Когда отцветет сакура

      

A risa — L'amore è un'altra cosa

      Начало февраля       По лифтовой кабине разнесся мелодичный сигнал о прибытии на нужный этаж. Саске втянула побольше воздуха, покрепче перехватила лямку сумки и с решительным видом прошла в пустой коридор. Как только небольшой каблучок утоп в ковровом покрытии, вся уверенность улетучилась. Девушка пару секунд стояла неподвижно, преисполненная сомнениями по поводу своего решения. В конце мысленного диалога с собой она всё же решила — Изанами, скорее всего, сейчас занята, поэтому не стоит ее даже отвлекать… Для разговора всегда можно выкроить другой денек.       Кивнув самой себе, Учиха развернулась обратно к лифту. Но именно в этот момент дверцы закрылись и на табло высветилась стрелка «вверх».       Не успела.       Девушка чертыхнулась. Взгляд упал на наручные часы. Время обеденное, быть может учитель всё же согласится хотя бы перекусить с ней. Попробовать стоит, зря она, что ли, учебу прогуляла. Ради этого разговора притащилась на другой конец города, лишь бы увидеть ее. Просто заглянуть в глаза своего гения — Саске большего не надо, одного взгляда будет достаточно.       Сделав пару глубоких вдохов, девушка уже хотела постучаться, как вдруг на пороге кабинета выросла Изанами. Два озадаченных взгляда встретились, и между девушками повисла неловкая пауза. Земля под ногами зашаталась, превратилась в зыбучие пески, в которых захотелось утонуть вместе со всем, что разрывало ее сердце. Саске почувствовала, как щеки защипало от прилившейся крови, каждую клеточку наполнило горячим теплом, и дыхание насытилось множеством противоречивых желаний. Тот взгляд, о котором она так мечтала, лишь сильнее всполошил ее душу, заставил желать близости ангела, ее поцелуев и объятий, но в то же время сознание кричало, что нужно бежать, еще можно укрыться от самой очевидной и тягостной правды.       Она впала в зависимость, с головой упала в омут чувств, испытываемых к девушке.       Она больна, раз мечтает быть с учителем.       Но уже ничего не может поделать со своим сердцем… Да и не хочет.       На щеках заиграли ямочки, когда Изанами улыбнулась. Всполошившись, Саске быстро заправила за ухо несколько волосинок и на выдохе выпалила:       — Привет, я тут решила к тебе забежать… Поговорить, — но в конце вся решимость опять исчезла, и она потупилась, мысленно коря себя за бессмысленный страх. Изанами же приняла ее чувства, не оттолкнула, тогда почему она боится сделать последний шаг? Что ей мешает любить без сомнений?       Ничего, — шепот сознания притих, растворившись в невесомом касании ее губ. Саске зажмурилась от безудержного счастья и мысленно попросила, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Но уже в следующую секунду Изанами отстранилась, оставляя на алой щеке своего птенчика отголоски самого желанного тепла.       — Подожди меня немного, я скоро приду, — махнув бумагами на свой кабинет, гений прошла немного вперед, затем добавила, оглядываясь. — Ты обедала?       Саске обернулась и по-глупому улыбнулась, пересиливая свое желание притронуться к горящей щеке. Она ее поцеловала! Счастье-то какое… Чем она удостоилась такой нежности?       — Нет, хотела тебе предложить… вместе, — робко буркнула. Изанами в ответ лишь кивнула, после чего скрылась за поворотом. Оставшись в полном одиночестве, Учиха прошла в пустой кабинет и бесшумно прикрыла дверь. Долгую минуту она металась взглядом от диванчика к столу, не решаясь пройти к последнему. Но затем всё же набралась духу и опустилась в удобное кресло своей девушки.       Сумку она отставила на подоконник, сама же откинулась назад и усмехнулась, осмотрев «творческий» беспорядок учителя. Видеть ее стол, засыпанный бумагами, было как-то непривычно. Саске бездумно водила глазами от одного заголовка к другому, в своих мыслях уже вовсю представляя совместный обед. Когда в ее мечтах дело дошло до сладкого десерта, взгляд неожиданно упал на очень странный приказ.       Хмыкнув, Саске подалась к столу и осторожно забрала заинтересовавший ее документ. Первая же фраза отразилась шоком в ониксовых глазах. Девушка невольно посмотрела на фотографию, где маленькая Изанами сидела в объятиях незнакомого брюнета. Спустя минуту тишины в кабинет вернулась Изанами.       Документ упал обратно, и Саске отправилась на обед с учителем. Уже на улице, пока они ждали зеленый свет, она осторожно пробралась пальчиками к холодной ладошке. Перед глазами всё поплыло и взбесившееся сердце пропустило несколько импульсов, когда Изанами ответила ей, переплетя их руки.       До небольшого кафе девушки не переставали ловить ошеломленные взгляды прохожих. На чьих-то лицах отразилось смятение, кто-то морщился, наблюдая за тем, как брюнетка чуть ли не виснет на своей спутнице. А Саске было всё равно — она лучилась радостью лишь за то, что любимый человек не отталкивает. На миг ей даже показалось, словно у Изанами сегодня хорошее настроение. Она позволяла себе улыбаться, смотрела на нее мягким взглядом, вгоняя в состояние эйфории.       Зайдя в кафе, Саске обреченно простонала. Все столики оказались заняты, но даже эта проблема улетучилась так же быстро, как и возникла. Изанами указала на два места возле стойки, за которой ходила одна из официанток. Когда они присели на высокие круглые стулья, молодая шатенка улыбкой поприветствовала постоянную клиентку, а после выдала Саске меню.       — А т…       — Мне как обычно, — Изанами обратилась к официантке и с заминкой добавила. — Ей то же самое, только вместо кофе зеленый чай с ложкой сахара и блинчики с шоколадным сиропом.       Шатенка в ответ кивнула, всё записав, затем поспешила к другим посетителям. Как только она ушла, Саске поставила локти на стол и лишь усилием воли промолчала, не запищала, не закричала от мысли, какой же у нее хороший учитель — заботится.       — Как в школе дела? — отпив принесенного кофе, Сенджу посмотрела на спутницу, отчего та сразу сникла. Точно, она ж хотела серьезно поговорить.       — Скучно стало, — с грустью ответила. — Тебя нет, и мне больше собачиться не с кем. Вообще я хотела кое-что спросить… Насчет того письма. И… и нашего будущего.       Изанами поздоровалась с сотрудниками, когда они прошли мимо, затем нахмурилась.       — Я тебе вроде всё написала. Какие-товопро… — тут она замолчала, припомнив последнюю часть своего письма. Усмешка слетела с тонких губ, и лишь спустя минуту тишины Изанами ответила, опуская глаза на свой кофе, остывающий. — А, ты про это. Прости, птенчик, но распространяться на эту тему я не могу, да и не хочу. Ты еще маленькая для таких вещей.       Саске сглотнула и, придвинувшись к учителю, шепотом уточнила:       — Так значит ты… когда говорила, что на опыты отдашь…       — Угу.       — И отец… — но продолжать она не стала. Почесав кончик носа, девушка тихо буркнула: — ну конечно он знает… А… Я тут у тебя нашла кое-что на столе.       Светлая бровь изогнулась, и в фиолетовых глазах заиграли озорные чертики.       — Птенчик, птенчик… Ладно, чего там? — Саске отыскала нужную фотографию и продемонстрировала ее Изанами. Та сразу кивнула, отпивая кофе. — Я хотела предложить тебе стать моим юристом. Мадара поручился за тебя и…       — Подожди, ты сейчас серьезно? — короткого кивка хватило, чтобы Учиха окончательно выпала в осадок. Неужели учитель хочет, чтобы она была с ней, но уже не как любовницы, а как партнеры? Чтобы они виделись намного чаще? Чтобы… поддерживали друг друга? — Но я же школу еще не закончила. Да и базы никакой нет, — затараторила она, пораженная происходящими событиями. Она ведь шла к Изанами ради простых ответов, а тут ей предлагают работу. — Я же… самоучка. И… и что я буду делать в твоей лаборатории?       — Я же не прошу дать ответ сейчас, — усмехнувшись, Сенджу подтолкнула своему птенчику почти остывший чай, чтобы та немного успокоилась. Когда Саске сделала пару глотков ромашкового напитка, гений продолжила. — Закончишь школу, получишь степень, а потом ко мне в штат. На первое время будешь практикантом у наших юристов. Они тебе всё объяснят, покажут — в курс дела введут. Понимаешь, наш центр находится в центре внимания всех служб. Начиная от сми и заканчивая самим правительством. Мне нужны сообразительные люди, которым я могу доверять. Минато собирается передать мне все дела, поэтому вскоре я займу место директора…       — Я согласна, — вдруг выпалила Саске, заставив Изанами удивленно дернуть бровями. И она даже к условиям не перешла.       — Будет очень сложно.       — Всё равно… — отрезала она, готовая хоть сейчас бросить всё ради одного знания: учитель ей доверяет. — А чем Нагато займется?       В этот момент официантка принесла им заказанные блюда. Саске взяла палочки и пытливо глянула на учителя, подхватив небольшой кусочек курицы.       — Вместе с Наруто займется бизнесом матери, — ответила Изанами, расставляя все приборы в нужном для нее порядке. Когда хаси были протерты, а на колени положена салфетка, она со вздохом продолжила: хотелось бы сейчас пообедать, а не разговоры вести. — Итачи я не хочу привлекать, потому что у нас в последнее время возникло много разногласий. Он критикует всё, что я делаю, а такие люди мне в штате не нужны. Поэтому, прежде чем подпишешь контракт, прошу, дорогая, несколько раз обдумай: работа действительно сложная, — с нажимом посмотрела девушке в глаза. Саске замерла с лапшой возле рта и в следующую секунду вернула всё на тарелку, вытирая рот салфеткой.       — Тогда и у меня есть просьба, — Изанами взяла онигири и взглядом показала, что готова выслушать. — Когда я поступлю в университет, то хочу, чтобы мы… жили вместе.       Несколько рисинок попало не в то горло, отчего Сенджу разразилась натужным кашлем. Саске уже хотела броситься к ней на помощь, однако та остановила ее, одним глотком допив остывший кофе. В следующий момент она попросила у официантки самый крепкий напиток. На шутку о спиртном Изанами ответила утвердительным кивком, отчего уже работница кафешки поперхнулась воздухом, а сидящий рядом мужчина бросил вслед, что не прочь тоже пару пиал саке опрокинуть.       — Я подумаю над этим, — наконец ответила, когда смогла отойти от глубочайшего шока. Такой просьбы она никак не ожидала, Изанами была готова утроить зарплату, оплатить обучение, да даже пообещать регулярный секс, но вот жить вместе… Сможет ли она? — Давай лучше поедим, а то мне бежать надо.       На этом она демонстративно отвернулась, возвращаясь к еде. Саске же неслышно выдохнула, но затем улыбнулась внезапной мысли. Раз сразу не отказала, значит еще есть шанс. Взяв такой же онигири, Учиха приступила к обеду, незаметно посматривая на свою идеальную девушку. Вот родители и брат будут в шоке… Но, ей без разницы, что подумают остальные — главное, что учитель ей доверяет.       Может она и полюбить когда-нибудь сможет?       

