Волчья песнь

Елисей был человеком дела. Он предпочитал не болтать попусту, а дела делать. Так что, приняв решение, начал сразу же претворять его в жизнь. В этот день он к Рену больше не пошел, разумно рассудив, что и так сегодня слишком много поприсутствовал в жизни блондина. Пусть отдохнет, успокоится. А вот на следующий день прямо с раннего утра завалился в дом лекаря. К его немалой радости Рена он застал не помирающим в постели, а сидящим за столом и завтракающим. Вернее, делающим вид, что завтракает. На самом деле молодой мужчина с отрешенным видом ковырялся в тарелке с кашей и иногда подносил ко рту полупустую ложку. На появление главы он отреагировал с настороженностью, вмиг подобравшись. – Здорово вашему дому, – Елисей поздоровался, ни к кому конкретно не обращаясь. – И тебе не хворать, коль не шутишь, – отозвался Ёрш, а Рен молча уставился в тарелку, игнорируя утреннего гостя. – Чего это глава заявился к нам с ранья? Случилось чего? – Да нет, это я как раз пришел узнать, не случилось ли у вас чего? – А что у нас может случиться? У меня всё хорошо. – А у Рена? – допытывался Глава, не сводя внимательного взгляда с бледного лица «Ледяного принца». – Как видишь, живой. Ночь прошла, и слава Богу, – буркнул тот в ответ. – А если серьёзно? – не унимался Елисей. Видя такое дело, Ёрш довольно хмыкнул и взял ситуацию в свои руки. Эти двое, как он уже понял, могли бодаться до бесконечности. Только вот бесконечности Рен не имел. Слишком мало времени Бог отвёл ему. – Присаживайся, Глава, за стол, – миролюбиво указал он на место напротив Рена. – В ногах правды нет. Да и пришел ты в такую рань, явно поесть не успел. Мария-то ещё поди, кашеварит. Это у нас Рен с полночи не спит, успел наготовить. Елисей артачиться не стал, уселся за стол и с благодарностью принял из рук хозяина миску. Хоть еда и была простой, но сытной, да и очень вкусной. Лекарь знал толк не только в лечебных травах, но и в приправах. А вот с деревенскими своими секретами делиться не спешил. Поэтому Елисей наворачивал кашу с превеликим удовольствием, в отличие от Рена, который возил ложкой по тарелке, размазывая кашу. Иногда он всё же отправлял ложку в рот, но еды в ней почти не было. Когда утренний гость доел кашу, Ёрш шустро отобрал у Главы пустую миску и вручил кружку с дымящимся отваром. Точно такую же поставил и перед собой и Реном. Елисей ждал, что лекарь быстро допьёт и оставит их с блондином наедине поговорить. Не совсем же он глупый мужик, но лекарь его удивил, сам начав разговор: – Итак, господа вы мои хорошие, – проговорил он, сделав первый глоток. – Я, честно признаться, сначала и не понял того, что на самом деле произошло с Реном. Ну, изнасиловал тебя мужик. Понимаю, что плохо. Но ведь не смертельно? Чего хоронить себя раньше времени? Поэтому и тебя, Елисей, выдавать не стал. Хотя некоторые очень сильно допытывались насчёт личности белого оборотня. Да вы пейте настой, пейте. Он в этом году чудо, как хорош! Особенно легкая ягодная отдушка. Елисей недовольно зыркнул на лекаря, но спорить не стал и послушно пригубил из своей кружки. Потом ещё раз и ещё, на что Ёрш довольно кивнул и в ожидании уставился на Рена. – А на меня, Ёрш, можешь даже не смотреть, – категорично заявил тот, не смутившись пристального разглядывания. – Твои успокаивающие травки на меня не действуют. Причем абсолютно. Глава, делавший очередной глоток, от услышанного чуть не подавился и прыснул, разбрызгивая кругом настой. Он с силой до белизны в костяшках пальцев сжал кулаки и, уставившись на хозяина дома, зло зарычал: – Лекарь, ты серьёзно решил меня какой-то дрянью опоить? – Не какой-то там дрянью, а отличным