Гостья из прошлого

      — Ты знаешь о том молодом кандидате, который баллотируется в этом году на пост премьер-министра?       Прошёл год с того дня, как К.Р.О. начало свою деятельность, а где держат профессора Ямано они так и не узнали. Были только предположения, много предположений, и все, ну, может быть, и не все, конечно, но большинство, казались, весьма разумными.       Тайлер теперь сам редко читал прессу — почти ничего, разве, что за исключением, заглядывал в статью, если в ней писали о Кайдо или его компании. Конечно, вряд ли журналисты писали бы, что-то такое, что могло повредить его репутации, в основном пресса его не критиковала, даже писала о том как министр строительства «старается на благо нашей страны, ради нашего народа, ради будущего наших детей…». Поэтому он старался не читать этого. Он знал правду, знал, что это ложь. Но против Кайдо у них не было достаточных улик, в любом случае, он совершил намного больше преступлений, чем о тех, о которых им известно. Возможно, они даже никогда не узнают про все его злодеяния к которым он был причастен. Мало кто готов противостоять ему, он слишком влиятельный человек. Для того, чтобы арестовать Кайдо, нужно иметь веские доказательства, в которых не будет никаких сомнений. Без доказательств не будет никаких арестов. Никаких разбирательств. Суда. Приговора. Об этом ещё очень рано говорить. Для простых людей он был лишь ещё один чиновник, который обещает процветания, обещает лучшую жизнь… Люди, обычные граждане страны, какое им дело было до тех, кто рвётся к власти? Люди хотят жить в мирной стране без войн, без раздоров.       Он тоже человек…       — Да, кажется, я видел его сегодня в утренних новостях. Его имя Стюарт Вангуард, если я правильно помню?       Мистера Вангуарда, как было известно Тайлеру, критиковали в основном за молодой возраст, но он получил вполне неплохую поддержку со стороны общественности. Его идеи вдохновляли людей, Осгуд сам, несмотря на свою отстраненность, вполне был согласен с идеями о которых говорил молодой политик.       — Его идеи получили много последователей… — продолжил Хияма, кажется он следит за этими новостями, и вполне, на взгляд Тайлера эти идеи пришлись ему по вкусу, по-крайней мере, так казалось на первый взгляд.       — Ровно также как и многие не уверенны в нём, говорят он ещё слишком молод, чтобы управлять странной.       — Не думал, что ты против прогресса. — саркастически заметил Лекс.       — Я не против, — сухо отозвался Тайлер. — Не против, — ещё раз повторил он.       Он уже несколько раз прокручивал в голове множество бесконечных и бессмысленных теорий. Разве сейчас ему до политических интриг перед выборами? Кайдо, разумеется, тоже стремиться занять кресло премьер-министра, и, страшно тогда представить, какую власть он получит если добьётся желаемого. Эти мысли пугали его больше сего. Он боялся. Боялся, что они не смогут или не успеют остановить Кайдо, что всё, что было сделано ими ранее будет напрасно. Что К.Р.О. окажется беспомощно перед Сторонниками Новой Зари. Они во многом уступали им. Их было всего двадцать девять.       Первая странница в газете пестрела заголовками о выборах, политическая гонка началась ещё четыре месяца назад. Пресса с каждой новой статьёй подогревала интерес: «Палата представителей и Палата советников изберут разных кандидатов или же придут к соглашению и выдвинут одного и того же человека?..». Но сейчас его интересовала даже не эта новость. В самом низу, как будто кто-то намеренно хотел спрятать эту статью подальше от любопытных глаз, чтобы как можно меньше людей узнали об этой очень печальной истории. Тайлер медленно опустил чашку кофе, всё ещё наблюдая за клубящимся паром исходящим от неё. Отложил в сторону свежий номер «Ёмиури симбун»* он глубоко вздохнул. Ещё раз обречённо взглянул на статью о пропавшей семье.       