Мерзость - любимец обоих: Второй шанс

      Буда закинул руку на плечо и тоже потянулся за кальяном.  — Ты спугнула мне телочку.  — Потерпишь, — ответила я. Гриша осмотрел трубку. — О, тебе не понравится, — я усмехнулась. Несмотря на мои слова, Гриша затянулся из трубочки. Передо мной встали его волосы, которые так манили потрогать.       Ну почему бы и нет? Я провела по волосам, пока он делал затяги. Гриша немного вздрогнул от прикосновений. Он повернулся ко мне и улыбнулся.  — Продолжай, — хрипло сказал Буда. Его голос понизился из-за травки в кальяне. Мой низ живота слабо екнул из-за хрипоты.       Я продолжила гладить волосы. Он не менял положение, только немного облокотился на меня. Его рука легла снова мне на бедро, как в тот раз, немного повыше. Я буркнула, но не останавливала его, требуя еще больше действий.       Черт, мы сейчас прямо здесь приступим.       Он немного приподнялся, чтобы поднять руки выше. Я не видела его лицо, только волосы и немного шею.       Ну почему я сегодня в штанах?       Гриша развернулся ко мне. Мне пришлось убрать с его шелковых волос свои пальцы. Зато его руки поднимались все выше и выше, осталось совсем несколько миллиметров до плоти. Он посмотрел на меня, я ожидала увидеть какое-то осуждение в его глазах, но увидела только огонек, переливающийся с интересом. Гриша потянулся ко мне, чтобы поцеловать. Руки переместились ко мне на зад.  — Давай не здесь, — прошептала я в губы Грише. Все сидели вокруг, мне не по себе, что смотрят на наши ласки. Хотя, по моим наблюдениям, никому было неинтересно.       Гриша вздохнул и убрал свои руки. Мой низ живота буквально пылал от возбуждения. Буда собирался уже выходить, взяв меня за руку, но я остановилась, чтобы выпить. Опрокинув несколько стаканчиков подряд, я последовала за ним.       Не знаю, что сейчас будет и куда он меня ведет. В голову сильно ударила трава, смешанная с алкоголем. Он схватил меня за руку и вывел на улицу через черный выход. Улица пустует, все тусуются на главном входе. Гриша развернул меня к себе и прильнул губами, вцепившись. Я невольно простонала. Его руки обхватили талию, он так страстно меня целовал, что чувство, будто прямо сейчас начнет раздевать. Еле как оторвавшись от поцелуя, Гриша посмотрел на меня некоторое время и достал сигареты, протянув мне.       Мы начали курить, некоторое время молчали. Я не знала, что сказать ему на то, что там, в доме, он чуть не потрахался со мной при всех, а здесь зацеловал так, будто всю жизнь хотел это. Я не выдержала:  — Куда дальше? — Тихо спросила я.  — Хочешь продолжения? — Гриша повернул ко мне голову.       Я вздохнула. Не знаю, что ответить, мне было стыдно за то, что он возбудил меня за несколько секунд, и я не прочь бы продолжить.  — Маша… — Гриша отбросил сигарету и подошел ко мне, — перестань сомневаться. Я могу сейчас вызвать такси, называй адрес: свой, не свой, мой — какой угодно. Я хочу провести с тобой время, но не называй в голове себя шлюхой. Была б ты ей, я бы не постеснялся и сделал все то, что хочу, прямо там. А так… — он начал гладить рукой мою щеку, — я сомневаюсь, что у нас все остановится на одной ночи.       Я промолчала и кивнула. Гриша достал свой телефон, набирая такси. Мы за городом, моя квартира достаточно далеко. Я ожидала, что такси будет ехать целую вечность, но нам быстро назначили машину и она быстро приехала.       Сев в машину, Гриша сразу же облокотил меня на плечо и гладил ногу. Я закрыла глаза, чтобы насладиться эйфорией от травки и поглаживаний Буды.       Не заметила, как приехали. Я не могла вставить ключ в замочную скважину нормально, от чего психовала и лопала от нетерпения. Наконец, дверь отворилась.       Гриша схватил меня сразу, стягивая верхнюю одежду. Мы сильно торопились. Гриша взял меня за шею обеими руками и отчаянно целовал. Мои губы непроизвольно двигались под его напором. В прикосновениях нет ничего, даже отдаленно напоминающего нежность. Наши языки встречаются, и я аккуратно кусаю его за нижнюю губу. Он издает легкий стон и прижимает меня к стенке.       Он прерывает поцелуй, и я негромко стону. Но вскоре он уже стягивает с меня майку, оставив в одном лифчике, и грубо целует меня в шею и грудь. Обхватывает руками, продолжая покрывать поцелуями. Я откидываю голову и запускаю пальцы ему в волосы, обнимая его так, как он просит.       Я вскрикиваю, когда он прекращает поцелуй, и пытаюсь подтянуть обратно. Мои бедра приподняты, я хочу продолжения.       Вскоре он перенес меня на диван, стянув с себя майку.       Охренеть. Просто охренеть.       Его идеально чистый торс перед моими глазами. У него совсем нет татуировок на теле, только на руке две, вроде бы. Я не удержалась и провела руками по прессу, простонав. Гриша усмехнулся и стянул с меня джинсы. Он возбужденно вздохнул, изучая мое тело. Стянул лифчик и впился руками в грудь. Я простонала и стала стягивать ногами штаны вместе с трусами.  — Я и не сомневался, что ты такая красивая без одежды, — прошептал Ляхов, из-за чего мое тело покрылось мурашками, — твои татуировки скрываются под слоями одежды. Зачем?       Гриша стянул с меня трусики. Я пододвинулась ближе, чтобы он продолжил, но Буда взял свои штаны и достал презервативы.  — Я на таблетках, — тихо сказала я.  — И что? На всякий, — Гриша уже стал надевать презерватив.  — В смысле на всякий? Гриша, таблетки дают нормальную гарантию от залета.  — Я тебе не про залет. Вдруг инфекции всякие… я трепетно к этому отношусь.       Я вскочила и села.  — За кого ты меня принимаешь? — Я повысила голос и схватила свою майку, прикрывшись.  — Маша, я же не знаю, как у тебя там и что…  — Придурок! Да… Да я чистая! — Я надела нижнее белье и кинула в него вещи. Он надел свои боксеры.       Боже, как можно говорить такое девушке? Этот дурак испортил весь секс всего одним предложением. Я скрестила руки и указала на дверь.  — Выметайся. Я не шучу, — раздраженно сказала я. Гриша молча оделся.  — Ты сейчас серьезно все прекращаешь просто из-за моей осторожности? — Буда не сдавался и спросил у меня напоследок. — Выкидываешь меня со стояком.  — Мне плевать, — я вытолкала его из квартиры.       Чертов придурок. Я тяжело вздохнула и пошла спать с медленно исчезающей болью.

