Оружие Империи

Спокойствие оказалось временным. Не успело вечернее тепло смениться ночными заморозками, а небо окончательно почернеть, как затаившиеся мысли начали выползать из глубин разума, смешиваясь в яркий беспорядочный клубок. Получится ли его распутать? В тусклом свете догорающей свечи Гран стоял перед зеркалом и вглядывался в отражение. Ёжась от прохлады необогретого дома, он задавал вопросы, на которые пытался дать честный ответ самому себе. «Кто я?» Парень в зеркале приподнял бровь и слегка подался вперёд. «Я Граниус Витериус, двадцати лет от роду. Сын уважаемых родителей и агент имперского легиона. Я же — Бьёрн и безликий стражник, в первый год службы умудрившийся прокатиться на единороге. Хотя нет, не совсем так. Я был Бьёрном и безликим стражником... Интересно, осталось ли во мне от них хоть что-нибудь?» Гран закрыл глаза и сделал глубокий вдох. От холода полураздетое тело покрылось мурашками, но надевать рубаху или прятаться в уютную постель он не спешил. «Был, — это слово Гран произнёс медленно, вспоминая яркие события, искренние чувства и новые ощущения, которые за ним стояли. — А кто я сейчас? И кем стану в будущем?» Гран приближал лицо к зеркалу, пока не коснулся носом пыльного стекла. Он пристально всматривался в напряжённые глаза с испещрёнными тонкими красными линиями белками, словно надеялся в бездонной черноте зрачков разглядеть ответы на вопросы. Ответов не было. Усиливающееся жжение вынудило сдаться — отстраниться и закрыть глаза, которые от напряжения начинали слезиться. Гран зажмурился. Тело начинало дрожать от холода. Остатки свечки догорели, и очертания предметов растворились во мраке. Пряча в подмышки ледяные ладони, Гран направился в комнату, надеясь по пути ни на что не налететь. «Моя жизнь напоминает скитания в темноте. Огни прошлого постепенно угасают, а будущее скрыто где-то там, впереди. Спрятано за препятствиями, которые окружают со всех сторон будто капканы. А я — зверь, который идёт вслепую глубокой ночью. Научусь ли я когда-нибудь ориентироваться? Предвидеть жизненные ловушки — хотя бы некоторые из них — и не попадаться? Если да, то через сколько капканов придётся пройти прежде, чем я выберусь на освещённую дорогу, ведущую вперёд? И что от меня останется к тому моменту? И останется ли хоть что-нибудь?» Нащупав тонкое шерстяное одеяло, Гран укрылся с головой. По мере того, как согревалось тело, тревожность постепенно угасала, уступая место вялой сонливости. За окном раздался пронзительный женский крик, а на потолке стремительно мелькнул золотистый отблеск факела патрульного: будучи сонным, Имперский город продолжал жить, пусть сейчас его жизнь казалась чужой и далёкой. Здесь же, за защитой каменных стен и ловушек, царило спокойствие. Гран засыпал. «Я не знаю, что будет дальше и каким окажется завтрашний день. Может, меня и вовсе не станет. Но если и так — стоять в темноте бессмысленно, даже если она начинает казаться уютной и безопасной. Надо собраться с силами и двигаться дальше, через все капканы. Искать тот самый верный путь. Другой вопрос, найду ли я его? Сумею не сдаться и не умереть, следуя тому, что кажется верным? Не знаю... Сейчас я ничего не знаю и хочу спать...» — мысли переплетались со сновидениями, и Гран уже не мог отделить одно от другого. Крики за окном стихли — судя по обрывку разговора проходивших мимо дома стражников, напавшего на одинокую женщину разбойника поймали и ведут в темницу. Гран довольно улыбнулся. Повернувшись на бок и высунув из-под одеяла нос, он окончательно заснул.