Ничем непримечательная семья. Отец рабочий на заводе, мать — медсестра в больнице, двое детей учились ещё в начальной школе. Они были обычной счастливой семьёй, имели средний стабильный заработок. И ни он сам, ни Рен, скорее всего, не обратили бы ни малейшего внимания на это дело, если бы газеты не упомянули тот факт, что глава семьи работал на заводе Камии. Это ничего не значило. На заводах Камии работают тысячи человек. Эти заводы запустили своё производство ещё раньше, чем Тайни Орбит. До появления маленьких роботов, их производство было сосредоточено на тяжёлой технике, пресса неоднократно пускала слух о том, что Камия также производит оружие, но так ни одно не подтвердила и не опровергла.       Совпадение? Да, вполне возможно. Жизнь так или иначе состоит из случайностей и совпадений. Когда на на Земле проживает около девяти миллиардов человек, вполне естественно выглядит тот факт, что таких случайностей должно происходить очень и очень много. Если бы не одно ценный урок, который Тайлеру пришлось, однажды, очень хорошо выучить. Случайностей не бывает. По-крайней мере так не бывает в расследованиях. В расследование просто нужно глубже зарыться, и связь обязательно найдётся.       Если верить статье, то соседи поделились с прессой тем, что супруги жили душа в душу, никто никогда не видел чтобы они ссорились. В последнее время никто ничего подозрительного, разумеется, тоже не замечал. Однако, когда случаются преступления, никто, как правило, ничего не слышит и не видит. Изаму Минами — глава семьи, был очень общительным и добрым человеком, по-крайней мере так отзывались о нём соседи и коллеги. Полиция не давала интервью, не делилась деталями расследования, все предположения делали журналисты. Он знал, что полиция утаивает от публики многие детали преступлений.       Тайлер видел этого человека всего один раз в жизни, а теперь же читал статью в газете о том, что он и его семья бесследно исчезли. Однажды, именно господин Минами очень помог им в расследовании. И теперь, Тайлер боялся, что он и его семья заплатили за это своей жизнью.       Тайлер ездил в ту самую больницу, в ту самую где работала его жена, и невзначай поинтересовался миссис Минами, якобы был её старым знакомым, ещё со студенческих лет. Ему рассказали весьма неохотно, хоть и за небольшую плату, что госпожа Минами уволилась неделю назад. А всего несколько дней назад, приходила её родная сестра, тогда ей и сообщили тоже самое, что сейчас Тайлеру. Именно её сестра и начала эти активные поиски. Как он сам потом выяснил, её сестра являлась редактором в этой же самой газете. Когда он уже собирался уходить, ему сообщили весьма интересную деталь, что уже приходили какие-то люди, точно не из полиции и интересовались госпожой Минами. Когда Тайлер спросил кто именно, в ответ ему пожали плечами и попросили уйти, напоследок попросив не говорить никому об этом разговоре.       Может быть они гоняются за прозрачной, неясной тенью? Может быть, они просто уехали к родственникам или друзьям? Нет. Иначе бы её сестра знала. Иначе бы зачем госпоже Минами увольняться? Хорошую работу не так просто найти. Почему? Они хотели сбежать? Им угрожали?       — Что ты думаешь? — Тайлер со вздохом убрал от губ чашку кофе.       — Думаю, он понимал на что идёт. Если ты сейчас говоришь о них, — Хияма кивком указал в сторону газеты.       Однажды, мистер Минами стал случайным свидетелем тёмных дел Кайдо и его приспешников. Как однажды отец. Если бы он тогда постарался забыть всё, что узнал, возможно, сейчас бы не было и этой жуткой статьи в газете. Он сумел передать ему документы две недели назад. К тому времени, когда Осгуд дошёл до последней странницы он был уверен в том, что документы окажут очень большое влияние на нынешнее положение дел. Эти документы доказывали неопровержимую связь между Кайдо и Камией. К тому же, именно господин Минами подтвердил, заводы действительно производили оружие. Опасное, мощное, то, над которым, как можно было смело предположить, неплохо поработали в лаборатории Сторонников Новой Зари. Этот человек был даже готов выступать свидетелем на суде, если это потребуется. Но о суде было говорить ещё очень-очень рано.       