Волчья песнь

Наревевшись вволю, Рен решил выбираться, как он понял, из пещеры. Проблемы стоило решать по мере их поступления и не замахиваться на глобальные, а в его ситуации и на неразрешимые вопросы. Сейчас перед ним стояла вполне конкретная проблема – добраться до деревни. Во-первых, он, несмотря на помощь белой твари, всё ещё был слаб. А во-вторых, понятия не имел, где именно сейчас находится и в какой стороне предстоит искать деревню. С трудом одевшись, блондин медленно поднялся и также медленно побрел к выходу. Судя по расположению дневного светила на небе, время едва перевалило за полдень, а значит, у него в запасе есть ещё время, чтобы поискать деревню. В разумность Главы, что тот позаботится о нём и оставит провожатого, Рену не верилось. Это существо было хорошим главой, прекрасно заботившимся о людях, доверивших ему свою жизнь, но вот человеком оказался дерьмовым. Хотя… Рен был не единственным ребенком в семье и, в отличие от остальных детей своих родителей, знал настоящую историю знакомства и становления отношений своих папочек, причём во всех подробностях. Хоть папочка и рассказывал много сказок про таких как они, но всё же не забывал и про реалии современного общества. Рен с раннего детства знал, что он особенный, не такой как все, а значит, в жизни ему будет нелегко. Папочка постарался воспитать его так, чтобы он не верил в существование розовых очков и приготовился к худшему варианту. И Рен был готов. Готов к тому, что за жизнь придется серьезно побороться, а если кандидат окажется недостойным – то и умереть. Сейчас он окончательно убедился в том, что Елисей недостоин… Хруст ветки, раздавшийся с правой стороны, заставил замереть и выкинуть все мысли из головы. Всё же лес кругом, может и зверь дикий забрести. – Это я здесь, – раздалось из зарослей, и блондин облегченно выдохнул, услышав голос верного Карло. – Выходи. А то мне как-то не по себе. Здоровяк тут же выбрался к Рену, идя напролом через заросли и не обращая никакого внимания на царапающие его кусты. Добравшись до блондина, он нерешительно замер, переминаясь с ноги на ногу. – Ты как? – Сейчас вроде полегче. Кажется, ещё немного поживу. – Ты прости меня. – И Карло виновато склонил голову вниз. – За что? – Это я Главе всё рассказал. Ну, про тебя… и про волка. А он забрал тебя и сюда потащил. Мне сказал в деревню идти. А я не мог тебя бросить. Тебе же плохо было. Очень плохо. Здоровяк сбивчиво шептал не переставая, и Рен, чтобы успокоить парня, шагнул к нему вплотную и коснулся огромной, по сравнению со своей, руки. – Успокойся, Карло. Ты поступил правильно, рассказав всё Главе, а заодно и придя сюда. Дело в том, что Глава и есть белый волк. – На этих словах Карло как током прошибло и он отшатнулся от блондина, но тот не дал ему отстраниться, схватив здоровяка за руку. – Да, это так, но, как ни прискорбно, Глава является моим единственным шансом на выживание. Сейчас он дал мне возможность прожить ещё пару дней, и это лучшее, на что я могу рассчитывать в данный момент. – Но как же… – Карло выглядел таким растерянным. – Он ведь узнал правду… – Узнал. И что? – Он должен помочь! – Ничего он мне не должен. Пойми и запомни, Карло, наш Глава дерьмовый человек. – Но он же Глава? – И что? Как глава – хороший, как человек – плохой. Не путай два этих понятия. Понял? В ответ Карло покачал головой, а Рен вспомнил, что он сам очень-очень терпеливый человек, и попытался ещё раз объяснить, чтобы туповато-прямолинейный Карло не наломал очередных дров. Ещё больше запутывать ситуацию с Главой не хотелось. – Пойми, здесь другие правила и законы. Этих людей когда-то выбросили на дикую планету и оставили здесь одних выживать в сложных условиях. А ведь все они были детьми. Понимаешь? Взрослые военные дядьки попросту избавились от детишек. Какими они могли вырасти? Как они выживали все эти годы? О каких принципах, морали и чувстве сострадания можно говорить? Я и так считаю, что всё должно было сложиться гораздо хуже. Они не деградировали, а создали вполне цивилизованное общество. Глава вообще красавчик