Хроника Халлоунеста.

Изма неторопливо шефствовала по обдуваемой ветрами пустоши Перевала. Редкие фонари, наполненные роящимися светомухами, отбрасывали на пепельно-серую землю пятна света. Мрачное и унылое место – до ближайшего городка несколько часов пути, а единственными живыми существами вокруг были безмозглые топтуны и ползуны. Рыцарь с жалостью смотрела, как обделённые разумом создания прокладывали себе тропки среди остроконечных сталагмитов. Шорох и стук, издаваемые ими, отдавались в ушах лёгким гулом. Жучиха поправила гвоздь, покоящийся в ножнах на поясе – в этих местах водились твари пострашнее этой мелюзги. Она сделала несколько шагов и остановилась, прислушиваясь – тонкий слух профессионального бойца уловил едва слышный шорох лапок. Лапок разумного существа – дикие звери так не ходят. - Ну что ж – пробормотала жучиха – Добрый попутчик всегда в радость. Вскоре неведомый странник показался на горизонте. Небольшой жучок с большими глазами и задорно торчащими усиками. Он был одет в потёртый красный плащ, развевающийся на ветру. Изма отметила крадущуюся походку жука – так передвигаются опытные воины, привыкшие к мгновенным рывкам и скачкам. Догадку подтвердил внушительный гвоздь, блеснувший за спиной странника. Очевидно, что мирные граждане такого с собой не таскают. Жук приблизился. - Приветствую тебя, о нежданный путник – рыцарь старалась быть учтивой. Не хотелось бы обидеть собеседника – Что привело вас в этот забытый всеми край? Жук поднял голову – он был вдовое ниже Измы и смотрел снизу вверх. - Я Слай – скрипуче ответил гвозденосец – Мастер гвоздя, ищущий силу и богатство. - Вы воин? Ей уже приходилась встречаться с такими «искателями». Как правило, они все были мародёрами, наживающимися на чужом горе. Изма редко дралась всерьёз, но против подобных отбросов, обнажала гвоздь без всякой жалости. Искатель повернул голову, и рыцарю показалось, что в его глазах мелькнула насмешка. - Меня величают Слаем, Великим Мудрецом гвоздей. Но не бойтесь, я не нападу на вас. Однако, у меня есть к тебе вопрос: имеются ли у вас гео? - Для чего вам это знать? Изма машинально провела лапкой по рукоятке гвоздя. Неужели этот странный воин хочет её ограбить? Слай проследил её жест. Его торчащие вверх усики дёрнулись. - Не бойтесь, Королевский рыцарь, я не собираюсь отбирать ваши гео силой. Я всего лишь скромный торговец.… И мне есть, что предложить. Подобное заявление ввело жучиху в ступор. Великий воин, промышляющий торговлей?! Он либо уникальный мастер, сумевший совместить путь гвоздя с прилавком, либо, что более вероятно, лжец, носящий гвоздь для вида. Но тогда откуда у него поступь воителя? Рыцарь окончательно запуталась. Но здравый смысл, всё же взял своё. - Вы лжёте! Слай опустил голову, несколько секунд всматриваясь в придорожную пыль. Затем медленно произнёс: - Если тебе хватает духу усомниться в словах Мудреца гвоздя, то наверное, хватит решимости убедиться в его правдивости? Жук предлагал битву. А отказываться от вызова – позор для воина. Изма нехотя обнажила гвоздь – она прошла длительную военную подготовку и училась мастерству обращения оружием у выдающегося мастера. Поставить на место лживого торговца будет несложно. Лёгкий, одноручный гвоздь послушно скользнул в лапку – рыцарь предпочитала манёвренное и компактное оружие. Тем более применяла она его нечасто. В ответ, самопровозглашённый «Мудрец» проворно выхватил из заплечной перевязи своё оружие – огромный, в два раза больше стандартного клинок. Такой носили элитные часовые, обладавшие недюжинной силой. Простые воины просто не могли его поднять. Однако хрупкий с виду Слай держал оружие совершенно без напряжения. Тонкие лапки обхватывали эфес, цепляясь коготками за неровности в металле. Широкое лезвие хищно блестело. Изма впервые усомнилась в своей силе - за годы службы Королю, она сражалась со многими чудовищами, и добросовестно усвоенные навыки ни разу её не подводили. Но теперь, стоя перед жуком, так легко держащим гвоздь, подвластный лишь сильнейшим, она почувствовала липкий страх, прокравшийся в сердце. От Слая веяло непонятной мощью, внушающей трепет. И всё же вызов придётся принять. - Полагаю, ты готова? – Слай небрежно качнул лезвием. – Тогда