Кайдо была необходима поддержка такой влиятельной компании. Они сами давно подозревали Колле — генерального директора Камии, в сговоре с нынешнем министром строительства. Вероятно, Киллиан Кайдо не пожелал, чтобы об этом узнали те люди, которые готовы рискнуть своей жизнью, ради того, чтобы отправить его за решётку. Нет, Кайдо вовсе не боялся К.Р.О. Считал их не более чем маленьким, совсем крохотным, незначительным препятствием, которое сможет в любой момент решить. Методы решения проблем, к которым он прибегает, разумеется, Осгуд хорошо знал.       Теперь он читает эту зловещую статью. Он всё ещё надеялся, что они живы. Хотел этого. Сейчас желал этого больше всего. Может быть они сбежали?       — Я знаю, что ты расстроен. Не раскисай. Мы всё равно ничего не можем сделать.       — Не можем, — согласился Тайлер. — Этого я и боюсь.       — Давай вернемся к делу.       Расследование зашло в тупик. Им уже давно стало казаться, что они никогда не узнают где держат профессора Ямано. Это чувство вытягивало из них жизнь. Даже когда они узнают, даже если узнают, то смогут ли что-нибудь сделать? Пять лет прошло с того дня, как Сторонники Новой Зари обманом похитили профессора заявив о своём желании, чтобы учёный работал на них. И по-началу так и было. Пока профессор не выяснил их истинные цели.       — Я думаю, что это вполне разумно если они держат профессора в Камии. Теперь, когда мы точно знаем, что Тогр Колле в сговоре с Кайдо, вполне возможно, что профессора Ямано держат на одном из их заводах. Не думаю, что теперь, они держат его в своей лаборатории. Уверен, что ты уже об этом подумал. — Тайлер сделал паузу. — Но мы не знаем кто ещё работает на Кайдо. Я думаю, Колле далеко не единственный человек.       — Да, скорее всего, ты прав, — согласился Рен.       — Нам нужна информация обо всех их заводах. Может быть мы найдём ещё что-нибудь ещё.       — Надеюсь.       Хияма сделал какие-то пометки в блокноте.       — Не знаю. Их заводы одни из самых больших в Токио. Там куча народу, но даже так, затеряться среди них невозможно.        — Мы могли бы послать туда людей, они могли бы раздобыть для нас какую-нибудь информацию. Мы не знаем о заводах Камии практически ничего, — предложил Хияма.       Тайлер ещё раз взглянул на статью в газете.       — Если мы ошибёмся и кого-то из К.Р.О. поймают, то это будет стоить им жизни. Мы не можем так рисковать. К тому же они могут подбирать сотрудников очень тщательно.       — Не думаю, что они будут искать подвох в рабочем персонале, — предположил Хияма. — Знаешь, тех кто убирает мусор за другими, обычно, за людей не считают.       — Всё равно рискованно. А если мы ошиблись, и профессора там нет?       Осгуд сделал еще один глоток кофе.       Они все рискуют. Все, кто имеет отношение к К.Р.О. Он — тоже. Что может быть опаснее чем состоять в антитеррористической организации, разве что работать в полиции или участвовать в боевых действиях. И если тем временем они могут сделать что-то хорошее, почему нет?       — Ладно, все верно, — согласился Хияма. — Нам нужно будет всё это спланировать. Посмотреть на место, достать как можно больше информации, так сказать, проверить обстановку.             Тайлер медленно кивнул, барабаня пальцами по столешнице. Несколькими быстрыми глотками допил кофе.       — Ты будешь здесь сегодня вечером? — Тайлер глянул на циферблат больших часов, висевших над входом. Два часа дня. Ему пора, он и так опаздывает.       — Не думаю, — ответил Хияма. — Сегодня вечером у меня будет кое-какое дело.       — Дело? Не хочешь обсуд…       — Это мое дело. Не думаю, что в этом есть какая-то необходимость, — резко закончил спор Хияма, тоном не допускающих никаких возражений.       — Как знаешь.       Тайлер потянулся к бумажнику чтобы заплатить за кофе.       — Не стоит. Это за счёт заведения.

