Тьма в наших сердцах

      Davina Michelle — Liar       Бонни чувствовала, что обязана проверить слова Кая, пускай даже подтверждение его слов окажется ещё болезненней для неё. Она решилась вновь встретиться с Дэймоном, и, когда он приехал, старалась вести себя как ни в чём не бывало, приложила все свои небольшие актёрские способности, чтобы не выдать истинных чувств. Он улыбался нахально, говорил красивые слова, и Бонни подыгрывала ему. Но в какой-то момент что-то в ней вызвало его сомнения.        — Всё в порядке? — спросил Дэймон с оттенком тревоги в голосе, внимательно глядя на неё. Они гуляли в парке, и прежде Беннет думала, что её притворство довольно удачно.        — Да. А почему ты спрашиваешь? — спросила она.        — Ты периодически будто пропадаешь, погружаешься в себя, — пояснил Сальваторе.        — Всё хорошо, я здесь, с тобой, — улыбнулась Бонни, а внутренний голос вопил: «Нет, я ни хрена не в порядке! Я знаю, что ты вампир, убивающий людей. Я знаю, что Елена — никакая тебе не кузина, и, целуя меня днём, ночи ты проводишь с ней в одной постели, как и твой брат». Но она не сказала это, и Дэймон облегчённо улыбнулся.        — Я просто хочу одного. Чтобы ты поцеловал меня, — выдохнула Бонни.        — О таком меня не нужно просить дважды, — хмыкнул он и, притянув ведьму к себе за талию, прильнул к её губам. Поцелуй был жаркий, пьянящий, и она ответила, обняв Дэймона за шею, с горечью осознавая, что её подозрения насчёт него в самом начале оказались не просто верными, а значительно преуменьшенными. Бонни запустила ладонь в его волосы и слегка сжала, быстрым движением выдернув пару волосков, что вполне можно было списать на её увлечённость поцелуем. Сальваторе ещё крепче прижал её к себе, заскользил ладонями по желанному телу, и какая-то часть её сознания была не против продолжать ласки, но воспоминания, показанные Каем, вновь промелькнувшие в голове, быстро охладили её пыл. Бонни чуть отстранилась, постаравшись сделать это не слишком резко, и опустила голову, пряча взгляд.        — Тебе не нужно смущаться, — довольно улыбнулся Дэймон, по-своему расценив её реакцию.        — Я не смущаюсь, — отозвалась она, на самом деле пытаясь скрыть страх. Когда же Беннет вновь взглянула на него, то казалась вполне спокойной.        — Пошли дальше. — Она взяла его за руку и повела дальше по парку. Сальваторе вздохнул, в глубине души досадуя, что она держит его на «голодном пайке», не позволяя заходить дальше объятий и поцелуев. Но в то же время он не собирался идти против её желаний, так как Бонни стала действительно дорога ему. Она сама прежде не была уверена в том, что готова к близости с Дэймоном. До такого уровня её отношения доходили лишь с одним парнем, с которым она встречалась в старшей школе. Тот был милым, забавным, влюблённым в неё, и расстались они так же плавно, спокойно, как начали встречаться. Теперь же, когда Бонни узнала правду о Дэймоне, она намеревалась и вовсе прекратить отношения с ним. Ей лишь нужно было ещё раз взглянуть ему в глаза, убедиться, что он бессовестно лжёт. И вдобавок — кое-что взять, чтобы наглядно убедиться в правдивости рассказанного Каем.       Бонни рассталась с Дэймоном на пороге своего дома. Теперь ей оставалось дождаться, когда на Мистик-Фоллс окончательно спустится тьма. Когда зажглись первые фонари, она достала ритуальную чашу, доставшуюся от бабушки, и поставила на небольшой столик, а по бокам от неё разместила пять свечей, которые зажгла одной лишь силой мысли. Кинув в чашу волоски, сорванные с головы Дэймона, Бонни подожгла и их, на этот раз с помощью спичек, и принялась читать заклинание. Волоски на несколько секунд вспыхнули голубым пламенем, и из чаши повалил густой дым. Ведьма закрыла глаза и глубоко вдохнула его, ощущая наполняющую тело чужеродную энергию. Но она не сопротивлялась ей, а охотно принимала. Спустя минуту дым рассеялся, будто его и не было.       