Большое попадалово

Впервые за время обучения в академии, Джейсон с таким нетерпением ожидал окончания занятий. Тех самых индивидуальных занятий, которых он добивался с самого начала первого курса. Учеба в данный момент волновала юного мага меньше всего, а урок, как на зло, выдался нудным и затянувшимся. Пока профессор Вильчас протяжно скрипел своим высоким, трескучим голосом, по крупинке взвешивая в чашах крохотных золотых весов помет остроухой луговой крысы, мысли Джейсона метались сразу в двух совершенно разных направлениях. В первую очередь Ротеллстей волновался о Джонатане, которого снова вырубило после применения магии. Падать в обморок после колдовства – это ненормально! Это была еще одна проблема, наравне с потерей памяти и неспособностью Лаенстоуна к простейшим чарам. Вторым поводом для волнений был Антони Бикс. Он уже сто раз мог настучать директору о вернувшейся искре Джонатана или, как минимум, пустить об этом слух по академии. А любой слух, рано или поздно, дойдет до ушей Соломони. И самое обидное, вместо того, чтобы пойти и поговорить «по душам» с бывшим приятелем, Джейсон вынужден торчать на уроке зелий и слушать об отравах на основе крысиного дерьма! — ...просто невероятно, какая мелочь разделяет лекарство от бурого высыпняка и мощный яд. Разница в каких-то десять грамм и вместо того, чтобы вылечить человека от уродующей его сыпи, вы отправите его в иной мир. Наверное, именно поэтому «Золотой оперос» почти не применяют и бедолаги предпочитают ходить покрытыми омерзительной бурой коркой… Хотелось бы мне знать, в каких облаках вы витаете, мистер Ротеллстей… — Профессор продолжал нудеть на одной ноте, совершенно не меняя интонации, поэтому Джейсон не сразу заметил, как пожилой маг перешел с темы зелий на обсуждение самого ученика. — Вот именно из-за такой невнимательности на уроках, маги и варят яд вместо лекарства! Джейсон слегка покраснел. Он, как один из самых прилежных учеников академии, совсем не привык получать замечания от учителей. — Простите, профессор, я задумался. — Да-да… И задумались вы вовсе не о волшебных свойствах остроухих луговых крыс. — Мужчина понимающе улыбнулся в седые усы. — Я даже догадываюсь, чем именно сейчас забита ваша юная голова. Небось, с девушкой проблемы? Эх… молодость! — мастер Вильчас мечтательно закатил глаза. — Я помню себя в ваши годы… Не удивляйтесь, это было давно, но не настолько, чтобы я забыл томительные метания влюбленного молодого сердца! Какие уж тут крысы. Но все же, придется вам сосредоточиться! Я даю вам полчаса на приготовление «Золотого опероса» и его ядовитого аналога. А к следующему занятию подготовите мне доклад о свойствах помета луговой крысы. И не смотрите на меня так. Вы считаете, что задание недостойно вашего великого ума, а я думаю, что подобный вид работы пойдет вам на пользу. Приступайте, мистер Ротеллстей, приступайте! Мысленно проклиная мастера Вильчаса на чем свет стоит, Джейсон принялся смешивать в колбе заранее отмеренные компоненты зелья. Он бы с радостью напоил какой-нибудь отравой самого профессора, лишь бы уйти с урока пораньше. Спустя еще почти сорок минут, парень нетерпеливо всучил профессору слегка дымящиеся колбы, пропустив мимо ушей недовольное ворчание старика по поводу небольшой задержки с выполнением задания. Быстро собрав в охапку учебники, Джейсон не прощаясь вылетел из лаборатории и помчал к комнате Антони. Было уже довольно поздно, Джейсон подозревал, что его бывший «друг» уже улегся спать. Но ему было плевать. Ради серьезного разговора, он готов был вытряхнуть Бикса даже из постели. На его стук в дверь отозвались только через пять минут. Сонная харя Тиберия Милмана осторожно высунулась в щелку. Увидев своего старосту, рыжий здоровяк несказанно удивился. — Ротеллстей?! Ты что совсем сбрендил?!? Время знаешь какое? Отбой уже был! — недовольно пробасил парень, который хоть и был на голову выше Джейсона, но «звезду академии» заметно побаивался. — Плевать! Мне нужен Бикс! — Джейсон попытался просочиться в комнату. Ему хотелось быстрее дорваться до Антони и удавить его по-тихому, а потом сказать, что так и было… эх… мечты… Широкое лицо Тиберия озадаченно вытянулось. — Так его здесь нет. Ты что, не слышал? — Ротеллстей моментально напрягся. — Его после ужина нашли в коридоре, неподалеку от ванной, в луже крови и без сознания. Там какая-то заварушка была знатная, только я деталей не знаю! Антони сразу в больничное крыло отправили. Мадам Сидни сказала, что сегодня к нему никого не пустят. Джейсон задрожал от злости. Если доступ к больничному крылу закрывался, то обойти его не мог даже он. — А ты точно не знаешь, что именно стряслось? — парень максимально правдоподобно изобразил участие и полную неосведомленность. — Может все таки что-то слышал? Ты же понимаешь, мне, как старосте, нужно быстрее во всем разобраться. Директор же с меня спросит! Тиберий пожал плечами. — Прости, ничем не могу помочь. Вроде Антони так и не очухивался с того момента, как его нашли. Может утром придет в себя и все расскажет… — Хорошо, спасибо. — Поспешно кивнул ему Джейсон. — Прости, что разбудил… Он быстро развернулся и стрелой полетел в свою комнату. Раз Антони сейчас был недоступен, нужно сосредоточиться на Златовласке. А о Биксе он позаботится с утра. Едва Антони разлепит свои глазенки, Джейсон будет первым, кого он увидит! С этой злорадной мыслью Ротеллстей тихо отворил дверь и проскользнул в спальню. Как он и предполагал, в комнате бодрствовал только Ким. Друг молча поднял на него глаза, в которых явственно горел вопрос. Джейсон вздохнул и, бросив книги на свой стол, присел на кровать Хариса. — Как он? — первым делом поинтересовался блондин, кивнув в сторону кровати Лаенстоуна. — После того, как ты его принес, еще не просыпался. Даже не дернулся, когда мы на него штаны надевали. Ким ухмыльнулся, увидев как напрягся Джейсон. Наградив Кима тяжелым взглядом, в котором между строк читалось страшное проклятие, Ротеллстей ограничился скупым кивком. Поскольку его чувства к Джонатану были тайной, которую даже он сам осознал лишь недавно, Джейсон не мог открыто выявить своего недовольства. — Ну теперь-то ты расскажешь, что произошло? — как ни в чем не бывало продолжил Харис. — Когда ты ушел на свои уроки, тут все гудели о том, что кто-то утроил магическую дуэль в ванной и разнес ее к чертям собачим. А потом этот таинственный «кто-то» применил нехилые такие способности и восстановил повреждения так тщательно и быстро, что даже прибежавшие учителя не нашли к чему придраться. В ванной такой хаос остаточного магического следа, что профессора даже не смогли вычислить виновников! И это случилось в то же время, когда ты притащил сюда голую тушку Лаенстоуна. А буквально через десять минут сообщили, что в коридоре нашли полудохлого Антони… Ну? Я жажду подробностей! — И мы тоже! — тихо отозвались с противоположного угла. Парцелиус и Флориан больше не притворялись спящими. Оба сидели в своих постелях и внимательно прислушивались к разговору. Джейсон вздохнул и коротко махнул им рукой, подзывая товарищей к себе. Как только оба парня уселись на постели Хариса, Ротеллстей в деталях поведал им о нападении Бикса на Джонатана. Решив, что парням пора узнать всю правду, он рассказал и о вернувшейся силе Златовласки, умолчав лишь о ее странном и непривычном проявлении. — Значит, искра пробудилась? — обрадованно уточнил Флориан, многозначительно ткнув кулаком в плечо Парцелиуса. Он наконец-то выиграл очередной спор! Парц недовольно хмыкнул, но промолчал, не желая портить долгожданный триумф товарища. — Пробудиться-то пробудилась, но осознанно контролировать магию он пока не может… или делает вид, что не может. — Не может – заставим! — уверено кивнул Ким. — Из тебя педагог никакущий, как оказалось, так может все вместе мы лучше справимся? Будем заниматься с ним по очереди, авось и толк будет. Флориан и Парцелиус дружно закивали, поддерживая Хариса. Только Джейсон на это предложение скривился, как на тарелку с зубодробящими кислицами. Но умом парень понимал, что в нем говорит банальная ревность и невесть откуда взявшееся чувство собственника. Так-то друзья были правы. Втроем у них больше шансов чему-то научить Златовласку. Он крайне неохотно, но все же кивнул, соглашаясь с ними. — Хорошо, будете помогать после