***

      На улице уже начинала чувствоваться осенняя погода, солнце вставало позже и садилось раньше. Ветерок становился прохладнее, чувствовалось неумолимое приближение осени. Лето постепенно уходило, оставался последний летний месяц. Мэри прожила здесь уже почти полгода. Она видела и знаменитое цветение сакуры, видела как оно быстро проходит. Видела и дожди и летние грозы. Что ей ещё предстоит здесь увидеть осень, а потом зиму? Сколько времени должно пройти, сколько времен года сменит друг-друга, прежде чем её заточение, в этом огромном чужом Мире закончиться? Этот Мир стал для неё тюрьмой. Тюрьма размером с целый огромный, и чем-то даже по-своему прекрасный Мир. Сколько продлиться этот тюремный срок? Год, два, больше? Она сможет ли когда-нибудь вернуться обратно или это место будет для неё пожизненным заключением? Но если это тюрьма, то в тюрьму сажают только преступников, за совершённые преступления. Но ей было всего пятнадцать и она ещё верила, что полиция смогла бы защитить её от преступников. Так многие верят, может быть, кто-то даже всю свою жизнь. Наверное, как и многим с детства часто говорили: если у тебя неприятности или ты чувствуешь угрозу иди в полицию — потому что там они помогут тебе. Всем известно, что полиция защищает мирных граждан от преступников. Но она не преступница! За что тогда её наказали?       Ей нужно было обратно домой, было зачем и было ради кого. Она в конце концов не переставала скучать по дому. Не было ни дня, чтобы она не вспоминала о нём. Мысли о том, что всё, что было с ней до того самого злосчастного дня, может просто кануть в лету воспоминай, и так навсегда остаться простым воспоминанием. Было по-прежнему страшно, но было уже по-другому. Она давно выплакала все слёзы и теперь, где-то глубоко внутри, осталась только неуютная, холодная, мрачная пустота. Со временем боль притупилась, но не исчезла. Никогда не исчезнет, несмотря на то как бы дальше не сложилось положение дел. Время неумолимо текло, со временем происходящее стало почти привычным или ей так хотелось чтобы всё было почти как раньше. Это ли называется смирением?       Деревянная парковая скамейка.       Мэри сидела на скамейке с блокнотом в руках. Чистые листочки постепенно заполнялись, оставляя всё меньше и меньше свободного места. Она приметила четырёх детей лет десяти играющих чуть дальше от неё. Она долго за ними наблюдала. Один из детей явно был главным среди них. Выше и крупнее остальных детей, он командовал остальными.       Женщина выгуливала коричневую таксу на поводке-рулетке.       Две молодые девушки — одна из них относилась к тем кого принято называть «серой мышью», другая — прямая её противоположность, ярко накрашена, в ярком платье явно чувствовавшая себя очень уверенно, а может быть делала вид, что уверенна.       Один набросок — всего несколько минут, кто-то привлекший её внимание оставался в её блокноте, даже если об этом и не догадывался. Она подмечала какие-нибудь детали касательно их внешности, делала выводы о людях. Это ничего не значило — она занималась этим просто для того чтобы занять время и мысли.       Её знакомство с этим Нарисованным Миром, можно было бы и считать, что и ограничивалось этим сквером, не то, чтобы это её не устраивало. Иногда она составляла компанию миссис Шайни, когда она выбиралась за покупками. Она догадывалась ещё раньше, наблюдая за городом с высоты одиннадцатого этажа, а особенно когда ярко светило солнце и не было тумана, что по красоте и размаху этот город не уступит никому. Город Хаоса — так назвала Мэри это место. И это название как нельзя точно описало его. Вокруг в разных направлениях снуют люди, от яркой рекламы по-началу с непривычки начинают болеть глаза. Токио казался настолько необычным, насыщенным яркими красками и запахами, что хотелось обследовать каждый район, не пропустив ни одной улицы. Она восхищалась красотой этого города, но даже при всём своём великолепии он не смог бы заменить ей родной Мир, дом и семью.       Она закрыла глаза. И тут же распахнула, когда услышала, что её окликнули по имени.       — Мэри!       Она обернулась, совершенно не представляя, кто мог окликнуть её по-имени или хотя бы знать его. Она же никому не говорила… Осознание пришло, чуточку быстрее чем она успела повернуть голову.       