Моя смерть пахнет ромашками

Когда на тренировочном поле около Убежища показался Орочимару в сопровождении очередной марионетки, Саске хотелось бросить кунай в него, а не в мишень, хоть в этом и не было ни малейшего смысла. Но, отвлекшись, Саске впервые за год промахнулся - не попал “в яблочко” всего на пару миллиметров, однако... - Переживаешь о Наруто-куне? - Орочимару спокойно вглядывался на мишень, как будто мог прочесть мысли Саске по этим кругам и точке в центре. Учиха привычно цокнул от злости: - Я не переживаю. Я тренируюсь. В этом буквально звучало “плевать я хотел на Наруто и на все, что его касается”, только вот кунай говорил об обратном, бесстыдно торча над плоскостью круга у самой земли. - Это нормально, - вдруг подал голос Орочимару после двух блестящих бросков. - Ты сможешь обратить это в свое преимущество. Разве ты не мечтал убить Наруто сам? Саске так усердно вдавливал носок сандали в почву, что сделал углубление за считанные миллисекунды, прежде чем ответить сенсею. - Я хотел убить его своими руками. Такая его смерть не принесет мне ничего. - Ты не прав, - мягко поправил его Орочимару, склонив голову набок. - Ты многое узнаешь о себе благодаря ей. Ученик воззрился на учителя, зажав очередной кунай в руке. - Ты выбрался наружу, чтобы поучать меня? - насмешливо проговорил он, глядя сверху вниз. - Нет, только погреть старые кости. Ой, вернее, не такие уж и старые… Но это тело просто бесполезно. Саннин кивнул сопровождающему, и тот скрылся в подземельях, почти столкнувшись с Кабуто на выходе. Медик скучающе встал у стены в ожидании броска Саске, но тот не спешил. Интересно, если убить Кабуто, что сделает Орочимару? Нельзя сказать, что это будет так уж просто, но все же, можно попытаться... - Кабуто? - заметил его Орочимару, подзывая к ним. Кабуто не спеша подошел, пряча руки в карманах. - Наруто-кун сбежал, - коротко сообщил он скорее Саске, чем своему господину. Саске застыл с занесенным кунаем, как оглушенный: - Давно? - Не знаю, - неопределенно пожал плечами Кабуто. Странная решимость на лице Саске делала его самого похожим на летящий кунай. Когда оружие звучно воткнулось в древесину мишени, самого метателя уже не было в поле зрения наблюдающих. Кабуто приблизился к Орочимару и встал рядом: - Разумно ли это?.. Отпускать его за беглецом? - Сейчас в Убежище все равно нет никого, кто мог бы его остановить, - вздохнул Орочимару. Кабуто перевел взгляд на наставника: - Почему вы не сказали ему? Что я доложил про Наруто-куна, и что в его присутствии цветы растут со скоростью почти в 3 раза быстрее, чем...? - Пускай разбирается сам, - ветер развевал волосы саннина, играясь с черными прядями и длинными серьгами. - Это не наше дело, Кабуто. - А вдруг… он не вернется? - прозвучало с нескрываемой надеждой. - Не забывай, - наставительно усмехнулся Орочимару, - на моем будущем сосуде все еще горит моя проклятая печать. Видимо, это стоило воспринимать как “куда он денется”. - Кроме того, - продолжил Орочимару, - его ненависть сильнее всего, что он испытывал к товарищу по команде. - Только от неразделенной любви, верно? - протянул Кабуто, начиная понимать. Где-то вдали ромашки теряли свои лепестки, опадая в бесконечную тьму. *** - Кто ты? - удивление в голосе Наруто не было притворным - он никогда не видел этого посетителя в своем заточении. Что было еще подозрительнее, она, кажется, тоже была настороже: - Встречный вопрос. Встав в стойку, девушка в сиреневой одежде (ясно, из орочимаровских, подумал Наруто) пружинисто подкрадывалась к нему. В ее очках бликами отражался мертвенный свет лампы, искажаясь и оживляясь в своем искажении. - Я не опасен, - устало махнул он рукой, опять падая на подушку. И