***

      Конец марта, начало цветения сакуры       Через приоткрытое окно пробирался утренний ветерок, разнося по спальне цветочные нотки только распустившейся сакуры. Мерное дыхание наполняло легкие этим сладковатым запахом. Обнимая краешек одеяла, Саске с причмокиванием видела сон о своей девушке, которая одаривала ее волнами нежности, пробирала дрожью одним только взглядом и ласковым голосом наговаривала приятные вещи. Особенно ей понравился момент с признанием в любви, которое неожиданно смазал громкий хлопок дверью.       Образ любимого человека растаял, и Учиха гневно прорычала, мысленно потроша ту сволочь, которой с утра не спится. Суббота же, почему нельзя хоть немного потише себя вести?!       — Саске, поднимай свою тощую задницу, у нас сегодня насыщенный день!       Еще и не отошедшая от недавнего сна, брюнетка лениво разлепила правый глаз. Сквозь маленькую щелку она увидела, как к окну подошла Изанами. В следующий момент комнату затопил яркий солнечный свет, от чего Саске поспешила укрыться под одеялом.       — Отвали… — огрызнулась она, но потом всё же буркнула, выглянув из своего кокона. — И задница у меня, в отличие от твоей, не тощая.       Иронично хмыкнув, Сенджу прислонилась бедром к столу. Ветерок, точно озорник, пробрался к ней под юбку, чуть подымая рифленый подол в синюю клетку. Сверху девушка ограничилась простой футболкой, поверх которой надела неизменную кофту в кремовый цвет. За спиной висел кожаные рюкзачок, где в основном лежали документы — а между ними два билета до родного города.       — А ты уже успела оценить, птенчик?       Саске в ответ буркнула что-то нечленораздельное, затем повернулась к подруге спиной. Зевнув, она попыталась вернуться к прерванному сну. Уголки губ снова потянулись вверх, перед глазами возник полюбившийся образ. Девушка причмокнула, мысленно подгоняя Изанами к самому главному. Как только сон вернулся к нужному моменту, она подорвалась с кровати и оголтелым взглядом отыскала свою утреннюю гостью.       Изанами Сенджу сейчас стоит в ее комнате.       С утра пораньше.       Да еще и в субботу.       — Ты что здесь забыла?!       По дому прокатился ошарашенный крик, долетевший до кухни, где собрались оставшиеся члены семьи Учиха. Фугаку лишь вздохнул, перелистывая газету. Микото выжала тряпку, которой только что протирала плиту. А их сын, Итачи, прикрыл холодильник и зло проскрипел зубами, вспоминая, как наглая Сенджу бесцеремонно прошла в их дом. Так еще к стене его прижала со словами: «Еще раз сестру обидишь, пожалеешь, котик…». А перед уходом добавила на самое ухо, зловеще нашептывая: «Мне как раз материала для исследований не хватает. Не заставляй переходить черту… Я тебя уважаю, но Саске в обиду не дам».       Итачи незаметно коснулся ушибленной скулы, куда прилетел удар кулаком. На свою голову он бросил в спину уходящей Сенджу кое-что непозволительное, открывающее клетку к настоящему монстру.       Саске не Обито. Хватит уже отравлять ее жизнь       Может она и вредит своим присутствием, сбивает Саске с правильного пути. Но пока в ее глазах горит такая преданность, Изанами будет до последнего помогать своему птенчику, поддерживать ее — ведь так делают люди, которые хотят отблагодарить за чувства и прочий человеческий мусор?       — У меня тут утром идейка одна возникла, — под настороженный взгляд Сенджу прошла к шкафу с одеждой. Спустя мгновение на кровать прилетел рюкзак, к которому затем прибавилось нижнее белье в количестве трех штук. Намек был ясен сразу: «идейка» растянется не на один день. — Поэтому собирайся. У тебя полчаса…       — Что хоть брать? — Саске лениво сползла с теплой постели, поправляя сползшую лямку ночнушки.       Губы гения изломились в пошловатой ухмылке, и глаза нарочито медленно повели по стройной фигурке. Короткая шелковая ночнушка очень аппетитно облегала все прелести, которыми природа наделила Учиха с лихвой. Изанами еще с минуту беспардонно разглядывала раскрасневшуюся девушку, затем сорвала с вешалки кофту и бросила ее Саске прямо в лицо.       — Свою толстую задницу!       Не прошло и часа, как девушки покинули дом Учиха, оставляя позади разъяренного Итачи. Как только они скрылись в такси, он сразу набрал номер Нагато, у которого самым культурным образом уточнил, какого ебаного черта решила устроить Изанами?!       Весеннее обострение, — было единственным, что сказал уставший голос на том конце. После этого послышались протяжные гудки, отчего злость Итачи взвинтилась до самых небес. От безысходности своего положения он спихнул с крыльца горшочное растение матери и с грохотом хлопнул входной дверью.       С решениями Сенджу бороться невозможно. Можно лишь завалить ее сообщениями и звонками, требуя нормального ответа.       Когда на телефон поступило очередное гневное сообщение, Изанами попросту отключила его. Расплатившись с водителем, она вышла на улицу, схватила Саске за руку и бегом понеслась к нужной стойке регистрации.       