслью о возможной встрече с ним однажды в школе, но когда он сел напротив тебя, глядя так, словно ты была единственным человеком в этой комнате, ты почувствовала, что начинаешь паниковать. Яра чувствовала, как ты напряглась рядом с ней, как сработал каждый сигнал тревоги в ее защитной системе лучшего друга. Она тут же повернулась к тебе. - Итак, Т/И, ты так и не закончил свой рассказ. Как там Эрик?- Она начала небрежно, как будто вы двое обсуждали эту тему еще до Чонгука. - Эм... - ты моргнула, сбитая с толку внезапной сменой темы разговора твоей коварной подругой. - Было ли странно догонять его после стольких лет?- Продолжила она, произнося слова громко и отчетливо, когда ее губы обхватили соломинку бокала. - О, эм... - ты уловила это, и твои мысли понеслись вскачь, когда краем глаза ты заметила, как глаза Чонгука расширились от слов Яры. Ты точно знала, что она пытается сделать. Она знала, как Чонгук относится к твоему бывшему, и использовала это против него. Две недели назад ты бы с радостью ткнула Эрика в лицо Чонгуку, но после нескольких недель размышлений ты просто чувствовала себя паршиво. - Эрик, то есть... бывший жених? - Ты слышала, как Чонгук наконец заговорил, даже не потрудившись скрыть недоверие в своем тоне. А потом ты совершила ошибку, встретившись с ним взглядом. Все нервы, которые ты могла бы призвать в этот момент, рассеялись в тот же миг, когда ты увидела беспокойство и смятение в его глазах. - Я, эм… Ему не нужно было говорить ни слова. Ты точно знала, что он чувствовал, и его лицо говорило об этом. - …должна идти.- Ты закончила слабо, стул волочился по кафельному полу, когда ты резко встала. Чонгук был следующий на ногах - Т/И... Все усилия, которые он планировал предпринять вслед за тобой, были остановлены сердитым взглядом Яры, которая бросила свою сумку через плечо и поспешила за тобой. - Отвали.- Она нахмурилась и побежала прочь, оставив Чонгука чувствовать себя ужасно, опустившись обратно на свое место с подавленным вздохом. Тэхён не мог не смотреть на своего лучшего друга с жалостью. И как бы ему ни хотелось сказать несколько слов утешения, он не нашел их, застряв между друзьями. - Картошку фри?- Наконец он заговорил, и на его красивом лице появилась робкая улыбка. Чонгук медленно повернулся к брату, его взгляд упал на поднос с картофельным угощением на столе, прежде чем он потянулся за одним из них, одарив Тэхёна благодарной улыбкой, которая, казалось, не коснулась его глаз. ┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈ Чонгук понятия не имел, что он делает. На самом деле, стоя перед дверью общежития двух девушек, которые, как он знал, определенно ненавидели его. Конечно, Чонгук хотел, чтобы все вернулось на круги своя, чтобы ты с ним по-прежнему проводила каждую секунду вместе. Но он отказался от этой идеи после первых 15 неотвеченных звонков. Он уже перестал надеяться, что ты когда-нибудь ответишь на его чувства, и не поэтому он был здесь. Постучав костяшками пальцев в дверь, он понял, что пришел извиниться. По крайней мере, столько тебе причиталось. Если бы ты его послушала, он бы сказал тебе, как ему жаль и как сильно он бы все это взял обратно, если бы мог. Как он не хотел тебя больше беспокоить, но не мог оставить в покое, пока ты не получишь заслуженных извинений. Однако все мужество покинуло его в ту же секунду, когда он был встречен с крошечным ростом и каштановыми волосами, самый страшный из обитателей общежития открыл дверь. Это означало, что у него были секунды, чтобы донести свою точку зрения, прежде чем Яра захлопнет дверь перед его носом. - Я знаю, что ты не хочешь говорить со мной прямо сейчас... Однако, к его удивлению, страшная девушка вышла в коридор, чтобы встретиться с ним лицом к лицу, и закрыла за собой дверь общежития. Чонгук сделал шаг назад из предосторожности, зная, что лучше не злить и без того рассерженную Яру. - О нет, вообще-то мне есть что тебе сказать.- Сказала Яра, как только убедилась, что дверь закрыта, ее голос был низким и жестким. - Например, то, что ты придурок, трус. Не говоря уже о полном отморозке... Чонгук кивнул, прервав ее, не думая: Я знаю, и я... - О, я еще не закончила!- Она фыркнула, и придурок затих. - Дурак. Шут. Жалкое оправдание для мужчины. Развратная обезьяна. Похотливый... похотливый дегенерат! Чонгук дернулся на слова Яры. И какими красочными словами они были тоже. Он полагал, что она хорошо использует свой английский диплом. Прошло несколько молчаливых, напряженных мгновений, и ни один из них не произнес ни слова. - Что-нибудь еще?