С самого начала

      Кэтрин прошла вглубь пещеры. Пространство было освещено факелами. Это место девушка хорошо знала. Груда черепов напоминала о его жертвенном предназначении, а свежая кровь, о недавнем ритуале. - Добро пожаловать. – Голос женщины насквозь был пропитан ядом. – В прошлый раз вы забыли попрощаться.       Слизеринка обернулась и стойко выдержала взгляд холодно-зеленых глаз. Гекуба Герпиди была лучшим представителем своего рода: ум, сила, красота. Своего положения она добилась без помощи влиятельных родственников, а ее матовая оливковая кожа и вьющиеся черные волосы были пределом мечтаний многих состоятельных мужчин не только Греции. На вид женщине было не больше тридцати, на самом же деле брюнетка давно разменяла четвертый десяток. - Ах, простите. Вы были так настойчивы в своих намерениях, что я совсем забыла про важную встречу. Но теперь все формальности улажены, и я нахожусь всецело в вашем распоряжении. – Кэтти мило улыбнулась. Мгновенье спустя она почувствовала на своей шее сильно сжимающуюся руку, а прямо перед ее лицом возник противник. - Думаешь я буду с тобой шутки шутить, дрянь? Ты будешь умирать долго и мучительно, а когда до смерти останется один вздох, я исцелю тебя и начну сначала, пока разум не покинет тебя. - К чему утруждаться? – В зеленых глазах мелькнуло что-то такое знакомое. И Кэтти решила изменить первоначальный план. - Боль сделает меня сильнее, а тебя ослабит. Иногда чтобы исполнить желание нужно просто озвучить его. – Слова довались тяжело. Тонкие пальцы крепко сдавливали горло. Становилось трудно дышать. - С чего бы мне тебе верить? - А почему бы и нет? Ведь музы созданы для того, чтобы помогать людям. Чего ты хочешь на самом деле? – Хватка ослабилась и Кэт получила свободу. Гекуба не спешила исповедаться, задумчиво метаясь по алтарю. - Я хочу вернуть своего предка к жизни. - Нет. - Хм. – Гречанка злобно сжала палочку. – О чем вообще с тобой можно договариваться. - Ты не поняла. – Кэтрин слегка наклонила голову, ее темно-синие глаза пронзали насквозь. – Ты хочешь не этого. - Откуда тебе знать… - Я слышу твое сердце. Оно говорит громче слов.       Ненадолго лицо женщины стало мягче, но вскоре что-то в ней замкнулось, и злоба полилась с двойной силой. Кэтрин оказалась прикованной к полу. Исписанные ритуальные камни были очень холодными. Один особенно неудачный булыжник имел довольно острый край, которым упирался слизеринке прямо в затылок. Пытаясь хоть как-нибудь снизить дискомфорт, девушка извивалась в поисках подходящего положения. Ночь обещала быть длинной, в руках у мучительницы появился старинный ритуальный кинжал. - Как видишь, я не теряла, зря время. – Гекуба взмахнула палочкой и цепи натянулись сильнее исключая любую возможность для маневра. – Думаю, тебе хорошо известна эта вещица, не так ли? – В мерцающем освещение, Кэт хорошо разглядела черный камень в основании рукоятки ножа. Эта вещица была ей прекрасно знакома, ведь именно ее лезвие пронзало сердце девушки на протяжении многих лет. - Раз уж ты так прекрасно подготовилась, то не смею тебе мешать. – Сдаваться было не в характере Кэтрин, но теперь она была не той русской девочкой с русыми косами. В ее жилах текла самая волшебная, самая чистая кровь. Время сбило с нее спесь еще на первой тысячи земных лет. И хоть русский дух отчаянно искал варианты, тело смиренно прикрыло глаза и выгнуло грудь на встречу холодному металлу.       