Аллегория

***

Утро. Лучи солнца слабо бьют по шторам еще темной комнаты. Птицы давно проснулись и уже щебечут под окном. Открыв глаза, Джисон оглядывает любимую комнату: давно знакомый стол, на котором лежит груда учебников, рядом валяется потрепанный портфель, которому, кажется, года два, на стенах до сих пор висят потёртые, побледневшие, но дорогие сердцу плакаты его любимых групп, в другом конце комнаты на кресле лежат мятые джинсы и футболка. Всё это так радует глаз. Нет, не сам вид неубранной комнаты, а родное помещение. Сколько всего тут происходило. Эти четыре стены видели то, как он злился из-за того, что не мог пройти игру, как радовался хорошим оценкам, как обиженно хлопал дверью, как громко плакал в подушку, как с испугом просыпался по ночам из-за кошмара, как смущался от каждой смс-ки, приходящей от Минхо... А сколько предстоит увидеть... Он, улыбаясь, смотрел на то, как комната постепенно становилась светлее. Понедельник для Джисона всегда был тяжёлым днём, но почему-то сегодня ему невероятно хорошо. Во время прогулки вчера они с Минхо договорились встретиться после уроков. Они ведь обещали друг другу увидеться. Прошло двадцать минут. Он грандиозно открывает дверь квартиры и так же грандиозно выходит из неё. Никуда не спеша, так как до начала уроков оставалось по меньшей мере минут 40 (в расписании указано, что им надо было приходить к третьему уроку), идя по знакомым улицам, он оглядывается по сторонам, вспоминая, как гулял с друзьями и играл, будучи помладше. Было весёлое время, но оно не тяготит его. Хорошие воспоминания.

***

Он с нетерпением ожидал звонка. Когда все уроки закончились, он пулей спустился на первый этаж. В ожидании Минхо, он несколько раз взглянул в зеркало, дабы убедиться, что он не выглядит нелепо. Дико стучит сердце. Хан переминается с ноги на ногу и чувствует, как ему будто даже не хватает воздуха. И вот, по лестнице спускается Ли. На душе становится волнительно, в груди всё обливается кипятком. Минхо находит Хана среди толпы и, мило улыбнувшись, подходит ближе. - Долго ждал? - Совсем нет. Сам только спустился. - Ладно, - он направляется к выходу, за ним следом идет Джисон, - кстати, мило выглядишь сегодня. Джисона вмиг прошибло током. Будто что-то внутри взорвалось. Его заколошматило. Он почувствовал, как в грудь еще раз плеснули кипятком. Это щемящее чувство заставило его глубоко вдохнуть прежде, чем они вышли наружу.       На улице тепло. С этого момента начинается их прогулка. Джисон рассказывает ему, как проводил детство, как ходил в школу, как поранился, упав со скейта, как испугался грозы - буквально каждую мелочь. Минхо же внимательно слушает и наблюдает за тем, как его друг мило улыбается, а когда наступает черёд рассказывать что-то самому, то он задумчиво хмурит брови и смотрит куда-то вниз. С каждой прогулкой Джисон замечал, как Минхо открывался ему всё сильнее, больше доверял. Наконец он не кажется таким холодным, как казалось поначалу... Давно Джисон не чувствовал такой лёгкости. Ему хотелось парить так же беспечно, как птички на небе.       Незаметно пролетали минуты. Совсем скоро стемнело, небо обратилось в готический образ. Думалось, неужели вечер. Но нет. Взглянув на небо снова, они заметили, как несколько грустных черных туч направляются куда-то вдаль. Они плыли по небу, так медленно и тяжко, но вместе с этим и как-то спокойно, вызывая острое желание ворваться в их идиллию и плыть вместе с ними. Моментально температура понизилась. Похолодало. Губы Хана быстро посинели, но он постоянно игнорировал этот факт, потому что не хотел, чтобы хоть что-то помешало их прогулке. Влажный воздух и темные тучи дали о себе знать: неожиданно раздался гром, а за ним хлынул дождь. - Блин, моя новая рубашка... - проскулил Джисон, заметно задрожав. - Это всё из-за того, что ты снова легко оделся, - недовольно произнёс Минхо, - я знал, что надо мне будет взять кофту. Он достаёт из портфеля черную толстовку с замком и отдаёт Джисону. - Надевай, пока не закоченел. В его толстовке стало намного теплее и комфортнее. Его ещё раз окропляет волной кипятка. От ткани пахнет Минхо... это пробуждает в его животе бабочек, вздымающих в разные стороны, словно тучи на небе, которые некогда плыли так же беззаботно, потешно. Ли с улыбкой смотрит по сторонам, а после протягивает ему руку. Тот кладет свою ладонь на поданную ему Минхо. Их ладони соприкасаются - Джисон видит