начнём! Изма едва успела заслониться гвоздём – жук мгновенно сократил расстояние между ними и замахнулся клинком. Металл яростно встретился с металлом. Торговец ловко приземлился, и обрушил на зелёную воительницу серию ударов, стремясь проломить защиту. Ловко выискивал бреши в обороне и безжалостно теснил противницу. Изма была в растерянности – несмотря на серьёзные сомнения в личности врага, она всё ещё была уверенна в скорой победе. Как-никак, она из Пятёрки рыцарей – элиты Королевской гвардии. Но теперь от былого задора ни осталось и следа – неприметный «воин гео» оказался поистине выдающимся мастером. Он легко парировал её витиеватые выпады и отвечал чудовищно мощными ударами. Плечи и грудь воительницы «украшали» несколько кровоточащих порезов. Она даже сконцентрироваться и прицелится не могла – несмотря на внушительное оружие, Слай был непостижимо быстр. Краем глаза, она успела заметить, как противник подпрыгнул. Ей показалось, или он слегка светился? А в следующее мгновение он уже спикировал на неё – лезвие гвоздя описывало стремительные круговые движения, слившись в сверкающий круг. Рыцаря отбросило, гвоздь вылетел из лапок и, звеня, укатился в сторону. Игнорируя боль в побитом теле, Изма поднялась, лишь для того, чтобы почувствовать холод метала у шеи. Дуэль проиграна… - Теперь ты убедилась в правдивости моих слов? – Иноземец опустил гвоздь. – Но признаю, наш поединок внёс некое разнообразие в моё унылое путешествие. - Чего ты ищешь? – Изма подобрала лежащий в стороне гвоздь, убрав его в ножны – Зачем отправился в путь, если он тебе тягостен? Нездешний задумчиво опустил оружие в предназначенные для него держатели на спине. Подобрал скромные пожитки, и наконец, ответил: - Я ведь уже говорил – я ищу богатство и силу.… А ещё, учеников. - Ты хочешь передать свои навыки другим? - Даже самые опытные воины неизбежно стареют. Никому не победить время, рано или поздно, оно да возьмёт своё. И будет печально, если моё искусство умрёт вместе со мной. Я хочу найти тех, кто желает получить силу и наставить на путь мастерства. Это желание естественно для мастера своего дела. Изма молча слушала исповедь Мудреца гвоздя. Она не была глупой, и прекрасно понимала, почему жук, только что поставивший её на колени, столь охотно раскрыл ей душу. Путешественник одинок. Невозможный фехтовальщик с могучим телом и совершенными рефлексами. Он легко мог победить любого из её боевых товарищей, но вот найти друга так и не сумел, а желание перемолвится с кем нибудь словцом, глодало душу. Даже если эти слова – его сокровенные желания. Слай видно уловил ход её мыслей, поэтому замолчал. жук повернулся и неспешно зашагал в сторону Воющих утёсов, бросив на прощание: - Удачи тебе, рыцарь, ты хорошо держалась. Это был достойный поединок! Вскоре крошечная фигурка с гвоздём за спиной скрылась во мгле, застилавшей скалы. Изма осталась в компании ноющих ссадин и подступившей усталости – долгая дорога и напряжённая схватка вытянули из неё все силы. Воительница, тяжело дыша, присела на холодный и пыльный камень, расстегнув походный мешок – следовало обработать раны, и передохнуть. Её задание ещё не завершено. * * * Мстекрыл, яростно вереща и дребезжа крыльями, вылетел из мрака пещеры. Удар гвоздя оборвал его путь. Но на зов собрата со сводов пещеры, спустились оставшиеся члены колонии – по меньшей мере, две дюжины визжащих и скрежещущих челюстями тварей. С гвоздём в левой лапке, Изма прижалась к стенке, лишая чудовищ возможности напасть с тыла. Она случайно забралась в неприметную пещерку в стене громадного утёса, и не ожидала столь отчаянного натиска местных обитателей. Однако, теперь ей не дадут просто так уйти. Придётся драться. Второй мстекрыл пронёсся на стремительно трепещущих крыльях, обдав её ветром. И пал под ударом беспощадного гвоздя. За ним последовали ещё двое неразумных и прожорливых собратьев. Оставшиеся приостановили атаку и, кружась под сводами пещеры, начали обдумывать план нового нападения. Пользуясь моментом, Королевская посланница попыталась пробраться к белеющему выходу, но назойливые хищники предвидели это - шурша и щелкая, стая принялась теснить добычу в пасть мрачного грота. Ловким прыжком, Изма смогла