занятий и по выходным. Учителям об этом знать необязательно. И вообще, никому знать необязательно. — Как скажешь, ты главный. — Все, а теперь спать. Давайте, расходитесь по кроватям! — Джейсон поднялся на ноги, подавая друзьям пример и подошел к своей постели. Быстро раздевшись, парень уже собирался нырнуть под одеяло. Но в последний момент он не удержался и заглянул за полог на кровати Джонатана. Лаенстоун умиротворенно сопел. Его лицо было совершенно спокойным, будто это вовсе не его несколько часов назад едва не отправили на тот свет. Джейсон покачал головой, удивляясь потрясающей живучести этого кудрявого засранца. Ротеллстею безумно хотелось прикоснуться к бледно отсвечивающей в полумраке белоснежной коже… провести пальцами по мягким кудрям… по чуть приоткрытым припухлым губам… Но он спиной чувствовал пристальный взгляд Кима. Неохотно задернув полог, Джейсон обернулся к другу, с вызовом встретив насмешливый взгляд темных глаз Хариса. Тот промолчал, только покачал головой, с видом умудренного жизнью родителя, наблюдающего за глупым, неопытным дитем. Джейсон со вздохом забрался в свою кровать, неохотно констатируя факт, что Ким оказался чересчур умен и проницателен. Вот уж по кому плакало место в Совете магов… *** Утром, едва только начало рассветать, Джейсон открыл глаза. Он обладал удивительной способностью с точностью настраивать свой организм в соответствии с течением времени. То есть, если он знал, что ему необходимо проснуться в строго определенный момент, он обязательно в этот момент и просыпался. Соседи спокойно досматривали сладкие сны. Ротеллстей встал и беззвучно оделся - еще одна его отличительная черта. Если парень хотел стать незаметным, то все его движения становились настолько точными, плавными, осторожными, словно он был не человеком из плоти и крови, а невесомым духом. При чем, Ротеллстей даже особых усилий для этого не прикладывал. Прежде чем выйти из комнаты, Джейсон заглянул за занавесь на соседней кровати. Теперь Джонатан лежал в другой позе, свернувшись калачиком и до самого носа укутавшись в одеяло. Только копна кудряшек торчала наружу. Легкая улыбка тронула губы Ротеллстея. Не устояв перед соблазном, он осторожно провел длинными тонкими пальцами по мягким золотым колечкам. И вздохнув, тут же убрал руку. Полностью осознав свое влечение к Лаенстоуну, Джейсон не стал заниматься ненужным самоистязанием. Ну есть у него вожделение к парню, что с того?! Златовласка привлекателен, этого только слепец или полный кретин не заметит. И хотя тот неудачный первый опыт с молоденьким помощником конюха у Джейсона случился исключительно в исследовательских целях, он никогда не зарекался от интереса к мужчинам. В конце концов, в Атериусе любовь не определялась полом. Хотя как раз таки любовью свой интерес Джейсон не считал. Чувства, которые будил в нем Джонатан, отличались от тех, что юный маг испытывал ранее со своими многочисленными подружками, но Джейсон уверенно объяснял разницу тем, что Златовласка все-таки был парнем. И не просто парнем, а очень близким знакомым, теперь уже, фактически, другом. Именно поэтому и возникала вся эта тревога и желание опекать, защищать! А уж точно не потому, что плотское влечение было на самом деле чем-то большим! Подбадривая себя подобными размышлениями, Ротеллстей вышел из комнаты и тихо, будто призрак, пошел к больничному крылу. Часть замка, отведенная для лечения больных, была небольшой. Все-таки, заболевали маги редко, куда чаще их приходилось откачивать после неудачных заклятий или неправильно приготовленных зелий. Спальня мадам Сидни находилась там же, прямо за большим общим залом, где размещались койки для пациентов. Было и несколько отдельных комнаток, для особо тяжких случаев, но Ротеллстей был уверен, что Антони лежит в общем зале. По той простой причине, что на данный момент он был единственным болеющим студентом. В это время суток мадам Сидни обычно отсутствовала на рабочем месте. Она ходила в оранжереи за особыми лекарственными травами, которые нужно было собирать и подготавливать исключительно на рассвете. А когда ее не было, пройти в больничное крыло мог любой маг, мало-мальски сведущий во взломе охранных чар. Джейсон был более чем сведущим. С легкостью оказавшись внутри просторного зала, наполненного слабыми, терпкими ароматами целебных зелий, Ротеллстей уверенно направился вглубь, проходя между двух рядов пустующих кроватей. Мадам Сидни размещала больных поближе к своей комнате, так что Антони наверняка лежал в самом конце зала. Увидев бледного, почти серого «приятеля» на койке у самой двери лекарши, Джейсон только хмыкнул. Антони крепко спал. Или все еще был в отключке. Ротеллстей завис над ним, с мрачным лицом ангела смерти, вглядываясь в осунувшиеся черты Бикса. Светлые глаза Ротеллстея, искрящиеся, словно льдинки на солнце, наполнились мраком. «Всего одно несложное заклятие, и мир избавится от маленькой мерзкой крысы…» — мелькнуло в голове парня. Странно, но даже в ту пору, когда Лаенстоун вел себя как мелкий зазнавшийся уродец, и Джейсону казалось, что они ненавидят друг друга, убивать Златовласку никогда не хотелось. С Биксом Ротеллстей не воевал никогда, и сильных отрицательных эмоций Антони у него не вызывал… так почему же теперь так хочется взять и по капле выдавить жизнь из лежащего перед ним тела?! — Решил взять на себя роль палача? — внезапно прохрипел Бикс и открыл потемневшие от боли синие глаза. — Ну давай, сделай хоть что-то, за что тебя можно будет уважать. А то в последнее время ты превратился в жалкую тряпку! Ротеллстей скривил губы в устрашающем подобии улыбки. Учитывая, что при этом остальные мышцы лица не шелохнулись, эффект эта «улыбка» производила действительно жуткий. — Ты не стоишь того, чтобы я марал о тебя руки. Иначе я не колебался бы ни секунды. Антони моргнул и хмыкнул. Попытался приподняться на локтях и со стоном упал обратно на подушку. Тело парня болело так, будто из кожи вынули все внутренности, вместе с костями, перемололи их в ступе и залили обратно. — Ты один, без своего драгоценного довеска? — наигранно удивился Бикс, окинув взглядом помещение. — Зачем же пожаловал? Хотя я догадываюсь… Он снова нахально улыбнулся. Джейсон склонился ниже и положил ладонь на плечо Бикса. Увидев, как лицо Антони исказилось от боли, Ротеллстей слегка ухмыльнулся и перенес на руку весь свой вес, пригвоздив Бикса к кровати и наслаждаясь мучениями бывшего приятеля. Тот был слишком горд, чтобы закричать и слишком слаб, чтобы оттолкнуть старосту. Только судорога на лице, да хриплое, прерывчатое дыхание выдавали его состояние. — Ой, прости! Тебе больно? — с притворной заботой поинтересовался Ротеллстей. — Я пришел, чтобы кое о чем предупредить тебя, Бикс. Оставь в покое Лаенстоуна. Еще раз тронешь его, или попробуешь сделать какую-то пакость… не видать тебе ни окончания учебы, ни более-менее сносного рабочего места. Убить не обещаю, но мало ли… я человек переменчивый. Мои желания меняются, как дуновение ветра. Голос Джейсона был нежным, он словно ласкал своими воркующими интонациями. Но неподвижный взгляд ледяных глаз, придавал этой нежности особый оттенок. Будто по коже едва ощутимо водили острой иглой. Ощущение, казалось бы, легчайшее, даже приятное… но в любой момент эта игла могла впиться в тело, вонзаясь во всю длину. — Я знаю, чего ты на самом деле хочешь. Чтобы я смолчал, что к Лаенстоуну вернулась искра? Видать, очень странная у него теперь магия, раз вы даже боитесь о ней заикаться. Я ее на своей шкуре ощутил. Вовек не забуду, уж поверь! Ротеллстей выпрямился, убрав руку с плеча Антони. — Можешь рассказать. Заодно, не забудь упомянуть о том, как попытался его утопить. Можешь еще покаяться, что это ты и твои дружки его избили и поставили директора и всю академию под удар. — С твоего одобрения. — С улыбкой напомнил Бикс. — Жаль, Ротеллстей… Я думал ты нормальный… я тобой восхищался… А ты такой же, как все! Извращенец и мужеложец! Лицо Антони перекосило уже не столько от боли, сколько от отвращения. Зато Джейсон улыбнулся ему почти ласково и сожалеюще. — Ты тоже такой. Просто силы духа не хватает, чтобы признаться хоть самому себе. Антони даже подскочил от негодования, не обращая внимания на пронзившую все тело боль. — Я не такой! — громко крикнул он, брызжа слюной. — А ты… не