- Предложил Чонгук, нервно потирая затылок. Яра сердито посмотрела на него, скрестив руки на груди, словно защищаясь. - ...Бедсвервер. Он моргнул: Это вообще слово? - Не знаю, я недавно читала об этом в "Зимней сказке" Шекспира. Просто чувствовала себя хорошо, не буду врать.- Она пассивно пожала плечами. - Ну... наверное, я это заслужил. - Ты так думаешь?- Она усмехнулась, явно все еще разгоряченная. -Ты все это время дурачился с Т/И, как будто ничего не случилось, и при первой же возможности трахнул свою бывшую... только чтобы переспать с Т/И сразу же после этого! Ты хоть понимаешь, что это за идиотское поведение? Как для Т/И, так и для Кири? Чонгук почувствовал, как его щеки покраснели, и почувствовал себя ребенком, получившим выговор от своего родителя. Ребенок, который, несомненно, был неправ. - Ты совершенно права. Я все испортил. И я знаю, что мы никогда не сможем вернуться к тому, что было раньше, и я здесь не поэтому. Я сделал ей больно. Она заслуживает так много – гораздо больше, чем я когда – либо мог бы ей дать, но по крайней мере это... по крайней мере, я могу принести ей извинения, которых она заслуживает. Яра сжала губы, издавая раздраженный звук, словно соглашаясь - Я удивлена, что твой маленький, недоразвитый, примитивный муравьиный мозг смог так много понять. Чонгук нахмурился. Она действительно была слишком сильно взвинчена оскорблениями, не так ли? - Ладно, ладно, извини, я уже закончила.- Она вздохнула, снова прижав руки к бокам. Конечно, она была в бешенстве. Вся эта ситуация была так сильно расстроена. С того момента, как эти двое пожали друг другу руки, стало очевидно, что их отношения идут по пути, к которому ни один из них не был готов. Глядя на темноволосого парня сверху вниз, Яра подумала, что всего этого можно было бы избежать, если бы эти два тупоголовых были просто честны друг с другом с самого начала. Но нет, вместо этого чувства остались невысказанными, и они испачкались в этом процессе. Серьезно, чувак. Отношения – даже фальшивые - были слишком драматичны. Пока Чонгук молчал, позволяя привратнику пристально смотреть на него, пытаясь разгадать его искренние намерения. Она издала какое-то жужжание. - У вас есть 15 минут. Чонгук почувствовал, как его плечи расслабились. - Она сейчас в гостиной. Я буду стоять здесь все это время, и если услышу, что ты хоть на один децибел повысил голос, то оторву тебе член. Конечно, Яра собиралась впустить Чонгука. Она знала, что им еще многое нужно было сказать друг другу, и Т/И тоже заслуживала шанса высказать свое мнение. Кроме того, Т/И всю неделю бессвязно болтала о том, чтобы связаться самой с Чонгуком. Это был конец, в котором они оба нуждались, и она не была достаточно ожесточена, чтобы отказать Чонгуку войти. Она просто наслаждалась тем, как он неловко ерзал под ее пристальным взглядом. - Спасибо тебе, Яра. - Я серьезно говорю. Ты будешь лишён пениса. Ты будешь кричать докторам, чтобы они попытались снова прикрепить его, но это будет крик в пустоту, так как я разорву его в клочья к тому времени, когда ты доберешься до них, далеко за пределами точки восстановления. Ты меня понимаешь?- Она холодно улыбнулась. Чонгук сглотнул, быстро кивнув головой: Я... я понимаю. Вздохнув, Яра отступила в сторону, расчищая путь к двери. - Не облажайся.- Предупредила она с неожиданной мягкостью в голосе. Задержав на мгновение ее пристальный взгляд, он послал ей последний благодарный кивок, протянул руку и толкнул дверь. Войдя в общежитие, он ощутил странное чувство меланхолии в этом пространстве. То, что когда-то было местом, где он проводил большую часть своего времени, теперь просто ощущалось как незнакомое общежитие, где его не совсем приветствовали. - Т/И? Ты не сидела на диване, как он ожидал. На самом деле, когда Чонгук осматривал пространство, он понял, что ты вообще не была в общей зоне. Ты была в своей комнате? Он не был точно уверен, насколько комфортно он чувствовал себя, входя в твою комнату без твоего приглашения, учитывая текущие обстоятельства. Однако какие бы внутренние споры он ни вел, они быстро затихли, когда он понял, что, несмотря на то, что дверь ванной была закрыта, свет горел внутри без какого-либо реального шума, исходящего изнутри. И самое примечательное - тень в два фута там, где свет просачивался из-под двери. Ты запаниковала. Естественно, при звуке голоса Чонгука ты поспешила прижаться ухом к двери, ловя каждое его и Яры слово. Когда ты услышала, что он приближается, ты пошла искать место, где можно спрятаться. Ванная комната была лучшим, что можно было сделать с такими короткими временными рамками. Ты нахмурилась, услышав его шаги рядом с собой, и остановилась, как только он подошел к двери. -Я знаю, что ты там. - Ну и что с того, что я здесь нахожусь? Разве мне нельзя пользоваться ванной в моем собственном общежитии? Разве девушка не может спокойно пописать? -Ты же не пользуешься ванной.