ненадолго оторваться от преследующей орды зверей. Лишь для того, чтобы вновь осознать безнадёжность своего положения – при всём своём искусстве, она не смогла бы прорваться через огромную стаю юрких и умелых тварей. Ей оставалось лишь одно – отступать в мрачные глубины пещеры. Туда, где её ждала кромешная неизвестность и соответствующе мрачные перспективы. Но выхода не было, и рыцарь проворно ринулась в пустой зев пещеры. Бежать было трудно – несколько раз она чудом избежала падения на шипы, зловеще блестящих на дне провалов. Треск и шелест за спиной напоминали о продолжавшейся погони, и подгоняли загнанную жучиху. Она потеряла счёт времени, но по скромным подсчётам, прошло примерно тридцать минут. Коготки на лапках цокали по каменному полу - как бы быстро она не бежала, крылья мстекрылов быстрее. Изма запнулась, и пол пещеры ушёл из-под ног. Мгновение падения и тело пронзила тупая боль удара. Очнуться получилось из-за воя и стрёкота хищников, кружащихся над отверстием в потолке. Почему-то орда «комаров убийц», имевших все шансы разорвать её в мгновение ока, не смели атаковать грот, в который она провалилась. Изма поднялась, и тут же упала на колени – падение не прошло бесследно. Тело ныло, а некогда гладкий панцирь был покрыт сколами и вмятинами. Осмотрев повреждения, воительница пришла к выводу, что очень нескоро сможет вновь взяться за гвоздь. Впрочем, её положение ужасало ещё больше – пусть мстекрылы не могут проникнуть в пещеру, они по-прежнему толпятся у входа. А с обессиленным и израненным телом, у неё нет и шанса отбиться. Пищи и воды поблизости тоже не было. Но ожидание ещё никого не доводило до добра. Превозмогая боль в избитом теле, она поднялась, и, опираясь на гвоздь, побрела вперёд, осматривая унылые стены своей невольной темницы. Впереди замаячило бледно-синее, чарующее сияние – рыцарь несколько секунда разглядывала провал в стене, из которого рвался призрачный, голубой свет. Так светились голубые бабочки, выдающие близость живокрови. Изма колебалась – с одной стороны, глоток живокрови исцелит её раны и даст силу победить стерегущих выход тварей. Но употребление живокрови строжайше запрещено Его Величеством. Нарушив запрет, она обесчестит себя. Однако, Король послал её проверить залежи голубой крови в Воющих утёсах. Если она просто посмотрит, ничего не случится. Ослепительный свет мерцающих крыльев бабочек ударил в прищуренные глаза – количество удивительных существ поражало. Они парили под потолком и росли из земли, качаясь на тонких стебельках. Взмахи крыльев создавали прохладный ветерок, обдувающий искорёженный панцирь рыцаря. А на дно пещеры вела дорожка из каменных платформ, росших из стен. В её состоянии опасно прыгать по скользким камням. Но иначе никак. Собравшись с силами, Изма шагнула на первую каменную плиту. Путь вниз был долог – несколько раз она поскальзывалась на мшистых пятнах и больно падала на острые каменные выступы. Один раз, ей сказочно повезло вовремя уцепиться за край платформы, и с гигантским трудом подтянуть себя наверх. Наконец, ноги коснулись твёрдой почвы, и жучиха обречённо рухнула на спину – лёгкие разрывались, а конечности немели. Тем не менее, необычный шорох привлёк её внимание. Заставил через силу подняться и оглядеться - как оказалось, не зря. Небольшой, голубовато-синий жучок с любопытством разглядывал её, сидя на лозе, увешанной живнями. Стены пещеры были густо оплетены подобными лозами, и забавные синие капли, раскачивались на них, перебирая короткими ножками. Но, что делает здесь этот жук?! Загадочный обитатель пещеры, блестя синим панцирем, спустился с лианы и приблизился к гостье. Пробежался по ней взглядом добрых глаз. Наконец его шелестящий голос отразился от глухих сводов: - Кто ты? Что вообще здесь делает это странный жучок? Изма изо всех сил старалась рассуждать трезво. Тут нет пищи и воды, до ближайшего города несколько часов пути. А снаружи толпы мстекрылов.