Бонни неторопливо убрала принадлежности для ритуала, а затем вышла из дома. Сейчас она знала, куда стоит идти, подчиняясь ненадолго возникшей магической связи. Мистик-Фоллс был небольшим городом, и вскоре она нашла того, кого собиралась, хотя в то же время опасалась этой встречи.       Дэймон, не замечая её, склонился над своей жертвой — юной темноволосой девушкой. Он жадно глотал её кровь, вспоров клыками нежную шею. Бонни прижала ладонь к губам, сдерживая рвущийся наружу крик. То, что предстало перед ней, было ужасно. Но, в конце концов, разве не этого она хотела: увидеть всё своими глазами, а не только в чужих воспоминаниях?        — Дэймон… — прошептала она, и было в этом шёпоте так много: горечь, разочарование, страх. Видимо, слух вампиров являлся очень острым, и Сальваторе оторвался от безвольно повисшей в его руках девушки. Несколько секунд он смотрел на Бонни взглядом, затуманенным жаждой крови, но вскоре в нём промелькнуло узнавание, за ним — непонимание, а после — замешательство. Дэймон отпустил несчастную жертву, и она рухнула на землю, будто тряпичная кукла.        — Бонни, — выдохнул он и шагнул ближе к ведьме, но та поспешно отступила на пару шагов назад.        — Не подходи ко мне, — резко произнесла она.        — То, что ты видела…        — Обман зрения, галлюцинации, так, что ли? Я знаю, что видела. И знаю, кто ты. Ты бессердечный, лживый ублюдок! Ты вампир, и эта девушка — далеко не первая твоя жертва. Мне страшно представить, сколько людей погибло от твоих рук за те годы, что ты прожил. Я с самого начала подозревала, что с тобой что-то не так, но такое… Я даже не могла представить.       Дэймон помедлил, затем развёл руками:        — Да, ты всё правильно сказала. Я жестокий убийца. Я монстр. Было бы глупо оправдываться, особенно учитывая, что ты застала меня на месте преступления. Но это моя сущность, против которой я не могу идти.        — И ты никак не можешь обходиться без убийств невинных людей? — спросила Бонни, которая в глубине души надеялась отыскать в нём что-то хорошее.        — Могу. Но не хочу, — отозвался он. — Будь ты на моём месте, то поняла бы, что испытываешь, когда ощущаешь вкус чужой крови, когда чья-то жизнь висит на волоске, и в твоей власти оборвать её или сохранить.        — Но я не на твоём месте, — невесело усмехнулась она. — И, кстати, будь у меня сестра, мы с ней вряд ли делили бы одного парня на двоих. И, тем более, я не стала бы параллельно встречаться с кем-то ещё.       Этого Дэймон явно не ожидал, судя по его поражённому лицу:        — Откуда ты…        — Откуда знаю о том, что Елена — никакая тебе не кузина, а любовница, которая одновременно спит с твоим братом, и ты вроде как не против? Неважно. Знаю, и всё. Ой, я упустила одну незначительную деталь. Елена ещё встречается с Клаусом Майклсоном. Представляю, как вы забавлялись в тот вечер над моей наивностью. Глупая девочка, которая представления не имеет, что творится за её спиной. Но я больше не такая.       Секунда — и Дэймон стремительно оказался стоящим перед ней. Бонни отшатнулась, но он цепко схватил её за плечи, не позволяя вырваться.        — Да, я о многом лгал тебе, — кивнул он. — Но лишь потому, что опасался, что ты не вынесешь правды, что она оттолкнёт тебя от меня. Но о своих чувствах к тебе, о том, что ты дорога мне, я не лгал.       Беннет несколько секунд внимательно смотрела на Дэймона, словно решая, поверить ему или нет. А затем оттолкнула его и влепила пощёчину.        — Даже не думай, что я снова куплюсь на это, — проговорила она, тяжело дыша. — Знаешь, если бы я раньше узнала правду, от тебя, то, вероятно, со временем смогла бы с ней смириться, если бы поняла, что ты готов измениться. Но раскаяния в тебе нет ни капли. И, что хуже всего, ты лгал с момента нашего знакомства.       Бонни развернулась, чтобы уйти, но Дэймон резко схватил её за руку, желая остановить.        — Я прощу, что ты ударила меня, — произнёс он. — Но уйти не позволю.        — Да куда ты денешься, — фыркнула Бонни. Пара слов, произнесённых на латыни — и вампир со свёрнутой шеей упал на землю.