успокаивающим сбором. В конце концов, вам нужно спокойно поговорить, при этом не кидаясь друг на друга и на окружающих. Вот я и решил вас предварительно успокоить. Елисей ещё немного посопел недовольно, буравя лекаря злым взглядом, на что тот не обращал никакого внимания, и вынужденно согласился: – Ладно, успокоился я уже, так что можешь говорить то, что надумал. Выслушаю тебя очень внимательно. – Надеюсь, что не только выслушаешь, но и поймешь меня правильно. Только сначала вопрос один хотел бы задать Рену. И не просто задать, а получить правдивый ответ. – Задавай, если сумею, то отвечу. – Итак, если я правильно помню, то твой отец был под покровительством Жабы Бо? – Не совсем. Папа был его пленником и Жаба Бо хотел потребовать за него выкуп, но не успел. – Не захотел или не успел? – уточнил лекарь. – Не успел. Военные их корабль раньше взяли. – Это когда Жаба Бо погиб? – Рен кивнул. – Говорят, что он погиб, защищая твоего отца. Это так? Елисей слушал разговор этих двоих затаив дыхание. Хоть он и был мал во время войны с пиратами, но на память никогда не жаловался. Имя Жабы Бо он прекрасно помнил. Ведь тот являлся одним из самых преданных и доверенных людей Короля. Кроме того он слыл умным и крайне жестоким пиратским капитаном, встречи с которым гражданские суда боялись как огня. Да и военным пришлось попотеть, чтобы уничтожить его. Хотя с самой поимкой Жабы Бо была какая-то мутная история. Вроде бы попался он из-за глупости, никто такого не ожидал, а Король вовсе был в ярости. Вполне логично, что Ёрш оказался в курсе этой истории, ведь он в своё время тоже работал на пиратов. Здесь, в изгнании, непричастных к той войне не имелось. Но вот то, что Рен тоже связан с пиратской братией, для Елисея оказалось полной неожиданностью. Об этом как-то ранее вскользь упоминалось, но тогда Глава не придал этому значения. – У нас в семье не принято обсуждать эту сторону жизни моих родителей. Уж извини, но отвечать на твой вопрос я не буду. – А и не надо. Я и так всё понял. И если раньше считал твоё поведение некой блажью, Рен, то сейчас понимаю насколько всё серьёзно. И хочешь ты того или нет, но я намерен вправить мозги нашему Главе и обеспечить ваш счастливый союз. – Это в каком смысле? – наконец подал голос молчавший до этого Елисей. – В самом прямом. Если ты до сих пор не понял, то говорю прямым текстом: Рен относится к особой расе существ, которые вступают в сексуальную связь только с одним-единственным партнером, причем раз и на всю жизнь. Смена партнера для них смертельна. И отсутствие партнера тоже. Так ведь? – уставился он в ожидании на Рена. – Не совсем так, – немного помешкавшись, всё же ответил он. Рену совершенно не хотелось говорить Елисею правду. Ведь он не был уверен в порядочности этого человека, и вовсе не собирался становиться зависимым от Главы. – Если выживу, то в дальнейшем смогу обходиться вовсе без сексуального партнера. А сейчас, в период адаптации, мне нужен биологический материал, содержащий твой генетический код. Елисей это уже слышал и всё верно понял ещё тогда. Он не считал себя тугодумом, которому следовало бы всё по сто раз повторять и разжевывать. Это неимоверно раздражало и он с трудом сдерживался, чтобы не нарычать на своих собеседников. А внутренний зверь, напротив, оказался совершенно спокоен и доволен, балдея от близости своей пары. – Так вот и я о том же! – подвел итог разговора Ёрш. – Теперь тебе, Елисей, придется обеспечить нашего блондинистого гостя необходимым биологическим материалом. Хочешь ты того или нет, но тебе придется исправлять собственные косяки. Не отвертишься. И это я тебе как деревенский лекарь говорю. Вернее, как