Он махал ей рукой как, можно было подумать, хороший знакомый. На самом же деле Мэри ни разу его больше не видела, с того дня как встретила его однажды, в этом самом парке, когда он рисовал птиц. Но она его запомнила несмотря на то, что видела один единственный раз, два месяца назад. И вспомнила как неловко с ним познакомилась. «Может быть он уйдёт» — наивно понадеялась Мэри? Но нет, он не ушёл, а направился прямо к ней.       — Привет! Можно? — он кивком указал на место рядом с ней.       — Да, конечно. — поспешила ответить Мэри. — Привет.       — Ты, наверное, уже и не помнишь меня?       — О нет, я тебя, конечно, помню. — Мэри оглядела его, и, когда осмотр был закончен, похоже, молча признала, что она совершенно не помнит его имени, если, конечно, она знала как его зовут.       — Я не представился в прошлый раз. Моё имя — Тэтсуя, это означает дракон, которым становятся и обладают его мудростью и долговечностью.       Тэтсуя — красивое имя, от этой мысли её улыбка стала мягче.       — А знаешь, — задумчиво сказал её новый знакомый после паузы, — повезло, что я тебя встретил. Я приходил сюда на прошлой неделе, но тебя не встретил.       Она всю неделю провела дома, Тайлер быстро пошёл на поправку, но она всё равно за него сильно беспокоилась. По-другому и быть не должно, иначе бы она была законченной эгоисткой.       — Да, я не приходила сюда…        — У тебя хороший японский, и даже с последней встречи стал намного лучше.       — Спасибо, — немного смущённая неожиданной похвалой ответила Мэри.       Когда неловкое молчание затянулось, Тэтсуя, видимо, решил разрядить обстановку, не менее неловким вопросом.       — Ты эмигрантка? Прости, если сую нос не в своё дело, не слишком вежливо с моей стороны, — тут же спохватился юноша.        — Нет, всё хорошо, — соврала Мэри, впрочем, эта ложь была вовсе безобидной. — Да, это так.       — Если не секрет откуда ты? Прости, если задаю слишком много вопросов, — ещё раз оправдывался юноша. — Просто всегда интересно узнать как и чем живут люди из другой страны.       — Я из Америки. Я жила на севере, в небольшом городе. — эту легенду придумала не она, а ещё Тайлер, ещё когда только взял её к себе. Северный штат Висконсин город Мадисон — она точно не знала где располагается этот город, не знала как он выглядит и почему именно этот город и штат стали её легендой, впрочем, скорее всего Тайлер об этом тоже не задумывался, но это было вовсе неважно. Легенда была создана для того чтобы избавиться от ненужных вопросов и вполне со своей задачей справлялась. Продолжение легенды, она — Мэри Осгуд дочь его двоюродного брата, после окончания средней школы приехала сюда учить японский язык. Вполне простая, красивая и складная легенда, всё, что было необходимо.       — А ты японец, всегда здесь жил? — Мэри хотела прекратить этот допрос, к тому же легенда исчерпала себя, больше она ничего не могла бы рассказать.       — Да, я родился здесь в Токио и мои родители коренные японцы. А мне бы хотелось увидеть как живут другие люди, мне кажется это так интересно. Особенно на Западе…       Довольная тем, что сумела перевести разговор на другую тему, Мэри готова была поддержать любой разговор, только бы он не касался её.       — Расскажи мне что-нибудь о Токио, — попросила Мэри, всё дальше уводя Тэтсую от ненужной темы разговора.       — Как долго ты уже живёшь в Японии?       — Где-то полгода.       — Наверное, ты уже много видела? Я уверен, что тебе понравились наши достопримечательности! — Мэри кивнула, без особой радости, но парень не заметил. — Но, знаешь, ты должна увидеть жизнь на мелких улочках, и оживлённые забитые народом, интересное место, забегаловка, магазин или просто любопытное строение. В Токио есть абсолютно всё! Здесь можно провести много недель, месяцев и даже лет, и поверь, всегда можно найти что-нибудь особенное!       — Да, наверное, — неохотно согласилась Мэри. — А чем ты занимаешься? Где нибудь учишься?       С лица Тэтсуи тут же пропала вся прежняя радость, зелёные глаза потускнели.       — Прости! Я что-нибудь не так сказала?       — Нет-нет, всё в порядке. Ты не виновата, мне остался ещё один год в школе, а потом, я скорее всего пойду в колледж,       — Ты продолжила рисовать? — неожиданно спросил Тэтсуя. — Она подняла на него глаза и нее сразу поняла куда он смотрел. Он смотрел на её руки, точнее на блокнотик, который она держала всё это время.       — А? Ах, да. — «Неужели он до сих пор помнит их разговор, тогда?»       — Можно?       — Да, конечно.       Он открыл протянутую ему книжецу, переворачивал тонкие листочки бумаги, Мэри даже немного напряглась, она помнила, что он рисует лучше, ждала его вердикт, почти как подсудимый ждёт приговора.       — Быстрые зарисовки? — он вернул блокнот хозяйке.       Мэри кивнула.       — Интересно…