… Как он выжил?! - Для начала, – рыцарь постаралась придать голосу строгости, – ответь мне кто ты, и как здесь оказался! Незнакомец несколько секунд размышлял, разглядывая полёт бабочек под потолком. Потом сел на рядом стоящий камень и, заглянув Изме в глаза, ответил: - Я, Джонни голубое дитя. Страж этой пещеры, охраняющий кровь земли от тех, кто жаждет её во зло…. Я уже давно потерял счёт времени, и многое позабыл. Но попал я сюда, спасаясь от стаи крылатых чудовищ много лет назад. С тех пор я не покидаю этого грота. - Много лет? Охраняешь кровь земли? - Рыцарь не верила странному «стражу». Он не выглядел пожилым жуком – скорее уж ребёнком, с ещё не сформированным панцирем. - Я не верю тебе! – Изма почти прокричала эти слова. - Как ты прожил столь долго в этом мёртвом гроте?! Без воды и пищи? Джонни улыбнулся – на его простоватом, детском лице это смотрелось нелепо. Тонкие усики, венчавшие его голову, задорно шевельнулись. - Этот грот вовсе не мёртв, леди, напротив, он переполнен жизнью и душой. Мне совсем не одиноко жить здесь в компании таких же, как и я. - Изма вздрогнула – неужели её собеседник сошёл с ума в одиночестве? - Все эти годы, кровь земли поддерживала во мне жизнь, и со временем, я сам стал подобен её детям – жук погладил свой лазурного цвета панцирь – Поверьте мне, леди, это вовсе не дурно. Рыцарь впала в шок – только что, незнакомец признался, что последние несколько лет жил на одной живокрови, пропитавшись ею. Панцирь, впитавший живокровь, обрёл теперь неестественный небесный цвет. Рассудку Джонни пребывание в уединённой пещере тоже на пользу не пошло – он явно сошёл с ума. Страж, почувствовав смятение гостьи, замолчал, настороженно вглядываясь в мрачное лицо Королевского рыцаря. - Ты ведь понимаешь, что я должна убить тебя? - Изма прервала затянувшуюся паузу в диалоге. – Ты совершил тяжкое преступление, и как верная слуга Его Величества, я должна казнить виновного. Каждое слово, приходилось выдавливать из себя. Ей было больно зачитывать приговор фактически невинному созданию – его вина была лишь в незнании законов Королевства. Король запретил пить живокровь, опасаясь силы, которую она даёт, и хаоса, который могла бы принести эта сила в дурных руках. Но едва ли Джонни желал силы – за годы воинской службы, Изма научилась почти наверняка определять уровень силы оппонента. Иногда она ошибалась – недавняя дуэль с торговцем Слаем ещё была свежа в памяти. Но с «Голубым Дитя» всё было предельно ясно – он даже оружие держать не умеет. Не в её традиции убивать безоружных и невинных, но и сделку с совестью она заключать не собирается. - Ты хочешь убить меня, но за что? – в голосе жучка прослеживалось явное удивление – Разве я сделал, что-либо плохое? - Да, хоть ты и не знал об этом, но пить «кровь земли» строжайше запрещено. За это полагается казнь. Джонни встал с камня, и лихорадочно шевеля усиками выпрямился. Даже стоя в полный рост, он был сильно ниже Измы. - Раз этого не изменить, позволь мне хотя бы вылечить твои раны – с изломанным панцирем далеко не уйти. В призрачном свете живней и коконов, мерцающих под потолком, раны оказались ещё более зловещими. Грудь «украшала» внушительная вмятина и сети трещин. Они пересекали лапки, а боль в голове указывала на наличие повреждений у оной. С такими травмами проблематично дожить хотя бы до утра. - Как ты планируешь вылечить меня? – Рыцарь старалась скрыть затапливающее душу отчаянье. Ей суждено погибнуть здесь, вместе с безумным Джонни, подсевшим на живокровь. – Даже в Городе Слёз на восстановление ушли бы годы! Джонни, неспешно перебирая лапками, подошёл к ветвящейся по потолку лиане, усеянной светящимися живнями. Придирчиво выбрал среди них одного – святящегося чуть ярче других, сорвав того как сливу. Крошечное создание трепыхалось в коготках жука, силясь обрести недостижимую свободу. - Вы должны выпить его, леди. – Джонни задумчиво наблюдал конвульсии живня. – Это несложно сделать. Взамен, его содержимое исцелит ваше тело и наполнит его силой. Услышав подобное, Изма выпала в осадок. Теперь безумец предлагает ей вкусить запретный плод. Нарушить священный закон Короля. Однако надежда не собиралась покидать её – она ведь не собирается использовать полученную силу во зло. И разве лучше будет, если она погибнет здесь в безвестности, лишив Халлоунеста своей защитницы? Задумавшись, она не заметила, как Джонни вложил живня ей в руку. Только почувствовав его слабое трепыхание в своих коготках, она вернулась к реальности. Глаза