заливаясь глухим кашлем, но на этот раз почти без крови. Только белые лепестки.... Куноичи вдруг расслабилась, и теперь просто смотрела на пациента. - А я-то думала, зачем Кабуто опять запер лабу? - Ее тон напоминал недовольство ученицы тем, что учитель не сообщил о переносах в расписании занятий, а не ситуацию на грани жизни и смерти. - Так, еще раз, кто ты? - А мне обязательно отвечать? - буркнул Наруто. Ему не нравилось ее нахальство. Она как будто напоминала Сакуру, когда та была не в духе. - И что значит “опять?! - спохватился он. - Вы часто тут людей держите, что ли? Для опытов? - Разумеется, тупица, - лениво отозвалась гостья. Она подошла к столу Кабуто, заваленному бумагами, и выудила оттуда нечто, по всей видимости, бывшее “медкартой” больного. С ней она подошла к изножью его постели, чтобы выйти на свет, но стоило ей пробежаться глазами по первым строчкам, выражение лица резко изменилось. - Ты Удзумаки? - смущенно проговорила она, оценивая его беспокойными короткими взглядами и вновь возвращаясь к писанине Кабуто. - Нет… не может этого быть... И вдруг в воспаленном сознании Наруто ее фигура под прямым слепящим светом показалась смутно знакомой. Девушка как девушка, светлая кожа, томатные волосы… Волосы! Ну конечно! - Ты как моя мама! - заявил он, ткнув в незнакомку пальцем. Девушка почему-то не отрицала его “обвинения”, хоть и была недовольной: - Не веди себя грубо! Твоя мама что, не учила, что нельзя показывать пальцем на людей? Тем более на незнакомых! - Так давай знакомиться, даттебайо. Я Наруто, - претензия девушки казалась ему глупой, ведь он минут 5 как пытается познакомиться. - Наруто? Тот самый? - не поверила она. - То есть, я вижу… - Ее взгляд вновь вернулся к документам в руках. Затем она задумчиво посмотрела на него, почесывая подбородок, и, видимо, сделав какие-то выводы, сообщила: - Карин. Я служу Орочимару-саме. Наруто презрительно цыкнул: - Горшки за ним вы не выносите, случаем? - Идиот! Орочимару-сама дал мне задание руководить одной из лабораторий! И потом… - Она вспыхнула. - Ты ведь знаешь Саске-куна? - А, чего? - не понял Наруто. - Он меня сюда и приволок, теме кусок. Скоро придет, если ты его ждешь. Девушка проигнорировала последнюю реплику, закопавшись в бумаги. - У тебя… цветы из ног вырастают? - непонимающе отозвалась Карин из-за раскрытой кверху страницы на деревянной подложке. - Угу. А ты… выходит… Удзумаки, да? Кабуто говорил что-то такое, но… - Кабуто? - холодно переспросила Карин. - Он должен болтать поменьше. Неужели фраза “секретность” ему непонятна? Она наконец захлопнула бумажки, видимо, прочитав все, и отложила их в сторону, повернувшись к Наруто, чтобы… Карин наконец сфокусировалась на его чакре, сейчас не такой яркой и обжигающей, как обычно, но в глубине она увидела все, что ей нужно было знать… и что-то еще. Что-то темное и ужасное. - Что это? - одними губами прошептала куноичи. Наруто на всякий случай посмотрел позади себя, подумав, что она увидела кого-то там. - О чем ты? - сказал он пустоте за своей койкой. - Твоя чакра… - как завороженная, Карин смотрела на его живот, где ткань куртки скрывала печать Четвертого. Наруто на автомате посмотрел туда же. - Ты, наверное, про Демона-Лиса? - Он поднял глаза на девушку. То ли из-за долгого отхождения от наркотиков, то ли из-за слабости или еще почему, но он испытывал странное доверие к этой Карин - как будто его пришла проведать сестренка. И в конце-концов, он ведь умирает - зачем что-то скрывать... В глазах потемнело. Наруто знал правду: скоро придет Саске, и состоится самый мучительный и ужасный момент в его жизни. Земля под ними разверзнется, и его поглотит ад, а Саске будет смеяться над ним, как никогда в