***

      Он вышел из офиса ровно в полвосьмого, хотел сначала сразу направиться к машине и ехать домой. Взгляд Тайлера бездумно скользнул по стойке с газетами у киоска рядом с офисом, он помнил его примерно столько же сколько и себя. Кто-то после работы всё ещё покупал газеты, чтобы было что почитать в автобусе или в метро по пути домой. Не замечая, что делает, он взял вечернее издание «Емиури симбун» за пятьдесят иен, он тут же пролистал, нет ли новостей о господине Минами и его семье. Как он и думал — статья быстро забылась.       — Вас расстроила статья в газете? — к нему обратилась женщина за прилавком.       — Что?       За прилавком стояла женщина лет шестидесяти, с коротко подстриженными чёрными волосами. Черные брюки и белая блузка с длинным рукавом составляли ее рабочую одежду.       — Вы ждали какую-то конкретную статью? Вы, кажется, очень расстроены.       — Вы правы, — признал Тайлер.       — Я вас не помню, вы не покупали у меня ни газет ни журналов раньше?       — Неужели вы помните всех, кто когда-то покупал у вас газеты? — поинтересовался мужчина.       Женщина улыбнулась.       — Нет. Сейчас редко кто покупает газеты, только те, кто делает это по привычке, обычно, это одни и те же люди.       — Вы давно работаете здесь?       — Лет восемь. Я, кстати — Чи. Я продолжаю дело своего мужа. Для него это было делом всей жизни, он любил свою работу, даже когда приходилось стоять под дождём и ветром, а я говорила, чтобы он не ходил в плохую погоду. Он многих знал, мог легко поговорить и познакомиться с незнакомым человеком. Его тоже многие здесь знали, поначалу, когда я только встала на его место, даже спрашивали, когда он вернётся, — потом она замолчала на мгновение. — Правда, он здесь много не заработал, — призналась она.       — Этот киоск здесь уже давно?       — Да, уже лет тридцать, даже больше! Мы познакомились с ним здесь же, напротив раньше был цветочный киоск — я там работала, делала букеты. А он, тогда только-только открыл своё дело. Я даже сначала не обратила на него никакого внимания. А вот он, видимо обратил. Каждый вечер он покупал у меня цветы на всю заработанную им сумму за целый день. Поначалу он мне совсем не понравился. Потом пригласил на свидание, я долго отказывалась, но в конце-концов согласилась. А он оказался очень интересным человеком, так я и не заметила как влюбилась в него так, как представить себе не могла! Потом мы с ним обручились, потом поженились, а вот детей нам Бог не дал, — женщина снова замолчала, чтобы справиться с нахлынувшими на неё вновь эмоциями, потом продолжила, — А он выбрал хорошее место, отличное расположение, здесь всегда было многолюдно, большая компания, раньше больше людей покупали газеты, а это было очень славно и для нас и для людей. Люди всегда хотят знать новости, что происходит в Мире. А я вот, знаете, не хочу, сама никогда не читаю газет.       — Могу узнать почему, если не секрет?       — Вне зависимости от того, сообщили сегодня в новостях или газетах, в Токио, да и по всей Японии, каждый Божий день с неотвратимостью захода солнца происходят преступления. Серьёзные или нет, против своих сограждан, хотя в большинстве этих преступлений также обвиняют своих сограждан, только менее хороших, немного других, плохих.       — Вы не хотите знать плохие новости, верно?       Женщина пожала плечами.       — В газетах, мало позитивных статей, а я не хочу читать про то, что кого-то сегодня ограбили или убили, в политике я ничего не понимаю, за спортивными новостями я тоже не слежу. Я не люблю историй с плохим концом, в жизни и без того проблем хватает. Мне хочется верить, что если не у меня, то хоть у кого-то в жизни есть что-нибудь хорошее.       Его телефон зазвонил. Тайлер посмотрел на экран. И сразу же узнал знакомый номер. Звонил Хияма.       — Да, Рен, — ответил Тайлер.       — Ты ещё на работе? Я хотел бы чтобы ты подъехал к кафе, и знаешь, лучше спустись вниз.       — Что-то случилось?       — Будет лучше если я расскажу тебе при встречи.       Тайлер ещё немного постоял, ожидая, каких-нибудь объяснений, но его собеседник нажал кнопку отбоя. Теперь ему оставалось только вернуться в кафе, в котором он был уже днём, но теперь не в уютное помещение наверху.       — Простите госпожа Чи, мне пора.       — Ах, да, понимаю. Вас наверное дома ждут. У вас семья, наверное?       Тайлер не ответил. Только неуверенно пожал плечами. Он сам точно не знал ответа на вопрос.       — До свидания, Чи.       Те пятнадцать минут, что он ехал до кафе ему показались целой вечностью. Тайлер не знал, что ему думать. Ему очень хотелось верить в то, что у Лекса появились какие-то новости от профессора или расследование смогло продвинуться хотя бы на дюйм. Он не любил когда Лекс так делал. Говорил, что надо встретиться, но почти никогда не объяснял зачем. Поначалу его раздражало такое поведение, потом он просто смирился. Крутились и совершенно идиотские мысли, что это могла быть какая-то ловушка. Но он как можно скорее отмахнулся от этих мыслей. Глупые мысли он мог оправдать только своей обеспокоенностью. Он всё узнает при личной встречи.       Он свернул на одну из тихих улиц Токио. На одой из совсем непримечательных улочек Токио, где и находилось вполне уютная кофейня, в которое редко кто заходил просто пить кофе. Совсем недалеко, находилось кафе, где варили очень вкусный кофе. То кафе открылось раньше, и небольшое предприятие Хиямы не составляло им конкуренцию. И «Морской волк» давно бы разорился, если бы не другая деятельность этого заведения, которая, собственно, и являлась основной. Его основных клиентов интересовала вовсе не чашка кофе. Внизу, под землёй, творилась другая жизнь. Люди приходили чтобы поучаствовать в боях на маленьких роботах. Играли и подростки и взрослые, и некоторые из них были вполне состоятельными гражданами, и Тайлер почему-то почти не сомневался, что ещё и считались порядочными семьянинами. Часто бои выходили за пределы картонного ринга, тогда в бой рвались уже не роботы, а как правило их хозяева. Тогда начинались действительно бои без правил.       Таких заведений в Токио, разумеется, насчитывалось сотни. Многие даже не догадываются о их существовании, а если и догадываются, то считают, что они находятся далеко-далеко, где-нибудь на окраине города, где ищут удачи нищие и эмигранты, и подобное никогда их не коснётся. Какие-то подобного рода предприятия осуществляли свою деятельность открыто, совершенно не боясь закона, как правило у них были высокопоставленные покровители, которые тоже имели с этого неплохой доход. Маленькие прятались по закоулкам, часто меняли своё положение и хозяина. Каждый выживал как мог.       Темный, прохладный, затхлый, прокуренный именно таким в своём мрачном великолепии показался перед ним зал Катакомб. Он спускался вниз по каменной лестнице, на стенах играли причудливые тени от тусклого света факелов. Сегодня были зажжены всего несколько, когда проводили бои, зажигались все факелы, но, кажется, тогда это место становилось ещё мрачнее. На миг ему показалось, что там внизу, где были арены для битв тоже никого нет. Подпольные бои проводились два раза в неделю. Сегодня бои не проводили, только по вторникам и четвергам, иногда дни менялись, но это было редко. Тайлер тогда приходил очень редко или предпочитал не приходить вообще.       Он уже успел усомниться, что это была не ловушка. Тогда он пожалел, что не забрал сегодня оружие из кабинета. Он никогда не брал пистолет с собой если был неуверен, что это необходимо. Боялся, что если его машину остановят для проверки документов, если ему не повезёт и оружие обнаружат, то ему действительно могли дать года три-четыре. В Японии владение оружием строго запрещено законом*. Он этот закон нарушал. Но если Сторонники Новой Зари решат, что им пора убрать такую помеху как Тайлера Осгуда, то, может быть, это оружие могло спасти ему жизнь, а если нет, то так всё равно ему было спокойнее.       — Ты пришёл? — голос Лекса не выразил ни капли удивления.       Он увидел Лекса только когда спустился. Но он был не один. Он не видел лица незнакомца, он сидел к нему спиной. Тайлер подошёл ближе. Появление неизвестного Тайлера насторожило.       — Кто он? — Тайлер обратился к Хияме.       