знаток многих целебных и не очень составов, у которых после применения имеется совершенно неожиданный эффект. Сидящие друг напротив друга мужчины одновременно и очень похоже хмыкнули, чем позабавили лекаря. Он в очередной раз убедился, что эти двое просто идеально подходят друг другу. Только осталось их самих убедить в этом. – А теперь, Глава, так называемая обратная сторона медали. После того как Рен оклемается, он вправе послать тебя не просто надолго, а навсегда. Но более подходящего спутника тебе не найти. – С последним утверждением тот был согласен и внутренний зверь Елисея, который сразу очнулся от полудремы и сосредоточился на словах лекаря. Ведь терять свою пару, в отличие от глупого человека, он не собирался. – Поэтому включаешь мозги и начинаешь процедуру ухаживания. – Что? – удивился Рен. – Чего?! – возмутился Елисей. – Ну да, ты же у нас в лесу вырос и хорошим манерам не обучен, – сделал вывод Ёрш. – Но ничего, это дело поправимо. Для начала пригласишь Рена на прогулку. – Под луной? – скептически хмыкнул блондин. Последнее время его жизнь проходила по грани постоянной боли и глубокого отчаяния. А сейчас немного отпустило, что ли, и ситуация его даже забавляла. – Почему под луной? – удивился лекарь. – У нас ночами гулять небезопасно. А вот днем прогуляться на озеро или к реке, другое дело. Можно, конечно, и по деревне прогуляться, но здесь столько любопытных глаз и ушей, что вы даже вздохнуть свободно не сможете, не то что за ручки подержаться. – А чего это я его за руку должен держать? – подал голос ошарашенный Глава. – Так это же свидание! – не унимался Ёрш. – Всё должно быть взаправду. Хотя… Наверное, сначала нужно тебя немножко просветить. На, почитай. Это типа инструкции к действию. С этими словами лекарь извлек из глубин деревянного сундука, где он хранил личные вещи, книжку очень потрепанного вида и с хитрющей улыбкой вручил её Главе: – Вот, почитай. Это весьма познавательное чтиво. А когда созреешь, ждем в гости. Елисей книжку схватил и хотел что-то ответить, но промолчал, стиснув зубы и осмотрев лекаря недобрым прищуренным взглядом. После молча вышел ни с кем не попрощавшись. – Ой, Ёрш, зря ты с ним так, – устало проговорил Рен. – Не нужно его злить. Я своё, по сути, уже отжил и мне терять нечего, а тебе потом с ним в этой деревне ещё жить. – Да ладно! – мужчина беззаботно отмахнулся, усаживаясь напротив блондина. – Я своё отбоялся. Сначала боялся, что в плен к пиратам попаду, а в плену, что умру молодым. Дальше, попав в команду, капитана со старпомом. Затем вояк, захвативших наше судно. Потом суда и смертного приговора. Когда сюда попал, то боялся тех, кого потом подросший Елисей вышвырнул из нашей деревни. Сколько можно бояться? Я скоро сдохну и хочу хотя бы пару лет прожить свободным человеком. Понимаешь? – Понимаю. Ты рассуждаешь как мой папа. Но только он боялся условностей ортодоксального общества и старался соответствовать требованиям родителей. Ну а дальше списки ваших страхов совпадают. Ладно, не будем ничего бояться, ведь я тоже, скорее всего, скоро сдохну. Кстати! А что за книжку ты отдал Елисею? – Книжку? – и Ёрш громко захохотал. – Это любимая книжка моей матушки. Я все эти годы берег её как единственное напоминание о моей семье. А книжка… В общем, это дамский любовный романчик, где сплошные ахи-охи, держание за ручки под луной и прочие розовые сопли. – Думаешь, Елисей это будет читать? – Не только прочитает, но и примет как руководство к действию. – Что-то слабо верится в такое, – усмехнулся Рен, попытавшись представить Елисея на свидании под луной, держащего кого-то за руку. – Не веришь? Тогда, может