К чему привела наша ненависть?

Парень сидел, закинув ноги на столик, и слушая потрескивающий камин. Его мысли находились далеко от Хогвартса, ближе к Азкабану, отцу и одинокой матери. Отвлекла юношу Гермиона, у которой, конечно же, не получилось быть бесшумной. Переодевшись в домашнее, с растрёпанными под вечер кудрями, она выглядела уютно и красиво. —По твоему лицу, Грейнджер, не сложно догадаться, что ты хочешь что-то спросить. И на будущее, не подкрадывайся ко мне со спины. —Э...я... —У меня под вечер и так портится настроение, можно не делать его ещё хуже. —Какая же ты заноза, Малфой! - разозлилась Гермиона. —Ладно, не кричи, этого я точно не выдержу. Слушаю, милочка. Гермиона цыкнула, закатила глаза, затем раздраженно посмотрела на Малфоя, но всё же решила спросить. —Как ты понял, какая у тебя иная форма? Тебе кто-то подсказал в какого зверя обратиться? Возможно в ваших чистокровных семьях это известно заранее... Девушка ожидала услышать от Драко очередную колкость, но он отнёсся к её вопросу серьёзно. —Дело в том, Грейнджер, что не каждый маг вообще способен принять иную форму. Трансфигурация - это сложнейший процесс, напрямую зависящий от магических и умственных способностей волшебника. У кого-то, как бы он ни старался, это может не получиться. Недостаточно внутреннего стержня, я о стойкости, силе духа, воли. И нет, мне никто не подсказывал, как ты выразилась. В чистокровных семьях всё так же, как и у любых других магических семей. Можно принять абсолютно любую форму, она продиктована лишь личностными качествами. Слушая его низкий бархатистый голос, Гермиона ещё и разглядывала Драко. Он был красив, особенно в отблесках огня. Его сосредоточенное лицо, вальяжная, идеальная поза. Белоснежные волосы, спадающие на лицо. Такие правильные черты. Он будто с обложек журнала, который так обожали ровесницы [магглы] Гермионы. Просто чёртов секс-символ. Малфой столько всего знал. Больше чем сама Гермиона, а это уже редкость. Он стал таким умным и опытным. Совсем не то, что раньше. Все прошли через эту триклятую войну, но он выделялся. Представитель рода Малфоев был умнее, сильнее всех остальных. Драко был более зрелым. ЮА взгляд серых глаз порой можно было сравнить со взглядом Дамболдора, прожившим действительно много лет. —Грейнджер, я кому рассказываю? - голос с повествовательного сразу же сменился на недовольный и холодный, захотелось даже поёжиться. —Я слушала. У меня просьба. Думаю, ты уже и сам догадался какая. —Всё к этому шло, Грейнджер, - Драко ухмыльнулся, — ну, давай предположим. Мудрость - одно из самых главных твоих качеств, хотя очень часто мне кажется, что это не так, - Гермиона цыкнула, — значит либо сова, либо семейство кошачьих. Сова не подойдёт, слишком маленькая для внутренней силы. Остаётся семейство кошачьих. Кошка - будет маловата, тигр или пантера - наверное перебор, физические возможности тоже нужно учитывать. Получается, что рысь - в самый в раз. —Что, прости? Рысь? И это всё? К важнейший трансфигурации в своей жизни я должна прийти путём логической цепочки и то не своей?! —А чего ты хотела, Грейнджер. Я же говорю, у всех одинаково. Здесь важно не переоценивать, но и не недооценивать себя. В этом вся сложность. Поэтому иногда даже лучше, если кто-то поможет тебе со стороны. Но принять решение всё равно можешь только ты. —Ладно. Допустим, ты прав, и я даже доверюсь тебе. Если бы ты захотел меня убить, то сделал бы это раньше. Но как мне в принципе, ну, обратиться? —Сядь рядом, Грейнджер, - приказным тоном сказал Малфой. Захотелось послушаться, но она не была бы Гермионой, если хотя бы не усомнилась. —Это ещё зачем? —Грейнджер, если ты всё ещё хочешь, чтобы я тебе помог, то сядь, и не выводи меня из себя. Цыкнув, Гермиона всё же согласилась. —Закрой глаза и попытайся абстрагироваться от всего, что ты слышишь, кроме моего голоса. Приведи дыхание в норму, выкинь всё лишнее из своей головы и сконцентрируйся на своём втором облике. Представь себе это животное, как оно двигается, мыслит. Представь себя в нём и его себе. Постарайся почувствовать единение. Гермиона прекрасно поняла, что от неё требовалось, но сейчас просто не представляла, как это осуществить, ведь он был слишком близко. Его дыхание опаляло кожу, запах затуманил весь разум. Захотелось посмотреть на него. Взглянуть, хотя бы одним глазком. Гермиона повернула голову к Драко, открыла глаза и утонула в этом серо-синем океане его глаз. Сдерживать себя было бессмысленно. Абсолютно, блин, бессмысленно. «Мать твою, я просто схожу с ума» - подумали оба, перед тем как его губы накрыли её. Поцелуй был страстный и настойчивый. В гостиной из-за камина была жарко, но сейчас температура заметно повысилась. Его руки скользили по её