в сложившихся условиях. Ну подумаешь, заявил право сильного на понравившуюся особь. У них же здесь нет людей, которым категорически противопоказана смена сексуальных партнеров. Он попросту не понимает, что я другой. Ясно? – Рен сомневался, что Карло понял хотя бы половину из сказанного. Но надеялся, что тот не полезет на рожон до тех пор, пока не переварит информацию. – Ладно, нужно возвращаться. Ты знаешь, как до деревни дойти? Карло отрицательно покачал головой, но, увидев, как у блондина изменилось лицо, сразу же попытался его успокоить: – Я сюда от посадок цирия пришел. Так что сначала до них дойдем, а оттуда дорогу до деревни знаю. Так и выйдем к своим. *** Разговор с блондином не очень хорошо повлиял на душевное состояние Елисея. Он не понимал ни что происходит, ни своей реакции на происходящее, ни, тем более, что делать дальше. Ему нужна была небольшая передышка, чтобы мозги встали на место. А что в таком случае делают оборотни? Отпускают на волю зверя. Именно поэтому, чуть отойдя от пещеры, Елисей обернулся, и вот уже огромный белый волчара помчался по готовящемуся к зимней спячке лесу. Зверье и птицы, заслышав приближение не таящегося ни от кого опасного зверя, тут же смолкали и прятались, пережидая опасность. Но белый волк не обращал на это никакого внимания. Сейчас он вышел не на охоту, а только чтобы размяться. Набегавшись вволю, зверь вернулся к стенам деревни, вернее, к густым зарослям небольшого кустарника, произраставшего метрах в трехстах от поселения. Там Елисей обернулся и уже человеком вступил в свои владения, где сразу же столкнулся с хмурым лекарем. – Где он? – без предисловий поинтересовался Ёрш. – Кто? – в тон лекарю ответил Глава. – Не придуривайся. Где Рен? – Ого, какая забота! Интересно, чем же он заслужил такое к себе особенное отношение? – Послушай, Елисей, – лекарь устало прикрыл глаза, всеми силами пытаясь сдержать раздражение. – Ты унес в неизвестном направлении умирающего парня, а вернулся один. Как-то слишком много возникает вопросов. Не правда ли? Не слишком охотно, но Елисею пришлось признать правоту слов деревенского лекаря, а заодно и его право на беспокойство. А судя по тому, сколько праздного народа оказалось поблизости от ворот, не один Ёрш проявлял беспокойство. – Мне удалось ему помочь и остановить приступ. Теперь Рен в относительном порядке. – И где он сейчас? – В одном надежном месте. – Ладно, хорошо. Считай, что убедил меня, – лекарь вроде бы успокоился. – Когда ты его приведешь в деревню? – Он что, маленький? – Елисей уже готов был рычать от раздражения. – Отлежится и сам придет. – Ты оставил Рену толкового провожатого? Если что, он поможет парню? – Зачем провожатого? Вопросы лекаря казались Главе какими-то тупыми. Он не понимал, что старик от него хочет. И вообще, какое тот имеет право о чем-то спрашивать, вернее, допрашивать его – Главу всей деревни?! При этом внутренний зверь обеспокоенно заворчал, но Елисей усилием воли его задавил. – Ты считаешь, что Рен после такого страшного приступа сумеет сам дойти? А он вообще дорогу до деревни знает? Ты уточнил? – спросил и, видя, как распахнулись в удивлении глаза Елисея, в сердцах добавил: – Ну ты и дебил… *** Белый волк не бежал, он летел вперед, не чувствуя под собой лап и едва касаясь земли. В голове роилась куча мыслей, одна другой страшнее. Запоздало вспомнилось о разнообразии животного мира, обитающего в окрестностях их деревни. И далеко не все звери были милыми, добрыми пушистиками. Конечно, большинство из них не решилось бы напасть на человека, но Рен пах болезнью и слабостью, а значит, представлял собой легкую добычу. Добежав до пещеры, Елисей, не оборачиваясь в человеческую ипостась, влетел внутрь и… никого не нашел. Обнюхав всё кругом и не учуяв запаха крови, он выскочил на улицу и принялся искать молодого мужчину уже там. Запах и его следы имелись, но самого блондина не наблюдалось. Через пару метров к следам Рена добавились ещё одни, но для волка они отдавали запахом болезни самого блондина. Так что Глава не сумел определить этого человека. Недовольно