жизни. - Ты ведь друг Саске-куна, не так ли? - услышал он откуда-то издалека. Карин неуверенно тянула слова. - Пожалуй, будет неловко, если он придет, а я тут с трупом его друга развлекаюсь, ой, в смысле, беседы веду. И ты Удзумаки... Так уж и быть… но только разочек… Она поднесла руку к его зубам. Спустя пару секунд действия ее техники он разглядел, что Карин вся покрыта странными шрамами в виде укусов. - Хватит! - отпрянула она, когда Лис внутри него заворочался, словно приказывая впиться посильнее. - Прости, - хрипло извинился он. - Ты ниндзя-медик? Она выглядела слегка обиженной, а может, обескураженной, на автомате потирая место укуса. - Спасибо, - поспешил поблагодарить он. Получив в ответ лишь грозный блик на очках, он решил действовать напрямую: - Слушай, правда спасибо, но мне недолго осталось, если я останусь здесь. Слияние их чакр… было словно написание картины чудесной акварелью! Карин посмотрела на поздоровевшего внешне (и внутренне тоже) дальнего родственника и спросила: - Ты говорил про твою мать. Как ее звали? - Удзумаки Кушина! - К Наруто вместе с силой вернулся боевой настрой. - Хмм… я помню это имя. И какой она была? - осторожно продолжила Карин. - Она умерла в день моего рождения, - лучезарно улыбнулся ей Наруто. Девушка отшатнулась, более странной формы подачи такой информации она еще не встречала. - Но она была великой куноичи! Это же моя мама, даттебайо. И… если честно, она была прямо как ты. Карин неожиданно для себя поняла, что краснеет. Так вот почему имя Наруто-куна было единственным, что всплывало из прошлой жизни Саске-куна, до тренировок у Орочимару-самы. Странное дело, но они с Саске стоили друг друга - хотя Саске, безусловно, был круче. - Ты поможешь мне выбраться отсюда? - Наруто испытывающе буравил ее взглядом. Карин вздохнула. - Я не буду тебе помогать, - нехотя ответила она, направляясь к двери. - Я просто… пойду вздремнуть, ты меня вымотал. Не веря своим ушам, воодушевленный, Наруто наблюдал, как она в деланной усталости плетется к двери и захлопывает ее за собой. - Вот она, сила Удзумаки! - шепчет он себе под нос, приготовившись наконец полностью подняться с кровати. Теперь главное - избегать Саске. Любой ценой. Жизни ему жаль не было. Он просто не хотел, чтобы Учиха считал себя выигравшим в их смертельном спарринге. Всего лишь небольшое утешение для его будущего цветущего трупа. *** Саске бежал сквозь толщу леса, вековые ели пролетали мимо, а ему хотелось лишь раскрошить их на щепки движением своих пят. Но тратить время на елки глупо, когда находишься в погоне. Саске не совсем понимал, зачем вообще отправился следом - в конце-концов, Наруто все равно не жилец, и даже до Конохи отсюда и при прогнозируемом течении болезни он не доберется. Ему скорее хотелось удостовериться, куда именно отправился беглец. Он просто хочет умереть где-нибудь в лесу, подальше от логова Орочимару и стройного ряда капельниц? Или подальше от Саске? Он видел чакру Наруто впереди, как маяк. Наверное, вот что чувствовал Наруто, следуя за ним. Вокруг него лишь тьма и смерть. И внутри тоже. Они словно запустили в него свои корни, как гнусные щупальца, разворошили кишки, покопались в мозгах и вышли наружу сквозь поры как дурацкие ромашки. Хоть Наруто и сказал, что это не Сакура, Саске казалось очевидным: Сакура стала ирьенином, а ромашки, как известно, целебное растение. Хоть Наруто и просил не лезть к нему в душу, Саске казалось правильным выяснить, кто она, чтобы хоть кто-то знал и мог рассказать другим - мол, он погиб ради тебя, разве не прелесть? Отвратительно, но все же. Иначе в смерти Наруто тупым и бессмысленным оказалось бы абсолютно все. Сакура. Ино? Ходячая оружейная? Девчонка Хьюга? Саске