Всю проверку документов брюнетка не переставала ловить на себе тяжелый взгляд подруги. Да, она понимает, что задержалась со сборами. Но если бы учитель объяснила ей, куда они собираются, она бы не разворошила весь свой гардероб, чтобы подобрать подходящие наряды. В итоге Саске поступила проще — надела черную юбку свободного кроя, гольфы с ботинками на плоской подошве и поверх натянула легкую кофточку красного цвета. Через руку она перекинула непромокаемый плащ, а на голову нацепила солнцезащитные очки. Уже в салоне самолета Изанами отобрала этот аксессуар и с довольным выражением лица нацепила себе на нос.       Место у окна было также занято гением.       — Саппоро…       Саске безмолвно прошептала и со вздохом откинулась на спинку своего кресла. Вскоре механический голос оповестил о готовности к взлету. Перед носом появилась конфетка, которую девушка благодарно приняла из рук учителя. Сама же Изанами, посасывая леденец, воткнула наушники в уши, чуть приспустилась, принимая удобное положение, и буквально сразу провалилась в сон.       За окном мелькала удаляющаяся Осака. Брюнетка в какой раз выдохнула и осторожно глянула в бок. Через проход с ней сидел пожилой мужчина, который о чем-то беседовал со своей спутницей. Спереди бесились дети. Заглянув в пространство меж сидений, Саске отметила, что позади находится молодая пара, занятая разговорами друг с другом. Ее же соседка спит… Могла бы чуточку своего внимания уделить.       Обиженная таким безразличием, Учиха включила телефон и, прикрыв его плащом, включила недочитанную мангу. На экране высветилось нарисованное изображение двух девушек, которые очень страстно зажимались в раздевалке своей школы.       Саске сглотнула сухой ком вожделения, когда блондинка протолкнула свои пальчики второй во влагалище и…       — Что читаешь? — вдруг через плечо перегнулся курносый и крайне любопытный нос. Побледнев, брюнетка попыталась нажать кнопку блокировки, но заместо этого, встревоженная, выронила телефон.       — Н-ничего! Просто новости! — нервно выпалила и одновременно с Изанами опустилась за сотовым.       Девушки ударились головами, но это ничуть не остановило Саске от намеченной цели. Никто не должен узнать, что она читает. Особенно подруга… Засмеет же потом за подобную пошлятину.       — У тебя здесь сеть ловит? — светлая бровь скептически выгнулась, и сама Изанами с интересом оглядела пунцовое лицо своего птенчика.       Та в ответ неслышно выдохнула, когда нажала заветную кнопку.       — Я просто скачала, — как только злостный проказник скрылся в сумке, Саске отобрала у подруги один наушник. — Но там ничего интересного… Поэтому… иди дальше спать.       Не успела Сенджу что-либо сказать, как ее резко притянули к себе, заставляя опуститься головой на бедра. Взгляд сразу упал на закрытую сумку, где лежал источник внезапного смущения. Мысленно сделав пометку проверить, что же так выбило Саске из колеи, Изанами заползла на свое кресло с ногами и, свернувшись в комочек, с удовольствием приняла такую подушку. Сидящая рядом пожилая пара осуждающе зацокала. Сама же брюнетка чуть от радости не завизжала, когда получила шикарную возможность чувствовать любимого человечка.       Поправив ее задравшуюся юбку, она зарылась пальцами в мягких волосах, прикрыла глаза, вздохнув. И опять Саске преследует назойливый запах сакуры. Неужели ее цветение смогло добраться даже до такой высоты? Или действительно так сладко пахнет Изанами?       Три часа блаженного полета, проведенные с теплом учителя, показались коротким мигом. Была бы ее воля, они бы так и остались в самолете, где Учиха бы смогла наслаждаться компанией… Хотя, кто ей мешает заниматься этим сейчас?       Переплетя их пальцы, Учиха вернула свои очки и вместе с Изанами покинула здание аэропорта. У входа их дожидался личный водитель и охранник Тобирамы. Самого отца девушки, как потом выяснилось, в городе не было, поскольку он уехал в очередную командировку. На этой части рассказа Саске отпустила все страхи — значит не придется робеть под тяжелым взглядом этого человека: она пока не готова встречаться с мужской версией Изанами.       Сама же Сенджу целый день таскала подругу по самым скучным местам на планете, где скопилась вся серость и вселенское уныние. Сперва они посетили главный исследовательский центр семьи Сенджу, где наследница проторчала больше часа. За это время Саске успела известись на кожаном диванчике, где ее оставили ждать. Вначале она пыталась занять себя той мангой, однако потом даже это занятие ей наскучило. Всё же после перелета хотелось есть — и немного отдыха, нормального, а не то, на что ее обрекла Изанами.       После центра пошла череда мест, по которым их развозили на личном транспорте. После банка Саске категорически заявила о своем нежелании вылезать из салона, пока Сенджу со всем не закончит. Без нее.       К вечеру та наконец освободилась, отпустив водителя домой: в его услугах она больше не нуждалась. Как только машина скрылась за поворотом, Саске взяла своего гения под локоть и в пугающем молчании потянула ее в первую попавшуюся забегаловку. За едой выяснилось, что Изанами целый день занималась принятием дел отца. Лаборатория в Осаке переходит в ее полное распоряжение, а сама девушка становится главным акционером их огромного бизнеса.       