***

      Отвратительное настроение. Гриша все не вылазил из головы. Я, конечно, знаю, что с мозгами у этого дурочка все не очень хорошо, но чтобы настолько? Все же было прекрасно! И тут на тебе, Маш, ты у нас, значит, зараженная хер пойми чем. Да я ему справки эти в рожу кину!       Господи, хоть какая-то польза от этих медосмотров каждый год. Хотя я не буду ничего ему доказывать! Пусть грызется дома с какими-нибудь незараженными девчонками.       Я была весь день на психах. Под вечер мне написал Артем, чтобы я пригоняла на студию.       Пришлось выйти из своей зоны комфорта и ехать работать. Я натянула толстовку с принтом и штаны. Чьи? Конечно же Гришины.       Как всегда, без косметики, сигаретка перед выходом, которая заботливо выпала из кармана Гриши, и — в путь.       На улице уже потемнело, как я приехала. Я буквально выбила дверь, потому что традиционным способом она не открывалась.  — Эй-эй-эй, — Парни подлетели, чтобы поймать дверь.  — Что с тобой? — Данил рассмеялся.  — Все отлично, правда вчера с парнем не получилось. Дурачком оказался, — я посмотрела на Гришу, стиснув зубы. Он поперхнулся чипсами.       Присутствующие рассмеялись.  — Облажался? — Спросил Уланс.  — Классные штаны, — подметил Данил и рассмеялся.       Я кивнула и села за аппаратуру.  — Пока я злая, могу вам накидать биты бесплатно. В очередь.