Раздался странный едва различимый звук. Кэт лежала с все еще закрытыми глазами, потому не могла знать, что произошло. Девушка решила вновь взглянуть убийце в лицо, когда почувствовала хорошо знакомый запах крови. Обратив свой взгляд на Гекубу, Кэтрин заметила, что в зеленых глазах нет больше огня. Женщина с противным грохотом уронила кинжал, и вскоре рухнула на пол.       Все напоминало театр теней. Как только тело начальника мракоборческого отдела Греции стало оседать, Кэтти заметила за его спиной темную фигуру. Когда противник окончательно был повержен и перестал подавать признаки жизни, таинственный спаситель вышел из сумрака. Пред мисс Кац предстала старшая Гекуба Герпиди. - Ты убила ее? – Слизеринка была удивлена не по-детски. - Стоило сделать это гораздо раньше. – Проговорила старушка, освобождая пленницу. - Но ведь она твоя внучка, кровь и плоть. - Ты слишком преувеличиваешь степень нашего родства. К тому же когда это семейные узы кого-то останавливали. Реддл убил своего отца и глазом не моргнул. – Гекуба поняла, что сболтнула лишнего. - Это не она, это ты. – Догадка мгновенно пронзила Кэт. – Ты поведала Тому о крестражах, помогла Медее найти меня, уговорила Дамблдора не вмешиваться. Она была лишь глупой фанатичкой. Но за чем? – Глаза Кэтти наполнялись слезами против ее воли. Тоска захлестнула сердце полностью и лишь приняв ее, девушка поняла, что это чужие чувства. Старуха опустилась на колени перед все еще сидящей на полу Кэтрин. - Мне нужна твоя помощь. – Умоляющий взгляд был красноречивей Златопуста Локанса, и все же Гекуба озвучила свое единственное желание. – Убей меня, прошу. - Убить? – От неожиданной просьбы Кэт вскочила как ошпаренная и попятилась, назад споткнувшись об чей-то череп. - О дочь памяти, наследница времени и сестра забвения, не откажи рабе своей в милости. Урок твой был усвоен. Пощади. - Мой урок… – Кэтти начала припоминать.       Маленькая девочка с темными кудрями бежала по саду. С самого утра все слуги и отец были озабоченны каким-то событием и совершенно позабыли о ней – хозяйке дома.       Старший брат год назад женился и уехал по государственной службе на север страны. Отец только недавно вернулся из длительного путешествия и вместо того чтобы как раньше посветить своей царевне пару чудес, он прогнал любимую дочь. Ослепленная слезами девочка не заметила, как впечаталась в какую-то девушку. - Кто обидел тебя, дитя? – Мягкими руками незнакомка стерла слезы с кукольного личика. – Где твоя мать? - Мать отдала свою жизнь во имя моего рождения. – Девочка была хорошо воспитана. Слезы моментально высохли, ведь отец всегда говорил, что не стоит обнажать свои чувства, тем более перед чужими людьми. – Никто и никогда не посмел бы причинить мне зла. – Малютка приветственно склонила голову. - Я – Гекуба, дочь самого могущественного волшебника всех времен Герпия Кессейского и хозяйка этого дома. – От поклона черные кудряшки весело подпрыгнули и вернулись на свое былое место. - Рада нашему знакомству. - Девушка поцеловала Гекубу в макушку, и девочка почувствовала, как тревоги и печали утекают подобно водам в горных реках. - Люди называют меня Александрой, если оно тебе нравится, можешь называть меня также. - А как называла тебя мама? – Маленькая хозяйка удивилась, разве у одного человека может быть много имен. Имя от рождения всегда было священной ношей каждого, даже если он не был волшебником. - Я не могу тебе его сказать, прости. – Девушка взяла малышку за руку и пошла в сторону дома. – Но, если захочешь, я расскажу о месте где я родилась, о своих сестрах… - У тебя есть сестры? – Воскликнула девочка, всю жизнь мечтающая о сестре. - Да, восемь младших сестер… - Улыбаясь продолжила Александра. - А у меня только старший