сильно зазнавайся! Думаешь ты все еще «король академии»?! ХА! Твоя корона давно слетела, а ты даже не заметил! С тех самых пор, как ты связался с Лаенстоуном! Большая часть из тех, кто раньше готов был идти за тобой, теперь отвернулись! Ты потерял их доверие так же, как потерял мое! Слегка склонив голову в сторону, Джейсон пожал плечами. — Кучка глупых овец разбрелась, бросив своего пастуха? Кому же от этого хуже? Овцам, которые будут бродить в глуши, пока не попадут в зубы волкам, или пастуху, который пойдет домой и найдет себе новых овец? Это не я потерял последователей, это они потеряли меня. Всегда найдутся другие... Время рассудит, кто оказался прав. Он снова слегка наклонился вперед. — Будь умнее Бикс. Учись соотносить силы. Сейчас такой враг, как я, тебе не по зубам. Антони скупо улыбнулся, следя за Ротеллстеем неподвижными глазами. — Я запомню этот совет. — Он немного помолчал, наблюдая за тем, как Джейсон неспеша удаляется от его кровати. — Я ничего не скажу Соломони. Не из-за твоих угроз, а из собственных соображений. — Громко крикнул он вдогонку, когда Джейсон уже подходил к дверям из лазарета. — Но есть много других способов донести информацию до нужных ушей, Ротеллстей! Джейсон слегка замедлил шаг и не оборачиваясь хищно оскалился. «Ничего ты не понял, Бикс…» — хмуро мелькнуло в голове юного мага. Выйдя из лазарета, он с легкостью восстановил охранные чары и двинулся назад, в спальню. *** Ната открыла глаза, когда сквозь сон до ее ушей донеслось тихое незлобивое переругивание. «Парцелиус и Фло…» — мысленно констатировала девушка даже не видя друзей. Осторожно подняв руки, она запустила пальцы в спутанные волосы, с радостью отметив тот факт, что ни тошноты, ни других сходных с похмельем симптомов она не ощущает. Значит, она начинает привыкать к своей необычной силе. Нахмурив брови, Ната принялась сосредоточено вспоминать события минувшего вечера. Купание в ванне. Покушение. Странное потустороннее видение. Пробуждение и битву магов. Атаку на Антони… «Я же щеголяла голышом перед Джейсоном!!!» — почему-то именно эта мысль оказала на Нату самое большое впечатление. Настолько большое, что глаза распахнулись, увеличившись в размерах, а рот приоткрылся в немом стоне. Щеки мгновенно покраснели. Ната села на постели и осторожно отодвинула полог, не решаясь поднять взгляд на соседнюю кровать. Когда же она все-таки посмотрела, то убедилась, что Ротеллстея в зоне видимости нет. Отчего-то этот факт скорее огорчил, чем порадовал. Ната испытала легкое разочарование, не увидев Джейсона. «Будто он обязан сидеть и ждать, пока Лаенстоун явит миру свой светлый лик!» — иронично подумала девушка, злясь на саму себя. —О, глядите-ка, спящий красавец проснулся! Как вовремя… — провозгласил Парцелиус, заметив лохматую блондинистую голову, выглядывающую из-за полога. — А почему так разочарованно? — ухмыльнулся Джонатан. — Да так… еще пару минут, и мы бы принесли таз с водой и вылили тебе на голову… Лишил нас такого удовольствия, подлец! Ната хмыкнула. С них бы сталось. Соседи по комнате уже не первый раз пытались улучить момент и разбудить главных засонь, Джонатана и Флориана, таким вот варварским способом. Окинув недовольным взглядом свой голый торс, Ната поблагодарила небеса за то, что на ней хотя бы штаны были, хотя она совершенно не помнила, как их надевала… Встав с кровати, Джонатан медленно направился к шкафу, оглядывая комнату. Сегодня был выходной и никто никуда не спешил, потому отсутствие в комнате Кима и Джейсона казалось странным. — Они ушли на какое-то важное внеплановое собрание для старост. Они же у нас большие люди! — ответил Флориан на недоуменный вопрос Наты. — Так ведь Ким не староста. — Он заместитель, так что тоже вынужден вариться в этом дерьме ответственности. — Парцелиус тщательно ерошил рыжий ежик на голове, придавая ему видимость естественной небрежности. Он оценивающе посмотрел в зеркало. — Как думаете, Джейсон сильно рассвирепеет, если я поухаживаю за Кристин?.. Джонатан удивленно уставился на него, натягивая простую белую рубаху, без каких-либо наворотов. Флориан посмотрел не менее удивленно, и даже пальцем у виска покрутил. — Он вырвет тебе ноги. — Твердо констатировал Фло. — Так ведь они же все… больше не пара! — возмутился Парцелиус. Нате показалось, что сердце пропустило удар. — Как… не пара? — осторожно переспросила она, стараясь, чтобы голос не сильно дрожал. — А, ты ж не в курсе… — протянул Фло. — Порвали они. Точнее, Кристин порвала с Джейсоном. Нашего великого покорителя сердец впервые бросила девушка! Этот день войдет в историю если не Атериуса, то академии точно. Нате показалось, что у нее во рту образовалась пустыня, так сухо там стало в одночасье. В голове не укладывался факт, что Ротеллстей теперь вольная птица. «Тебе-то что с того?» — ехидно напомнил очень противный голосок в голове. — «Ты теперь парень. Тебе не светит. А он уже к вечеру себе новую подружку найдет!» Грустно вздохнув от осознания правоты противного голосочка, Ната завязала бантиком длинные завязки, стягивавшие края воротника и взялась за щетку для волос. Еще никогда отражение мужского лица в зеркале не вызывало у нее настолько сильного раздражения. Вернувшись, уставшие Джейсон и Ким сообщили друзьям, что преподаватели в бешенстве оттого, что не смогли вычислить «негодяев» устроивших погром в ванной. Тот факт, что погром был со всей тщательностью устранен самими виновниками (а точнее одним из виновников), учителей как-то совсем не утешил. В наказание и назидание, они запретили студентам покидать академию на выходных. Подобное решение разозлило всех ни в чем не повинных учеников. Академия гудела как потревоженный улей. — Будем надеяться, Бикс не раскроет рта, иначе вас двоих просто порвут на лоскутки. — Грустно сказал Ким, глядя на растерянного Джонатана и хмурого Ротеллстея. — Я-то в чем виноват?! — возмутился Лаенстоун. — Это он пришел и пытался меня убить! — Да всем плевать на это! — уныло резюмировал Парцелиус. — Ладно… раз вынуждены тут сидеть, идемте пожрем, что ли… а потом загорать на озеро. Все с недовольным бурчанием поддержали эту идею. Выходя из комнаты, Джонатан осторожно задержал Джейсона за рукав черной шелковой рубашки. — Что тебе сказал Антони? — тихо спросил он. Джейсон недовольно дернул головой. Будто отгоняя назойливую муху от уха. — Ничего нового. — Ты спросил у него про серьгу? — Ната настойчиво заглядывала в светлые серо-голубые льдинки чужих глаз. — Нет. Пусть думает, что я не в курсе. Если леалевит действительно сводит своего обладателя с ума, так Биксу и надо! Сильнее меня он даже с этим камнем не станет. — Он не удержался от легких самодовольных ноток в голосе. Ната недовольно покачала головой. Хоть Антони был ей глубоко противен, но мысль о том, что черная хрень сейчас незаметно для всех пожирает его рассудок, расстраивала ее. А еще Нату мучила совесть из-за того, что Бикс сейчас лежал в лазарете, и судя по всему ему здорово досталось от ее чудной силы. «Он пытался тебя убить, а ты его жалеешь?!» — громко возмущался все тот же противный голосок. Ната усилием воли заставила его заткнуться. — Я хочу его проведать. — Тихо заявила она Джейсону, когда они уселись на скамьи в столовой. Ротеллстей сначала не поверил своим ушам. Потом подумал, что чего-то недопонял. — Кого проведать? — на всякий случай переспросил парень. Не мог же Златовласка в самом деле говорить о Биксе! — Антони. Джейсон даже рот открыл от нехватки цензурных выражений. — Зачем? — Ну… это же из-за меня… он там… — Ната неуверенно посмотрела на сердитого Ротеллстея. — Он там, потому что заслужил. А ты, видимо, слишком долго вчера трупиком побыл. Мозг отупел. Еще сильнее, чем раньше. — Трупиком?! — Ната ошеломленно изогнула бровь. Джейсон замялся, потыкал вилкой в большой кусок мяса на своей тарелке, и только потом решился ответить. — Ну да… Я когда в ванную ворвался он тебя притопить успел. Я тебя специальным заклинанием ударил, как раз для таких случаев… Это не некромантия, если что, и ты не зомби! — быстро уточнил парень, решительно глядя в голубые глаза Джонатана. — Я просто не позволил душе полностью оторваться от тела. А потом ты уже сам очухался. Так что все прекрасно. Ты жив! Ната потрясенно уставилась на лежащую перед ней еду, с ужасом понимая, что странное