это будто в замедленной съёмке. Перед Джисоном стоит совершенно иной человек. Вспоминая вечера в литературном клубе, он удивлялся тому, как можно быть и холодным, грубым, но одновременно с этим и мягким, нежным... Минхо крепко сжимает ладонь и, развернувшись, идет по асфальтированной тропинке. Казалось, что с каждым их шагом дождь усиливался. Вскоре он вовсе превратился в ливень. Это окончательно убило в них всю серьёзность, которая так их сковывала. Капля дождя пробежалась по носу Хана, и он чихнул, из-за чего Минхо громко засмеялся. Они бегали друг за другом, улыбаясь и смеясь, совсем не пугаясь настигнувшего их дождя. Кажется, их радостные возгласы были даже громче, чем непогода. И было наплевать на всё, что происходит вокруг. Будь то прохожие, искоса смотрящие на них, будь то еще что-либо. Ничего не волновало. Когда ты чувствуешь себя счастливо, то и всё вокруг становится прекрасным. И не важны будут последствия. Главное будет то, с кем переживать всё это. Наступая в каждую лужу, ладони сжимались всё крепче, а улыбки становились всё шире. Ли повернулся к нему, отчего тот смущённо отвел взгляд и сжал губы. Он, наклонившись, убрал мокрую прядь со лба. Хан, смущаясь еще сильнее, засмеялся. Они начали улыбаться. Насквозь промокшие, но счастливые. Когда из них вышла вся энергия, они остановились у лавочки. Минхо повернулся к Джисону и заметил его синие губы и уже насквозь промокшую одежду. - Ох, чёрт, мы все промокли... давай зайдём ко мне и погреемся, - взволнованно предложил Ли, коснувшись его заледеневшей щеки. Они идут по дороге к дому. Когда всё ребячество окончательно их покинуло, парней настигла неловкость. Крепко держащие друг друга ладони, которые они никаким образом не хотели разнимать... это до безумия будоражило обоих, но они пытались не подавать виду, что единственная вещь, которая давала возможность коснуться тёплой ладони, так сильно разжигала внутри них огонь. Они проходят тропинку, и Джисон вспоминает, как недавно возвращался с парнями с литературного клуба домой. - Кстати. Я иногда вспоминаю первый день и то, что ты ушёл по дороге с Чанбином. Минхо тревожно сжал губы. - Ты ведь живёшь дальше? Почему тогда пошёл с ними? - Я... всегда сначала долго привыкаю к новому участнику... ну, знаешь... находиться рядом было как-то... неловко? - Как мило! - смеясь, возгласил Джисон. Минхо смущённо увиливал от его взгляда, стараясь незаметно спрятать свой румянец. Но Хан всё видел.       Зайдя домой к Минхо, они первым делом побежали в ванную комнату. Сняв рубашки, они тщательно выжимали промокшую ткань. Мельком Хан заметил его напряжённые руки с выпирающими венками, закусанную губу... Он невольно сглотнул подступающую слюну и, заметив на себе его внимание, смущённо перевёл взгляд на рубашку, но пытался сохранить такое выражение лица, будто ничего не было. Положив рубашки в стиральную машину, они неловко обернулись, находясь в считанных сантиметрах друг от друга, будто ощущая тепло обнаженных торсов друг друга. Ванная оказалась довольно узкой для двоих парней. - Хм... подожди тут. Я принесу тебе что-нибудь из одежды, - не дав Джисону вымолвить ни слова, Минхо помчался в другой конец квартиры. Вскоре, когда его тень исчезла со стены коридора, Хан повернулся к зеркалу. Подступающий румянец, будто красную краску капнули в стакан с молоком, посредством диффузии расплылся по щекам довольно быстро и скоро окрасил всё лицо. И как это объяснить Минхо? Вернулся Ли довольно скоро. Неизвестно, заметил он тогда почти светящееся ярко-красное лицо Джисона или нет. Он робко стоял рядом, подавая свою одежду. Отдав её, Ли со словами "Я приготовлю что-нибудь" закрыл дверь и направился на кухню. Хан положил одежду на полку и начал раздеваться. Он заметил, что у Минхо в основном были широкие футболки. Как раз ему такая и досталась. Она была на несколько размеров больше. Ну и ладно. Хорошо. Отодвинув шорты, он увидел черные боксеры. Невероятное смущение... это ведь его. Аккуратно взяв их в руки, он представил, как в них до этого ходил Минхо. - Боже, что за мысли. - произнёс про себя Хан. Одевшись, он вышел из ванной в халате, который дал ему Ли. Халат был такой мягкий и приятный, словно сахарная вата. Минхо уже сидел за столом. - Надеюсь, ты не простынешь к завтрашнему дню, - сказал Джисон, садясь за стол. Тот, разбавляя чай, ответил: - Так говоришь, будто твоё здоровье не столь важно, - он приподнял голову, - я волнуюсь и за тебя тоже, - затем, переведя взгляд, он продолжил, - Кстати говоря, мне было лень что-то жарить или варить, поэтому я достал лапшу. Ты ведь наверняка голодный, - улыбнулся он. После этих слов свет во всей квартире и, кажется, во всем районе вырубился. Помимо темноты их также настигла и тишина. Из-за резкой смены яркости две-три секунды не было видно ничего. Глаза не привыкли к полной темноте. - Ох...