С самого начала

- О дочь памяти, наследница времени и сестра забвения, не откажи рабе своей в милости. Урок твой был усвоен. Пощади. - Ты веками истязала моих сестер, приносила в жертву своих потомков, разбазаривала тайны, не принадлежавшие тебе. – В голосе Кэтрин не было злобы. - И теперь спустя столько лет, говоришь, что усвоила мой урок?       Слизеринка наконец поднялась с пола и обойдя свою падчерицу подняла ритуальный нож. Тело младшей Герпиди остывало на пещерных камнях. Много тысяч лет назад Кэт уже была в этом месте. По правде сказать, она была во всех местах, где находились проходы в другие миры. Их было около двух десятков и в определенных кругах они использовались как места силы. Эта пещера была единственным святилищем, открытым лишь для немногих избранных. И единственным в котором Дама в черном смогла пробить брешь.       Когда Александра выходила замуж за Герпия, ее мнения на этот счет никто не спрашивал. Приемные родители продали ее как рабыню. Обретя в замужестве свое прошлое, девушка лишь смиренно продолжила свой земной путь. Муж оказался человеком ученым. Его интерес к устройству мира и волшебства заставлял Александру по-новому взглянуть на человечество. Как верная супруга и истинная муза, девушка во всем старалась помогать своему спутнику жизни. К несчастью она слишком поздно поняла, что брак был результатом не только внезапно вспыхнувшего чувства. Когда супруги наконец вернулись в родовой дом и девушка познакомилась с детьми своего мужа, все приняло совсем другой оборот.       Постепенно Герпий стал ожесточаться, а когда ему наконец удалось создать василиска и вовсе озверел. Чем больше маг обретал сил и знаний, тем тверже становилось его сердце. Александра всячески пыталась оградить детей от отцовского гнева. Даже настояла на скором браке Гекубы, заверив своего супруга в жестокосердии жениха. Будучи Александрой, она не могла понять, чем были вызваны такие разительные перемены в характере Герпия, но став Кэтрин и стоя в этой пещере все становилось закономерным. Похоже волшебник наткнулся на проход и ему подсказали, как найти источник знаний. Мало кто знал, что сделка с темной стороной может быть выгодна только для нее. За величайшие открытия мага до скончания веков будут платить и живые и мертвые потомки Герпия, включая его самого. Кэтрин стало безумно жаль невинные души, но не в ее правилах было вмешиваться в чужие дела. - Стоило ли красть сердце Дахии, чтобы теперь обменять бессмертие на вечные страдания. – Кэтти держала в руках свой клинок. Ей ничего не стоило проткнуть им старческое тело, но перед ее глазами все еще стояло маленькое кукольное личико, обрамленное темными кудряшками. - Любая смерть слаще. Разве может быть что-то горестнее жизни, лишенной смысла. Много лет я жила опьяненная лишь одной идеей – вернуть своего отца. Но время отрезвило мой ум. У любого величия две стороны и чем оно сильнее, тем ярче или темнее эти грани.       Кэт внимательно взглянула на Гекубу. Старушка по-прежнему стояла на коленях, склонив голову. Были в ее словах и сожаление и раскаяние. Еще бы ведь теперь она несла ношу проклятья сразу трех: отца, свою и младшей тески. Родовое проклятие, помноженное на три, тут уж любой склонил бы голову. - Прости меня. Нас… - Я не держу зла. Моя жизнь в этом мире лишь вспышка от упавшей звезды. Я не могу на тебя сердится. – Кэтрин вернулась к своей собеседнице и помогла ей встать. – Твой отец искупил предо мной свою вину раскаянием. Но ты убивала моих сестер. За них я не могу простить. - Что же мне теперь делать? – Старуха смотрела умоляющими глазами. Кэт взяла сморщенную руку и вложила в ладонь свой кинжал. - Заплатить.       Гекуба молча смотрела на холодный клинок. Спустя тысячи лет смерть была желанной, но страх сильнее голода. Наконец приняв решение, дочь величайшего волшебника обхватила рукоять двумя руками и прикрыв глаза приготовилась вонзить метал в свою грудь. Внезапно женщина почувствовала на своей руке теплое прикосновение и открыв глаза остановилась. - Хватит одной капли. – Кэт слабо улыбнулась, и Гекуба почувствовала странное облегчение, как тогда в детстве. Слегка надрезав ладонь, женщина сжала руку. Багряная капля сорвавшись с оливковой кожи упала на каменный пол.       Пока старые родственники обсуждали семейные проблемы за пределами пещеры сгущались тучи. Когда кровь древнейшего рода коснулась темных врат, на море уже во всю разгулялась буря. Огромные волны разбивались о скалы, а молнии разрывали песчаные берега. В глазах потемнело.       