быть, пари? – хитро прищурился пожилой лекарь. Рен на пари согласился и почти сразу проиграл, потому что уже следующим утром Глава деревни опять оказался у них дома за столом и на этот раз не с разговорами, а с конкретными действиями: – Пойдём погуляем, – мотнул он головой в сторону улицы, отодвинув пустую тарелку в сторону и сосредоточив всё своё внимание на сцепленных в замок ладонях. – Это что? Свидание? – всё же уточнил Рен, немного забавляясь ситуацией. – Ну да. Дальше Елисей болтать не стал, а резко поднялся из-за стола и выскочил на улицу, на ходу буркнув: «Жду!» И только он скрылся за дверью, как лекарь со своим помощником-травником разразились дружным хохотом. – Быстрый он, однако, – отсмеявшись вволю, заметил Рен. – Вчера только указания получил, а сегодня уже к выполнению приступил. – Так это жизнь в суровых условиях отпечаток накладывает. У нас нет времени на долгие раздумья и ритуальные танцы с бубном. Если есть задача, то нужно сразу найти решение, а ещё лучше, если нашел это решение, скажем, вчера. Вот перезимуешь с нами одну зиму и тогда всё сам поймёшь. Ладно, иди уже. Нехорошо человека заставлять ждать, тем более такого, как наш Глава. – Супер эважного? – Не-а, слишком несдержанного. У крыльца Рена ожидал Глава и, судя по тому, как он вышагивал туда-сюда, явно нервничал. Природу этой нервозности блондин понять не мог. То ли мужчину раздражала необходимость проводить время с Реном, то ли он нервничал от смущения. Ведь как-никак первый раз в своей жизни, если верить Ершу, пригласил кого-то на свидание. После того как у блондина не совсем удачно началась перестройка организма и от постоянной нехватки биоматериала и поддержки партнера его жизнь превратилась в болевой ад, он перестал различать цвета аур биологических существ. Теперь он видел всё в сером цвете, поэтому и не мог понять, какие именно чувства преобладают в состоянии Елисея. – Я готов, – сообщил он Елисею на ходу застегивая куртку. – Куда идем? – Туда, – буркнул мужчина, указывая в сторону ворот, и, не дожидаясь блондина, пошел вперед. Тому ничего не оставалось, как поспешить за ним вслед. Так они, «паровозиком», добрались до городских ворот и, миновав их, углубились в лес. Через некоторое время прогулка в стиле «догони меня» блондину надоела. – Елисей, подожди, – окликнул он его, останавливаясь. – Давай поговорим. Я совершенно не хочу бегать бесцельно по лесу лишь бы убить время. У меня на это нет ни сил, ни желания. – Мы не бегаем по лесу, а гуляем. – Елисей был вынужден остановиться и подождать, пока Рен поравняется с ним. – Извини, конечно, только у меня немного другое представление о прогулке. Обычно когда люди гуляют во время свидания, они никуда не бегут, идут спокойным прогулочным шагом и при этом ведут какую-нибудь приятную беседу. – И много их у тебя было? – Кого? – Рен совершенно не понимал этого человека и не мог уловить ход его мыслей. – Свиданий. Кого ж ещё? – При этом вид у Елисея был такой, словно он допрос ведет, а не светскую беседу или её подобие. – А-а-а! Ты про это? Разумеется, нет. Дело в том, что с моей физиологической особенностью всегда приходится держать ухажеров на расстоянии. Потому что для большинства мужчин слова «свидание» и «секс» являются синонимами. И чем больше самцу лет, тем короче становится промежуток между «привет» и «давай трахнемся». – Какая-то у тебя получается безрадостная жизнь, – усмехнулся Елисей. – Можно подумать, что у тебя лучше, – не остался в долгу блондин. – Ладно, раз у тебя нет никаких идей по поводу нашего свидания, то предлагаю совместить приятное с полезным. – Это как? – Сейчас узнаешь. И Рен повел невозражающего главу в