лихорадочно перебирал всех известных ему девушек и даже женщин Конохи. Сенсей той команды, как ее там, Куренай, она вроде тоже была неплоха. Любит ли Наруто постарше? Каких вообще Наруто любит? Да не все ли равно? С каких пор ему не все равно на подобный бред? Саске почти летел, едва касаясь подошвой веток, белые рукава разлетались за ним, и он бесился, он был жутко зол. С какого-то момента он стал культивировать в себе ярость, словно науськивая скакуна перед гонкой. Нет, скорее бойцовскую псину перед дракой. Ту, на которую ты поставил все свое состояние. Настолько он хотел быть мотивирован и полон ненависти, в нехватке которой его упрекал Итачи. Он как будто постоянно спорил со старшим братом у себя в голове: ах так, да ты сейчас узнаешь, ты сейчас получишь свою ненависть, так тебе, я еще покажу! Хоть это и было глупо, самым главным для него являлся фактор эффективности - и да, это реально работало. Он стал сильнее и бездушнее, больше не сомневался, нанося удар, метил точно в цель, зная, что с настоящим противником, истинным своим врагом любая секунда сможет оказаться фатальной. Пока его отделяет от Итачи бездна бессилия и секунда ненависти. Но он готов преодолеть бездну и за меньшее время. Наверняка Саске знал лишь одно: он не сможет отомстить Итачи, если сейчас не догонит этого добе. Чтобы убить его? Кто знает. А может, чтобы самостоятельно отпустить? Он не был уверен в том, что произойдет, когда он достигнет этой цели. Кстати о цели... Он отклонился, и кунай промелькнул мимо, ранив шершавый ствол. Затормозил, вместо очередного прыжка вперед оттолкнувшись от толстой ветки на пути в противоположную сторону, и замер, найдя глазами атакующего. На соседнем дереве в хвое, слегка задыхаясь и поблескивая от испарины, но с огнем в глазах и бесовской усмешкой лисьего оскала, сидел на корточках Наруто. - Какого черта ты бежишь за мной, даттебайо?! *** Они обменивались взглядами. Нет, энергией, силой. Как будто вдыхая друг друга с запахом хвои. Саске нарушил молчание первым: - Хорошо выглядишь. - Наруто в ответ неопределенно хмыкнул. Сделав небольшую паузу, Саске предположил: - Познакомился с Карин? - Ты знал, что у Орочимару в прихвостнях моя родственница? Саске сделал непроницаемое лицо: - Догадывался. Он понятия не имел, чьей там родственницей могла быть Карин. Она никогда не называла свою фамилию… да и было бы ему какое-то дело. Правда, ее способности он заприметил давно. И эту ситуацию тоже стоит запомнить… Карин способна на раз-два предать Орочимару, выпустив и “подлечив” его пленника. Интересно… - Она тут не причем, - дерзко прервал его размышления Наруто, поднимаясь. Он находился чуть выше и казался резко старше, осунувшись после болезни. У Саске появилось рефлекторное, хоть и абсолютно иррациональное и противное его естеству желание броситься вперед и поймать Наруто, если тот упадет с ветки от малейшего ветерка. Но судя по всему, этого не произойдет еще ой как долго. Наруто разминал кулаки - готовился к сражению. Стоп. Он точно болеет не чем-то, связанным с головой?! - Ты что, собрался драться? - не сдержал насмешку в голосе Саске. У Наруто вырвалось раздраженное “тц”. - Это же ты несся через пол-Страны Птицы! Ты и скажи! Саске выгнул бровь и посмотрел на него, как на полного осла. - Мы не в Стране Птицы, придурок. После этой реплики случилось странное - Наруто вдруг развернулся на 180 градусов: - Ну все! Я пошел. Мне некогда тратить время на твою вредность. Саске за один миг оказался напротив него, не найдя ничего лучше, чем схватить Наруто за запястье прямо в прыжке, чтобы не дать ему сбежать снова. Они словно столкнулись, пролетев мимо, а в воздухе перекрутились, поменявшись местами, и за счет этого