Дикая нежность

Стоял хмурый осенний день. Потёмкин от нечего делать пошёл на развал, дабы продать что-нибудь из вещей, оставшихся от бабки. Сбагрить удалось только старую сахарницу, а потом Игорь замёрз, и пошёл домой. Вскоре начал накрапывать дождь. В квартиру Потёмкин заходил промокшим. — Где шлялся? — хмуро спросил Спиридонов, выходя из комнаты. — Ходил на развал, заработал десять рублей, — отозвался Игорь, снимая промокшие кеды. Носки были влажные. Мужчина громко чихнул. — А одеться нормально было нельзя? Ты же теперь заболеешь, — злобно сверкнув глазами, Влад подошёл к Потёмкину и встряхнул его за плечи, заставляя посмотреть на себя. — Я тебе вопрос задал! — Когда я уходил, ещё было солнце… — Там тебя твой любовничек ждёт, — скрипнув зубами, прервал его Спиридонов. — Какой ещё любовник? Где? — опешил Игорь, предчувствуя беду. Владислав замахнулся, и ударил мужчину по щеке. После чего схватил его за шкирку и заволок в гостиную. Потёмкин хлопал ресницами, держась за место удара. В гостиной сидел Дима Васин, давний приятель Игоря. Они вместе лежали в больнице около пяти лет назад, и с тех пор иногда виделись. Шизофрения Васина была отягощена БАР-ом. — Скажешь, что не знаешь его? — нехорошо улыбнулся Спиридонов. — Знаю, это Дима Васин, ты ведь видел его… — начал оправдываться Игорь, но тут же получил удар в живот. Застонав, он согнулся пополам. — Ну и психа ты себе нашёл! Долбанного психопата! — расхохотался Васин. — Он меня тут уже полчаса держит, думает, что я трахаюсь с тобой. — Пасть закрой! — заорал Спиридонов. Его лицо и шея покраснели от гнева, на лбу проступила вена. Не теряя время, он набросился на мужчину и начал наносить ожесточённые удары по лицу, животу, пнул его в пах. Васин лежал на полу и стонал от боли, стараясь закрыться от града ударов. — Остановись! У нас ничего не было… — хватаясь за кресло, Потёмкин с трудом выпрямился. Живот болел после крепкого кулака. — Его выбираешь или меня? Отвечай, иначе я убью эту гниду! — проорал Влад, пиная Диму в лицо. — Тебя! Тебя, конечно! Спиридонов ещё раз пнул мужчину, но уже более вяло. Тяжело дыша, он схватил его за волосы и заставил встать, после чего выволок в коридор и вышвырнул из квартиры, как мешок с барахлом. Остановившись, Спиридонов посмотрел на своё отражение. На несколько секунд ему показалось, что в этих чертах прослеживается что-то нечеловеческое, демоническое… Потёмкин осторожно подошёл к Владу и коснулся его плеча. — Что ты со мной сделал? В кого превратил? Дашь ты мне жить спокойно или нет? — голос Спиридонова звучал так, словно он зачитывал приговор. — Живи спокойно, и доверяй мне. Я никогда тебе не изменю, для меня не существует других, — Потёмкин провёл ладонью по спине мужчины, сильно волнуясь. — Я тебе не верю. Ты постоянно пялишься на кого-то. А что это за дружки из психушки? Как ты можешь им доверять?! — не отводя пристального взгляда от отражения своих глаз, выпалил Владислав. — Для меня никто не имеет значения, почему ты не хочешь это понять? — в отчаянии спросил Игорь. Спиридонов вздрогнул, отвёл взгляд от зеркала, и ударил Потёмкина кулаком в лицо. Тот отлетел к стене, ударяясь о неё макушкой. Влад задумчиво посмотрел на свои руки и ушёл на кухню. Игорю было не столько больно, сколько обидно. Ну чем он заслужил такое отношение, такое тотальное недоверие? Хотелось рыдать от уязвлённости. Потёмкин обулся, выскочил из квартиры и понёсся по лестнице вниз, чуть не врезаясь в спину пытающегося спуститься Васина. Он выбежал на улицу и, тяжело дыша, пошёл куда глаза глядят. Шагать по хрустальным лабиринтам дождя было странно, но вместе с тем отрезвляюще. Обида постепенно таяла. Игорь останавливался, чтобы перевести дух, а потом продолжал путь. Потёмкин пришёл в квартиру, что купил в кооперативе после смерти бабки. Это была обычная «хрущёвка». Больше мужчине было некуда пойти. Его знобило, ведь он был в промокшей насквозь одежде и обуви. Мужчина набрал в ванну тёплой воды, разделся, и лёг. В квартире этажом выше опять веселилась пьяная компания, сквозь громкую музыку были слышны смех и маты. Сколько Игорь здесь жил, столько являлся свидетелем, точнее, слушателем всего этого дерьма. Потёмкин повернул голову набок, максимально расслабляясь. На веки опустилась приятная дремота, и вскоре мужчина заснул. Ему казалось, что он только закрыл глаза, как кто-то позвонил в дверь, но на самом деле прошло пятнадцать минут, и вода успела остыть. Игорь потёр лицо сморщенными от воды подушечками пальцев, и вышел из ванной. Посмотрев в глазок, он увидел Спиридонова. Сердце забилось в два раза быстрее, вопрос открывать или нет не стоял. Потёмкин вернулся в ванную, натянул лежащие там серые домашние штаны, и открыл дверь Владу. Тот тяжело вошёл внутрь, исподлобья глядя на Игоря. — Ты один? — подозрительно спросил он. — Один, — кивнул Потёмкин. — С кем мне ещё быть? — Почему ты сбежал? — голос Влада звучал более чем сурово. — Мне обидно. Хотел успокоиться, — ответил Игорь, шмыгнув носом. — Больше никогда так не делай. — Хорошо. — Сделай нам чай. Пока не высохнешь, домой не поедем. Потёмкин кивнул и ушёл на кухню. Он вернулся в комнату с подносом, на котором стояли чайник, чашки и сахарница. Водрузив всё это на стол, Игорь взял кружку и сделал глоток согревающего напитка. Спиридонов так и не снял кожаное пальто. Исподлобья посмотрев на Потёмкина, он потёр серебряный перстень на своём пальце. — Еды никакой нет, — несмело произнёс Потёмкин, желая нарушить тишину. Взяв кусок рафинада из сахарницы, закинул его в рот. Захрустел. — Иди сюда, — с хрипотцой в голосе велел Влад и похлопал себя по коленям. Игорь сморгнул, ещё раз хрустнул кубиком рафинада, и пересел на колени мужчины. Обняв его за шею, он задумчиво посмотрел в красивое лицо. — Больше никаких Васиных. Понял меня? — строго спросил Влад. — Да, — тихо ответил Потёмкин. — И не дуйся. — Я не дуюсь, — качнув головой, Игорь меланхолично посмотрел в окно. — Просто однажды ты меня прикончишь. — Да ты не бойся. Будь храбрым, — ухмыльнулся мужчина и резко впился губами и зубами в шею Потёмкина. Целуя взасос, он начал кусать кожу. Игорь застонал от боли, жмурясь. У Владислава были идеально ровные, крупные зубы, делающие его похожим на хищника, поэтому и укус вышел очень болезненным. Боль становилась всё сильнее, Потёмкин уже заёрзал на коленях любимого, пытаясь увернуться и вскрикивая. Спиридонов отстранился так же резко, как впился в шею. Блестя глазами, он провёл кончиками пальцев по следу от укуса и быстро повалил Игоря на ковёр. Не снимая расстёгнутое кожаное пальто, он торопливо расстегнул ширинку брюк, приспустил их вместе с трусами и достал полутвёрдый член. Одной рукой дроча себе, второй он рванул вниз штаны Потёмкина и накрыл ладонью его орган, дабы взбодрить. Игорь тихо застонал и заёрзал под Спиридоновым, который маниакально блестел глазами и тяжело дышал, мастурбируя и себе, и ему. После, грубо согнув ноги Потёмкина, Влад приставил толстую головку члена к его анусу, и резко двинул бёдрами. Игорь хрипло вскрикнул и вцепился пальцами в плечи любимого. Тот начал активно трахать Потёмкина так сильно, что тело того бешено тряслось, а глаза закатились. Наклонившись, Спиридонов принялся кусать грудь и живот Игоря так, словно был настоящим зверем. Боль и наслаждение смешались в один безумный коктейль, Потёмкин содрогался от ощущений, пытался отстраниться от укусов, но у него не получалось. В преддверии скорого оргазма Владислав откинул голову назад и, зарычав, начал заполнять дырку свежей спермой. Звериное возбуждение Спиридонова сводило Игоря с ума. Громко застонав, он ударил руками о пол и начал кончать себе на живот, активно сжимая-разжимая в себе член любимого. — Ты только мой, — прошептал Влад. Он тяжело дышал, раздувал ноздри и всё ещё ужасно походил на маньяка. — Конечно, твой, — всхлипнув от ощущений, шепнул Игорь. Спиридонов смазано поцеловал мужчину в губы и с трудом встал. Спрятав член в штаны, он, пошатываясь, пошёл в туалет. Потёмкин облизал пересохшие губы и тоже встал. Еле стоя на ногах, мужчина подошёл к зеркалу, плевав на то, что штаны болтались на щиколотках. Увидев своё отражение, он ахнул. Укусы… Их было штук тридцать, не меньше. Они покрывали грудь, плечи и живот Потёмкина. Игорь коснулся самого глубокого, находящегося под правым соском, и тихо рассмеялся. Фингал под глазом дополнял картину.