Такой расклад не мог не удивить, даже озадачить, поэтому весь вечер, который они провели за прогулкой по городу, Саске пребывала в довольно смешанных чувствах. Изанами-то и сейчас загружена с головой, а что станет в будущем, когда она сядет в кресло директора? Останется ли у нее время на отношения или работа поглотит ее с головой?       За этими не столь радостными мыслями девушка и не заметила, как оказалась в прихожей дома. Как только Изанами щелкнула выключателем, попутно стягивая с себя балетки, в глаза сразу бросилась фотография на тумбочке. Саске подошла поближе, чтобы получше разглядеть. За стеклом были изображены Тобирама вместе с дочерью, но здесь ей было от силы три года или пять лет. Эдакий ангелок в компании отца, выражение лица которого в точности повторяло то, что было у Изанами.       Ну точно яблоко от яблони недалеко упало, — усмехнулась она, мотнув головой, и перевела взгляд на удаляющуюся подругу.       — Это твой дом?       — Ага, — Изанами прошла на кухню, где сразу приценилась к запасам холодильника. Как она и думала: мышь повесилась, напоследок закусив консервированным горошком. Вытащив банку с последним, она безапелляционно выбросила ее в мусорку, затем присела за стол и открыла сайт с доставкой еды. — Давно уже здесь не была. Отец опять в командировке, так что расслабься. Чувствуй себя как дома.       Половица предательски скрипнула, когда Саске прошла к подруге. Находиться в доме ее детства было непривычно, ведь здесь она выросла, стала той, кем является сейчас. Это как очутиться в прошлом человека, получив возможность узнать его получше. Непередаваемые ощущения.       — Чем займёмся? — перекинув руки через плечи, она прижалась лицом к холодной щеке Изанами и самостоятельно пролистнула несколько страниц с едой. Найдя подходящее, она ткнула на ссылку, после чего позволила учителю выбрать для них вечернюю гадость. Пицца, гамбургеры — пиво.       — М, закажем еды, посмотрим какой-нибудь ужастик, а потом займемся сексом, — Изанами покосилась на своего птенчика, расплываясь в нескончаемом энтузиазме. — Как тебе план?       — Очень… подробный.       На щеках неожиданно расползся румянец смущения, и Саске поспешила отстраниться от излишне прямолинейного человека. Она как бы согласна провести с ней время так, но за столько месяцев знакомства еще не успела привыкнуть к характеру Изанами. Она очень многогранна, и понять ее практически невозможно. В ней соединилось слишком много личностей, каждая из которых имеет свое видение на жизнь. И это лишь усложняет их отношения.       С тем же Наруто не возникало трудностей: он добряк и никогда не меняет своей истинной сущности. Но вот в случае его сестры Саске окончательно запуталась в самом простом вопросе — кто такая Изанами Сенджу? Ребенок, который просто хочет восполнить утраченное детство? Взрослый человек, смотрящий на жизнь уже уставшим взглядом? Или безумный ученый, для которого не существует преград?       Мысленный диалог с собой прервался ровно в момент, как на телефон Изанами пришло оповещении об успешном заказе. После этого хозяйка дома проводила Саске в душ, куда та попросилась, а сама прошла в свою комнату.       На голову хлынул поток теплой воды. Учиха прикрыла глаза и несколько минут стояла неподвижно, просто наслаждаясь этими мгновениями спокойствия. В последнее время она так много думает, сомневается, что начинает медленно сходить с ума. Неужели это и есть настоящая любовь? Или происходящее с ней совершенно иное чувство, равносильное простой зависимости? Кто действительно дорог ее сердцу, в ком сосредоточено будущее: в Наруто или его сестре?       Они такие разные, но оба мне дороги. Но я не смогу бросить Изу… Даже мысль об этом страшит       Саске выключила смеситель, и вместе с водой оборвались тяжелые размышления. Обернувшись полотенцем, она привела влажные волосы в божеский вид — перед учителем нужно выглядеть на все сто, даже если она не пытается ничего сделать со своим внешним видом.       Капельки воды осыпались на деревянные половицы, пока Учиха осторожно брела по темному коридору. В конце был подсвечен дверной проем, за которым открывалось окно во внутренний мир Изанами. Перешагнув порог ее комнаты, девушка замерла. Вздохнула от досады, когда увидела ничем непримечательные хоромы. Хотя, у среднестатистического ребенка не будет вся комната забита книгами по биохимии, простой химии и… опять же химии, которой, по-видимому, пронизана вся жизнь Изанами.       Сама хозяйка унылой халупы обнаружилась на кровати, с закинутыми на стену ногами. Изанами лениво водила пальцем по экрану телефона, иногда посмеиваясь. Свой Саске с облегчением обнаружила на том месте, где и оставила — и в том же положении. Но так она думала до того, как приблизилась к подруге.       — Саске, Саске, Саске, — на лице гения расплылась хитрая улыбка.       