сфокусировались на блестящем и перебирающем короткими ножками существе. Капля жидкости, перекатывающаяся под прозрачной оболочкой, содержала в себе целительные силы, превосходящие любую лечебную магию. И ведь так просто вновь вернуть себе здоровое тело… Изма решилась – когти сжали хрупкую оболочку раздавливая её. И целительная жидкость пролилась в голо воительницы, обжигая ледяным холодом и приторной сладостью. А потом пришла боль. Однажды Изме довелось испытать на себе электрический разряд Умы, на несколько секунд парализовавший тело. Приходилось ей встречаться и с желчными плевками аспидов. Но теперь эти два вида страданий, многократно усиливая друг друга, терзали её тело с особым ожесточением. Она почти видела незримые разряды тока, скручивающие панцирь судорогой. Ощущала ядовито-оранжевую желчь, растекающуюся по телу и с мерзким шипением растворяющую плоть. Изма билась на каменном полу грота, крича от боли – рыцарям не впервой было чувствовать страдания, и они умели держать себя в руках, но не в этот раз. Под аккомпанемент воплей корчащейся жучихи, светло-зелёный панцирь восстанавливался – вмятины выправлялись, а трещины срастались с тихим скрежетом и шорохом. Боль ушла так же внезапно, как и появилась – буквально мгновение назад её тело будто разрывали тысячи мстекрылов, а в сразу после - она почувствовала невиданную прежде легкость и прилив бодрости как после долгого сна. Рыцарь поднялась, не веря в происходящее – тело привычно слушалось хозяйку, мышцы и суставы послушно гнулись, готовые послать тело в стремительный рывок. Но она не чувствовала в себе небывалой силы, которую по рассказам очевидцев давала живокровь. - Полагаю, выпитая вами живокровь потратилась на излечение ран. Ей не хватило мощи, чтобы сделать вас совершеннее. Джонни, с интересом наблюдавший весь процесс, решил подать голос. Воительница чертыхнулась – этого жука совсем не волнует скорая гибель? Ему прямо объяснили расклад событий, а он и в ус не дует! Изма выпрямилась и рывком вырвала гвоздь из ножен – закалённый металл хищно звякнул о пряжку ремня, жаждя крови. - Как верная подданная Его высочества Бледного Короля, я обязана казнить тебя, Голубое дитя Джонни, за нарушение законов Халлоунеста! - Так тебя зовут Изма? – оптимистичный настрой не покидал лазурного еретика – Я всё же узнал твоё имя. Жук подошёл к увитому лианами постаменту. Странно, но Изма не замечала его раньше, несмотря на размеры конструкции. - Ну что же... – Дитя встал у каменного ложа, разведя лапки в стороны, – так тому и бывать. Не в моём характере противиться судьбе. Срази меня, добрая леди Изма, и пусть этот камень станет моим гробом, а пещера эта - моей гробницей. Сдерживая готовые прорваться слёзы, Изма занесла дрожащий в трясущихся лапках клинок. Гвоздь сверкнул неистовой, серебристой молнией и опустился на грудь жучка. Джонни лишь коротко вскрикнул, осев на каменное ложе. Дёрнулся, извиваясь в последнем порыве жизни, и застыл. Теперь уж навсегда. По щеке жучихи скатилась скупая слеза воина – одной из пяти великих рыцарей не полагается поддаваться жалости. Даже убивая невинных. Изма отвернулась, шагнув к зияющему в потолке пролому, откуда всё ещё рвались приглушённые вопли мстекрылов. Бой предстоит долгий. * * * В момент удара, Джонни почувствовал лишь короткую, мгновенно пронзившую тело боль. Боль, принёсшую блаженное облегчение и тягучую истому. Когда-то, ещё в той смутной жизни обычного жука, он слышал о мучительно медленном восприятии смерти. Для жука, видящего несущийся к его сердцу гвоздь, мгновение ощутилась как минута. Странно, что он, Джонни, это не увидел. Для него, предсмертная агония обернулась чудесным сном, который, однако, не откладывался в памяти, расплываясь эфемерным туманом. Но он всё ещё не закончил свои дела в жизни. Он должен оставить после себя напоминание, которое будет нести частичку его самого. Тогда он точно не умрёт напрасно. Изма, направляющаяся к выходу, так и не услышала тихий звон, доносящийся от уже остывшего трупа жука. Не увидела затвердевающий на груди мёртвого жука голубой огонёк, сгущающийся в холодный кусочек синего кристалла, обёрнутый в металл. Последнюю волю усопшего – Благословение доброго еретика Джонни