***

      The Neighbourhood — Rip to my youth       Кай выбрал поздний вечер, чтобы обновить заклинание, защищавшее дом, в котором жили вампиры. В это время на него будто снисходило вдохновение. А заклинание требовалось для того, чтобы другие маги или ведьмы не нашли это жилище с помощью поисковых чар, и никто не проник сюда с враждебными намерениями. Подобная защита была обычной, когда вампиры переезжали с места на место, но для большей надёжности её стоило периодически обновлять. Елена как-то призналась Каю, что до того, как он присоединился к ним, иногда наносили отнюдь не дружеский визит охотники или маги, ненавидевшие кровососов. Его услуги оказались весьма кстати, и это была лишь малая часть того, что Паркер делал для этой семьи. Их жизнь с его появлением стала чуть проще.       Но прочтение заклинания оказалось грубо прервано Дэймоном, стремительно возникшим словно из ниоткуда.        — Это ты? — зло выпалил Сальваторе.        — Что — я? — вскинул бровь Кай. — Что бы это ни было, сейчас это точно не к месту. Ты отвлекаешь меня, а я должен быть сосредоточен.        — Оставь на время свои волшебные трюки, — отозвался Дэймон. — Это ты всё рассказал про меня Бонни?        — Дай припомнить. — Паркер сделал вид, что задумался. — Да, это сделал я.       Секунда — и вампир прижимал его за шею к стволу ближайшего дерева.        — Зачем? — рыкнул Сальваторе. — Хочешь сам её заполучить? А она в курсе, что ты вовсе не белый и пушистый?       Кай прищурился, и Дэймон, отпустив его, сдавленно застонал и сжал пальцами виски, ощущая боль, пронзившую голову.        — Если ты о том, известно ли Бонни, что я убил всю свою семью, то да, она знает, — с горечью в голосе сказал ведьмак. — В отличие от тебя, я был откровенным с ней. И, честно говоря, она мне нравится. Очень нравится. Но я не поэтому рассказал ей правду, а потому, что она заслуживает это знать.        — Не тебе было решать! — выпалил Дэймон, выпрямившись. Его лицо с глазами, налившимися кровью, и тёмной сеткой вен под ними больше напоминало маску чудовища. Совсем немного, и он снова кинулся бы на Кая, а тот был готов отразить его атаку. Но их прервал властный голос Елены:        — Хватит!        — Ты не знаешь, что он сделал, — сердито бросил Дэймон.        — О, я слышала, — сказала она. — Кай рассказал Бонни правду о том, что мы вампиры, а заодно — об отношениях внутри нашей семьи. Досадно, что ведьма всё узнала именно так, ведь теперь меньше шансов, что она примкнёт к нам. Но то, что ты не смог настолько очаровать её, чтобы новые обстоятельства не стали преградой, — не повод убивать единственного мага, помогающего к нам. И то, что ты теперь не сможешь затащить её в постель, — не повод тем более.       Дэймон перевёл с Елены на Кая взгляд, которым можно было бы испепелить при желании. Спорить со своей создательницей было нереально, у неё всегда нашёлся бы ответный аргумент. Поэтому, пройдя мимо них и нарочно грубо задев Елену плечом, Сальваторе скрылся в доме. Кай, глядя на него, подумал, что вмешательство вампирши не поставило точку на конфликте, а их противостояние только началось.