смогли наконец приземлиться в светотени у подножий еловых крон. Только Наруто как ошпаренный отпрыгнул в сторону и… в его глазах и правда стоят слезы? - Саске, вернись в деревню со мной! - начал канючить он снова. - Мы всегда были не просто командой, мы были семьей. Ты знаешь, как я… - Хватит, - Саске положил руки на разделяющий его тело надвое фиолетовый канат, символ принадлежности к Орочимару. - Что ты пытаешься скрыть от меня за этими пространными речами? - Орочимару хочет убить тебя и забрать твой труп! - прокричал Наруто в сердцах, рукой указывая туда, где, по его мнению, находилось Убежище, которое они оба покинули. - Я не тупой, спасибо, - не выдержал Саске. - Но я… - Ты не сможешь убить своего брата, если умрешь! От голоса Наруто, все еще хриплого, сходящего на крик, с громкими звуками разлетались окрестные птицы. Почти Чидори, если так подумать… Может, для него самое время?.. - Я верю в ненависть Орочимару к Итачи, - осторожно начал Саске. - Кроме того, не думал же ты, что мое тело достанется ему легко? Наруто подумал о том, что эта учиховская ухмылка убивает его, в прямом смысле и переносном, и ощутил противное ощущение… прорастания стебля где-то в своей груди. Ему не сбежать от этого чувства. Какой смысл стараться, надеяться? Подставлять других (Наруто не хотелось бы, чтобы Карин пострадала за помощь ему)? Бесполезно пытаться вытащить Саске из его собственной уютной могилки ручной работы. Он не слушает даже Орочимару… - Просто дай мне уйти, - простонал Наруто, опираясь на стройный ствол позади себя. С каждой фразой, брошенной ему Саске, он становился слабее и слабее. - Я преследовал тебя, потому что хотел узнать от тебя, почему ты выбрал такую смерть, - медленно, негромко сообщил Саске, игнорируя просьбу. Каждое его слово откликалось лесным эхом: “Ложь. Ложь. Ложь”. - А почему ты преследовал меня? Наруто в сердцах пнул ближайший пенек, и тот разлетелся в клочья. – Да потому что это ты! - в сердцах воскликнул он, подходя ближе. - И я не выбирал ничего из этого! Зачем тебе-то следовать за мной?! Теперь ты знаешь, почему я преследовал тебя. Но тебе-то что? Почему не отпустишь?! Саске невидяще уставился на кричащего, словно словив паралич теневого захвата. Что это значит? “Ты”? Какого…? Наруто смотрел на него глазами потерянного ребенка, который вот-вот расплачется, и твоя единственная мысль при виде него - как предотвратить это?! - Потому что не хочу отпускать! Смеешь приказывать мне?.. Ты всегда за мной бегал, как собачонка, а теперь убегаешь прочь?! Не позволю. - Ты. Просто. Чудовище! - взвыл Наруто. - Доволен теперь?! Ты меня убиваешь! Можешь гордиться собой, тупая ты скотина! - Да что ты несешь?! - Саске сделал пару шагов назад, то ли испугавшись взрыва Наруто, то ли... - Ксо! Отпусти меня! Чем мы ближе, тем быстрее я сдохну, а мне не хотелось бы, чтобы первым, с кем столкнется Лис после избавления от моего трупа, был ты. Этот зверюга слишком долго ждал в клетке... Саске продолжал неподвижно стоять, как будто кочергу проглотил, положив одну руку на рукоять катаны, и даже почти не моргал. Невозможно было понять, о чем он думает и как ко всему этому отнесся. Он лишь медленно проговорил: - Тогда сейчас у нас есть 2 выхода. Либо мы должны быть как можно дальше друг от друга… - Либо тебе придется признать мою любовь, - с вызовом продолжил Наруто. Он с каким-то маниакальным выражением на изможденной лисьей морде сделал ещё несколько шагов к Саске. И тут это случилось на самом деле: больной пошатнулся и начал падать, держась за грудь. Саске и сам не понял, почему тело двигалось само. Так ты на автомате ловишь падающую посуду, пользуясь навыками шиноби, которые не так-то просто стереть из "прошивки". Он поймал Наруто, отметив про себя то, как сильно ухудшилось его состояние буквально на его глазах. Неужели... он не врет, чтобы обмануть или потянуть время? Саске вспомнил смешки Кабуто и подозрительную тактичность Орочимару. И состояние зомби, в которое Наруто впал, услышав про свой диагноз. Бака Наруто судорожно вцепился в белую рубашку, и та соскользнула с плеч Саске, обнажив торс. И тут Саске заметил в его несфокусированном взгляде то, чего не замечал раньше - так смотрели на него очарованные девчонки, вроде Сакуры, Ино или той же Карин. Чтобы Наруто не упал, Саске все так же инстинктивно зажал в пятерню жёлтую копну волос на затылке. Наверное, больно, но ему было все равно. Главное - результат, верно? - Поймал, - улыбнулся ему Наруто, почти отключаясь. Что же сделать, чтобы этого не случилось?! Наруто будто из последних сил поднял руки за спиной Саске, проведя раскрытыми ладонями по лопаткам, предплечьям, выступающей косточке на шее сзади. "Против шерсти" он вонзил пальцы в жесткие черные волосы и схватил за них, повторяя издевательскую "помощь" Саске. Сволочь. Это было... приятно. Так подумал Саске. По-прежнему держась за его голову, Наруто приподнялся, чтобы оказаться вровень. - Можно? - прошелестел он на одном дыхании. Саске сглотнул. Он ощутил, как Наруто неожиданно принюхался к его шее. Наруто легко, невесомо коснулся его губ своими, словно не желая нарушать чистоту храма его рта. Но затем... Их дыхание смешалось, ёлки навалились вокруг, как стая насмешников, веточка щёлкнула под ногами у Саске, и он приоткрыл губы, подаваясь вперёд. Наруто казалось, что ветки непокорных ромашек уже царапают его горло. Воздух стал вязким, как слюна. Что-то внутри него разрывалось и лопалось от счастья и боли, и это не был Девятихвостый. Он чувствовал Саске каждой клеточкой своего тела, даже теми, что превращали его в растение. Вот бы умереть прямо сейчас, в его руках, потому что это уже было маленькой смертью. Кто-то умер внутри него, и он знал, что Саске чувствует то же, если, конечно, способен чувствовать вовсе. Саске первым открыл глаза и чуть отдалился. Вкус огня на языке иссушал его хуже Катона. Он знал вкус огня. А теперь и вкус Наруто. Конечно, они типа целовались в детстве, но это ведь не считается - тогда они не были близки. Он хотел либо убить Наруто на месте, либо заняться с ним... - Саске? Из уголка губ Наруто вытекала алая струйка. Это вкус оружия. Огня и меча. Таков Наруто? - Пожалуйста, не говори, что презираешь меня или ненавидишь, - прошептал Наруто, оседая на лесное ложе из веточек и игл. Саске нахмурился: - Презираю? - переспросил он. - Ну... сам знаешь, - усмехнулся Наруто, теперь уже окончательно устраиваясь на земле в позу лотоса. - Я должен был быть тебе другом, а не... - Ты и есть мой друг, - возразил Саске, взирая на него со своего божественного ракурса. Наруто опешил: - Я думал... И ты... Ты вернёшься в деревню? Саске хмыкнул и присел на корточки прямо там, где стоял, чтобы оказаться наравне. - Я же говорил тебе, тормоз, что я не вернусь без тебя. Наруто явно не понимал, о чем речь. Саске тоже не особо. Он просто хотел это сделать. А Саске Учиха делает, что хочет. И что должно. И что будет правильнее. - Ты приготовился ложиться и умирать? - с интересом полюбопытствовал он. - Неплохое местечко, чтобы умереть, - протянул Наруто, глядя в голубые небеса. Те отражались в его глазах, становясь его частью. Так всегда было. Просто до Саске не всегда быстро доходит. - Не знаю, как это работает, - сказал он, опуская одно колено на подстилку леса, чтобы ещё приблизиться к Наруто, учитывая предмет разговора, - но я бы не хотел, чтобы ты умирал. Это было сказано так тихо и даже интимно, что