Аллегория

      Понедельник. Чонин подходит к Хану на перемене. - Хей, Джисони, как настрой? - Я так устал от этих уроков... только пришёл в школу спустя неделю, а уже невыносимо, - он закатывает глаза и сонно смотрит в окно. - Слушай... - он подходит ближе, - давай прогуляем. - Что? Ты серьезно? - он смотрит на него так, будто Чонин предложил не прогулять уроки, а ограбить банк или угнать машину. - Ну, да. А что? Осталось всего три урока. - Это... страшно. - Да не бойся. Все так делают, в этом нет ничего страшного, - он подмигивает. Джисон молча смотрит то на кабинет, то на Чонина. - Надеюсь, мама об этом не узнает...       Первым делом они бегут в туалет. Чонин сказал, что имеет точный алгоритм того, как правильно сбегать с уроков. Ян пояснил, что выбегать со школы через парадную дверь крайне небезопасно, так как охранник сидит там круглосуточно. Им легче пересечь стадион и выбежать со школы оттуда. Дверь, которая выходит на стадион, находится возле кабинета трудов, на первом этаже, но с противоположной стороны от парадного входа. Чтобы их не заметили, они должны дождаться начала урока, когда учителя зайдут в класс. Прозвенел звонок на урок. Они сидят в туалете на протяжении пяти минут. - Может, уже пойдём? - Нет, еще рано, - он останавливает его жестом руки, - посидим ещё минуты две. Выглядывая из двери, Чонин замечает идущего к ним директора. Паникуя, с тихим хохотом они забегают в кабинку, запираются и пытаются не издавать ни звука. Они ждут, когда директор выйдет из туалета. Так как они очень быстро забежали в кабинку, то не успели расположиться удобно. Главное было спрятать ноги, чтобы они не были видны под дверью, и не издавать лишнего шума. По итогу Джисон сидит на закрытом унитазе, откинувшись назад, а Чонин, встав между ногами Джисона на крышку унитаза, опирался о стену, смотря Хану прямо в глаза. Неловкая и в тоже время смешная пауза продлилась вплоть до того момента, пока за коридором не исчезли шаги директора. Красные, они вылетают из кабинки, еле сдерживая от смех. - Мы сумасшедшие, - прошептал Хан. - Зато как весело, - шепчет Чонин и, хватая его за руку, выбегает по лестнице вниз. Благо после этого им не надо было ни от кого прятаться, поэтому они спокойно, но быстро выходят из школы. - И что теперь? - Не знаю. Хочешь прогуляться? - спрашивает Чонин, выходя из двери, ступив на стадион. Они перелезают через забор стадиона и слышат голос учителя по физкультуре. Оказывается, сейчас там занимался чей-то класс, но они были настолько взбудоражены, что не увидели этого. Удирая подальше от школы, они громко смеются, пытаясь отдышаться. По дороге они замечают кафетерий и забегают туда. - Надо же. Я чувствую себя так странно... это так круто! - воскликнул Джисон, снова посмеявшись. - После этого появляется какая-то мотивация... адреналин определённо нужен каждому из нас, - он улыбается, смотря, как тот аппетитно съедает купленное мороженое, - ты же только выздоровел, тебе не станет хуже? - Нет, - беспечно отвечает Хан, смотря на стекающий пломбир, - ох, всё-таки это так круто! Это мой первый побег. Я чувствую себя таким... свободным? - он смеётся. - Вау, оказывается, ты ещё более прилежный, чем я думал, - улыбается Чонин и, видя, что по подбородку Джисона стекает мороженое, он достаёт салфетку, - аккуратнее, неряха. Джисон смущённо смеётся, когда Чонин вытирает остатки пломбира с его лица.        Проходит по меньшей мере два или три часа, и парни, устав от прогулки, представляют, как сейчас их одноклассники отсиживают последний урок, замучившись и утомившись. - У нас сейчас должна быть, кажется, химия, - задумался Чонин, - фух, как хорошо, что я тут, с тобой, а не за партой. - А я пропустил алгебру, - засмеялся Хан и, посмотрев на экран телефона, внезапно округлил глаза. Он совсем забыл, что договаривался сегодня встретиться с Сынмином. - Ох, чёрт! Я обещал своему старому другу встретиться после уроков. Мне надо уже идти. - Нам идти в одну сторону. Я могу проводить тебя, - улыбнулся он. - Правда? Хорошо. Дикое приключение подходит к концу, и парни вместе ступают по дороге. - Спасибо, что предложил мне прогуляться. С тобой было весело, - улыбнулся Джисон, посмотрев в сторону Яна. - Да не за что, - улыбнулся он в ответ, - ты хороший напарник по побегу, - засмеялся он.       Они подходят к остановке. Джисон видит Сынмина, и его одолевает волнение вперемешку с неким... отторжением? Теперь же почему-то воспоминания не отзывались в его душе болью или тяжестью. Ему просто становится неприятно. Но несмотря на это, он подбегает к Сынмину и обнимает его. Когда они отстраняются, Джисон замечает испуг на лице Кима, смотрящего в сторону Чонина. Он, словно остолбеневший, не мог произнести ни слова, пока пялился на друга рядом с ним. - Ладно, я пойду... увидимся! - Ян неловко махнул рукой и пошёл дальше. Они стоят секунд пять в молчании. Сынмин, отойдя от оцепенения, подходит к Хану. - Ты... ты как с ним общаешься? Ты связался с плохой компанией? - Что?... - Джисон, искренне не понимая, что происходит, смотрит ему в глаза, которые начали пугать его. - Да он же... он... боже мой! Я не знал, что ты станешь таким, - Сынмин подошёл к нему почти впритык, ожидая ответа. - Да черт возьми, - он отстранился, - мы только встретились, а ты уже говоришь лишь о плохом. Это ты изменился! - Ладно... извини. Просто... я знаю Чонина довольно давно и правда не понимаю, что вас связывает, - он делает шаг к тропинке, предлагая прогуляться. - Что ты имеешь ввиду? - Я опешил. Для тебя его поведение кажется нормальным? Джисон молчит, всё ещё ничего не понимая. Он стал думать, что, может, Сынмин перепутал Чонина с другим, но вспомнил, что и имя он своё назвал. Ему стало тревожно. - Он ведь состоит в плохой компании. Он вместе со своими друзьями... они издевались надо мной. Джисон шокировано останавливается и пытается переварить всё услышанное, но эти вещи просто как-то не укладываются в его голове. - Чонин..? Ты точно ни с кем его не путаешь? - Точно... я помню, кто издевался надо мной... - он отвёл взгляд в сторону. - Над тобой издевались? Почему я не знал об этом? - Это началось тогда, когда мы перестали с тобой общаться... я записался на огромное количество секций, чтобы занять себя, перестать проводить время в одиночестве, чтобы не погрязнуть в грусти... на кружке английского языка я встретил Чонина и его компанию... и, видимо, они решили, что я стану отличным предметом для насмешек... - О боже мой... - он останавливается, - поверить не могу... неужели он способен на такое... - Хан, - он с серьёзным лицом разворачивается к нему, - я не знаю, может, он как-то скрывает это всё, может, вы ещё друг друга плохо знаете, но будь осторожен, пожалуйста. - Да... ладно... - он с тоской опускает голову. - Всё будет в порядке, я знаю, что ты самый хороший, - он улыбнулся. Прям как раньше, во времена их крепкой, неразлучной дружбы. - Спасибо... Парни молча прошли дальше, не зная, что сказать. - Ты, кстати, не переносишь запах сигарет, ведь так? - Да, а что? - Ты разве не знаешь, что Чонин курит? - За всё время я... ни разу не видел его с сигаретой... даже запаха не было... Они решили перевести тему и начать обсуждать что-то нейтральное. Они оба ошеломлены и немного сбиты. Сынмин начинает рассказывать об учёбе в новом заведении. О мучительных контрольных и строгих учителях. Сынмин в целом выглядит более повзрослевшим, чем раньше. Он очень изменился. И Хан вновь убедился в том, что его ничего не связывает с этим повзрослевшим, равнодушным Кимом. Джисон скучает не по этому Сынмину, а по прошлому Сынмину. Он стал совсем другим. Тот друг, который был с ним всё детство, остался лишь в воспоминаниях. Теперь его одолевает лёгкость. Он чувствовал тягу всё это время, а теперь, когда они наконец встретились, он будто ощутил спокойствие. Будто их встреча была прощанием. Способностью отпустить.

