Тьма в наших сердцах

      Klergy — The End       Клаус на сверхскорости мчался к дому, прежде родному для него. К счастью, время было достаточно поздним, и он выбирал безлюдные места, так что вероятность того, что его заметит случайный прохожий, была небольшой. Он не знал точно, что будет делать, когда увидит Элайджу. Сначала увидеть бы его, поговорить. Дать понять, чтобы он держался подальше от Елены.       Клаус привык, что её приходится делить с другими мужчинами. Он смирился с её отношениями с Дэймоном и Стефаном, ведь оба уже не один век являлись неотъемлемой частью её жизни. Правда, к старшему из братьев Сальваторе это больше не относилось. И не сказать, что Клаус сильно печалился из-за этого. А недавний секс втроём с Еленой и Стефаном ему даже понравился, и он был бы не против как-нибудь повторить это. Но Элайджа… При мысли о том, что Гилберт сблизится с ним, кровь закипала в венах, и разум застилала ярость. Пускай брат держится за свою супругу, с Еленой ему не бывать.       Вскоре перед Клаусом предстало родовое гнездо семьи Майклсон, в котором он сам родился и вырос. Взбежав на крыльцо, он позвонил в дверь. Через минуту послышались шаги, после чего дверь открылась, и вампир увидел перед собой Хейли.       — Клаус? — удивилась она, явно не ожидавшая позднего визита. Но спать явно ещё не ложилась.       — Я зайду? — отрывисто выпалил он. Это больше походило на утверждение, а не вопрос, но ему было плевать, что Хейли его тон мог показаться слишком резким. Она на секунду вскинула брови, затем посторонилась, пропуская его. Мужчина привычно шагнул вперёд, собираясь войти в дом, но наткнулся на невидимую преграду. Мысленно чертыхнулся. Елена ведь предупреждала, что вампиры не могут войти в чужой дом без приглашения.       — Что ты мнёшься на пороге? — Хейли, конечно же, не поняла причину его заминки. — Заходи.       На его губах мелькнула усмешка, и Клаус, теперь уже без препятствий, вошёл.       — Где Элайджа? — сходу спросил он.       — У него деловые переговоры в одном ресторане, — рассказала она. — Но скоро должен вернуться. Я могу позвонить, предупредить, что ты пришёл.       — Не стоит, — возразил Клаус. — Пускай это будет сюрприз.       Наверняка он звонил вскоре после того, как переговоры закончились. А если ресторан располагался далеко от дома, то Клаус вполне мог добежать быстрее, чем тот доехал.       — Ок. Тогда располагайся. — Хейли провела его в гостиную. — Чай, кофе?       — Спасибо, но нет.       Он предпочёл бы свежую кровь, прямо из артерии. Но, естественно, не сказал это вслух.       Майклсон заметил, что хозяйка дома несколько напряжена. Она и прежде не проявляла к Клаусу особого расположения, а сейчас держалась ещё скованней, холоднее. Прежде он вряд ли обратил бы на это внимание, но, став вампиром, ощущал окружающий мир и людей вокруг гораздо яснее, чем прежде. Хейли пыталась казаться приветливой и гостеприимной, но её чуть резкие жесты, взгляд без намёка на теплоту, слегка поджатые губы выдавали с потрохами.       — Ты как будто не рада мне, — протянул Клаус.       — Ну что ты, — деланно рассмеялась она. — Просто день был длинный, я немного устала.       — Дело только в этом?       — Конечно же.       В выражении её лица промелькнуло раздражение. Он мог бы не трогать Хейли, спокойно дождаться Элайджу. Но сейчас Клаус был слишком на взводе. Словно чёртик на левом плече подзуживал его. Плавно встав со своего места, он сделал несколько стремительных шагов к Хейли. Вздрогнув от неожиданности, она отшатнулась, но вампир удержал её за плечи и проговорил, пристально глядя в глаза:       — Расскажи, как ты относишься ко мне на самом деле.       Клаус успел немного поднатореть в гипнозе, и Хейли тут же подчинилась ему.       — Я считаю, что ты недостоин такого брата, как Элайджа, — заявила она. — В то время как он пытается сохранить с тобой тёплые родственные отношения, ты всё сильнее отдаляешься от него. И, пожалуй, это к лучшему. Твои связи с криминалом, сомнительные любовные интрижки никогда не делали тебе чести. Я надеялась, что с Еленой ты станешь более… нормальным, но теперь сомневаюсь. Я чувствую, что с тобой что-то не так. Что-то неправильное. Для всех будет лучше, если ты станешь держаться подальше от нашей семьи.       Клаус так резко отпустил Хейли, что она едва не упала. Захлопала глазами, не понимая, как могла сказать ему такое. Как могла сказать то, что всегда думала на самом деле, но не признавалась в этом даже мужу.       — Это и моя семья тоже! — в ярости выпалил Клаус. — Я тоже Майклсон!       — Лишь по фамилии. Ты давно не часть этой семьи, — сказала Хейли, теперь без всякого внушения. Зло рыкнув, он схватил её за шею. Крепко, но не настолько, чтобы задушить. Её глаза округлились в страхе, а сердце забилось быстрее.       — Наверное, ты права, — прошипел Клаус. — Я всегда чувствовал себя лишним. А теперь я действительно другой. Спасибо, что напомнила об этом.       — Я…       — Тссс. — Он приложил палец к её губам. — Ты уже сказала всё, что хотела. И то, что не хотела, но думала — тоже.       — Ублюдок, — выплюнула Хейли, больше не пытаясь скрыть свою неприязнь к нему. Её взгляд горел презрением. Хватка Клауса стала чуть сильнее.       — А это ты зря.       В памяти всплыло, как точно так же его называл человек, которого он долгие годы считал отцом, неконтролируемая ненависть Майкла… Эмоции, накопившиеся за этот непростой вечер, нашли выход, окончательно срывая клапаны с тормозов вампира. Он резко впился клыками в шею девушки, наслаждаясь её громкими криками. Только сейчас Клаус понял, как сильно желал это сделать, едва переступив порог.       Он знал, что не остановится. Знал, что, убив Хейли, причинит брату нестерпимую боль. Но сейчас ему было плевать. Потрясающий вкус крови, сила, что он получал с каждым глотком, накрывали его подобно оргазму. А страх, который испытывала его жертва, лишь подстёгивал его.       — НЕТ! — Громкий отчаянный крик пробился к его сознанию через алую пелену, застилавшую разум. Клаус неохотно оторвался от шеи Хейли и увидел Элайджу, стоявшего на пороге комнаты и шокированно смотревшего на них. Майклсон-старший кинулся к ним, но Клаус среагировал быстро. Секунда — и о его визите напоминало лишь распахнутое окно, через которое он практически вылетел. И Хейли, без чувств лежавшая на полу.