видение, которое она считала просто бредом, скорее всего было реальным. Она действительно побывала на границе между жизнью и смертью?! И видела настоящего Джонатана?! — Так что к Биксу я тебя не пущу. Этот психованный того не стоит. Джейсон сурово поставил точку в их разговоре. *** Выходные прошли в неуемных попытках научить Джонатана нормально колдовать. И если раньше над Лаенстоуном «издевался» только Ротеллстей, то теперь к Джейсону присоединилась вся дружная компашка их соседей. Они неустанно сменяли друг друга и под конец воскресенья Нате хотелось выть, кусаться и шипеть. Она уже мечтала отрастить себе крылья и улететь к чертовой бабушке из дурдома, в который превратилась их спальня. Парцелиус, как мастер владения жезлом, издевался над ней больше других. Мало того, что у Наты отваливались руки от взмахов тяжелой деревяшкой, так парень еще и дубасил ее по заднице и спине за каждый промах! Правда бил он не шибко сильно, иначе Ротеллстей запихнул бы ему его собственный посох в самое неудобное место, об этом ясно говорил колкий взгляд старосты курса, неустанно следившего за тренировкой. Даже Маркус, забегавший поиграть в карты, пытался изображать профессора и чему-то поучать друга, за что и схлопотал по голове тяжелейшим учебником по зельям. Два дня издевательств довели Нату до белого каления. Она ненавидящим взглядом смотрела на белесую жидкость, которая все никак не желала закипать на маленькой волшебной жаровеньке. Это был «урок» зельеварения, на котором Флориан учил Лаенстоуна варить «шампунь». — Варить зелья легче, чем творить заклинания. Особо колдовать-то и не нужно. Смешивай правильные ингредиенты, в правильных пропорциях, и в правильной последовательности, и все! — Флориан важно накрутил на палец шелковистую каштановую прядь. — Научишься варить бальзам для волос, хоть мне меньше мороки будет. — Так и скажи, что тебе просто надоело снабжать меня шампунем! — недовольно подскочил Джонатан, едва не опрокинув и жаровеньку, и колбу с зельем. — Если у тебя даже такая мелочь не получится, можешь паковать чемоданы и искать себе местечко среди простаков. — Пробурчал со своей кровати Джейсон, не отрываясь от учебника, с которого писал доклад о луговых остроухих крысах для профессора Вильчаса. — Слышишь!!! Да вы меня затр… замучили за эти два дня!!! — не выдержав, психанула Ната, сжимая кулаки от злости. Она не успела договорить, как колба с зельем на жаровенке предупреждающе запищала, забулькала и вдруг с оглушительным треском взорвалась, заполнив комнату градом осколков, потеками почерневшей слизеподобной жидкости и клубами вонючего дыма. Парни, кашляя и задыхаясь, гурьбой вывалились в коридор. — Браво! Ты взорвал зелье!!! — радостно воскликнул Флориан, похлопывая Джонатана по плечу. Ната испуганно уставилась на него и на остальных веселящихся друзей. Она испугалась, что от взрыва у ребят помутился рассудок, потому что лично она не видела никаких причин для радости. — Это ПРОГРЕСС!!! Наконец-то, прогресс!!! — воскликнул Джейсон и хлопнул в ладони над головой. — Да какой прогресс? Я снова все испортил! Что в этом хорошего?! — сердито воскликнула Ната, чувствуя, как щеки покрываются красными пятнами от злости. — Ты не понимаешь! Ты взорвал зелье магией!!! Обычной, человеческой магией, а не той странной, от которой ты падаешь в обморок! Да, спонтанной, но с этого все маги начинают! Мы сдвинулись с мертвой точки, Златовласка! Теперь дело пойдет! — на радостях Джейсон даже заключил растерянного, перемазанного грязью блондина в крепкие объятия. Правда, уже через мгновение опомнился и отпихнул парня прочь. Теперь уже и на лице Наты расплылась глупая широкая улыбка. Она еще не до конца понимала, почему должна радоваться, но глядя на довольных друзей, как-то сразу поверила, что взрыв зелья и правда хороший знак! На следующий день, после обеда, в комнату Джонатана пожаловала пригласительная «записка» от директора. Это была не просто птичка-оригами, а целая говорящая фигура, сотканная из мерцающей, похожей на застывшее пламя, материи. Когда фигура сообщила, что директор ждет Джонатана в своем кабинете, в комнате заметно напряглись все. И хотя приглашали только Лаенстоуна, Джейсон отправился с ним, чтобы в случае чего принять на себя хотя бы часть удара. Никто почти не сомневался, что мистер Соломони жаждет увидеть своего нерадивого студента из-за расползшихся по всей академии слухов о его вернувшейся магической искре. Все же, Антони и его друзья постарались на славу. — Интересно, почему он тебя не пригласил? — дрожащим голосом вопрошала Ната у Ротеллстея, вышагивавшего рядом, с каменным выражением лица. Со стороны казалось, будто Джейсон само воплощение спокойствия, никто никогда бы и не подумал, какие страсти на самом деле скрывает эта равнодушная маска. — Кто знает… может мое приглашение на очереди. — В глубине льдистых глаз пылал едва заметный огонек гнева. Не на директора, и даже не на Антони. На себя. Потому что именно он умудрился дать такого маху и позволил всем судачить о том, что к Лаенстоуну вернулась магия. Заметив, что с парнем происходит что-то неладное, Ната осторожно положила ладонь ему на плечо, почувствовав, как тот резко вздрогнул от, казалось бы, вполне дружественного прикосновения. — Извини, задумался… — попытался оправдаться Ротеллстей, резким движением сбрасывая руку Джонатана. — Со мной все хорошо. Если кому и нужна поддержка, так это тебе. Собственно, потому я с тобой и иду. Пройдя почти через весь замок, юноши замерли перед высокой дубовой дверью директорского кабинета. Из-за нее доносились приглушенные голоса, стало быть, Соломони уже принимал какого-то гостя. Ната бросила на Джейсона вопрошающий взгляд, тот пожал плечами и решительно постучал. В конце концов, Лаенстоуна пригласили и велели явиться незамедлительно, значит, под дверью топтаться необязательно. Услышав надменное разрешение войти, студенты толкнули тяжелую дверь и осторожно переступили порог. И оба удивленно замерли. В мягком, глубоком кресле, напротив директорского стола, закинув ногу за ногу, комфортно расположился Аллен Берколь. При виде юных магов, на его лице заискрилась приветливая улыбка. Хранитель Врат выглядел донельзя довольным, в отличие от мистера Соломони. Лицо у директора было бледным, только щеки багровели уродливыми пятнами, отдаленно напоминающими лихорадочный румянец. Взгляд Соломони был опущен в стол и рассеяно скользил по кипе лежащих перед директором бумаг. — А, мистер Лаенстоун! Наконец-то! — голос директора подозрительно подрагивал. Пожилой мужчина был взвинчен до предела. Он недоуменно замолк, увидев рядом с Джонатаном Ротеллстея. — Джейсон? У вас какое-то срочное дело? Не припоминаю, чтобы приглашал и вас… Джейсон виновато опустил взгляд и напустил на себя смущенный вид. Уж что-то, а прикидываться невинной овечкой он прекрасно умел. И за годы учебы отлично отточил это мастерство и на директоре, и на всем учительском составе академии. — Простите, мастер Соломони. Я всего лишь показал Джонатану дорогу и… подумал… может смогу быть чем-то полезен… Звук его тихого, учтивого голоса заставил Аллена усмехнуться. В отличие от Соломони, Берколь отлично знал истинный нрав своего молодого друга, почти брата. И понимал, что покорность Джейсона не более, чем притворство. Джейсон был слишком умен, чтобы искренне лебезить перед директором и Аллен его в этом более чем поддерживал. Илариус Соломони был кошмарным директором, об этом знал и Берколь и, как минимум, половина Совета магов. Но как маг Соломони был хорош, и у него имелась отличная протекция среди оставшейся половины архимагов. Но даже эти архимаги не защитили бы директора от вылета с должности, если бы вскрылись факты о том, что в Академии едва не погиб студент. И что в результате полученных травм этот студент лишился искры. Именно этим фактом и решил апеллировать Берколь, чтобы ему позволили подобраться поближе к иномирцу, не вызывая ни у кого подозрений. Аллен огорошил директора, сообщив ему о том, что заметил пропажу магической искры у одного из перспективных студентов, к которым с особой тщательностью приглядывался Совет. Естественно, маг не обмолвился о том, что эту информацию ему сообщили сами студенты. Перепуганный Соломони «уговорил» Хранителя Врат не разглашать его постыдный прокол и Берколь великодушно «согласился» лично следить за состоянием пострадавшего мальчика и оказывать тому посильную помощь в возвращении искры. Таким образом Аллен «убил двух зайцев» - теперь он мог спокойно навещать Джонатана в любой удобный момент и директор отныне числился в его личных должниках. Аллен не представлял себе ситуации, в которой Соломони мог бы оказаться ему полезным, но мало ли! Услышав от Илариуса, что они планируют отправить Джонатана погостить в приюте, чтобы «к бедняжке быстрее вернулась память», Аллен пришел в ужас. Он то прекрасно знал, что никакого полезного эффекта подобная шоковая терапия не принесет, скорее уж наоборот. Потому Берколь сразу вызвался лично сопроводить Лаенстоуна в этот самый приют. Сначала подобное предложение из уст столь важной особы огорошило Соломони, но, пораскинув мозгами, директор решил, что Хранитель Врат имеет право на свои причуды, а ему и его сотрудникам от этого только польза. Ведь никто из учителей не горел желанием жертвовать своим свободным временем, чтобы препровождать беспамятного сиротинушку в его бывшее обиталище. На том мужчины и порешили. И чтобы не откладывать дело в длинный ящик, Соломони тут же послал за Лаенстоуном. Таким образом, страхи юношей оказались напрасными. Слухи, бродившие по академии, каким-то чудом еще не достигли ушей директора. Услышав, что их визит к директору никак не связан с пробуждением магической искры Джонатана, Джейсон незаметно выдохнул. «Отлично, у меня еще есть время все уладить и обратить ситуацию в нашу пользу!» — торжествующе подумал парень. Однако последовавшее за этим заявление Соломони тут же развеяло спокойствие Ротеллстея в пух и прах, породив новый повод для волнений… и ревности. — Мастер Берколь узнал о постигшем вас несчастье, мой мальчик, — участливым голосом обратился к Джонатану директор, — и он великодушно согласился помочь вам. Да и всем нам, чего уж там! — Соломони умудрился даже в сидячем положении поклониться Берколю, едва не клюнув носом поверхность стола. Тот снисходительно кивнул. — Мастер Аллен предложил сопровождать вас во время визита в сиротский дом. Вы должны понимать, какая это честь для вас, Джонатан!.. — Не преувеличивайте, мастер Соломони. — Аллен прервал поток директорской лести. — У меня выпало свободное время, так почему бы не воспользоваться им для изучения столь уникального случая. Все-таки не так часто маги теряют искру не из-за соответствующего заклинания в исполнении карателей Совета. Соломони натянуто улыбнулся, всем своим видом выражая раболепную покорность, но глазки директора перепуганно забегали при упоминании карателей, своеобразных палачей от мира магии, специализацией которых как раз таки и являлась блокировка магии. Мужчине показалось, что своей фразой Хранитель Врат мягко намекнул на будущее, ожидавшее директора в том случае, если к Лаенстоуну не вернется искра. — Вы… поедете со мной в приют?.. — едва слышно выдохнул Джонатан. И кинул быстрый взгляд на застывшего Ротеллстея. Джейсон ведь обещал, что тоже добьется разрешения сопровождать его! Но Ротеллстей никак не отреагировал на многозначительный, умоляющий взгляд Златовласки. Он будто и вовсе его не заметил. Льдистые глаза были прикованы к лицу Берколя. На щеках едва заметно напряглись мышцы, указывая на то, с какой силой парень стиснул зубы. Перед мысленным взором Джейсона встала четкая картина: виновато-смущенный Берколь, застывший в кресле с вытянутой в струнку спиной, с перевернутой вверх тормашками книгой, усиленно притворяющийся читающим… Вся Кайонса знала о вкусах Аллена и Джейсону начало казаться, будто Хранитель Врат уж больно заинтересованно смотрит на Джонатана. — Можно мне тоже сопровождать Лаенстоуна, мастер Соломони? — резко спросил парень и звук его голоса хлестнул воздух будто ледяная плеть. Ротеллстей высоко задрал острый подбородок и метнул на Аллена выразительный взгляд, будто бросил перчатку в лицо. — В конце концов, я отвечаю за него. Берколь потупил взгляд с едва заметной горькой улыбкой на устах. — Что за чушь вы несете, Ротеллстей! Вы действительно верите, что в случае необходимости сможете помочь Лаенстоуну лучше, чем мастер Берколь?! — от злости Соломони надулся, словно откормленный индюк. — Отправляйтесь на лекции! В последнее время профессора жалуются на вашу невнимательность и небрежное отношение к индивидуальным урокам. Воспользуйтесь возможностью и посетите занятия, как и подобает прилежному студенту! Джейсон открыл было рот, чтобы возразить, но лицо Соломони дернулось, показывая, что директор не настроен на разговор с ним. Вместо этого мужчина обратил свой взор на Джонатана. — А вы, Лаенстоун, собирайтесь, если вы еще не готовы. Вы отправляетесь с мастером Берколем прямо сейчас. Не заставляйте уважаемого мага ждать! — он кивнул на дверь, давая понять, что юношам пора покинуть его кабинет. Ротеллстею не нужно было намекать дважды, схватив окаменевшего Златовласку под локоть, он буквально выволок блондина в коридор. Даже не взглянув при этом на Аллена. — Прости меня… похоже, я тебя подвел. — Шепнул он Джонатану, после того как они оказались за дверью. Они отошли немного в сторону и Ната обессилено прислонилась к стене, подняв на товарища перепуганные глазищи. Он был ее последней надеждой и теперь она понятия не имела, как пережить несколько часов наедине с пугающим ее магом из Совета. Видимо Джейсон почувствовал ее страх, потому что улыбнулся и на удивление мягко погладил по щеке кончиками пальцев. Этот чересчур интимный жест заставил Нату нахмуриться. Она резко отвернулась и отодвинулась, чтобы скрыть нахлынувшее смущение. Осознав, что допустил оплошность, Ротеллстей виновато кашлянул и тотчас напустил на себя высокомерно-горделивый вид. — Ты так выглядишь, будто едешь не в приют, а на казнь. Местечко, конечно, не самое приятное, если верить слухам. Но и не настолько ужасное. Или это общество Берколя тебе так неприятно? — с легкой насмешкой спросил парень, надеясь, что подобный тон отвлечет Златовласку от мыслей о странной вольности, которую Джейсон себе невзначай позволил. — Он меня пугает. — Честно призналась Ната. — Почему? Он тебя как-то обидел? — Джейсон нахмурился, тут же представив себе картину, на которой Аллен в доме Ротеллстеев пристает к пьяному Джонатану, пока этого никто не видит. И хоть это была просто фантазия, ее хватило, чтобы ярость вспыхнула в парне испепеляющим пламенем. — Нет. Совсем нет… Видимо это действуют запугивания директора и мисс Смитсон… они же велели мне держаться подальше от магов Совета. — Ну, думаю, это не тот случай, раз уж он все равно в курсе. Кто знает… может Берколь и правда сможет тебе помочь. Лучше чем это делаю я. — Джейсон недовольно поджал губы. — Но ты пока не спеши рассказывать ему о возвращении магии и… ее странном проявлении. И вообще, постарайся с ним сильно не сближаться, — Джейсон слегка замялся, не зная, стоит ли продолжать, — Берколю нравятся мужчины… — он все-таки решился предупредить Джонатана. — Просто учитывай это в общении с ним. Ната не смогла сдержать нервный смех. — Думаешь, он вызвался мне помогать потому что хочет за мной приударить? — Он мог решить что ты… довольно привлекателен… — Ротеллстей со стыдом почувствовал, как на последних словах краска предательски залила щеки горячей волной. Глаза Джонатана широко распахнулись и он уже приоткрыл рот, чтобы что-то ответить, но в этот момент из кабинета вышел Берколь и оба парня пристально уставились на него. Джейсон с недоверием, Джонатан с испугом. Аллен с дружелюбной улыбкой приблизился к ним. — Ну что, Джонатан, вы готовы? Если да, мы можем отправляться прямо сейчас. — Веселым тоном обратился мужчина к Нате. Той ничего не оставалось, как обреченно кивнуть в ответ. Тогда Берколь перевел проницательный взгляд на Джейсона. Он еще в кабинете почувствовал волны враждебности, исходящие от молодого человека. И даже догадался о том, почему юный Ротеллстей вдруг увидел в нем врага. Только слепец не заметил бы симпатию, с которой Джейсон смотрел на своего товарища. Аллен даже сказал бы, что слово «симпатия» в данном случае уже было бы недостаточно верным. — Не беспокойся Джейсон, я позабочусь о твоем друге! — Аллен нарочно выделил последнее слово. — Все будет хорошо. Я верну его в целости и сохранности! А тебе лучше поспешить на занятия. Джейсон ничего