Минхо... ты здесь? - его голос заметно дергался, а интонация была, как у маленького ребёнка, который потерялся. - Ахаа, к чему это? Молчание. И теперь тишина казалась не такой пугающей, как прежде. - Погоди. Ты что, боишься темноты? - ... - Ох, чёрт, как мило! - он, издав умиляющийся смешок, усмехаясь, привстал и, уже привыкнув к темноте, обнял его, - Во сколько мы вернулись домой? - Думаю, уже поздно, - с непонятным трепетом и тревогой в голосе ответил Джисон. Тёплые объятия в миг успокоили его. Стало так тепло и приятно. И это сам Минхо... Ли Минхо, тот грубый и холодный критик с литературного класса сейчас обнимает его в полной темноте, согревая и успокаивая. Для Минхо было в новинку видеть, что Хан боится чего-то, но это выглядело и впрямь мило, что Ли не удержался и буквально запищал от умиления. Они посмотрели в окно. Городской пейзаж стремительно окрашивался темными цветами, будто вместо туч по небу плывут большие угольки. В левом верхнем углу окна уже сгустился черный клубок, стремглав подступавший к ближайшим участкам неба. - И правда... уже так поздно. - тихо произнёс Минхо. Небо становилось все темнее, а сам город светлел и светлел. Яркость уличных фонарей, окон домов и вывесок разных ресторанов завораживала, и с каждой секундой тебе всё сложнее отвести от всего этого взгляд. Хан чувствует себя героем какой-то мелодрамы: всё, что он чувствует сейчас, не передать словами. Сказка. Джисон просто любит объятия... так ведь делают друзья? Хан положил руку на его ладонь, а тот обнял ещё крепче. Продолжая обнимать Джисона, Ли мельком опустил одну руку, провёл пальцами по его стройной талии и, заметив, как он невольно напрягся, отдёрнулся. - Кхм... Я устал, может, пойдём спать? - кашлянув, спросил Минхо, после чего моментально к горлу подступило молчание, - ну, то есть... я думаю, что тебе лучше переночевать у меня. Очень повезло, что моя мама работает сегодня в ночную смену, поэтому никто нам не помешает. А то в такую погоду идти небезопасно... Джисон задумался. Переночевать с ним? Это оптимальный вариант. Смотря на погоду, что еще можно сделать. Хан кивает. - Я надеюсь, моя мама будет не против... Ли одолевали непонятные чувства. Эмоции менялись с такой скоростью, что буквально мгновение назад он мог самодовольно смеяться, а теперь стыдливо отводить взгляд. Не дождавшись ответа, Минхо, нежно взяв его за руку, последовал по коридору. В эти минуты было крайне неловко им обоим. Хотелось обнимать его как можно нежнее, чтобы передать ему все чувства, кроющиеся в душе, но... не хотелось давить на него так сильно. Они оба считали друг друга хорошими друзьями. Но не более... Они зашли в комнату, вечерняя свежесть успела прийти с открытого окна. Зазвонил телефон. Хан берет трубку. - Алло, Джисон? Ты где? Погода ужасная, вы с другом зашли куда-то? - взволнованная мама Хана, видимо, только пришедшая домой, понимает, что его всё ещё нет в квартире. - Из-за плохой погоды я подумал остаться у него с ночёвкой... - Но как? Тебе ведь завтра в школу! Собирать учебники, умываться. - Но... - Я сейчас заеду за тобой, скажи адрес. Он сидит на кровати и обречённо смотрит на Минхо. Сегодняшнее приключение подошло к концу. Он диктует улицу и дом, выходя из комнаты. Мама повышает голос из-за того, что тот не пошёл домой, так как дом на самом деле находится не так далеко.       Одевшись, Джисон с разочарованной улыбкой прощается с Минхо. Последние тёплые объятия на сегодня. Он ощущает лёгкий, прозрачный запах духов вперемешку с ароматом его кожи, соприкасаясь щекой с шеей. Его руки нежно прижимают его к себе. Это нежное ощущение безопасности, тепла... объятия, в которые он старается вместить всё, что чувствует сейчас, и принять столько, сколько хватило бы до следующего дня. Чтобы дожить. Дыша его теплом. Досадно развернувшись, помахав рукой, он ступает по лестнице вниз. Всё недолгое время в машине он думает о том, какой сегодня был потрясающий день, как хорошо он провёл время, а главное - с кем.