Девушка запрокинула голову, и пошловатый взгляд устремился к запахнутому полотенчику, край которого она схватила, заставляя птенчика подойти к ней чуточку ближе. Той ничего не осталось, как забраться на кровать и с ужасом для себя понять, что Изанами всё знает. Знает о ее маленьком увлечении, на которое она подсела сравнительно недавно. — А я и не думала, что ты любишь такое. И в каких подробностях…       Блаженно промычав, Изанами вскочила с уже смятой постели, по-хозяйски взобралась на бедра подруги и торжественно продемонстрировала той очень пикантную картинку. Саске мигом покрылась пунцовой краской, приметив школьных подруг, историю которых так и не дочитала. И судя по тому, в каких подробностях были изображены отношения двух любовниц, она пропустила самое интересное. А вот учитель явно уже успела всё оценить — вон как лучится радостью, словно вакцину от рака создала.       — Это обычная манга, — придала своему голосу как можно больше отстраненности. — Что в этом такого?       — А то, что она про девочек, — телефон отложили в сторону, затем Изанами наклонилась к красному личику, обдавая плотно сжатые губы теплым дыханием, медленно раскрывая свою девочку для себя и своих потаенных желаний, родившиеся с одним очень интересным открытием. Она ведь даже представить не могла, что девушки занимаются таким, — про очень и очень плохих развратниц, которые прячутся за милыми мордашками. Скажи мне, птенчик, ты хочешь попробовать?       На миг лицо вытянулось в неверии на грани шока, но затем Учиха игриво посмотрела в такие же загоревшиеся интересом глаза, полные мыслей понять, каково это быть с девушкой по-настоящему. Саске облизнула пересохшие губы, затем кончиком языка провела уже по мягким устам учителя, пробуя ту на вкус, пытаясь представить, какими же эмоциями исказиться ее личико, когда они перейдут к самому горячему в их отношениях.       Руки скользнули по узким бедрам, проникли под юбку, а после настойчиво повалили на кровать.       Влажное полотенце отбросили на пол.       Заинтригованная происходящим, Изанами попыталась прикоснуться к острому соску, который так завораживающе мелькал перед глазами. Однако в следующий момент ее руки пригвоздили к кровати, прищуренным взглядом требуя полного повиновения. В коем-то веке она сама хочет «поиграть» с любимым человечком, пусть этот вечер будет подвластен лишь ей.       — И в чем смысл? — Изанами чуть приподнялась, помогая стянуть с себя трусики.       Саске скептически оглядела тонкую тряпочку, которую вероятно забыли оставить в детском магазине, затем поднырнула рукой под юбку учителя. Горячие пальцы отыскали заветный комочек женского наслаждения, от которого повели к нежным складочкам.       Мазнув по сухой плоти, девушка неслышно выдохнула. Она от одной только мысли намокла, когда представила себя и подругу вместе. А та и чуточку не возбудилась, глаза горят, на губах играет улыбка, но между ног по-прежнему сухо.       — Стимуляция клитора… — пояснила она, надавливая на сам комочек и начиная массировать его, чуть надавливая, отводя в сторону, периодически спускаясь к горячему проходу. — Трешься обо что-то и получаешь удовольствие…       Тут все фрикции прекратились, когда Изанами неожиданно нахмурилась, принимая вид искренне непонимающий. С таким выражением лица Саске встречалась впервые, не каждый день она видит свою девушку… озадаченной, будто она действительно не понимает, зачем девушки трутся своими промежностями.       — Иза, ты меня пугаешь. Неужели ни разу не мастурбировала?       — Зачем? — хмыкнула та, уводя взгляд к потолку. — У меня брат есть.       Несколько секунд Учиха не смела даже пошевелиться, не то что выразить свой глубочайший шок. Она-то думала, Изанами та еще извращенка, а тут оказалось всё запущеннее и… забавнее.       — Ты еще более странная, чем я думала, — рука возобновила фрикции с чуть набухшим клитором. Спустя некоторое время Саске добилась нужной кондиции, смочив пальцы в липкой влаге. Но вот личико гения так и осталось свободным от лишних эмоций. Словно и не ее сейчас ублажают пальчиками. — А секс тебе хоть нравится?       Промелькнувшая в голосе обида вынудила Изанами неслышно выдохнуть. Затем она всё же добралась рукой до груди своей девочки. Пальцы обхватили чувствительный сосок и умело прокрутили его, выбивая из груди вздох наслаждения.       Саске чуть прикрыла глаза и прогнулась в пояснице, подставляя грудь ласкам учителя. Не прошло и мучительно долгой секунды, как второй комочек лизнули мокрым язычком. Низ живота взорвался от небывалого наслаждения.       — Я же говорила, что ничего не чувствую, — фиолетовые глаза сверкнули озорным огоньком, и вокруг ареолы груди оставили влажную горячую дорожку. — Это относится не только к боли…       — А тогда… — блаженно промычав, Саске зарылась второй рукой в вихрах учителя и уже хотела надавить на затылок, как вдруг ее пробило мощным импульсом. — Вот ты симулянтка! Нагато знает?       Уткнувшись носом в ложбинку меж грудей, Изанами потупилась и буркнула почти неслышно:       — Нет.       