телу. Бёдрам, ногам, спине. Она своими тонкими пальцами зарывалась в его платиновые волосы. Они будто слились в одно. Стали единым организмом. Прямо так, как это должно было быть у Гермионы и её второй оболочки. Каждый прекрасно знал, чего хочет другой. Каждую эрогенную зону, хотя раньше они никогда к другу так не прикасались. Он оттянул её за длинные, кудрявые и теперь уже совсем спутанные волосы, оголяя шею, покрывая её поцелуями, после которых определённо останутся следы, но девушке было абсолютно всё равно. Ей нужно было почувствовать его в полной мере. Она хотела его не меньше, чем он её. Это была обоюдная страсть, притяжение. От каждого прикосновения тело покрывалось мурашками. Каждый поцелуй - будто разряд тока. Казалось, что ещё чуть-чуть, и тонко натянутая нить просто лопнет, но... В дверь постучали. —Бляяять, не говорите мне, что это опять... - вдали послышался голос Блейза, - Забини, я тебя ненавижу, - произнёс Малфой. *** —Так что у тебя там с Грейнджер, Драко? Озорные огоньки в глазах Блейза дико бесили. Хотелось стереть это самодовольную улыбочку с его лица. —Забини, отъебись. Скажем так, то, чему ты мешаешь. Причём яростно. —Малфой, я знаю тебя не первый год. Брось, я видел, как ты отреагировал на слова Нотта. Он, конечно, придурок, но твоя реакция. Знаешь, не знал бы я тебя так близко... - Блейз подмигнул. Драко лишь закатил глаза. —Ты можешь не рассказывать мне. Ты хорошо держишься, вечно надеваешься на себя эту маску, но я вижу твою прокушенную губу, растрёпанные волосы и одежду. Я не маленький мальчик и тоже этим занимаюсь. —Пф, звучит так, будто ты гордишься этим. —Я этого хотя бы не скрываю, Малфой. —Слушай, у нас что сегодня, ебаный день откровений?! Я к тебе в душу не лезу, Блейз. И не спрашиваю, что у вас там с Пэнс. Так что отвали. —Я её не люблю, Драко. За секунду Блейз окончательно поник, стал серьёзным и опустошённым. —Я знаю, что наши родители давно заключили этот дурацкий и никому не нужный брак. Заранее, не предусмотрев, того, что всё, блять, может изменится. И даже после войны мои чопорные родители не хотят этого понимать. Несмотря на то, что всеми этими чистокровными традициями теперь можно подтереться. Но дело даже и не в этом. Я люблю Пэнс, как ту, что всегда была рядом, как ту, кто поймёт и выслушает в любую секунду, но она... Она мне друг, Драко. Я влюблён в другую девушку и это чувство ни с чем не перепутаешь. Но она осталась одна. Кроме Кристиана, ослабевшей миссис Паркинсон и нас у неё больше никого нет. Я чувствую себя последним мудаком, но меня волнуют и свои чувства тоже. После вываленной правды Драко стало грустно и нестерпимо обидно. Вся тяжесть человеческих взаимоотношений свалилась на него. Он переживал за ребят. Он считал каждого из них другом. Да, у Драко Малфоя есть друзья. И он не врал самому себе,он знал кто они ему. Он не хотел, чтобы хоть кому-то из них было больно. Хотел помочь каждому, как чёртов гриффиндорец. Но не мог, потому что это как раз тот самый случай, на который мы ни в силах повлиять. Единственное, что можно сделать, - сказать правду. —Блейз, ты ведь просто обманываешь её. Тебе кажется, что это ради её же блага. Ситуация сложная, я не спорю. Но она всё чувствует, Блейз. Пэнс не глупая, она проницательна и... возможно она тоже не знает, что делать. Ждёт, когда ты ей это скажешь. Сам. У неё есть чувства к тебе, но именно из-за того, что они есть, она не станет тебя держать. Она сильная, Блейз, она справится. Я буду рядом. Но лгать ей и переступать через себя - это не выход, не решение. —Иногда ты превращаешься в гребаного психолога, Малфой. —Психолога? —Мерлин, мозгоправа. Ну, лекаря душевных болезней в Мунго. Кто-то явно пренебрегал уроками маггловедения. —Знаешь, когда Нагайна на столе у Волондеморта сожрала нашего преподавателя прям у меня на глазах, я был рад, что не был с ней близко знаком. —Чёрт, Драко. Как ты можешь говорить об этом в таком ключе. —Да нет, я абсолютно серьёзен, непорочная ты моя лилия. —Я скажу ей. Клянусь самому себе, что скажу. Так что там у тебя с заступницей? —Блять, я надеялся, что ты забыл. —Ты не отвертишься, Малфой. —Я могу ответить тебе позже? Я просто...не знаю. —Хм, ну как определишься, скажи. —Так по какому поводу ты заходил? —Мне надо, чтобы завтра ты поехал со мной к отцу. С Макгонагалл он уже договорился. Радостная новость: вам возвращают ваше наследство. Теперь ты - наследник всего, что было нажито вашей семьей, за исключением тёмных артефактов и чего-то, что может грозить всей вселенной или поможет оживить гребаного Воландеморта. —Очень смешно. Когда ты узнал? —Прибежал сразу же. Грейнджер ведь подежурит одна, справится? Ты ей разрешишь? —Заткнись, Забини. Честное слово, заебал. Тебе 14? —А тебе 40? Драко ухмыльнулся.