***

      — Нет, любимая, пожалуйста. Ты не можешь оставить меня, — выдохнул Элайджа, падая перед супругой на колени. Глаза щипало от слёз, но мужчина не позволял им пролиться, даже в такой ситуации пытаясь сохранить самообладание. Он пощупал пульс Хейли и облегчённо выдохнул, почувствовав его биение. Потянулся к телефону, собираясь вызвать скорую, но знакомый женский голос внезапно остановил его.       — Нет. — Перед ним стояла Елена, серьёзная и в то же время решительная. В голове сейчас роилось множество вопросов: что произошло, почему и как Клаус пытался убить Хейли, что Елена здесь делает? Но с этим можно было разобраться позже, когда жизнь любимой окажется вне опасности.       — Я не могу позволить ей умереть, — твёрдым голосом отозвался Элайджа.       — Она не умрёт, — ответила Гилберт. — Если будем ждать скорую, то очень скоро ты станешь вдовцом. Но я могу спасти Хейли.       — Так спаси. — Он с мольбой взглянул на девушку. Сейчас Элайджа был готов душу продать, лишь бы Хейли осталась жива.       Елена тоже встала на колени рядом с его женой. А затем её лицо изменилось. Под налившимися кровью глазами выступили тёмные вены, прорезались длинные клыки. Она впилась ими в своё запястье, после чего приложила его к губам Хейли так, чтобы в её рот попала кровь. Майклсон не отрывал от них взгляд, ощущая, что сегодня его мир распался на осколки.       И собрался заново, когда рана на шее любимой стала затягиваться.