***

Вечер вышел довольно смутным. Джисон медленно садится за стол и вновь перебирает все слова, сказанные Сынмином. Как вообще так вышло, что Чонин оказался таким? Это совсем на него не похоже, хотя и Джисон не мог утверждать, так как знал его не больше месяца. Но если он и правда издевался над Сынмином, то и самому Джисону стоит опасаться его. Но если он ведёт себя так мило, может, ему нечего бояться? В голове каша. Он отодвигает учебники и утыкается лбом в стол, закрыв глаза.

***

Ему пишет Банчан с просьбой побеседовать с ним, ибо ему одиноко. Оказывается, он хоть и староста в литературном классе и даже в своем собственном, но общается он довольно редко. Чан отличник, именно поэтому иногда ему пишут одноклассники с просьбой помочь в задании. С Чанбином они обычно спорят или сравнивают ответы в задачах, ибо тот тоже круглый отличник. Они оба умные парни, это делает их похожими друг на друга, но в отличие от Банчана, Чанбин легко может завести разговор с любым человеком. Он общительный, с ним интересно проводить время, чему Чан невероятно завидует. Джисона это слегка смутило. Ложась спать, Джисон вспоминает, как Сынмин, буквально положив руку на сердце, стал уверять, что говорит правду. В тишине раздался звук. Новое уведомление. «Привет, Джисони, как погуляли?» спрашивает Чонин. «Привет, ну, хорошо,» - отвечает он, а вместе с тем руки начинают судорожно трястись. «Ну и отлично. Спокойной ночи.» Джисон с тяжелой головой ложится обратно. Неужели с ним общается опасный парень, прикидываясь таким милым другом... а что, если... кто-то другой тоже имеет иное истинное лицо...