Весь интерес к своим ощущениям мгновенно пропал, когда Саске заметила нечто нереальное. Она быстро обхватила лицо подруга горячими ладонями и настойчиво оторвала от себя, улыбаясь.       — Что я вижу! — пораженно воскликнула, выводя пальцами узоры на алых щечках. — Ты покраснела.       Недовольная столь бурной реакцией, Изанами отмахнулась от наглых ручонок, после чего попыталась повалить их владелицу на кровать. Но Саске оказалась быстрее, проворнее в мысли, что сегодня ей достался не учитель, не гений или ученый, а тот маленький ребенок, которого всегда скрывали от нее. А сейчас она имеет удовольствие лицезреть самое невинное создание на земле, смущенное и робеющее от ее взгляда. Немыслимо!       — Здесь температура просто высокая, — пробурчала Сенджу, падая обратно на подушку. Смущенный взгляд метнулся к стене. — И… ты задаешь очень странные вопросы.       Тут лицо защекотало мягкими прядями волос. Саске наклонилась к подруге на уровень глаз, соприкасаясь кончиками носов.       — Тогда последний, я от тебя отстану. Зачем? В чем смысл переступать через себя ради других?       — Я очень люблю Нагато, — уголки губ наполнились мягкой улыбкой, из-за чего в груди кольнуло от неприятного чувства. — Он единственный, кто меня понимает. Поэтому и хочу ему хоть как-то отплатить. Мне не сложно, а у него такие глаза счастливые, когда мы вместе.       — А я тогда для чего? — на выдохе прошептала Учиха, отчего-то обиженная услышанным. Изанами посмотрела ей прямо в глаза и с улыбкой провела костяшками пальцев по алой щеке, нашептывая:       — Для души. И мое тело, считай, своей наградой за проведенное вместе время. Ты мне нравишься, Саске. Я не могу сказать, что испытываю, потому что не понимаю этих чувств. Но мне кажется, если я готова тебе открыться, значит…       Последнее слово отпечаталось в порывистом поцелуе, которым накрыли ее рот. На лицо гения упало несколько соленых капелек, отчего та мимолетно округлила глаза. Секунду, одну короткую секунду она пребывала в растерянности перед увиденным, а затем просто расслабилась.       Руки выводили на спине ученицы незатейливые круги, пока та осыпала ее благодарными, невесомыми поцелуями за одно только знание — знание того, что она действительно нужна. Футболка с нижним бельем оказались стянуты с учителя с особой бережностью, но даже так Учиха не смогла оторваться от мягких губ, самых сладких, сахарно-медовых. Она спускалась по изгибам шеи, добиралась до ключицы, но затем, точно зверь изголодавшийся, спешила собрать еще чуточку тепла и нежности, которые Изанами ей охотно дарила.       Опутав своего птенчика вокруг поясницы, она провела рукой по ягодицам, проникла пальцами к намокшей промежности — и нарочито медленно, наблюдая за каждой метаморфозой ученицы, раздвинула мокрые складочки.       Саске выдохнула в раскрытый ротик и не в силах больше держаться упала на грудь подруги. Острые, возбужденные соски проехались по чужим, таким аккуратным, нежно-розового цвета, как сама сакура, запах которой неустанно преследует учителя. Девушка мазнула губами по шее, оставляя горячий след языком, и в вожделении большей ласки приподняла тазовую часть выше — лишь бы эти умелые пальчики играли с ней, ласкали ее весь этот вечер.       Тело содрогнулось от оглушительной дрожи, когда во влагалище проникла приятная заполненность. Казалось, сама душа заголосила от счастья, немыслимого. Изанами оглаживала спину Саске, проводила пальцами по ее позвонкам, лопаткам и параллельно этому проталкивалась в безумно узкий проход. Эластичные стеночки влагалища пульсировали, облепляли пальцы липкой горячей влагой, которая обильно стекала по руке, бедру — этот терпкий аромат возбуждения разносился по спальне, пощипывая чуткий нюх гения.       Плавными толчками Изанами доводила свою девочку до эйфории на грани безумного исступления. На самое ухо постанывали так сладко, что с лица довольной Сенджу не сходила улыбка. С хлюпающими звуками она растягивала влажные глубины, то раздвигая пальцами, то добавляя к ним третий. Ее темп постоянно менялся, он ускорялся, доходя до безумного долбления в мокрую дырочку, заставляя Саске отчаянно выть, извиваться на своем учителе, а затем резко замедлялся, превращаясь в нежное поглаживание.       На подкорке сознания Учиха слышала тихий шелест около уха. Любимый ангел что-то говорил, иногда целовал в раскрасневшуюся щеку, ласково нашептывая всякие нежности, в которые иногда вклинивались грязные мыслишки. Она размазывала влагу по горячим складочкам, осторожно касалась набухшего клитора, отчего Саске пробивало электрическими импульсами. Из горла текла мелодичная песнь из тихих стонов, хныканья, периодически срывающиеся на крик.       Вскоре Учиха навалилась на учителя всей массой, вдавив ту в кровать, и с горящей благодарностью припала к ее губам. Немного отдышавшись от пережитого оргазма, она приподнялась на локтях, выдавила из себя пошловатую улыбку. Точнее попыталась быть кем-то сравни стервы, надменного человека, образ которого мигом смылся ее взглядом.       