Наруто показалось, будто его сердце остановилось, устав жить в этом ненормальном теле. - Ты хочешь сказать...? - он вглядывался в каждую чёрточку в лице Саске. Такого далёкого Саске, Саске-невозможного. Немыслимого - вот насколько прекрасного. - Если твоя болезнь не понимает, могу чмокнуть в щёчку, - деланно разозлился Саске, собравшись подниматься на ноги. - Нет-нет, - поспешно задержал его Наруто, поймав одну из изящных кистей рук. - Я понял... - Он уставился на Саске. А затем просто сдался: - Не, не понял. Давай ещё разок. - Дурак, - фыркнул Саске. - Это вопрос жизни и смерти, забыл, что ли? Вместо того, чтобы возвращаться на колено, он с силой потянул Наруто на себя, помогая ему встать. Пока тот опирался на словно предложенные ему "ладони" от запястья до локтя, он пригрозил: - Если ты сегодня умрёшь, я убью тебя, - и отпустил руки. Наруто не понимал, что происходит, и не верил себе. Саске целует его, шепчет ему что-то, говорит с ним не с высоты своего учиховского всезнания… Бред какой-то. Но неожиданно для себя самого Наруто вдруг устоял на ногах. И Саске… улыбнулся ему. С другой стороны, этот Саске, такой знакомый и родной, улыбался ему по-настоящему. Как давно он хотел вновь увидеть его улыбку! И раньше Саске не был особо эмоциональным, а в редкие встречи после его отступничества от деревни его лицо искажала гримаса злобы, или отвращения, или ненависти, или всего и сразу. Или он становился фарфоровой куклой-убийцей. Прекрасный бездушный облик, без какого-либо наполнения. Но больше нет! Он не позволит подобному повториться! Ни сейчас, ни когда-либо еще. Саске, он хоть и та еще заноза в заднице, но это его заноза в заднице. Обладающая-невероятной-сдержанной-и-все-же-опьяняющей-улыбкой заноза. Ками-сама, да Наруто бы без раздумий умер за эту улыбку. Чтобы ее защитить… подарить ей немного света… Слезы, которые стекали по щекам Наруто, были настоящими. Саске знал это, как и знал, что будет потом. Наруто выстрадал эти слезы, и они стали его благословением. Это избавление от мук, которых никто не видел. Как слепой удар ярости, как брань, вырывающаяся из уст от злости, но другой природы. Вот каков Наруто на самом деле. Как оголенный нерв с озерами голубых глаз. Они стояли друг напротив друга, и один рыдал, как идиот, а другой улыбался, как еще больший идиот - то еще зрелище. Саске всегда это знал. Просто не хотел себе в этом признаваться. Так жертвы экспериментов Кабуто избегали смотреть на змей, которым пойдут на ужин. Угроза в темном углу комнаты, куда ты отказываешься смотреть. Но когда Наруто и правда полегчало после его поцелуя, он испытал невероятное… довольство собой. Это гордость сродни гордости брата, когда ты получаешь престижную награду. Хотя нет, не брата - влюбленного… В любой тьме, куда бы его не заносило, всегда был лучик света за его спиной. Он ненавидел это, потому что думал, что рано или поздно Наруто все-таки догонит, и придется убить его, чтобы избавиться от соблазна прислушаться к нему. Он твердил: “Вернись в деревню”, - а безразличный к Конохе Саске не понимал, что Наруто имеет в виду “вернись ко мне”. - С-саске!.. - Наруто вернул его в реальность. А еще сквозь бледную маску смерти на лице у него начал пробиваться румянец: - Возвращайся со мной! Саске еще никогда не слышал ничего, произнесенного столь страстно. Но лишь прикрыв глаза и вздохнув, он уже знал свой ответ: - Я не могу, я должен… - Убить Итачи? - Решимость в голубых глазах поразила Учиху. Саске посмотрел на него с удивлением и недоверием. Наруто всегда был скорее против братоубийства Учих, чем за. Он отговаривал его от мести, как и Какаши… как раз когда Саске уже не готов был слушать. - Да. - Я помогу тебе! Мы