противоположную их прежнему маршруту сторону. Попетляв по лесу, они вышли к небольшому озеру, даже не к озеру, а скорее озерочку или огромной луже, которое подпитывалось в межсезонье двумя ключами и благодаря им не пересыхало. Рен из рассказов местных знал, что в летнее время сюда прибегают мальчишки купаться, потому что это единственный водоём в округе, где не водилось никакой опасной или крупной живности, ведь случались года, когда озерце пересыхало полностью. Поэтому и считалось безопасным. А с недавних пор блондин более серьёзно начал относиться к своей безопасности. Хотя поздно он спохватился… – И что мы забыли возле этого болота? – недовольно поморщился Елисей. Действительно, из водоёма неприятно попахивало, но Рена этот запах не сильно беспокоил, чего нельзя было сказать о чувствительном обонянии оборотня. – Как я уже сказал ранее, совмещаем приятное с полезным, а именно займемся заготовкой очень полезных растений. Рен не видел цвета ауры главы, но каким-то внутренним чутьём понял, что сейчас ему позволено всё, вернее, практически всё. Как только блондин сокращал между ними расстояние до полуметра, Елисей сразу напрягался. Ни о каком тактильном контакте не могло быть и речи, а ведь именно в этом Рен очень сильно нуждался. Поэтому он решил использовать его в другом. Пусть хоть так пользу принесет. Именно поэтому следующий час блондин гонял его по полной, словно они поменялись ролями и теперь Рен выполнял функцию грозного главы. Матерясь и рыча на блондина, мужчина всё же уступил и ему пришлось разуться, закатать повыше штанины и залезть в холодную и дурно пахнущую воду озерка. Илистое дно сразу же преподнесло неприятный сюрприз, противной жижой просачиваясь между пальцами ног. Складывалось впечатление, что под ногами не размокшая земля, а скопление копошащихся червей. Елисей содрогнулся от омерзения, вспомнив, как после первой пережитой зимы на этой планете им пришлось жрать самых обычных червей, чтобы не помереть весной с голоду. Но он видел, что Рен внимательно наблюдает за ним, поэтому сумел удержать лицо, только сильнее стиснув зубы. Но когда это блондинистое чудовище начало ещё и командовать, Елисей не удержался: – Вот сам залезь в эту вонючую жижу и дергай те стебли, которые тебе нравятся! – Я бы с удовольствием, – горестно в ответ вздохнул блондин, – но Ёрш не пускает. Говорит, что вода уже ледяная, а мне сейчас только воспаления легких для полного счастья не хватает. Да не этот! Я же говорю, что стебель должен быть горчичного цвета! – А это какой?! Разве не горчичный? – Елисей в раздражении дернул длинные узкие листья растения, похожего на камыш. – Нет, это песочный цвет. Значит, сердцевина ещё не дозрела, а нам нужны спелые растения. Смотри, чуть правее! Ещё правее. Вот! Тот, который ты левой рукой схватил! Выдергивай его прямо с корнем. – Елисей был так раздражен, что дернул с такой силой, что растение мгновенно покинуло илистое дно, при этом брызги грязи с его корешков разлетелись во все стороны, попав даже на самого мужчину. – Молодец! Отличный экземплярчик! А теперь ещё штук пять-шесть точно таких. Надергав нужное количество, мужчина побрел к берегу, таща за собой добычу. При этом он был зол как черт и думал, что, как только доберется до берега, растерзает Рена на месте. Даже внутренний зверь затих и не высовывался. Но стоило ему ступить на твердую землю, как блондин встретил его искренней улыбкой: – Не думал, что когда-то скажу тебе такое, но сейчас ты мой герой. – И от одной только фразы, вернее, от того, как она была произнесена, Елисей растаял, а внутренний зверь радостно затявкал, повиливая от восторга хвостом. Свидание явно удалось!