не ответил, сил хватило только на вежливый кивок. Зато взгляд, который он, уходя, бросил на Аллена, сказал о многом. Ната беспомощно смотрела вслед удаляющемуся Ротеллстею. Каждый его шаг звучал в ее ушах похоронным звоном. Она никак не решалась взглянуть на Берколя, хотя тот буквально прожигал в Джонатане дыру своими необыкновенными светлыми глазами. — Ну что, идемте, мистер Лаенстоун. Ната все таки обратила взор на мага и удивилась, увидев на его губах странную, понимающую улыбку. — Идемте… На выходе из замка их ждал большой крытый экипаж, роскошное внутренне убранство которого в разы превосходило транспортные средства Академии. Ната буквально утонула, опустившись на мягкое сидение. Берколь сел напротив, плотно прикрыв за собой дверцу. Экипаж тронулся с места и Ната сразу же втупилась взглядом в большое окошко, лишь бы только не смотреть на сидящего напротив Берколя. Но уже через несколько минут подобное поведение, сопровождающееся стесненным молчанием, показалось ей невежливым и она решилась посмотреть на Аллена. Тот по-прежнему улыбался. И это пугало Нату до чертиков. Стиснув похолодевшие пальцы, она постаралась выдавить улыбку в ответ. — У вас очень красивый экипаж! Очень… удобный. — Ната попыталась разбавить неловкость комплиментом. — Да, так и есть. А еще он защищен специальным заклинанием, не позволяющим снаружи услышать то, что творится внутри. Так что, если захотите посекретничать, лучшего места просто не найти. На лбу Джонатана выступили капельки пота. Голубые глаза широко раскрылись от какой-то тревожной мысли. — А крики снаружи тоже не будут слышны? Аллен засмеялся. —Нет. Даже криков никто не услышит. Но тут отличная видимость. Губы Джонатана изогнулись в легкой кривой усмешке. — Вы думаете, я хочу причинить вам вред? — осторожно спросил Аллен, слегка склонив голову в сторону. На его губах играла все та же непонятная улыбка. — Нет, с чего бы. — Ната изо всех сил пыталась не подать вида, как сильно ее напрягает странное поведение собеседника. Умолкнув, она снова уставилась в окно. Экипаж уже давно въехал в черту города и теперь неспешно катил по узким мощеным улочкам, помеж аккуратных красивых домиков-близнецов. — Почему вы решили вмешаться, несмотря на обещание, которое дали нам с Джейсоном? — она снова в упор смотрела на Берколя, нахмурив брови. — Потому что я, возможно, единственный, кто может вам помочь. Не став уточнять, что он имеет в виду, Ната в очередной раз отвела взгляд в сторону мелькавших за окном домов. Она понятия не имела, где находится приют и как долго до него добираться. Будь с ними Джейсон, он бы наверняка знал ответы на эти вопросы. — Вы уже были в городе после… потери памяти? — поинтересовался Аллен. — Да. Во время праздника. Аллен кивнул. — Это хорошо… А как вы смотрите на то, чтобы еще немного погулять по Кайонсе? Я мог бы устроить вам экскурсию. — Разве мы не спешим в сиротский дом? — Джонатан встряхнул головой, отбрасывая со лба волосы и исподлобья уставился на Берколя. Во взгляде читалось неприкрытое недоверие. — Мы не поедем в сиротский дом. В этом нет смысла. Невозможно вернуть воспоминания, которых никогда и не было. Всего секунда и в голове Наты взвыл сигнал тревоги. «Он знает!!!» — молнией вспыхнуло в мозгу. Она даже не осознала, что делает. Тело само рванулось к дверям экипажа, намереваясь вырваться наружу, в нелепой попытке удрать от мага, который, без сомнения, везет ее куда-то чтобы убить. Берколь оказался на удивление проворным. Он метнулся наперерез и успел перехватить Джонатана до того, как тот вывалился бы из экипажа на мостовую. — Вы с ума сошли?! Даже на такой медленной скорости вы бы либо убились, либо, как минимум, покалечились!!! — перепуганный маг усадил парня обратно, на секунду задумавшись над тем, не обездвижить ли его заклинанием. Но почти сразу отказался от этой мысли. Берколь хотел честно завоевать доверие иномирца, а применение магии вряд ли поспособствовало бы этому. Огромные голубые глазищи смотрели на него с бледного, в смерть побелевшего лица. На секунду Аллену показалось, что Джонатан даже дышать перестал, замерев, будто кролик перед удавом. — Спокойно! Не нужно меня бояться! — маг поднял руки, показывая, что не собирается делать ничего угрожающего жизни парня. — Да, я действительно знаю, что вы не Джонатан Лаенстоун… точнее, не совсем он. Но я не причиню вам вреда, кем бы вы ни были… и откуда бы не прибыли в Атериус! Ната недоверчиво моргнула. С одной стороны, ей хотелось верить этому мужчине, а с другой, она очень хорошо помнила слова Джейсона о законах Атериуса. — Вы не собираетесь меня убивать? — прохрипел Джонатан, неосознанно вжимаясь поглубже в спинку сидения. — Нет. — Аллен постарался, чтобы его голос звучал как можно тверже. — А как же закон? Аллен горько хмыкнул. — Ну вот так… Впервые в жизни я осознанно нарушаю один из строжайших законов своего мира. Если об этом узнают, мы умрем на одной плахе. Он устало опустился на сидение напротив юноши и потер веки пальцами. Берколь подозревал, что иномирца напугает его признание, но не ожидал, что до такой степени. В глубине души, он наивно надеялся, что «Джонатан» пока не знает о том, что главная обязанность Аллена как раз и состоит в уничтожении таких вот непрошенных «гостей». Не смотря на заверения Берколя, Лаенстоун продолжал поглядывать на дверь экипажа и Аллену даже показалось, что парень потихоньку старается придвинуться ближе к выходу. — Пообещайте, что не попытаетесь выпрыгнуть, а не то мне придется обездвижить вас. А я не хочу применять никакого насилия. — Тихо попросил Аллен. Ната сглотнула и очень внимательно посмотрела в кристально ясные глаза мага. Раньше она всегда полагалась на свою интуицию и та редко подводила девушку. И сейчас шестое чувство шептало, что Хранителю Врат можно верить. В конце концов, что ей остается? Вряд ли у нее есть шанс выстоять против взрослого, сильного мага. Оставалась, конечно, слабая надежда на ее спонтанную магию, но эта сила была слишком нестабильной и неконтролированной. — Если я пообещаю, вы поклянетесь не причинять мне вреда? По крайней мере, без предупреждения. Аллен засмеялся, услышав такое странное условие. — Ладно, клянусь, что если решу вас убить или покалечить, то обязательно сначала предупрежу. Пытаясь расслабиться, Ната перевела рассеянный взгляд в окно. Жители Кайонсы спокойно ходили возле медленно двигающегося экипажа. Судя по всему, ни они, ни возница не обратили внимание на происходившее внутри кареты. В голову Наты закралась неприятная мысль, что скорее всего, они не обратили внимания даже если бы ее тут резали и кровь фонтанами лилась из окон. Пока Джонатан печально созерцал улицу, Аллен воспользовался моментом и откровенно любовался им. Теперь, когда маски были сброшены, маг чувствовал себя гораздо спокойней и уверенней. Он помнил слова Гарвена о том, что в теле Лаенстоуна обитала девичья душа. Аллен глотнул застрявший в горле ком и махнул головой, отгоняя навязчивые мысли о том, что мог бы попытаться поухаживать за «Джонатаном». Препротивнейший голосок в голове не уставал напоминать, что такой поступок будет самым настоящим предательством по отношению к Джейсону, которого он любил как младшего брата. Да и сидящий напротив золотоволосый красавец был слишком юн. Боги, он ведь даже академию не окончил! — Как вы узнали? — тихий голос вырвал Аллена из мыслей. Голубые озера чужих глаз смотрели прямо на него, медленно засасывая душу мага в свою манящую глубину. На лице Джонатана больше не читался страх, только серьезное любопытство. Ната нетерпеливо ждала ответ. Ей было очень важно знать, где она прокололась. Ведь если один маг смог раскрыть ее тайну, значит, могут и другие. Ей нужно притворяться более тщательно! — Было слишком много совпадений. Я не знал точно, просто решил проверить, на всякий случай… Я использовал заклинание, выявляющее иномирцев. Оно сложное, требующее затрат времени и сосредоточенности. Никто больше не будет его использовать против вас, не бойтесь. Да никому и в голову не придет! — Аллен догадался, что так взволновало юношу. — Вы очень хорошо притворяетесь! Ната тяжко вздохнула и опустила взгляд на свои тонкие, изящные ладони. Точнее, на ладони Джонатана. Вдруг новая внезапная мысль обожгла ее, заставив сердце забиться быстрее! Она резко вскинула голову