брат. – Разочарованно перебила кроха. - Вижу вы уже познакомились. – Внезапно на пути собеседниц возник величайший волшебник того времени. – Гекуба, я надеюсь ты будешь относиться с должным почтением к новой хозяйке дома. - К новой хозяйке? – Девочка непонимающе поглядывала то на отца, то на Александру. - Отныне ты обязана слушаться ее также, как и меня. - Слушаться? – Гекуба все еще не могла понять, что происходит. - Александра моя жена… - Жена? – Удивление возрастало с каждой секундой. - Хватит повторять. – Герпий был зол и все вокруг раздражало его подобно землетрясению.       Он никогда не был любящим отцом, но всегда поощрял в девочке лидерские качества и безмерно баловал ее. Теперь с появлением новой пассии, волшебника будто прокляли. Глаза потемнели, голос огрубел, а нервы были напряжены до предела.       Всю злобу маг изливал на своих детей. Сначала он поругался с сыном. Единственный наследник не одобрял решение отца жениться на не волшебнице. Ссора была столь яростной, что Герпий пригрозил лишением наследства и должности, если неблагодарный сын не выразит почтения мачехе.       Но Гекуба была другой. Как только смысл слова «жена» окончательно до нее дошел, ужас от возможного будущего сокрушил бедный детский ум. - Надеюсь мы подружимся. – Все еще держа за руку девочку и глядя ей в глаза, сказала Александра. - Это совсем не обязательно, дорогая. – Как разительно отличался тон отца. Когда он говорил с дочерью, голос хлестал подобно железному кнуту, а когда с женой – окутывал мягкими лепестками роз. Гекуба вырвала свою ладонь и убежала куда глаза глядят.       Тем вечером отец не вспоминал о ней, а слуги не искали. Девочка убежала подальше от дома, на берег лазурного моря. Когда обида стала отступать, а голод и страх подкатывали все сильнее, Гекуба увидела еле заметный светящийся ручеек. Проследовав за цепочкой огоньков, девочка оказалась в странной пещере.       Было темно и холодно и окончательно поддавшись страху, малышка разрыдалась. - Кто обидел тебя, дитя? – Послышался знакомый голос. Но если у Александры он был теплым, то голос пещеры пронизывал как холод до самых костей. - Мой отец снова женился. – Все еще хлюпая носом проговорила девочка. - И она тебе, конечно не нравится. - Нет, она очень красивая и, кажется, добрая. – Рассуждая ответила кроха. - Но теперь она хозяйка дома, а не ты. И ты будешь ей подчиняться, Гекуба. – Проговорил леденящий голос. - Откуда ты знаешь, как меня зовут? Кто ты? – Девочка не на шутку испугалась. - Кто знает имя, тот имеет власть. Я знаю все имена, всех людей. - Ты наверно богиня? – Изумилась Гекуба? - Богам нет дела до простых людей, - рассмеялся голос, - ведь они тоже люди, хоть и не простые. – Девочка замерла на месте, маленькие огоньки слились в один сгусток и превратилась в отражающую лужицу из которой на малышку уставилась ее новая мачеха. Позабыв обо всем дочь величайшего волшебника пустилась на утек.       Несколько лет Гекуба ненавидела свою мачеху, но однажды девушка нарушила запрет отца и вошла в его лабораторию. На полу лежало тело Александры. Герпий стоял и восхищенными глазами любовался перстнем в своих руках. Девушка узнала кольцо, оно принадлежало мачехе. - Отец? – Гекуба не могла поверить своим глазам. - Как ты посмела зайти сюда. – Герпий обезумил. – Я запретил совать тебе свой нос в мой кабинет. – Грубо схватив дочь за локоть он потащил девушку прочь. – Давно стоило от тебя избавиться. - Что ты делаешь? Куда ты меня ведешь? – Ужас поглотил ее сердце. - Туда где тебе место. – Спустя несколько минут хозяин дома бросил родную дочь в темный подвал, где обычно держали провинившихся рабов. - Отец, прошу тебя. Я никому ничего не скажу. Отпусти меня. - Конечно не скажешь. Завтра же ты отправишься к своему мужу и будешь держать язык за зубами. Приам не любит, когда девки болтливы. В противном случае повторишь участь его первой жены. - А что с ней произошло? - Тебе лучше не знать, но она также любопытна. – Решетка захлопнулась, и девушка осталась в темноте.       