поможем, - Наруто схватил его за плечи. Теплый. Вот каким был Наруто, всегда был. - Итачи ведь нукенин Конохи, он ответственность и Конохи, всех ее шиноби! - Это должен быть я сам! - Саске нетерпеливо сбросил левую руку Наруто, внутренне приготовясь отступать. - Тебе не понять… - Я понимаю. Что-то изменилось. Что-то в Наруто... стало сталью. Что-то было отлито заново и наточено, словно нож. Обоюдоострый. Наверное, подобное ранит не только других, но и себя самого. Саске не понаслышке был знаком с этим - он и сам испещрен порезами. И некоторые из них по-прежнему кровоточат... Наруто смотрел так ясно и в то же время твердо - признаться, у Саске захватило дух. - Я помогу тебе, Саске. Ты ведь в любом случае не пойдешь на члена Акацки в одиночку, я прав? Мы сделаем это. Вместе. Если ты так хочешь… Я готов. Просто… пошли домой, а? И он протянул Саске руку. Так просто и обыденно, будто они возвращались с занятий. Руку с грубыми мозолями от бесконечных тренировок. Его руку. - Ты… боишься, что Орочимару исполнит свою угрозу? - без обиняков уточнил Саске, оторвав наконец взгляд от протянутой руки. - Убьет меня и захватит тело? Поэтому ты хочешь, чтобы я пошел с тобой? - Ты не сбежишь от Орочимару так просто, - покачал Наруто головой. - Я не идиот. У тебя ведь его проклятая печать. Но по крайней мере… ты не должен умереть в том ужасном месте, Саске! Пообещай мне! Слышишь? Саске почувствовал нечто странное, давно забытое. Так вот, как ощущаются подступающие слезы... И он с привычной усмешкой ударил пятерней по этой протянутой к нему ладони - Наруто тихо засмеялся, пряча ее в карман брюк, как какое-то сокровище. - Я не умру в подземельях Орочимару и не стану его марионеткой. Веришь? - пообещал Саске. - Верю. Их будто устремленные к небу фигуры обернул воздушными лентами теплый ветерок. - Я выберусь, уничтожу своих врагов и заставлю Итачи заплатить за то, что он сделал. Наруто кивнул. - А потом, - Саске снисходительно опустил ресницы, - может быть, подумать над тем, чтобы вернуться. Наруто засиял: - Правда? Правда-правда? Учиха хмыкнул - как легко обрадовать Наруто, словно маленького щеночка. - А может, ты пойдешь со мной? - спросил вдруг Саске. Потоки ветра подняли пряди черных волос, обрамлявшие его лицо, и Наруто захотелось сказать “да”. Он всегда следовал за ним. Так почему же…? - Прости, но я не могу, - слегка виновато, но твердо ответил Удзумаки. - Я еще должен стать хокаге, а нукенинов туда не берут. Саске подумал, что не ошибся. Не ошибся в нем. - Я… вернусь. Веришь? - Я буду ждать тебя. Всегда. Они посмотрели друг другу в глаза в последний раз, щемящий на сердце не только от будущих печалей, но и от радости. Саске любит его, любит Наруто? Это же…! Просто…! Наруто любит его, Саске, и настолько сильно, что чуть не умер, но все равно не отказался от него? Конечно, это не то чтобы важно. Саске любят все, если подумать, ему плевать. Но все-таки… Все-таки... - Прощай… - Прощай… Наруто. Удзумаки исчез, его чакра удалялась куда-то в сторону Конохи. Саске остался стоять у вековечных стволов, ловя солнечные лучи всем телом. Им нужно было излечиться, обоим. Сбросить дурные сны. Вот почему ромашка, наверное. Что ж, не время прохлаждаться. Нужно возвращаться к тренировкам. Он еще должен достигнуть цели, убить Итачи и стать... этого он еще не придумал. Но, может, Наруто поможет с этим? Наруто думал о том же. Не время стоять на месте, рыдая над старыми фотографиями и истекая кровью изнутри, нужно вернуться в Коноху, как можно быстрее стать ее хокаге и обустроить деревню к возвращению Саске. Черт, он объявит этот день национальным праздником, если успеет. Точнее… точно успеет! И однажды… однажды… Они будут вместе. Будут, даттебайо!