Гекуба очнулась в зале с огромными колоннами. Она снова была маленькой девочкой с черными кудрями, а возле нее на коленях сидела Александра. - Где мы? – Испуганно воскликнула девочка. - Там, где начинается время и заканчивается вечность. Возьми. – Девушка вложила в маленькие ручки кинжал с черным камнем. - Зачем мне это? – Огромные зеленые глаза наполнились ужасом. - Я помогу оплатить ваш долг. – Больше Александра ничего не говорила. Бережно взяв девочку за руку, она направилась в центр зала.       Из-за колон то и дело появлялись девушки в белоснежных тогах. В их руках поблескивали ритуальные ножи, они были похожи на кинжал в руках Гекубы, вот только камни в их основаниях были других цветов. - Сестры, я призвала вас с мольбой о помощи. Это дитя умоляет вас о прощении. - Кровь может быть смыта только кровью. – Одна из девушек обратилась к старшей сестре. - Я принесу эту жертву за нее. - Ты прольешь свою кровь ради убийцы? – Музы были явно не в восторге от этой идеи. - Я пролью свою кровь ради того, кто мне дорог. – Возмущения в зале прекратились.       Александра легла на жертвенник. Храм постепенно наполнялся запахом крови. Сестры по очереди вонзали свои ножи в хрупкую плоть. Когда белоснежное платье насквозь пропиталось алой кровью, Александра дрожащим голосом позвала Гекубу. – Время пришло.       Девочка стояла с краю в ужасе прижимая к груди холодный нож. Не нужно было объяснять, что предстояло ей сделать. От осознания цены у Гекубы затряслись руки. Сейчас в зале с колонами стояла не умудренная вечной жизнью старуха, а душа маленькой девочки, той самой избалованной дочери величайшего волшебника всех времен. То, что веками было для нее таким желанным, теперь оказалось самым большим наказанием. Разве могла чистая душа пронзить самое милосердное сердце на свете?       Чья-то рука толкнула девочку в спину, заставляя приблизиться к алтарю. Запах крови еще сильнее ударил в голову Гекубе. - Я не могу. – В слезах закричала девочка. - Ты должна. – Раздалось где-то со стороны. - Но она спасает меня, как я… Нет… - Слезы обжигали детское личико, застилая зеленые глаза. - Пожалуйста. – Еле слышно прошептал знакомый голос.       Гекуба взглянула на окровавленное лицо Александры. В голубых озерных глазах застыла вечность. Превозмогая муки сердца, девочка занесла кинжал над мачехой и все еще в слезах вонзила клинок в самое сердце, прошептав с закрытыми глазами: пожалуйста прости. В холодной пещере слышался шум прибоя. Дочь величайшего волшебника распахнула глаза, но темнота окутала все близ лежащее пространство. От влажных камней отскакивали слова: - Что ж, я представляла себе это несколько иначе. – Сказал первый голос. - Извини, если разочаровала тебя. – Ответил кто-то.       Два голоса похожих как две струны препирались о чем-то в темноте. Гекуба постепенно приходила в себя и окончательно очнулась, когда первый собеседник пришел в бешенство. Скорее от неожиданности, когда в замкнутом пространстве блеснула яркая вспышка, заместитель министра магии взвизгнула как маленькая девочка. Спустя мгновение ее голову уже нежно прижимали к груди, что-то шепча на древнегреческом. - Тише, тише, милая. Здесь нельзя кричать. – Темнота медленно отступала, а нежный голосок Александры возвращал испуганную падчерицу в реальность. – Скоро все закончится. Для тебя уже все закончилось. – Девушка погладила кудри, а потом поцеловала макушку и внутри все сразу потеплело. В пещере стало уже достаточно светло. Настолько, что Гекуба смогла рассмотреть свое отражение на мокрой поверхности камня. С водного блеска на волшебницу уставилась молодая девушка с зелеными глазами и черными волосами. Осознав произошедшее колдунья непонимающее уставилась на свою мачеху. - Тебе дали второй шанс. Проживи эту жизнь достойно. – Мягкая улыбка обрамлялась серебристыми прядями. - А как же ты? – Кудрявая девушка с надеждой заглянула в голубые глаза, но взгляд быстро потемнел. Светлые озера обернулись штормовым морем, а некогда добродушное лицо в мгновенье стало серьезным. - Не думай обо мне. Твой долг оплачен сполна, и я прошу лишь об одном. В память о своем отце уничтожь последнюю страницу его трудов. - Неужели ты их видела? – На секунду в зелени блеснул ужас. - Не только видела, некоторые из них записаны моей рукой. – Кэтрин поднялась с пола и направилась к выходу. В ее руке блеснул старинный клинок. Тонкое лезвие все еще было покрыто каплями крови, которые медленно впитывались в потемневший метал, делая его снова серебристым.