взрыкнув, волк устремился по следу. Но чем дальше он шел по следу, тем сильнее его охватывало беспокойство, полностью подавив возникшую было злость. Дело в том, что этот неизвестный уводил его блондина прочь от деревни. Зачем? С какой целью он это делал? Зверь спешил как только мог, опасаясь потерять след. Он спешил, но не успел. Неизвестный с его блондином вышли к роще цирия, где сегодня побывало слишком много народа, да и сильный аромат самого фрукта заглушал почти все запахи. Покрутившись немного по роще, Елисей так никого и не нашел. Он вскинул к небу морду и завыл, выражая таким образом своё отчаянье и злость на самого себя. Он всегда был разумным, рассудительным, очень умным и справедливым человеком, от которого зависели многие жизни. Все эти годы Елисей прекрасно справлялся со своими обязанностями. Но вот появился «Ледяной принц» и он начал вести себя словно неразумный щенок, едва переступивший порог первого оборота. Поступки Главы стали откровенно идиотскими, не поддающимися никакой логики. От этого он злился и… делал ещё больше глупостей. Как? Как, спрашивается, можно было оставить умирающего человека в диком лесу без присмотра? Почему Елисей не обеспокоился, не подумал, пока Ёрш не ткнул его носом в этот промах? А теперь чужой человек увел его блондина в неизвестном направлении непонятно с какой целью. Покрутившись ещё вдоль рощи и не найдя следов, Глава решил вернуться в деревню и уже там с помощью своих людей организовать поиск. Елисей, как всегда, добежав до кустарника метрах в трехстах от деревни, обернулся и дальше пошел человеком. Но стоило ему войти в деревню, как он сразу у ворот увидел сидящим у стены свою потеряшку. Рядом суетились лекарь и Карло, а сам Рен откинулся на стену, прикрыв глаза. С трудом сдерживая раздражение, Елисей направился к этой троице, но и слова сказать не успел. Ёрш его опередил: – Карло пошел за вами следом, а потом забрал Рена и помог добраться ему до деревни. – Даже так… А скажи-ка, Карло, зачем ты его потащил назад к роще цирия и только потом в деревню? Вы же из-за этого здоровый крюк сделали. Карло сразу потупился и стал пунцовым, услышав крайне раздраженный тон Главы, но ничего говорить не стал. За него ответил Рен: – Какую дорогу знали, той и пошли. Ещё не хватало заблудиться, ища прямую дорогу до деревни. Какие-то претензии, господин Глава? Не поздно ли вы спохватились? Не нужно было бросать меня там одного или прислать толкового провожатого. А мы выпутывались из сложившейся ситуации своими силами. Ещё вопросы есть? – Елисей отрицательно качнул головой. – Ну раз нет, тогда мы пошли. Слишком я устал за последние сутки. Елисей не нашелся что сказать в ответ и молча смотрел вслед удаляющейся парочке. Зато у Ерша было что сказать нерадивому Главе. – Дебил ты, Елисей. Вроде мужик умный, но в то же время дебил дебилом. – Ты часом не забыл с кем разговариваешь, старик? – мужчина зло рыкнул на лекаря. – Ага, забудешь тут. Но кто скажет правду, если не я? Нужно же кому-то тебя уму разуму учить. А хочешь, Глава, дам дружеский совет? – Ну? – Ты в себе ещё долго будешь разбираться, а так, глядишь, я помогу. Нравится тебе Рен, сильно нравится. Если не тебе лично, так зверю твоему точно. И бесишься ты оттого, что чувство любви тебе незнакомо, и ревнуешь ты его тоже от этого. Но не привык ты к такому, поэтому злишься и вымещаешь эту злость на причине своих чувств. Оттого только хуже делаешь. Рен действительно очень слаб и ему нет дела до других мужиков. Засунь свою ревность подальше и постарайся отнестись к нему по-человечески, по-хорошему. Он немного повыделывается для проформы, а потом оттает, примет тебя. Поверь, из вас получится замечательная пара. Он очень умный и практичный мужик. Не чета большей части этих гостей инопланетных. Такой спутник Главе и нужен. – Хорошо, я подумаю. И он действительно задумался над словами лекаря. Ведь в них точно был смысл. По крайней мере, Елисей нашел вполне логичное объяснение своего нелогичного поведения. Поэтому принял решение: попытаться наладить отношения с Реном.