***

Простывший Потёмкин сидел дома. Спиридонов был доволен таким положением вещей, ведь теперь ему не приходилось паниковать из-за того, что Игорь снова встретил знакомого или оделся не по погоде. Наступили более-менее тихие дни. Именно в один из таких дней, жуя макароны и глядя в экран телевизора, Потёмкин впервые за последние годы словил глюк. Он отчётливо увидел странную фигуру, облачённую в белый саван. Та стояла за тюлем и пристально наблюдала за ним. Поперхнувшись, Потёмкин бросил вилку и подошёл к окну, чтобы рассмотреть существо получше, но когда он приблизился, галлюцинация уже исчезла. Когда Спиридонов вернулся с работы, Игорь рассказал ему об этом. Влад закатал рукава коричневого свитера и принялся помешивать кофе, постукивая ложкой о фарфоровые стенки. — Возможно, стоит сходить к психиатру. Пусть изменит лечение, — сказал он, обдумав услышанное. — А если он меня упечёт? — потирая бороду, испуганно спросил Игорь. — Не упечёт. Пойдём вместе. Тебя одного посылать… себе дороже, — проворчал Спиридонов и сделал глоток кофе. Потёмкин с благодарностью посмотрел на любимого и улыбнулся: — Я так тебя люблю! Владислав ухмыльнулся, выглядя при этом вполне довольным.