В замке праздновали возвращение Париса. Гекуба безмерно гордилась своим сыном. Он был молод, красив и силен. За победу над разбойниками ему дали прозвище Александр. Оно очень сильно напугало царицу, и она приказала называть своего сына только царским именем. То были золотые времена, Троя процветала, у царицы было много детей. Сильные сыновья и прекрасные дочери. Одна из них унаследовала дар музы и могла предсказывать будущее. И хотя никто не сомневался в силе Кассандры, ее последнее предсказание, касающееся ее брата, все игнорировали.       Вскоре после праздника, Гекуба отправилась навестить отца и застала его в глубокой немощности. Он умирал, и смерть его была мучительной. Лекари говорили, что не могут понять причину недуга, а без причины нет смысла лечить последствия. Оставшись наедине с Герпием Злостным, единственная дочь наконец застала отца в сознании. - Я виноват перед тобой и перед твоим братом. – Дрожащий старческий голосок потерял все свое былое величие и силу. - Сейчас это не важно, отец. - Сейчас это важнее всего. Меня настигла расплата за мои прегрешения, и я не хочу, чтобы мои дети последовали за мной. Я был не лучшим отцом, но я прошу выполнить мою последнюю просьбу. – Костлявая рука еле приподнялась с пастели и еле заметно шевельнулась. В стене показалась нарисованная дверь. – Там я запечатал свои труды. Только обладатель моей крови может распечатать замки и уничтожить все это зло. Сожги все, все до последней страницы. Я проклял себя, но не позволю этому проклятью расползтись дальше моей души. – Старик глубоко вдохнул, собираясь сказать что-то еще, но силы его окончательно покинули, а вместе с ними и жизнь.       Но дочь величайшего волшебника и не подумала выполнить последнюю волю своего отца. Вернувшись в дом мужа, Гекуба застала Трою в состоянии войны. Девять лет длилась осада, но величайший город пал. Гибли люди, гибли дети, но царица Трои не спешила выполнять свое обещание. Обернувшись собакой, она покинула город, вернувшись в отчий дом. И обратилась к трудам отца.       Герпий Злостный мог одолеть любого врага. Разбить целую армию, поработать мир. Смерть простушки пробудила в нем раскаяние, но смерть ее сестер поможет пробудить его самого и вернуть былое величие их роду.       Годами пытаясь вернуть отца к жизни, Гекуба терпела неудачу за неудачей, пока время нещадно пило ее жизнь. Оказавшись вновь в затерянной пещере, женщина воспользовалась советом голоса и обрела бессмертие принеся в жертву сердце белокурой девушки из Фракии.       Время потекло как мед. Тяжесть веков сменялась тысячелетием, но дочь Герпия не могла отыскать сердце единственной воскрешающей музы. Дети некогда великой царицы умерли, кто в ратном бою, кто в рабском позоре. Внуки и правнуки, проживая земную жизнь, отправлялись на тот свет с клеймом родового проклятья. Жизнь становилась в тягость, но смерть не спешила встретить свою давнюю гостью. И вот спустя почти три тысячи лет она наконец получила шанс покинуть этот мир.       Много лет Гекуба хранила тот самый ритуальный кинжал. Когда-то он принадлежал старшей музе и лишь он мог пронзить ее сердце. Оставалось найти судьбоносную руку.