- Раздался его голос с другой стороны двери. - Да, это так. - Нет, это не так. Я знаю тебя, и ты ни за что не пойдешь в туалет вместе со мной. Ты внутренне выругалась. Это была чистая правда. За все то время, что ты провела с Чонгуком, ты умело рассчитывала все свои действия в ванной, чтобы он не мог тебя услышать. Но дело было не только в нем. Даже Яру пришлось спрятать в ее комнате, чтобы тебе было удобно пописать. Это была твоя странная, незначительная причуда и, честно говоря, глупая вещь, которую он должен был помнить. - Пожалуйста... мы можем поговорить? - Просто оставь меня в покое, Чонгук.- Ты прислонился спиной к двери, и в твоем голосе не было никаких эмоций. - Я не могу... не с тем, как мы все оставили.- Он положил руку на дверь, желая, чтобы вместо этого он держал твое лицо. - Ты мой лучший друг, Т/И. С горечью ты вспомнила, как Чонгук назвал Кири своим лучшим другом в ту ночь, когда вы впервые переспали. Так или иначе, но она всегда возвращалась к нему. Боже, неужели это тебя так разозлило? Теперь, разозлившись, ты оттолкнулась от двери и повернулся к ней лицом, словно воображая, что это глупое лицо Чонгука, в которое ты впиваешься глазами. - Ты сказал, что Кири приходила просить тебя вернуться, но ты все равно пришел и переспал со мной на следующий день. Даже несмотря на то, что вы двое занимались сексом прошлой ночью. Ты понимаешь, как это заставляет меня чувствовать себя? - Т/И, я ... - Как мусор!- Ты подчеркивала, что белая краска на двери почему-то раздражает тебя еще больше. -Я чувствовала себя так, словно была чем-то, что ты выбрасываешь и забираешь обратно всякий раз, когда тебе хочется использовать свой член. Твоя грудь быстро поднималась и опускалась, и ты изо всех сил старалась не позволить своим эмоциям взять верх. - Не говоря уже о том, что всем остальным кажется, будто ты мне изменил. Что делает похожим тебя на гребаного идиота.- Ты насмехалась над ним. Чонгук ничего не сказал в ответ, что почему-то облегчило ему задачу сказать то, что ты хотела услышать с того самого дня в своей комнате. - Просто ужасно осознавать, что тот, кто тебе когда-то был дорог, видит в тебе всего лишь игрушку. Это чертовски отстойно. Твои слова были теперь тихими, явно задетыми, и это заставило сердце Чонгука упасть. - Черт возьми, Т/И, ты права. Это было дерьмово, грубо и неуважительно, и я так чертовски сожалею, что сделал это с тобой. Что я причинил тебе такую боль. Т/И, ты для меня не просто игрушка. Ты - нечто большее. Ты, блядь, гораздо больше. - ... Почему ты спал с ней?- Ты что-то жалобно бормотала, эгоистично желая знать. Губы Чонгука сжались. Он задавал себе этот вопрос каждый день с тех пор, как сделал это. - Я просто ... я думал, что это то, чего я хочу. Это было то, чего я должен был хотеть.- Его брови нахмурились. - Все это время я твердил себе... Вот оно. Я получил то, что хотел. Т/И была права. Теперь мы оба будем счастливы. Но это не то, что случилось. И это меня пугало. Боже, как бы он хотел увидеть тебя прямо сейчас. - На следующий день я пришел не для того, чтобы переспать с тобой. Я только что увидел тебя... это было не так... у меня в голове помутилось и ... А, черт, я репетировал то, что собирался сказать по дороге сюда. Что я сейчас говорю?- Чонгук вдруг застонал про себя, запутавшись руками в волосах. Как он мог сказать тебе, что в ту же секунду, как ты открыла эту дверь тем утром, все логические размышления прекратились, и все, о чем он мог думать, это о том, как сильно он скучал по тебе прошлой ночью и как сильно ему нужно было снова почувствовать твои губы, чтобы забыть ее. То, как он терял себя в том, что ты чувствовала и пробовала на вкус, было недостаточно сильным, чтобы остановить себя. На самом деле он почти забыл о своей ужасной ошибке, когда ты вдруг заговорила о том, чтобы провести Рождество вместе, и осознание этого захлестнуло его. Конечно, он хотел бы провести его вместе, но он не мог больше лгать тебе. Он никак не мог встретиться с твоими родителями после того, что сделал. Его нельзя было приукрасить. Он действительно был жалок. И нет простого способа сказать тебе это....