Вчерашний апокалипсис

      Вечером 27 января 2039 года учёный наконец-то провел невозможную операцию по прошивке человеческой ткани сетью Фарадея из медной проволоки — материала, которого в цеху было в изобилии. Девушка в свою очередь успела переодеться в серый комбинезон и марлевую повязку, чтобы прикрыть лицо. Конечно же это было далеко не место для проведения подобных экспериментов. Им стоило огромных усилий обработать поверхность верстака для проведения такой сложной операции в полевых условиях, закрепить плотно к основанию верстака руки ученого, у которого временами пропадала и появлялась память и отдельные фрагменты сознания так же внезапно приходили к нему и командовали его телом. По большому счету можно было обойтись и без таких жертв, снабдив специальный костюм сетью. Но для Эрика возник бы другой проблемный вопрос о том, как ему принимать специальную ванную для дезактивации отравы в его теле, которая и без того съедала организм, а заминка с процедурами для ученого была невозможно. Поэтому перед сложной операцией Штадт всё-таки, для начала, принял кислотную ванную, на купание в которой ушла половина дня до обеда и на просыхание примерно столько же. Оба за это время могли бы давно умереть от голода или от холода в цехе, но здесь у девушки был оборудован обогрев и место для хранения запасов еды.       — Ответь мне, пожалуйста, на один вопрос: как мы будем искать в таком огромном городе одного человека, которого ты в жизни никогда не видела? При всём при том, что я буду примерно месяц сидеть на обезболивающих и меня разыскивает отряд наёмников? — задал вопрос Штадт, лёжащий на верстаке в спальном термомешке и пьющий какое-то лекарство. — И откуда у тебя такое лекарство?       — Это из машины времени. Аптечка первой помощи на случай непредвиденной ситуации, — ответила Ильза, перемывая посуду после совместного приёма пищи. — Сейчас мы находимся на территории промзоны, вокруг которой я установила специальный купол, за которым сложно обнаружить повышенную электромагнитную активность — она исходит из тебя и от дыры, что образовалась после использования машины времени. Если бы не этот щит, то не один бы ты чувствовал себя настолько плохо. В моё время те, кто используют подобный агрегат для перемещения во времен, обязаны также использовать специальное вещество, которое вводится в организм в виде внутримышечных инъекций — это может может обезопасить тебя на некоторое время в этих условиях прошлого. У нас гораздо меньше радиационного излучения. Я слыхала, что были случаи ужасных лучевых болезней первых путешественников во времени, которые прибывали из далёкого прошлого и такие испытатели очень долго проходили реабилитацию после своих путешествий. Так что вышки, установленные по периметру, дают возможность нам с тобой находиться в относительной безопасности от непривычного излучения и вибраций этой временной ветки. Мне тоже небезопасно выходить наружу и находиться там очень долго. Не привыкший организм накапливает радионуклиды и излучение, которое потом приходится выводить, ночуя в этом месте. Наёмники не должны тебя найти, потому как для этого ты должен начать излучать то самое количество радиационного излучения, характерное для твоего времени. Конечно же во вселенной всё вещество распределено равномерно, но Универсум — это не одна Вселенная. Перекосы происходят в каждом мире. И учесть всех их до конца не представилось возможности даже нашей науке, но мы имеем базу данных по радиационному фону на каждую известную нам временную линию и твоя родная ветвь одна из таких. Нашими учёными она была как раз открыта одной из самых первых.       — Интересно. У вас все переводчики такие грамотные? — скривился от боли Штадт, надевая маску на лицо.       — Не все. Я же говорила, что моя отец учёный одной из лож Новой Эпохи. Сложно сказать, как мы будем искать этого человека, который станет Канцлером. Он должен быть высокого роста, худощав, годов двадцати или немного старше и дьявольски хитёр и изворотлив.       — Определённо такие люди должны сидеть где-то во власти или в каком-то научно-исследовательском институте… И даже далеко не факт, что он кто-то из местных. По крайней мере, мне ни один такой человек пока что не знаком. А возможно, что я просто не обращал на него внимания.       — Я уверена, что это человек из твоего окружения. Кайзер, когда пришел к власти пользовался именно твоими научными наработками. У него есть ключи ко многим мирам, он контролирует слишком много властей и спецслужб в каждой могущественной империи каждого известного мира. Отец сказал, что это именно твои разработки. Папа очень любил засиживаться с книгой твоей биографии и твоими мемуарами.       — Вот как? Я даже мемуары успел написать? Может скажешь, что в них написано, чтобы всё это я успел исполнить?       — Это невозможно.       — Ты сказала, что я совершил это открытие. Это значит, что мне нужно это где-то задокументировать, чтобы не произошло парадоксов?       — Да, разумеется. Это будет и первое, что ты сделаешь за эти дни. Потому, что твоими поисками будет заниматься и местная полиция. И даже ей доверять будет нельзя. А открытие обязано произойти и быть обнародовано.       — Но почему?       — Посмотришь.       — Так или иначе, мне понадобятся документация по поим исследованиям. Так просто я не смогу задокументировать своё открытие. А ещё и инструменты, и приборы для измерения. Мне нужно попасть в лабораторию и забрать их.       — Мы всё сделаем, Эрик, но это будет уже не сегодня. И скорее всего твоя лаборатория находится под надзором, а ещё вероятней, что она обыскана и всё нужное уже забрали.       — Мне нужно знать, чего не хватает. Без этого мы не исполним начертанное самой историей.        На удивление, доктор почувствовал себя уже лучше после проведённых операций с организмом.