и уставилась на Аллена пылающим взором. — Но раз вы знаете… и не собираетесь меня убивать… Значит, вы можете отправить меня назад! Домой!!! Ведь можете, правда??? — ее голос звенел от надежды и Аллен даже вздрогнул, будто его ударили под дых. Берколь знал, что сейчас разобьет эту надежду вдребезги и от этого становилось тошно от самого себя. — Простите… но я не могу. Даже если бы хотел, это слишком опасно и скорее всего, попытка обернется вашей смертью. — Но ведь… вы же… Хранитель Врат… — Ната не хотела верить услышанному, не хотела чтобы едва загоревшийся лучик потух окончательно. — Джейсон мне рассказывал, что это ваша работа! Вы можете проводить чужаков в этот мир, значит должны уметь и уводить их отсюда!!! — в глазах запекло от обиды. — Есть некоторые трудности… это сложно объяснить новичку… Тем более, не я привел вас в Атериус! — А кто? — тут же вскинулась Ната. — И зачем?! Пусть тогда этот человек вернет меня назад! — Боюсь, он тоже уже не может. Джонатан смотрел на него недоверчиво, обиженно, будто Аллен чисто из прихоти не желает ему помочь. Сердце Берколя сжалось от жалости и тоски, когда из голубых глаз парня покатились слезы разочарования. — То есть… Я навсегда останусь… — Ната замолкла, проглатывая горький комок. — Навсегда останусь парнем?! Джонатаном Лаенстоуном?! Только теперь она осознала, что все это время продолжала верить, что найдет способ вернуться домой и снова стать собой, обычной человеческой девушкой в привычном мире без магии. Теперь эта вера окончательно истаяла и Ната со всем ужасом осознала, что никакая она больше не девушка, и никогда больше девушкой не станет. Теперь она – ПАРЕНЬ. И точка. Жирная, финальная точка. Судорожно задохнувшись, Джонатан схватился за голову. Взгляд невидяще бегал из стороны в сторону, пока слезы продолжали капать из глаз. — Ну, по правде, даже если бы я смог вернуть вас домой, вы бы все равно остались Джонатаном… Ваше родное тело давно мертво. С того самого мгновения, как вы попали сюда. — Окончательно добил и без того потрясенную «девушку» Аллен. Парень одарил мага убийственным взглядом и уронил голову на руки, полностью уйдя в свое горе. Берколь решил пока оставить его в покое. Он терпеливо ждал, молча смотря в окошко и прислушиваясь к суетливому шуму Кайонсы. К переливчатым крикам уличных торговцев и странствующих артистов. К визгливой брани чем-то недовольных прохожих. Но помеж нестройной какофонии всех этих звуков, маг чутко следил за тихими всхлипами, доносящимися с сидения напротив. И когда всхлипы наконец затихли, Аллен отважился наклониться к Джонатану и участливо положить ладонь на опущенное плечо юноши. — Джонатан, может вы голодны? Тут неподалеку открылась одна чудесная чужеземная таверна. Там продают просто божественные сладости! — большинство девушек любят сладкое, даже если они физически являются парнем, так рассуждал про себя Берколь. А новая таверна и впрямь успела снискать славу среди жителей Кайонсы. Даже Маргарита Бенуре почтила ее своим визитом, услышав о необычном густом, горько-сладком напитке, продаваемом там. Ната подняла заплаканное лицо и уставилась на Берколя недоверчивым, потрясенным взглядом. — Вы серьезно?! У меня только что жизнь окончательно разрушилась, а вы предлагаете мне есть?!? — с губ Джонатана сорвался нервный смешок. — Ну… предположим, разрушилась старая жизнь. Зато новая только начинается. И может, она будет гораздо лучше и интересней предыдущей! — Аллен подарил иномирцу утешительную улыбку. — То время, что вы уже провели в Атериусе, было настолько ужасным? Ната задумалась. — Нет… — наконец неохотно призналась она. — Было интересно. И даже весело. За исключением пары моментов… А что будет дальше? Я ведь все это время рассчитывала рано или поздно вернуться домой, не воспринимала все это всерьез… Берколь снова положил ладонь на чужое плечо, даже сквозь рубашку и камзол ощущая какое оно хрупкое и нежное. — Ну… а теперь начинайте воспринимать всерьез… И не забывайте, что вы теперь парень. — Аллен не смог сдержать улыбки, увидев как от его слов «Джонатан» со стоном уронил лицо в ладони, осознав свою оплошность. — Ну все! Хватит страдать! Если я верну вас в академию с опухшим и заплаканным лицом, я конечно смогу объяснить это ностальгией по сиротскому приюту, который мы якобы посещаем в данный момент, но боюсь, кое-кто меня все равно не простит. А я не хочу огорчать дорогого мне друга. Так что, давайте-ка все-таки отправимся в таверну и я расскажу вам то, чего вы еще не знаете об Атериусе, но что, наверняка, будет вам полезно! Новомодная популярная таверна располагалась в маленьком двухэтажном домике, окруженном небольшим уютным садиком из карликовых деревцев, с подстриженными в форме шара кронами. Из таверны доносились умопомрачительные ароматы восточных пряностей и сладкой выпечки. Восточным оказался и сам антураж и внутреннее убранство заведения. Ната даже задумалась, есть ли в Атериусе страны, аналогичные Восточным государствам из ее мира?.. Судя по этой таверне, точно есть! Едва они с Берколем переступили порог, их ноги тут же утонули в мягчайших коврах, устилавших весь пол в большой комнате, напоминающей огромный шатер какого-нибудь султана или падишаха. Перед ними почти сразу возник смешной человечек, низенький и круглый, как шарик, в ярких, цветастых халатах. Сразу нескольких. На ногах забавного мужчины красовались пышные ядовито-желтые шаровары и огромные мягкие туфли с загнутыми вверх носками. Лицо незнакомца закрывала курчавая борода, только нос и глаза ярко и весело сверкали из мягких завитков. Мужчина что-то заливисто прочирикал на своем родном наречии, поклонившись гостям, и сразу же повторил приветствие, но уже на общем языке Объединенных королевств. — Приветствую вас, драгоценные! Добро пожаловать в «Кульлихаль» - ярчайшую звезду Вижмира! Пусть солнце ласково светит над вашими головами, а песок шелком стелется под ноги! — Приветствую, уважаемый Мальмух! — Аллен поклонился коротышке в ответ. — Вы угостите меня и моего друга своими божественными сладостями? Мужчина, которого Берколь назвал Мальмухом, бросил на Джонатана быстрый, проницательный взгляд и многозначительно улыбнулся Аллену. — Конечно, многоуважаемый маерсух! — бородач поднялся на носочки и что-то быстро прошептал на ухо Берколю, все на том же незнакомом языке, на котором изначально приветствовал их. Аллен не сдержался и засмеялся. Когда Мальмух исчез во внутреннем дверном проеме, переделанном под арку, Берколь и Джонатан уселись за одним из низеньких столиков, со всех сторон обставленных маленькими широкими скамеечками, на которых лежали горки пуховых подушек. Ната невольно подумала, что в ожидании еды здесь даже поспать можно было. С интересом уставившись на Аллена, Ната не удержалась от вопроса: — Что такого смешного он прошептал вам на ухо?.. Если не секрет… Берколь засмущался и ответил, слегка покраснев. — Сказал, что у меня хороший вкус, и что если бы вы жили в Вижмире, вас бы уже похитили для услады Правителя. Теперь уже краска залила щеки Джонатана. — Что ж… похоже мне повезло, что я живу не в Вижмире… А что такое м.. ма… ну… то слово, с которым он к вам обратился? — Маерсух? Это «маг» на их языке. — Аллен отвечал, не прекращая улыбаться. — А вы хорошо знаете вижмирский язык? — И не только. Должность обязывает меня в совершенстве владеть всеми языками Объединенных королевств. И некоторыми языками стран, которые не входят в союз. Глаза Наты восторженно засверкали. — Вау! Так вы полиглот! — Кто?.. — Берколь недоуменно дернулся, сложив руки в замочек и опустив на них подбородок. Он снова откровенно любовался Джонатаном. Сейчас, при свете желтых свечей в круглых шарах из разноцветного стекла, подвешенных на тончайших золотых цепочках, парень казался скорее духом, сошедшим со страниц выжмирских сказок, чем обычным человеком. Не зря Мальмух пришел в такой восторг! — Так на моей родине называют людей, говорящих на многих языках. — Пояснила Ната и горько улыбнулась, снова вспомнив о том, что уже никогда не вернется домой. Внезапно Джонатан застыл, вытянувшись всем телом и осторожно склонив голову на бок, словно прислушиваясь. Берколь настороженно моргнул и на всякий случай огляделся. — Что-то случилось? — встревоженно спросил он побледневшего парня. — Вы чувствуете это? — дрожащим