На его вопрос незнакомец обернулся. Тогда Тайлер искренни ужаснулся, незнакомец был ещё юношей, даже, кажется, не старше Мэри. Его волосы были растрёпаны, одна щека покраснела и опухла. Тайлеру не надо было приближаться к юноше и принюхиваться, чтобы определить степень его опьянения.       — Какого хрена вам от меня надо! — со всем презрением, на которое только был способен выплюнул он, обращаясь, судя по-всему к обоим мужчинам, — видимо, Тайлер был не единственным здесь, кто не понимал, что происходит.       Тайлер бросил взгляд на Лекса, в надежде, что он сможет хоть как-то прояснить ситуацию, но тот, не торопился.       — Кто вы такие?! — юноша постарался подняться, к нему на плечи железной хваткой тут же опустилась рука Лекса. Юноша попытался вырваться. Он ещё юный, но сильный, и знает это, и явно этим не стесняется хвататься.       Мужчина ответил не сразу, выждав длинную паузу он снял тёмные очки и только тогда заговорил.       — Я хотел бы предложить ему кое-какую «работу». Место на «нашей работе».       — Объясни, Лекс. — уже потребовал Осгуд.       — Я давно следил за ним. Он появляется время от времени на подпольных играх, то здесь, то ещё где-нибудь. Иногда выигрывает, иногда проигрывает, однако, чаще всё же выигрывает. Всё ведь, верно? — Лекс обратился к юноше, он не ответил. Тогда Хияма продолжил. — Где-то месяц назад, я заметил, его ещё здесь, он очень талантливый игрок, он не раз пригодится нам. Я прошу тебя меня выслушать, — обратился он уже к Тайлеру. Он талантливый, но его талант пропадёт вместе с ним. Я вижу, что он очень часто связывается не с теми людьми.       Тайлер не мог предположить такого исхода событий. Предложить «работу»? Работу в К.Р.О.?       — Нет, я против. Если ты имеешь ввиду…       — Да, именно это я и имею ввиду.       — Да объясните вы мне, что происходит! — незнакомый юноша пошатываясь вскочил на ноги. Но ему не требовалось поддержка, он даже не опирался о барную стойку за которой сидел. Очевидно, что он переносил спиртное вполне себе даже очень хорошо. Часто практиковался? — подумал Осгуд.       — Как твоё имя? — спросил Осгуд.       — Какая вам разница! — рявкнул юноша.       — Ты прав, мне — никакой, — ответил Тайлер.       — Вы не ответили на мой вопрос!       — Сколько тебе лет?       Юноша не ответил.       — Ладно. Не хочешь отвечать не отвечай. Не перетруждайся.       — Мне пятнадцать.       — Скажешь мне своё имя?       — Ханс Гордон, — с вызовом посмотрел на него юноша.       — Я не знаю, для чего ты его привёл сюда. Это в любом случае необдуманный поступок, я не собираюсь брать на нашу работу детей. Я не хочу ему давать «работу», я думаю ты прекрасно понимаешь, что она слишком опасна.       — Ты тоже совершаешь необдуманные поступки, разве нет? — Лекс насмешливо улыбнулся.       Тайлер понял на что Лекс намекает. Мэри. Да, он согласен, это был весьма необдуманный поступок. Той ночью он об этом не подумал, и даже потом, в больнице — тоже. И потом, он не раз задумывался, почему он поступил так, как поступил и, главное, не допустил ли он ошибку. Поступил бы ли он также ещё раз? Ответов на эти вопросы у него не было. Но он не позволит юноше вступить в их ряды. Это было для него слишком опасно. Это для всех было опасно. Они и без того очень рискуют. К тому же чем им могут помочь дети? Он не видел никакой веской причины, чтобы взять в их ряды юношу. Должна быть причина. Веская причина.       — Я не хочу с тобой ещё когда-либо говорить на эту тему.       — Знаешь, дети сейчас очень быстро взрослеют, — заметил Лекс. — Я не настаиваю, чтобы ты принял решение прямо сейчас.       Обратно домой он ехал размышляя. Для него это был невероятно долгий день и он никак не ожидал, что именно так он закончится. Лекс так просто притащил с улицы подвыпившего юношу, и заявил, что готов дать ему работу. А потом, уже вернувшись домой он чуть дольше, чем это делал обычно, смотрел на Мэри. Сам не понимая для чего. Они с Хансом Гордоном полные противоположности.       Он мало, что знал о подростках. Мог только судить по себе. Подростки непредсказуемы. Могут быть чувствительны и крайне самонадеянны. Но он совершенно точно знал, что не позволит детям вступить в их ряды. Чем дети способны помочь им? Слишком опасно. Это не закончится ничем хорошим не для неё, не для Ханса, не для него самого.       Разве у их истории будет счастливый финал?