Нет, в этом мире никто не будет смотреть на нее так, как это делает учитель. В этих фиолетовых камушка плещется немыслимой силы любопытство, тонко переплетающееся с необъятной нежностью и колючими нотками безумия, садизма.       В жизни больше не появится такого человека — Изанами уникальна. И отпускать ее нельзя: улетит.       Я люблю тебя       Образ Наруто окончательно стерся яркими, нежными чувствами к его сестре. Она сделала свой выбор, больше ей никто не нужен.       Юбку плавно стащили по стройным ножкам учителя. Смахнув с лица прилипшие волосы, Саске подтянула подругу к себе, обхватывая ту под коленями, затем удовлетворенно отметила поблескивающую влагу на женской розе. Даже там она идеальна. Кончики пальцев пробежались по белым волосикам, и брюнетка отчего-то улыбнулась. Вскинула взгляда из-под опущенных ресниц, улыбнулась еще сильнее, когда заметила легкий румянец на щеках ангела.       Нет, она действительно ребенок, которого хочется любить, за которым хочется ухаживать, чтобы как можно чаще наблюдать это прекрасное личико с большими ясными, невинно детскими глазами. И самой привлекательной, настоящей улыбкой из всех, что она встречала.       Пропустив под собой одну ногу подруги, вторую Учиха закинула к себе на плечо, робея перед тем развратом, каким собирается заняться. Мокрая плоть девушек соприкоснулась, и обе одновременно дернулись. Изанами с любопытством посмотрела на свою промежность, к которой стали ощутимо прижиматься.       — Необычно, — констатировала она и так понятную мысль. Саске сама сейчас чувствовала себя странно, больше неловко от незнакомых доселе ощущений.       Вязкие, горячие выделения их возбуждения смешались, и брюнетка сделала пробное движение тазом. Мазнув по промежности подруги, она задрожала от нахлынувшего удовольствия. Было очень мокро, влажно касаться своим клитором, половыми губами таких же влажных, чужих. Почти неслышное хлюпанье сводило с ума, постепенно давление на промежность гения усилилось — Саске двинула тазом, откидывая голову и выдыхая. Выдыхая скопившееся в легких напряжение, отпуская все сомнения и страхи, лаская слух учителя мелодичными постанываниями. Изанами же просто лежала и горящими глазами наблюдала, как об нее трется девушка, ей явно было хорошо, сладко от простых, но таких заводящих фрикций.       Постепенно слабые покачивания бедрами сменились быстрыми, резкими — наполненными распалившимся желанием дотянуться до проблеска наслаждения. На бледной коже расцвели красные отметины, когда Саске вцепилась в ногу учителя, всё сильнее, сильнее потираясь о ее влагалище. Между ног стало чертовски влажно, что скользить стало намного проще и оглушительнее для помутневшего рассудка. Она слышала, как из-под них вырывается возбуждающее хлюпанье. Внизу живота закрутился тугой узелок болезненного удовольствия, которое она размазывала по промежности учителя.       Второй оргазм нахлынул подобно лавине, смывший остатки сознания.       Тело пробило мощными спазмами наслаждения, и Саске замерла, напрягаясь каждой клеточкой дрожащего тела, мыча о том, как же это божественно сладко, сладко лишь от мысли, что она и Сенджу перешли последнюю черту в их отношениях. После такого она официально должна ей сделать предложение встречаться.       Обессилевшая, Саске упала на кровать около стены, зарываясь пальцами во влажных волосах.       — Ну… ну как? — замыленный взгляд упал на подругу, когда та присела на край постели. — Хоть что… что-то почувствовала? — жадно глотнув ртом воздух, брюнетка опустила руку на свою промежность и неосознанно для себя стала оглаживать раскрасневшийся клитор.       Светлая бровь чуть вздернулась, и Сенджу поджала губы, блаженствуя от одного только вида этой развратницы. Взмыленная, расслабленная, Учиха сейчас выглядела чертовски сексуально, жуть как захотелось обездвижить, чтобы всю оставшуюся ночь издеваться над ней, ласкать, любить — и только под утро выпустить из своего плена.       Глянув на сообщение от курьера, Изанами похабно ухмыльнулась: и кто ей в этом помешает?       — Только никуда не уходи, — подмигнула она, затем протолкнула голову в ворот длинной футболки и размеренным шагом направилась к входной двери.       Еще на середине лестницы ее застал неожиданный звонок от брата. Девушка нахмурилась, когда еще раз посмотрела на время. 00:35. Неужели спокойной ночи решил пожелать?       «– Иза, прости, что беспокою, но… тут к тебе кое-кто приезжал»       Пойманная нотка тревоги отразилась смятением на женском лице.       — И кто же? — ответили не сразу. С минуту Нагато молчал, явно терзаясь сомнениями по поводу того, стоило ли вообще звонить. Но в конце он всё же рассказал о приключившемся в ее отсутствие, отчего уже Изанами впала в короткое оцепенение. Не отрывая опустевший взгляд от входной двери, она проговорила почти безжизненным голосом: — я поняла… Если еще раз придет, попроси не уезжать до моего приезда. Я вылечу первым же рейсом.       Нажав кнопку отбоя, девушка резко сменила курс на диаметрально противоположный. Еда и секс отменяются.       На пороге неожиданно замаячило прошлое.