шепотом спросил Джонатан. — Что? — Теперь Берколь уже вполне явно поддался страху. — Запах! — Глаза Наты засверкали. Она резко вскочила со скамьи. И медленно двинулась вперед, вытянув голову, будто ищейка. — Это… Это же КОФЕ!!! Душа девушки ликовала! Неужели то, чего ей так не хватало все это время, наконец-то нашло ее в этом мире!!! Ее затрясло от кофейной ломки. Она шла на пьянящий запах жареных кофейных зерен, будто ведомая невидимой рукой, крепко державшей ее за нос. Мальмух, появившийся в зале с небольшим подносом, на котором стояли две маленькие чашечки с ароматным напитком, чуть не упал, наткнувшись на ошалевшего от радости блондина. Тот схватил вижмирца за руки и подтянул ближе, склонившись над чашечками и вдыхая исходивший от них пар. Потом парень резко схватил одну чашку и чуть ли не залпом опрокинул в себя ее содержимое, обжигая горло горячей горьковатой жидкостью. И в тот же миг на его лице проступило выражение крайнего блаженства… — КООФЕЕЕ!!! Это КОООФЕЕЕ!!! — чуть ли не пропела Ната, с широчайшей улыбкой схватив коротышку под локти и закружив его в импровизированном танце. Мальмух изо всех сил старался не выронить поднос с оставшейся чашкой. — Что с вашим странным другом?! — испугано взвыл вижмирец на родном языке, обращаясь к Берколю. Тот в полном смятении и с глупой улыбкой наблюдал за бесконечно довольным Джонатаном. — Я не знаю, Мальмух! Но кажется, вы каким-то образом смогли сделать его очень счастливым! *** Когда Джонатан вечером вернулся в академию, Джейсон офигел, увидев его сияющее лицо. Он готов был встретить Златовласку в любом состоянии, но только не сверкающим улыбкой от уха до уха, с огромными круглыми глазищами, светящимися будто два ярких солнышка. Ротеллстей даже дар речи от удивления потерял. «Неужели ему так понравился приют?.. Или компания Берколя?» — от последней мысли в районе груди неприятно засаднило и руки зачесались сотворить какое-то темное колдовство. — Ого! Сияешь так, будто получил место главного Магистра в Высшем Совете! — присвистнул Парцелиус. — А что это у тебя? Только после вопроса Флориана, Джейсон заметил, что Лаенстоун бережно прижимает к груди какой-то сверток. — Это кофе!.. — с благоговением выдохнул Джонатан и, поднеся сверток к лицу, нежно потерся о него щекой, закрыв глаза. У Ротеллстея отчетливо дернулось веко. — Кофе?! Что это? — Ким от любопытства даже учебник отложил. — Это напиток Богов! — То есть, ты хочешь сказать, что в этом свертке – напиток? — с недоверием уточнил Парцелиус, глянув на Джонатана как на безумца. Тот ответил раздраженным взглядом. — Нет. В свертке зерна. А из зерен делается напиток! И теперь, когда у меня есть кофе – я счастлив и готов сворачивать горы на своем пути! — Ната подняла драгоценный мешочек над головой и потрясла им. Джейсон хмурился все сильнее и сильнее. Он впервые слышал о напитке со странным названием. И его жутко злило то, с каким трепетом Джонатан говорил о каких-то там зернах! — И откуда ты взял эти зерна? — сердито спросил парень. — Мне Мальмух подарил. — Златовласка мило улыбнулся и прошествовал к своей кровати. Мешочек с кофейными зернами занял почетное место в глубине выдвижного ящика в его тумбочке. «Час от часу не легче…» — мысленно вздохнул Джейсон. — А Мальмух, это у нас кто? — Ротеллстей уже даже не пытался скрыть плохое настроение. — Это хозяин вижмирской таверны. Милейший человек! Узнав, что мне очень нравится кофе, он подарил мне целый мешочек зерен и сказал, что я могу в любой момент прийти за новой порцией! Аллен, конечно, хотел ему заплатить, но Мальмух настоял на том, что это подарок. Он заявил, что моя ослепительная красота принесет благословение его таверне! — на последних словах рожа Лаенстоуна уже почти трещала от довольной улыбки, а глазища округлились как у луновыпи. Зубы Джейсона отчетливо скрипнули, а из груди невольно вырвался звук, подозрительно напоминающий низкий рык. Он обернулся к дверям и медленно пошел на выход из комнаты. Джонатан, да и остальные парни удивленно наблюдали за ним. У самых дверей Ротеллстей остановился и повернулся к ним. Поднял указательный палец и осторожно ткнул им в сторону Лаенстоуна. — Я пойду немного погуляю… а когда вернусь, ты мне в деталях расскажешь о поездке в приют, и о том, как вы с Алленом оказались в вижмирской таверне… не усни к моему возвращению, убогий! Ледяная улыбка коснулась губ парня и так и осталась на них, даже когда за Джейсоном закрылась дверь. Естественно, Ната без каких-либо зазрений совести проигнорировала предупреждение Джейсона. Она была зверски уставшей и раскормленной восточными сладостями, и теперь ее клонило в сон. И ждать, пока вернется Ротеллстей, а тем более что-то ему рассказывать, было свыше ее сил. Сварив парням по чашечке кофе и чуть ли не силой заставив их признать, что это самый совершенный напиток в любом из миров, Ната со спокойной совестью улеглась спать. Она провалилась в сон едва коснувшись головой подушки. В какой-то момент, Ната осознала, что видит сновидение. По крайней мере, ей показалось, что это сновидение. Она находилась в уже знакомом переливчатом пространстве, в котором ей было очень хорошо. Но в прошлый раз визит сюда едва не закончился ее гибелью, мысль об этом не давала девушке расслабиться. В том, что она снова девушка не было никаких сомнений. Она видела свое отражение в перламутровой «воде» под ногами. Касалась своей маленькой, но такой родной груди. К счастью, в этот раз она хотя бы была полностью одетой! Почему-то эта деталь показалась Нате очень важной. Уже через секунду Ната поняла почему. В этот раз она была здесь не одна. Напротив нее внезапно возник пожилой мужчина. Очень важный и внушающий невольное уважение. Старик с длиннющей пушистой бородой, в нарядной мантии, он полностью соответствовал всем канонным представлениям о том, как должен выглядеть настоящий волшебник. — Здравствуйте… — восторженно и немного напугано пролепетала Ната. — А вы кто?.. — Я?.. Это не важно на самом деле… — тихо прошелестел сухой, но довольно приятный голос. Старик вяло улыбнулся, глядя на Нату из-под опущенных кустистых бровей. — Я пришел, чтобы попросить прощения… Моя цель была благой, но очень эгоистичной. Теперь я это понимаю. Я виноват… перед вами обоими… — Старик медленно перевел взгляд куда-то за плечо Наты. Девушка удивленно моргнула и осторожно оглянулась. — МАТЬ ЧЕСТНАЯ!!! — Ната прытко отскочила в сторону от крайне недовольного Джонатана, смотревшего на нее, как на врага народа. Парень сделал быстрый шаг в сторону девушки с таким видом, будто собирался ее цапнуть. Ната взвизгнула от ужаса и исчезла из дивного, но уже вовсе не дружелюбного места… *** — Аллен! Аллен, проснись немедленно!!! Берколь что-то невнятно забормотал во сне, отмахиваясь он надоедливого голоса, шептавшего ему в ухо. — Аллен, проснись!!! У нас проблемы!!! — голос не отставал, но его еще как-то можно было игнорировать. Но когда к плечу прикоснулось что-то холодное и жуткое, и погрузилось в его тело, Берколь не выдержал и вздрогнул, распахивая мутные от сна глаза. Всего в нескольких десятках сантиметров над ним парил слабо мерцающий Гарвен. Призрак выглядел крайне встревоженным. Сонно моргнув, Аллен посмотрел на темное окно и недовольно зарычал. — Мастер Ротеллстей… я конечно, глубоко уважаю призраков и отсутствие для вас необходимости отдыха, но я пока человек, а на дворе глубокая ночь… Дайте мне спокойно поспать! Любое ваше дело подождет до утра… — Аллен, я тебе говорю, что у нас проблемы! Точнее у нашей девчушки из другого мира. — Не унимался беспокойный дух. Берколь уронил голову на подушку и перевернулся на другой бок. — Все у нее хорошо… — мужчина сладко зевнул. — Я с ней только сегодня гулял по городу… прекрасная девчушка… Судя по затихающему голосу, Хранитель Врат потихоньку погружался обратно в сон. — Аллен!!! Мальчишка жив!!! — … ага… хорошо… — Нет в этом ничего хорошего! Его душа должна находится за пределом мира живых, а он каким-то образом сумел вернуться!!! — Ага… — Аллен вяло перебирал в почти спящем мозгу слова учителя. Вдруг его глаза резко раскрылись, в них появился огонек ясности. — Стоп… Какой мальчишка?! Гарвен всплеснул бестелесными ладонями. — Ну наконец-то, начало доходить! Лаенстоун!!! Он вернулся, Аллен! И, кажется, он очень хочет вернуть себе свое тело…